HTM
Номер журнала «Новая Литература» за сентябрь 2017 г.

Юлий Максимов

Дракон, или Ответ на «Тварь» Лачина

Обсудить

Рецензия

18+

 

 

Купить в журнале за ноябрь 2017 (doc, pdf):
Номер журнала «Новая Литература» за ноябрь 2017 года

 

На чтение потребуется 1 час 25 минут | Цитата | Скачать в полном объёме: doc, fb2, rtf, txt, pdf

 

Опубликовано редактором: Вероника Вебер, 11.11.2017
Оглавление

3. Первое необходимое отступление
4. Безумный Философ и его заблуждения
5. Второе необходимое отступление, или Азербайджанский миф

Безумный Философ и его заблуждения


 

 

 

Особая черта обсуждаемого эссе – явное превалирование стиля над аргументацией. Из-за этого оно приобретает все черты памфлета: остроумного, желчного, исполненного величайшего презрения; но вряд ли справедливого. Впрочем, памфлет и не может преследовать иные цели; он обязан разить. Эта черта удивительным образом сближает «Тварь» с «Антихристом» Фридриха Ницше, ещё одним замечательным образчиком торжества стиля над рацио. Любопытная черта: даже концовка одна и та же...

Сравним же:

« – Этим я заканчиваю и высказываю мой приговор. Я осуждаю христианство, я выдвигаю против христианской церкви страшнейшие из всех обвинений, какие только когда-нибудь бывали в устах обвинителя. По-моему, это есть высшее из всех мыслимых извращений, оно имело волю к последнему извращению, какое только было возможно. Христианская церковь ничего не оставила не тронутым в своей порче, она обесценила всякую ценность, из всякой истины она сделала ложь, из всего честного – душевную низость. Осмеливаются ещё мне говорить о её «гуманитарных» благословениях! Удалить какое-нибудь бедствие – это шло глубоко вразрез с её пользой: она жила бедствиями, она создавала бедствия, чтобы себя увековечить... Червь греха, например, таким бедствием впервые церковь обогатила человечество! – «Равенство душ перед Богом», эта фальшь, этот предлог для rancunes всех низменно настроенных, это взрывчатое вещество мысли, которое сделалось наконец революцией, современной идеей и принципом упадка всего общественного порядка, – таков христианский динамит... «Гуманитарные» благословения христианства! Выдрессировать из humanitas само противоречие, искусство самоосквернения, волю ко лжи во что бы то ни стало, отвращение, презрение ко всем хорошим и честным инстинктам! Вот что такое, по-моему, благословения христианства! – Паразитизм, как единственная практика церкви, высасывающая всю кровь, всю любовь, всю надежду на жизнь своим идеалом бледной немочи и «святости»; потустороннее как воля к отрицанию всякой реальности; крест как знак принадлежности к самому подземному заговору, какие когда-либо бывали, – заговору против здоровья, красоты, удачливости, смелости, духа, против душевной доброты, против самой жизни...

Это вечное обвинение против христианства я хочу написать на всех стенах, где только они есть, – у меня есть буквы, чтобы и слепых сделать зрячими... Я называю христианство единым великим проклятием, единой великой внутренней порчей, единым великим инстинктом мести, для которого никакое средство не будет достаточно ядовито, коварно, низко, достаточно мало, – я называю его единым бессмертным, позорным пятном человечества...

И вот считают время с того dies nefastus, когда начался этот рок, с первого дня христианства! – Почему лучше не с последнего? – Не с сегодняшнего? – Переоценка всех ценностей!»

Ницше, «Антихрист».

А теперь присмотримся к «Твари» Лачина.

« – Я обвиняю ислам –

1) в самой хитроумной логике зла, при которой все тёмные – наиболее жестокие, ортодоксально-заскорузлые, тягостные – стороны язычества, иудаизма и христианства достигают пика развития, мирно соседствуя и виртуозно избегая острых углов взаимных противоречий, словом: квинтэссенции всестороннего Зла;

2) в самом вопиющем алогизме, когда степень аберрации сознания и неадекватности поступков выглядит сюрреалистическим бредом;

3) в изобретении и неустанном использовании самых безотказных и быстродействующих способов обращения людей в отару безответных баранов, безропотных зомби;

4) в перманентной войне против окружающего мира любыми способами, от прямых военных до демографической политики, и в частности, наиболее успешном культивировании агрессивности, жажды убийства, равного презрения к чужой и собственной жизням;

5) в духовном и физическом уродовании ряда народов – испанцев, греков, азербайджанцев и южных славян;

6) в том, что он не стыдится былых преступлений и вспоминает их со злорадством и ностальгией;

7) в объявлении войны искусству, вплоть до прямого запрета отдельных видов его; варварстве, и сейчас проявляющемся на уровне средневековой Европы; ожесточенном растаптывании творческого начала в человеке, в наиболее частых случаях наплевательски равнодушного отношения к культурному прошлому как чужих народов, так и своих собственных;

8) в разработке изощрённых методов по обесчеловечиванию женщины, обращению её в самку, домашнее животное, овцу; прямом провоцировании мужчин – в самом Коране – на физическое насилие, шлифовке тысяч утончённых способов унизить женщину, и в использовании секса исключительно как одного из этих способов;

9) в обращении мужчин в племенных быков, от животных отличающихся только степенью пошлости;

10) в самых жестких методах воспитания детей, тотальном контроле над ними, бессмысленном пуританстве, в наиболее презрительном отношении к их чувству достоинства и желанию свободы;

11) во всемерном препятствовании любым реформам в экономике, социальной сфере и системе образования, и органической неспособности проводить их без влияния извне;

12) в абсолютно бездушном отношении к животным, прилюдном и зверском их убиении, без малейших сомнений в своей правоте;

13) в молчаливом – и не всегда молчаливом – одобрении, а когда-то и прямой военной помощи самой изуверской идеологии второго тысячелетия – нацизму (и этот тринадцатый пункт стоит первых двенадцати);

– и на основании всего перечисленного объявляю ислам, в лице всех его представителей, современных, прошлых и будущих: единой чёрно-зеленою Тварью, совокупностью всех мерзостей, присущих отдельным видам животных и отдельным политическим и религиозным системам, и признаю основателя его – воплощением Дьявола.

Также я обвиняю Пушкина, Бунина, Толстого Льва, Гёте, Ницше, Борхеса и Томаса Чарли: в том, что они по разным причинам – легкомыслию, поверхностным знаниям, в пику христианству или язычеству – заигрывали с Тварью, к восторгу чёрных бросая необдуманные фразы, и тем самым – сыграли на руку Дьяволу;

азербайджанцев – в том, что вы оплевали своё героическое прошлое и выродились из воинов: в торгашей, из европейцев: в азиатов, из красных: в чёрных, и позорите меня нашим родством;

Запад – за дряблость и бездействие в деле спасения своей культуры пред лицом чёрно-зелёной чумы;

доброхотов-пацифистов всего мира – в сентиментальных благоглупостях и гуманизме абстрактном, провоцирующих наступление Твари;

и, дабы меньше походить на всех вас –

Я, Маир Хуррамитский, жалкий чахоточный, безвестный нищий азиат, единственный узревший Дьявола во всей его мерзости и мощи, в год сто восемьдесят шестой от Рождества Господа моего Лермонтова Михаила, бросаю вызов чёрно-зелёной Твари, я объявляю бессрочную войну миллиардной армии ислама – мыслью и словом, делом и бездействием, медлительностью и поспешением, и если правы зороастрийцы, что ценность человека определяется тремя качествами: чистотой помыслов, слов, и дел – разве не найден мной лучший критерий их чистоты?

В этом промах твой, Дьявол – открылся мне, зная, что не премину возвестить своё знание и, недоверие встретив, буду ввергнут в ад одиночества. Но – разве это не возвысило меня?! Не подстегнуло? Не дало мне лучший критерий поверки – мысли, слова и дела? Ненависть – она ведь тоже окрыляет, и это – праздник, что пребудет со мной. В этом промах твой, Дьявол!»

Лачин, «Тварь».

Стиль – блестящий. Аргументация – весьма спорная. Проблема упадка и разложения исламской цивилизации, ближневосточной цивилизации вообще – уравнение со многими неизвестными, как выражаются математики. С ходу решить это уравнение никак не удастся.

 

 

*   *   *

 

Другая проблема стилистики эссе – употребление абсолютно запрещённых приёмов, ведущих в бездну. Вряд ли Фридрих Ницше мог себе даже отдалённо представить, что его великая книга, «Так говорил Заратустра», станет настольной для нацистов; что из его трудов самым недобросовестным образом будет скомпилирована «Воля к власти», благодаря которой нацисты получат ещё одно теоретическое обоснование для политики геноцида «унтерменшей» – славян, евреев, цыган. Разумеется, это был подлог, и подлог подлый. Но замечу: он оказался возможен благодаря тому, что зубы дракона в его книгах всё же имелись. Ницше не чуждался эффектных фраз в стиле: «иудействующий раввин», «внушающая ужас логическая цепочка иудаизма». Безумный Философ также слишком часто пускал в ход удары ниже пояса – то есть критиковал не идею, но расу. Возможно, он так не думал. Но если еврея описывать таким образом перед публикой, уже ненавидящей евреев – она с готовностью подумает, что это отличная идея, хороший повод к тому, чтобы начать евреев давить. Не иудеев, не ту самую идею фанатизма, торгашества и низменных инстинктов, против которых боролся Ницше (а точнее, думал, что боролся) – а именно евреев.

Людей, то есть.

О чём же пишет Лачин? Вот его фразы: «мушиная плодовитость», «волосатая порода», «торгаш», «самка». Как замечает русский народ: «ради красного словца не пожалеет и отца». Я вдумчиво прочёл эссе – и заявляю, что автор не имел целью именно оскорбить народы исламского Востока. А вот скинхед, мещанин, лабазник – или эсэсовец – подумает именно то. Эссе даёт все возможности оперативно скомпилировать из него новую «Волю к власти», где автор с ужасом может обнаружить уже не человека, охваченного болью и разочарованием перед лицом всеобщего развала и морально-интеллектуального падения Востока – а натурального жлоба, ненавидящего «айзеров», торгующих на рынке; бьющих таджикских девочек сапогами, устраивающих факельные шествия. То есть нациста.

Это большой порок эссе, и непростительный.

Замечу, что самые проницательные критики ислама такого рода запрещенных приемов избегали.

Возьмём, например, Данте Алигьери:

 

Не так дыряв, утратив дно, ушат,

Как здесь нутро у одного зияло

От самых губ дотуда, где смердят:

Копна кишок между колен свисала,

Виднелось сердце с мерзостной мошной,

Где съеденное переходит в кало.

Несчастный, взглядом встретившись со мной,

Разверз руками грудь, от крови влажен,

И молвил так: «Смотри на образ мой!

Смотри, как Магомет обезображен!

Передо мной, стеня, идет Али,

Ему весь череп надвое рассажен.

И все, кто здесь, и рядом, и вдали, –

Виновны были в распрях и раздорах

Среди живых, и вот их рассекли.

Там сзади дьявол, с яростью во взорах,

Калечит нас и не даёт пройти,

Кладя под лезвие всё тот же ворох

На повороте скорбного пути;

Затем что раны, прежде чем мы снова

К нему дойдём, успеют зарасти.

Так молвил Магомет, когда он ногу

Уже приподнял, чтоб идти; потом

Её простёр и двинулся в дорогу.

 

Есть где-то эпитеты вроде «волосатый» или «мушиный»? Поэт и не нуждался в такого рода приёмах. Для него важны принципы – и он судит пророка ислама не за мушиность или волосатость. Насколько справедливо судит – вопрос особый. Но замечу следующее: «Комедия» в этом смысле практически целиком пребывает в мире идей. Более того: в Лимбе, преддверии адовом, где пребывают праведные души язычников, нашлось место и для мусульманских учёных. Там же он встречает Саладина, султана-рыцаря. Итальянец впадает в видимое противоречие. Но симпатии и антипатии для него были выше божественных установлений; доказательство – то горячее участие и сочувствие, которое он испытывает к грешникам; и даже Мухаммеду, врагу его веры, досталась толика его участия: «несчастный, взглядом встретившись со мной...».

Так же нельзя обнаружить мушиности и волосатости в другом известном образчике антиисламской литературы – в «Персидских письмах» мсье Монтескьё, славного философа. Ирония, насмешка, изумление, хмурое порицание – всё использовал автор, но только не это. И даже Вольтер, – да, известный похабник и циник! – так вот, даже Вольтер не посчитал нужным вводить волосатость и мушиность в трагедию «Фанатизм, или Магомет», где вывел пророка безудержно циничным политиком макиавеллистского плана, способным убрать со своего пути даже самое святое и дорогое.

И недаром. Скатывание европейских народов в махровый расизм – а позже уже в фашизм и нацизм – происходило постепенно. Современникам Данте и в голову бы не пришло уничтожать людей только за то, что они волосатые или мушиные. Религиозная идентичность была важнее. Во всяком случае, позиция христианской церкви была однозначной: главное в человеке – его религия, а не смуглота. Героям Шекспира, в общем-то, всё равно, кто Отелло. Его смуглая кожа есть предмет терзаний только одного лишь главного героя. Дездемона любит благородного мавра, несмотря на цвет его кожи; а для венецианцев гораздо важнее, что он добрый христианин. Вольтер в своем «Кандиде» полагает так поступать с родичами (т. е. с неграми) «просто ужасным».

Но в девятнадцатом веке стало очень даже возможным устраивать представления в зоопарках, где вместе с гориллами и шимпанзе в клетках сидели также представители «недоразвитых народов» – бушмены, пигмеи, туареги.

Если бы только это…

 

 

*   *   *

 

Сразу же бросается в глаза очень нехорошая черта.

Посмотрим на фотографию, которой проиллюстрировано эссе. Это работа Ольги Валевской «Ла иляха иллялах, или народы ислама».

А теперь взглянем вот на эту любопытнейшую иллюстрацию в одном известном ресурсе[3]:

 

 

Это – обложка нацисткой брошюры Der Untermensh («Недочеловек»), выпущенной в 1942 году. На обложке изображено сборище людей, по мысли автора брошюры, представляющих собой хаос, разрушение и угрозу цивилизации.

Прочитаем текст, и приглядимся к интонациям некоторых его отрывков:

«Так как ночь восстаёт против дня, как свет и тьма находятся в вечной вражде – так и недочеловек является величайшим врагом человека, господствующего в мире. Недочеловек – это биологическое существо, созданное природой, имеющее руки, ноги, подобие мозга, с глазами и ртом. Тем не менее, это ужасное существо является человеком лишь частично. Оно носит черты лица подобные человеческим – однако духовно и психологически недочеловек стоит ниже, чем любое животное.

Внутри этого существа – хаос диких, необузданных страстей: безымянная потребность разрушать, самые примитивные желания и неприкрытая подлость.

Недочеловек – и ничего более!

Не все те, которые носят человеческое обличие, являются одинаковыми.

Горе тому, кто забывает об этом!

Все великие творения, идеи и искусство, которыми владеет наша Земля – придумал, создал и усовершенствовал человек. Человек думал и изобретал, для него всё время существовала лишь одна цель: проложить свой путь к высшим формам существования, придать очертания бесконечному, заменить недосягаемое стремлением к постоянному совершенствованию.

Так развивалась культура. Так появился плуг, орудия труда, дом. Так сформировалось человеческое общество, семья, народ и государство. Так человек стал хорошим и великим. Так он поднялся выше всех живых существ.

Так он стал ближним для Бога!

Однако кроме человека жил ещё и недочеловек. Он ненавидел всё то, что являлось результатом творения других. Недочеловек возненавидел творения, созданные человеком. Он ненавидел их в начале тайно подобно вору, а потом и открыто подобно убийце.

Недочеловек постоянно присоединялся к себе подобным. Зверь призывал зверя.

Ещё никогда недочеловек не жил мирной жизнью, никогда он не знал спокойствия. Ему всегда был нужен полумрак и хаос.

Свет, исходящий от культурного прогресса, всегда пугал недочеловека. Для того чтобы выжить, ему нужно смрадное болото, ад, а не солнце.

И этот подмир недочеловеков нашёл своего лидера – Вечного Жида!

Жид понимал остальных недочеловеков и знал, чего они хотят. Он подстёгивал и вторил их общим прихотям и желаниям, вскоре он велел ужасу переступить через человечество.

Этот исторический период начался с момента уничтожения персов, в честь этого события был объявлен праздник Пурим, – прославляющий организованное массовое убийство. 75 000 арийских персов пали жертвами еврейской ненависти. И по сей день еврейство празднует и почитает это ужасное деяние – как свой величайший «религиозный» праздник.

Вечная ненависть недочеловека направлена против чистого образа, свойственного носителям света. Угроза гибели Западного мира всегда исходила из пустынь и далёких степей, где силы разрушения собирались воедино, где Аттила и Чингисхан собирали свои орды гуннов – ведя их по Европе, провозглашая живой апокалипсис, оставляя за собой огонь и смерть, насилие, убийства и ужас. И всё для того, чтобы низвергнуть в пропасть мир света и знаний, мир человеческого величия и прогресса!

Извечным остаётся желание недочеловека: превратить в пустыню всё то, что отдаёт созидательный свет – свет, освещающий невежественный мрак. И тогда конечная цель недочеловека – хаос – будет достигнута.

Так, уже на протяжении тысячелетий, по неумолимым и страшным законам происходит борьба между двумя противоположными полюсами. Снова и снова находится новый Аттила, новый Чингисхан, вламывающийся через ворота Европы и знающий лишь одно: абсолютное уничтожение всего красивого!»

Не надо быть пророком, чтобы убедиться: этот текст явно подражает и неосознанно пародирует Фридриха Ницше. Разумеется, все акценты сдвинуты, ударения переставлены – но в том-то и дело, что текст немецкого философа позволял сдвигать акценты и переставлять ударения. Это не Евангелие, где акценты сдвинуть можно с трудом. Всё же текст, где чёрным по белому написано, что необходимо возлюбить врагов своих и благословлять проклинающих – извращается нелегко. Хотя доминиканец Генрих Крамер показал и доказал: извратить можно абсолютно всё.

Но довольно; как ни старался Ницше изобразить христианство в карикатурном свете – в конечном счёте предельно карикатурным оказалось по практическим выводам именно его учение.

Увы, вынужден повторить: «Тварь» можно сдвинуть весьма и весьма легко.

Пикантная деталь состоит в том, что автором этой мрачной иллюстрации были вовсе не немцы – а самые что ни на есть чистокровные русские. В этом легко убедиться, если просмотреть литературу времен борьбы республиканцев против фашистов в Испании. Фотография уже фигурировала в печати раньше, причём на первой полосе белогвардейского «Часового», да ещё с подписью «Армия Атиллы».

Иными словами – простые русские люди есть гунны, недочеловеки. Человек, хорошо знакомый с восточной литературой, сразу же вспомнит бездонное по своему презрению выражение некоего арабо-персидского учёного географа: «русские – это самое грязное тюркское племя».

Выводы – мрачные.

«Тварь» эссе настолько внутренне расистское и исполненное глубочайшего презрения к культуре восточных народов, что позволяет с удивительной лёгкостью иллюстрировать его фотографиями, прямо связанными по своей логике с нацисткой пропагандой. И там и тут явно грязные, мрачные, плохо одетые люди. Их много, очень много. Толпа образует угрожающую истинной цивилизации и культуре орду. Достаточно на фотографию Ольги Валевской поместить физиономию «хача»: небритую, с ассиметричными чертами, мутными глазами – и ассоциации станут прямо-таки неприличными.

Словно бы в насмешку, в эссе тоже всплыли арийские персы. И здесь ищут «Вечного Жида». В этой роли нынче выступают арабы – и лично пророк Мухаммед. Нельзя забывать, что антисемитизм, «арийство», презрение к монотеизму – системообразующие столпы нацизма. Арабы – семиты. Хотя семитами почему-то называют евреев – но арабы семиты! Коран – яркая книга семитической культуры. Пророк Мухаммед – пророк семитского мира.

Таковы мои возражения по стилистике и терминологии эссе.

 

 

 



[3] https://sputnikipogrom.com/wp-content/uploads/2013/09/A0HdymgiV_g.jpg

 

 

 

(в начало)

 

 

 


Купить доступ ко всем публикациям журнала «Новая Литература» за ноябрь 2017 года в полном объёме за 197 руб.:
Банковская карта: Яндекс.деньги: Другие способы:
Наличные, баланс мобильного, Webmoney, QIWI, PayPal, Western Union, Карта Сбербанка РФ, безналичный платёж
После оплаты кнопкой кликните по ссылке:
«Вернуться на сайт магазина»
После оплаты другими способами сообщите нам реквизиты платежа и адрес этой страницы по e-mail: newlit@newlit.ru
Вы получите доступ к каждому произведению ноября 2017 г. в отдельном файле в пяти вариантах: doc, fb2, pdf, rtf, txt.

 


Оглавление

3. Первое необходимое отступление
4. Безумный Философ и его заблуждения
5. Второе необходимое отступление, или Азербайджанский миф
Пользовательский поиск

Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на g+  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

18.11: Лачин. Три русских стихотворения об Ульрике Майнхоф (рецензия)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или Яндекс.Деньгами:


В данный момент ни на одно произведение не собрано средств.

Вы можете мгновенно изменить ситуацию кнопкой «Поддержать проект»




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за сентябрь 2017 года

Купить все номера с 2015 года:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 



При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2017 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!