Цитата из произведения в авторской редакции:

Клавдия Васильевна, сколько её знали соседи по улице, всегда была дамой. В аккуратном немолодом теле жили особые аристократические повадки, которыми когда-то запаслась Клавдия Васильевна неизвестно где.

В народе поговаривали, что до девяносто третьего года она руководила промторговской базой, красила рот самой яркой помадой, жгла волосы гидроперитом и вечной химией, курила болгарский «Опал» и ногтем большого пальца правой руки запросто снимала обжатые крышки с «Жигулёвского». И шепотком добавляли, про юбки, некогда туго и рельефно обтягивающие упругие сдобные ягодицы. И совсем сокровенно сообщали, из юбок Клавдия Васильевна легко выскакивала в те времена, когда до безумия любила одного нахального, но пылкого и ласкового начальника торга.

Всё это она проделывала в городе. Поэтому, приехав в тихий обветшалый посёлок и первым делом выбив из главы поселения с помощью авторитета известных в области фамилий асфальт на свою улицу, Клавдия Васильевна снискала любовь односельчан. Ни один, даже самый записной борец за утраченную справедливость, ни разу не попрекнул женщину самым роскошным домом, английским газоном, беседкой из черного дерева или машиной, в которую бензина заливалось больше, чем на весь машинно-тракторный парк умирающего колхоза.

Движимое и недвижимое имущество Клавдии Васильевны до поры до времени вообще никого не волновало...