HTM
Номер журнала «Новая Литература» за январь 2019 г.

Дмитрий Огма

Кафе «Патрисианна»

Обсудить

Повесть

 

Триптих. Часть первая.

Кафе «Патрисианна»

теоретическая повесть

 

Опубликовано редактором: Игорь Якушко, 16.07.2007
Оглавление


1. Часть 1
2. Часть 2

Часть 1


 

Среда, ноябрь, восемь часов вечера.

Кормлев шел по Невскому проспекту. Бесцельно, бессмысленно, также как этот мокрый снег в желтушном свете уличных фонарей.

Мне сегодня сорок лет, – думал Кормлев, – сорок! Целая жизнь! Жизнь сделана, и жизнь эта дрянь, и сделана по-дрянному, и никакого в ней смысла. Как нет смысла в этом снеге... Какого черта он падает, этот чертовый снег? Падает, падает, чтобы стать грязью под чьими-то ногами…

Кормлев остановился под фонарем, посмотрел на свои старенькие, дешевые китайские часы.

Восемь пятнадцать. Веселье, наверное, уже в полном разгаре! − решил он.

Да, такого оригинального поступка от него не ожидал никто! Он просто встал из-за стола и ушел! Ушел, и никто этого не заметил…

Кормлев оглянулся по сторонам;

Невский проспект. Как я здесь оказался? С какой стати? Зачем? Какая разница! − решил про себя он.

И ноги сами зашлепали по снежной каше. И сами свернули налево, потом направо… "Cafe Patrisianna" – горела надпись бледно-розовыми неоновыми прописными буквами c изящным наклоном влево.

Патрисианна, патрия, пария, партеция…, – промелькнуло в голове у Кормлева. Вдруг стало как-то смешно и горько от глупости и тупости этих слов, этих ассоциаций, никак, ни чем не связанных, бессмысленных, бесцельных! Он усмехнулся и вошел.

 

 

– Здрасьте! – швейцар, молодой, прыщавый парень в форменном пиджаке, осклабился ему так, как будто он постоянный и очень щедрый посетитель, или, по меньшей мере, любимый двоюродный брат хозяина этого кафе.

Еще шаг, и Кормлев попал в упругие потоки теплого, нежного воздуха двух калориферов. В сознании промелькнули почему-то белый песок, пальмы и цветастые зонтики…

– Позвольте Ваше пальто? – прозвучал девичий, бархатный голос, откуда-то сзади и справа.

Глупая официальная фраза, прозвучавшая мягким сердечным тоном, таким, каким иногда говорила его мама, своим несоответствием обстановке кольнуло глубоко и больно.

− Мне бы чаю, или кофе там, какого-нибудь, – растерянно сказал Кормлев невысокой, гладко зачесанной миловидной девушке, по всей видимости, гардеробщице.

Девушка улыбнулась ему, швейцар как-то странно осклабился…

− Как вас зовут? – неожиданно для себя спросил Кормлев, отдавая ей в руки свое промокшее пальто.

− Даша, – ответила тем же теплым, сердечным тоном девушка.

И опять стало глубоко больно и тревожно.

− Даша? А мою маму зовут Марина… Почему вас не Марина зовут? – спросил Кормлев вслед уже скрывшейся за дверями гардеробной девушке.

− Прошу вас, проходите, – это всё тот же швейцар, с той же самой улыбкой во все прыщавое лицо, показывал Кормлеву широким выразительным жестом на двери в затемненный зал.

− Вы знаете, у меня денег при себе не очень много, – полушепотом, боязливо пробормотал Кормлев, сверяя свое финансовое состояние с окружающей шикарной обстановкой.

− Проходите, проходите, – зачастил швейцар. – Вы же помните, у нас всё недорого!

Помню?! Ну да, помню! Я почему-то это помню, – поймал себя на мысли Кормлев. – Я помню и физиономию швейцара, и то, что девушку зовут Даша... Откуда я это помню? Я уже лет десять, не был ни в каком кафе... И лет пять, как не был на Невском проспекте... Но я помню! А, черт с ним, неважно! − решил Кормлев и шагнул в уютный овальный зал с колоннами, со столиками, накрытыми тяжелыми бархатными скатертями, и настольными лампами с оранжевыми стеклянными абажурами под старину.

Звучала тихая музыка…

Блюз, − решил для себя Кормлев.

Кое-где за столиками сидели небольшие компании. Благодушие, спокойствие и какая-то глубокая тишина, внутри которой и происходили все действия, все это так резко контрастировало с суетой, холодом и безумием, из которого он только что пришел, что казалось нереальным, и Кормлев даже слегка поёжился, почувствовав это.

− Господи, Кормлев, старина! Ты где пропадал? Иди к нам!

Кормлев вздрогнул. Этот голос, прозвучавший, откуда-то из глубины зала, показался ему знакомым. И тут же перед ним возникла фигура дородного человека в твидовом пиджаке и с широким, масляным, улыбающимся лицом.

У Кормлева перехватило дыхание от сильных и частых объятий и запаха палёного где-нибудь в Турции «французского» парфюма.

− Пошли, пошли, – это уже его подталкивал к столику человек, только что основательно измявший его в своих объятиях. − Господи, да что ты на меня так таращишься? Что же у тебя такой ошарашенный вид? Или ты выпил?

− Вот так вот сидишь с человеком за одной партой десять лет, даешь ему списывать математику, а потом он делает вид, что тебя не знает! − эту фразу толстяк говорил уже двум женщинам, сидящим за столом с глупыми улыбками на лицах.

− Кормлев, тезка, да очнись же ты! − толстяк дружески ткнул его в бок, наклонился и состроил крайне выразительную гримасу, показывая глазами на женщин, сидящих с недоуменным видом.

Ну да, конечно, же! Это Сергей! – вдруг подумал Кормлев. – Я помню, что этого человека зовут Сергей!

− А фамилию помнишь? У тебя что, амнезия, после того как Людка Соловьёва стукнула тебя "арифметикой" по голове? – заливисто смеясь, говорил Сергей.

Панфилов! – мелькнуло в мозгу у Кормлева.

− Ну вот, вспомнил, начал приходить в себя! – иронично запричитал Сергей.

− Ты что, мои мысли читаешь? – вдруг, неожиданно для самого себя, вслух спросил Кормлев. И ему вдруг стало как-то стыдно, неловко и неуютно оттого, что он назвал этого незнакомого человека на «ты» и озвучил то, что обычно произносил только про себя.

− Дамы, давайте выпьем за день рождения моего школьного друга! – произнес тост Панфилов.

Очень достоверно играет, то, что он не расслышал вопроса! – думал Кормлев, приглядываясь к Панфилову.

− Кстати, как там твой начальник, поправился? – с наигранной заинтересованностью спросил Панфилов.

Начальник Кормлева, психопат и лизоблюд, с редеющей прилизанной шевелюрой вдруг неожиданно заболел тяжелейшим воспалением легких неделю назад. Весь отдел переживал, и в тайне надеялся, что он не выживет...

− Откуда ты это знаешь? – спросил Кормлев Панфилова.

− Что?

− Ну, это, про моего начальника?

− Так, дружище! Ты хоть запоминай, кому ты чего рассказываешь, – с наигранной обидой в голосе сказал Панфилов. – И кончай изображать из себя забывчивого параноика – ты смущаешь наших дам!

− Клавочка, Лидочка, – оскалившись, обратился он к женщинам, – не смущайтесь, это у него такие дурацкие шутки! А к первому апреля и дню рождения с ним обострение случается!

И наклонившись к Кормлеву, дружески ткнул его кулаком в бок и прошипел:

− Кончай гнать дурку, Серега!

− Девочки! – это он опять обратился к двум основательно потасканным, лет тридцати пяти-сорока женщинам, похабно накрашенным, с тошнотворной тоской в глазах. – Выпить мы за него выпили, а теперь я хочу вам представить своего старого друга – именинника, однокашника и тезку по совместительству – Сергея Кормлева! Представляете себе, девушки, я с этим остряком десять лет за одной партой сидел! А потом всю жизнь не мог от него избавиться. Куда ни зайдешь – везде он, и делает вид, что он меня не знает! – гыгыкая и трясясь, говорил Панфилов.

Женщины переглянулись, хихикнули, и, кажется, расслабились.

− Ну, девушки, Лидочка, ухаживайте за именинником! – причитал Панфилов, обихаживая компанию. – И положите ему что-нибудь, положите!

− Вы будете заливное? А салат? – спросила Кормлева Лидочка томным, хрипловато-прокуренным голосом. Её руки – нервные, ухоженные, с длинными ровными ногтями, покрытыми розовым лаком, неловко манипулировали тарелкой и ложкой.

Я помню эти руки! – подумал Кормлев. – Откуда я их помню, где я их видел? – вспоминал Кормлев, заворожено следя за тем, как Лидочка накладывает что-то на тарелку. Лидочка отметила это, приняла за предварительный успех и бросила на Сергея два или три кокетливых взгляда.

Четвертый прибор! − мелькнуло в голове у Кормлева. − Их трое, а приборов четыре! Откуда?

− Кто-то еще должен придти? – как можно более непринужденно спросил Кормлев у Панфилова.

− Нет, приятель, с чего ты взял? – хихикнул Панфилов. – Можешь смело ухаживать за Лидочкой!

− Сергей Витальевич, пожалуйста, Ваш коньяк! – сказал невесть откуда взявшийся официант с лощеной улыбкой, ставя на стол перед Сергеем бутылку, обернутую в желтую полупрозрачную бумагу. – Прошлый раз не было, извините, кончился! Извините, не обижайтесь, пожалуйста! Зато теперь мы завезли впрок!

− «Николе-Коля», сорок второй год, – прочитал Панфилов на этикетке и присвистнул, – шикуешь, Серега! Ну, да ладно, в такой день можно! − и он уже деловито откупоривал бутылку, выразительно кивая официанту, мол, уходи, мы тут сами справимся! Официант замялся, промямлил что-то, мол: "Не положено…", но было поздно! Панфилов, стремглав разлив коньяк, уже нюхал край своего бокала, в деланном наслаждении прикрывая глаза.

− У меня денег при себе немного, – прошептал Сергей на ухо Панфилову.

− Не волнуйся, старик, потом разочтемся... Расслабься! − ответил Панфилов, подмигнул ободряюще и ткнул его локтем в бок.

Музыка изменилась, но опять звучало что-то вкрадчивое, умиротворяющее, официант еще тёрся чуть поодаль, неловко и заискивающе улыбаясь, Панфилов, откушав коньяку и налив себе еще, щедро раскладывал перед хихикающими дамами какие-то сальности…

Что-то внутри хрустнуло, отпустило, сказало: «Да к черту все!», и Кормлев расслабился. Вздохнул, улыбнулся, и перед ним замелькали рюмки, вилки, оранжевая лампа, масляная физиономия Панфилова, густо напомаженный рот Лидочки и нервные, ухоженные руки с длинными ногтями, накрашенными розовым лаком.

 


Оглавление


1. Часть 1
2. Часть 2

Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

17.07: Максим Хомутин. Зеркальце (рассказ)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или сразу отправить журналу 500 руб.:

- с вашего яндекс-кошелька:


- с вашей банковской карты:


- с телефона Билайн, МТС, Tele2:




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за январь 2019 года

Купить все номера с 2015 года:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 

При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2019 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!