HTM
Номер журнала «Новая Литература» за сентябрь 2018 г.

Мастерство перевода

Анзя Езерска. Голодные сердца

Обсудить

Сборник рассказов

 

Перевод с английского и вступление Дана Берга

 

Опубликовано редактором: Игорь Якушко, 26.10.2018
Оглавление

3. Голод
4. Погубленная красота
5. Бесплатный пансионат

Погубленная красота


 

 

 

«Ой, как сияет красота!» – с восторгом воскликнула Хани, закончив красить стены и потолок в кухне. Всегда и во всём душа её радовалась виду изящества и строгости. Хани перевела взгляд на фотографию сына в форме солдата армии Соединённых Штатов. Похож на мать и лицом, и характером. Война кончилась, скоро обожаемый Ави вернётся домой из Франции, увидит красоту, и не стыдно ему будет привести домой друзей.

 

Прачка Хани стирала тонкое бельё, и миссис Престон была одной из её заказчиц. Артистически красиво делала Хани свою работу, и платили за неё не только долларами, но и восхищением и любовью.

 

Хани завидовала чистоте кухни в особняке миссис Престон, и вот сегодня вечером она закончила красить свою собственную поварню, которая теперь выглядит не хуже, чем у богатой леди, во всяком случае, в части белизны.

 

Муж Хани, больной, сгорбленный, помятый жизнью человек сидел на кровати, выставив вперёд опухшие ноги, и считал гроши – свою дневную выручку. Хани поспешила к супругу с радостным сообщением.

 

– Джек Сафрански, – воскликнула Хани, – взгляни на мою работу, пока не пошёл спать!

– Оставь меня, я хочу покоя... – отмахнулся муж.

– Скорей сюда! Скажи-ка, я понимаю в красоте? – настаивала Хани.

– Сколько денег ты потратила на краску?

– Я заработала их добавочной стиркой. Ради красоты и потерпеть не грех!

– Лучше бы отложила на чёрный день. Он придёт.

– Я это учла. Я старалась для Ави. Теперь он может пригласить в дом хоть самого президента.

– Ты готова купить для Ави воз бананов. Ты не копишь доллары, как положено беднякам.

– Я не позволяю себе кино и мороженое. Что толку от денег, если они не приносят красоту?

– Что толку от красоты, если кухня не твоя, а домовладельца?

– Но живу-то в доме я! Свежие стены и потолок сияют солнцем в душе. Где твои глаза?

– У тебя белая кухня, а я почернел от забот. Ты тянешься за богатой американкой. Глупо.

– Я стараюсь для Ави, я луну с неба достану для него, а он сделает нас американцами!

– Ты хочешь быть как миссис Престон?

– Когда я создаю своими руками красоту, я чувствую себя, как миссис Престон.

– Почему ты не вышла замуж за миллионера?

– Она не заносится передо мной! Она говорит, что победа в войне даст равные шансы всем.

– Ну-ну…

– Она сказала, что у нас будет демократия, и все в Америке станут равны друг другу!

– Хватит молоть ерунду. У бабы волос длинный, а ум короткий! – положил конец разговору Джек Сафрански и отправился спать.

 

 

*   *   *

 

На следующее утро Хани отправилась в мясную лавку, помещавшуюся на нижнем этаже дома. В эти часы там собиралось большое общество женщин. Они приходили не только ради куска мяса, но и для обсуждения важнейших дел. Все они знали друг о друге многое, но хотели бы знать больше. Энергично работая локтями, Хани пробивалась к прилавку мясника мистера Сопкина и, похоже, имела сообщить собранию нечто важное.

 

– Что это, Хани, вы так горячитесь, что у вас горит? – возмутилась одна из женщин.

– Ей всегда горит рассказать что-нибудь о своём сыне! – заметила другая.

– А как же? Вся Америка должна знать о нём!

– Она думает, что её Ави единственный солдат в армии.

– Мой Бени тоже служит, но я не такая сумасшедшая мать, как Хани.

– У каждой вороны свой птенец самый прекрасный!

– Обожествишь чадо – не напасёшься жертв!

– Мистер Сопкин, разве мы покупаем мясо не по очереди? Почему она прорывается вперёд?

– Ну, Хани, какие новости в письме из Франции? – спросил мясник, обтирая нож о передник.

– Мистер Сопкин! – вскричала Хани. – Новость в том, что я покрасила кухню!

– Великолепно! – воскликнул мистер Сопкин и снова вонзил нож в мясо.

– Хватит уже резать говядину! Все живо поднимайтесь ко мне взглянуть на красоту!

– Много я заработаю, если стану пялиться на чудеса в вашем доме! – сказал мясник.

– Деньги – это не всё. Моя белоснежная кухня осветит ваше сердце! – возразила Хани.

– Деньги – это очень многое!

– Ой, вы так честно взвешиваете мясо, ваши покупатели не убегут! – подольстилась Хани.

– Если вы заберёте что-нибудь в вашу сумасшедшую голову, Хани, – вам нельзя отказать!

– Я знала, что уговорю вас, мистер Сопкин!

– Женщины! Давайте доставим радость Хани и поглядим на её кухню! – призвал лавочник.

– У меня нет времени, младенчик дома заперт! – запротестовала одна.

– У меня горшок с супом на плите. Всё сгорит! – возразила другая.

– Хватит! У вас у всех есть время часами болтать языком. Все за мной! Это займёт минуту.

 

По шатким и узким лестницам ликующая Хани вела к себе в квартиру вереницу женщин во главе с мистером Сопкиным. Она распахнула дверь, и чудо предстало перед глазами вошедших. Возгласы восторга услаждали слух хозяйки.

 

– Сияние из всех углов!

– Настоящий праздник!

– Не надо зажигать газ – светло от стен!

– И я бы хотела иметь такую кухню!

– А вы почему молчите, мистер Сопкин? – дёрнула его за рукав Хани.

– У меня нет слов! Вам положена медаль от домовладельца... – воскликнул мистер Сопкин.

– Желаем вам, Хани, женить сына, а нам поплясать на свадьбе!

– Чтоб дождаться вам радостей от внуков!

– Пусть свалится на вас богатство, и будет собственный дом с белоснежной кухней!

– Аминь! Дай нам Бог забыть о плате грабителям-домовладельцам! – ответила всем сразу Хани.

 

 

*   *   *

 

Миссис Престон c восхищением наблюдала, как Хани раскладывала доставаемые из корзины постиранные вещи, как ласково разглаживала тонкую ткань своими грубыми руками, расправляла складки и причмокивала языком от удовольствия – приятно сознавать мастерство. «Хани, вы мастерица! Никто до вас не стирал так любовно мой батист и кружева! Вы создаёте красоту!» – говорила миссис Престон. Польщённая прачка пила глазами безукоризненное изящество своей заказчицы. Как всё гармонично в этой женщине – одежда, обувь, причёска, осанка, манеры, речь – она само совершенство!

 

– Ах, миссис Престон, вы так добры, и у вас простое сердце!

– Ну, что вы, Хани! Я только ценю вашу работу!

– Вы не похожи на других богатых леди. Вы почтительны с таким ничтожеством, как я!

– Не называйте себя ничтожеством, не сердите меня. Вы искусница, художница даже!

– Я – художница?

– Конечно! Вы создаёте красоту, как художник. Вы делаете это своим ремеслом, он – краской.

– Краской? Я тоже могу! Я выкрасила кухню, мясник и соседки были восхищены!

– В честь Ави? – спросила миссис Престон, которая тоже ждала из Европы сына-офицера.

– Всё, что я делаю – все для моего Ави! Вы помните, миссис Престон, как вы подарили мне герань в горшке? И тогда мне пришла в голову мысль, что к возвращению Ави я обязана сделать дом красивым, под стать вашим цветам. Домовладелец не хотел тратиться, и я решила, что сделаю это сама – и заодно все узнают, что Хани понимает кое-что в красоте! Я работала по ночам, откладывала гроши на краску, и теперь моя кухня сияет белизной, как ваша!

 

Хани впечатлила миссис Престон своей приверженностью ко всему красивому. Богатая американка даже позавидовала бедной русской еврейке, одарённой жаждой и чутьём красоты. Она пообещала Хани навестить её и взглянуть на преображённую кухню. «Я испеку штрудель к её приходу, – думала осчастливленная Хани, уходя от заказчицы, – и приглашу снова мистера Сопкина и соседок – пусть увидят мою гостью!»

 

Хани стирала бельё. Позвонили в дверь. Вошёл мистер Бенджамин Розенблат, домовладелец. Длиннополый сюртук туго облегал выступающий живот. Маленькие глазки слабо светились, жир разгладил морщины на лице. Мистер Бенджамин Розенблат явился за квартирной платой.

 

– Мистер Розенблат! Плата приготовлена. Но прежде загляните в кухню! – воскликнула Хани.

– Я тороплюсь. Время – деньги!

– Я прошу только полминуты! Ну, что скажете? Я хороший маляр?

– Неплохая работа. Вот квитанция, – сказал домовладелец, и дума мелькнула на лице его.

 

Через две недели, когда Хани и Джек Сафрански сидели за ужином, вошёл швейцар и протянул письмо от домовладельца. Предчувствуя беду, Хани открыла конверт.

 

– Ой-вей! – это всё, что она смогла промолвить.

– Что случилось? Ты выглядишь, как мёртвая! – испугался муж.

– Этот убийца поднял нам плату на пять долларов!

– Ты никогда не слушаешь меня! Деньги надо было нести в банк, а не краску покупать!

– Ты ешь меня поедом, скупердяй! – крикнула Хани и побежала в контору к домовладельцу.

– Мистер Розенблат! У вас есть сердце? Где я возьму ещё пять долларов? – возопила Хани.

– Квартира отремонтирована и стала стоить на пять долларов дороже! – прозвучал ответ.

– Но у меня нет денег!

– Это не моё дело. Вам нечем платить – я поселю другого жильца.

– Я за свои деньги покрасила ваш дом!

– Вы это сделали для себя.

– Подумайте о Боге! Где ваша совесть?

– У меня нет больше времени для вас, разговор окончен! – прорычал мистер Розенблат, повернулся к машинистке и продолжил диктовать письма.

 

Выйдя из конторы, Хани почувствовала удушающую сухость в горле, ноги её дрожали и подкашивались. Она шла и разговаривала сама с собой. «Где взять деньги на переезд, на грузчиков? Я не хочу покидать свою красивую кухню. Что я скажу Ави, когда он вернётся? Просить миссис Престон о помощи? Нет! Ещё подумает, что у меня корысть на уме... Куда податься, и кто поможет?» Она добрела до мясной лавки, уселась на скамейку и заплакала.

 

– В чём дело, Хани? – участливо спросил мистер Сопкин.

– Несчастная я! У меня темно в глазах! – всхлипнула Хани, привлекая внимание соседок.

– Плохие новости от Ави, сохрани Боже? – спросила одна из них.

– Убийца-домовладелец поднял мне плату на пять долларов!

– На каком основании? – возмутился мистер Сопкин.

– Кровопийца сказал, что выкрашенная квартира стоит дороже!

– Эти домовладельцы – цари и казаки Америки! – крикнула соседка.

– Что вы намерены делать?

– Я перестану есть мясо и молоко. Сэкономлю. Я хочу принять Ави в красивом доме.

 

Хани воздела руки к небу, закричала в бессильном гневе: «Боже праведный! Верни на землю справедливость! Пусть изверг примет такие же муки, как мои. Чтоб в огне ему сгореть, чтоб в воде ему утонуть, чтоб голодной смертью умереть, чтоб тело его изгрызли бешеные собаки, чтоб мститель восстал из костей наших, чтоб...»

 

 

*   *   *

 

Изнурённая тяжёлым трудом и ослабевшая от недоедания Хани складывала в корзину постиранное бельё миссис Престон. Зашёл швейцар и протянул ей письмо от домовладельца. В ужасе Хани открыла конверт – ещё одно повышение квартирной платы.

 

Сказать мужу? Но ей нужны не ворчание и попрёки, а поддержка друга. Хани взяла корзину с чистым бельём и отправлюсь к своей доброй заказчице. На сей раз она решила, что поведает ей о своей беде.

 

Леди выслушала горький рассказ прачки. Миссис Престон всей душой сострадала бедной женщине. Она присмотрелась к Хани повнимательнее и впервые в жизни задумалась о разрушительной власти труда и голода.

 

– Хани, постарайтесь успокоиться. Вы правы, домовладельцы употребляют во зло свою силу.

– Что толку мне от правоты?

– Мы как-нибудь уладим дело... У вас будет приемлемая плата...

– Я не знаю ваших мыслей, миссис Престон, но мне нужна не милость, а справедливость!

 

Хани не плакала, она говорила во весь голос. «Домовладелец загнал меня в угол. Если не найду денег для него – он возьмёт мою жизнь. Я не ем мяса и молока, чего ещё я должна себя лишить? Теперь всё дорого – еда, одежда, обувь. Я не могу поставить заплату на ботинок!»

 

Жалея Хани, миссис Престон просила её принять немного денег, но та отвергла подношение. «Мне нужна не милость, а справедливость!» – повторила Хани. Миссис Престон чувствовала себя не в своей тарелке. Она подумала, что когда на её столе появится январская клубника, у прачки не будет вдоволь хлеба.

 

– Мы не можем изменить порядок вещей в одночасье, – пробормотала смущённая леди.

– Я изменю! Я буду бороться, и Америка услышит меня!

– Хани, наши законы несовершенны, наша страна молода, мы учимся...

– О, я вижу, вы держите сторону домовладельца! Может быть, даже имеете выгоду от него. А я думала, вы за демократию! – в отчаянии произнесла Хани.

 

Миссис Престон не обиделась. Слёзы выступили у неё на глазах. Она ничего не сказала в свою защиту и не ответила на несправедливые слова. Она молча вышла.

 

Хани пошла в суд, как ответчица по делу о выселении её семьи. Постоянные покупательницы мясной лавки с нетерпением дожидались возвращения героини, строили догадки, болели за соседку.

 

Дождались. Она была бледна как мел. Ей дали дорогу, усадили на скамейку. Мистер Сопкин поднёс рюмку бренди: «Выпейте, это вернёт вам силы!» Одна из женщин принесла чашку крепкого кофе и ломтик хлеба с селёдкой и луком. Несчастный вид ответчицы красноречиво свидетельствовал об исходе суда. Тем не менее, вопросы посыпались один за другим.

 

– Ну, что решил суд?

– Что сказал судья?

– Хани, вам дали высказаться, как вы хотели?

– Негодяй тоже говорил?

– Судья сказал, что домовладелец в своём праве... – пробормотала Хани.

– Что это значит?

– Это значит, что он может поднимать цену и выселять людей, – пояснила Хани.

– Если даже бедовая Хани не может защитить себя, что уж нам остаётся?

– К кому идти? Кто заступится за нас?

– Наша жизнь в их руках!

– Они могут душить нас, и это их законы!

– Никто не слышит наш плач!

– Ещё услышат... Кого многие боятся – сам многих боится!

– Моя белоснежная кухня! – горько воскликнула Хани.

– Красота – царица, да правит недолго!

– Отомсти негодяю, Хани! Око за око! – подстрекнул мистер Сопкин.

 

Собравшись с силами, Хани поплелась домой. Упрёками и нравоучениями встретил её муж Джек Сафрански. «Сумасшедшая! Вбила себе в голову, что кухня твоя должна блестеть, как у миссис Престон. На миллионщиков вздумала равняться, дура! Мужа надо было слушать! Теперь мы – общее посмешище!» Её отчаяние сменилось гневом. «Прочь с моих глаз! Вон из дома!» – зарычала Хани и швырнула утюг вслед спасавшемуся бегством Джеку Сафрански. Он успел захлопнуть прозрачную дверь кухни, и его догнал звон расколотого утюгом стекла.

 

Разбитая стеклянная дверь напомнила Хани мстительный призыв мистера Сопкина! «И это Америка! За что воевал мой Ави? Я старалась ради красоты, а теперь грабитель, казак и убийца станет наживаться? Негодяй-домовладелец ничего не получит! Око за око!»

 

В припадке бешенства Хани схватила нож и стала сдирать краску с кухонных шкафов. Молотком сшибала штукатурку со стен. Разбила горшки с геранью. Открыла нефтяной кран, и струя чёрной жидкости покрыла отвратительными пятнами белоснежные стены и потолок кухни. Она бесновалась всю ночь и с рассветом обессиленная свалилась на кушетку.

 

Хани открыла глаза и с ужасом взглянула на учинённый ею разгром. «Ой-вей! – вскричала она, – неужели всё это я сама сотворила? Я отомстила, уничтожив красоту. Лучше не знать её совсем, чем радоваться ей, а потом утратить. Но погубить красоту своими руками?! Это невыносимо!» Хани сидела на кушетке, раскачивалась как помешанная, и громко стонала – горше лишиться, чем никогда не иметь!

 

 

*   *   *

 

Аврам Сафрански, рядовой армии Соединённых Штатов, бодрым шагом уверенного в себе молодого американца шёл из порта к себе домой. Накануне он прибыл из-за океана, в кармане его лежало увольнительное разрешение на сутки. Он торопился увидеть родных после разлуки.

 

На левом плече рядового Сафрански красовался знак Статуи Свободы, а на груди блестела медаль за отличную службу. К правому рукаву были пришиты две полоски – свидетельства полученных ранений.

 

Из писем Хани солдат знал о выкрашенной кухне. Сын торопился доставить матери радость – он мысленно отрепетировал своё восхищение красотой.

 

Вот родная улица, родной дом. Но, что это? На тротуаре громоздится гора знакомых Ави домашних вещей. А рядом на табуретке сидит, сжавшись под моросящим дождём, седая женщина...

 

 

 


Оглавление

3. Голод
4. Погубленная красота
5. Бесплатный пансионат
Пользовательский поиск

Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на g+  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

07.11: Виталий Семёнов. На разломе (рассказ)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или Яндекс.Деньгами:


В данный момент ни на одно произведение не собрано средств.

Вы можете мгновенно изменить ситуацию кнопкой «Поддержать проект»




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за сентябрь 2018 года

Купить все номера с 2015 года:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 



При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2018 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!