HTM
Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2017 г.

Записки о языке

300 крошечных супружеских измен

Обсудить

Статья

На чтение потребуется 15 минут | Цитата | Скачать: doc, fb2, rtf, txt, pdf

 

Купить в журнале за май 2015 (doc, pdf):
Номер журнала «Новая Литература» за май 2015 года

 

Опубликовано редактором: Андрей Ларин, 13.05.2015
Иллюстрация. Название: «Вслушиваясь в зов прошлого». Автор: Владислав Кокорин. Источник: http://www.photosight.ru/photos/5554961/

 

 

 

– Когда вы приходите домой, что может быть хуже следов помады на воротничке?
– Следы талька для ног на ушах.

 

 

Сколько раз должен изменить мужчина, чтобы любящая женщина заподозрила измену? Что значит измену, спросите вы? И что значит заподозрила? Ну, скажем, пришёл мужик домой со следами губной помады на лбу, на щеках и на губах? Зацелованный кем-то муж – это измена?

 

Конечно, умная женщина улыбнётся и всего лишь погрозит любимому пальцем:

– Коленька, тебя поцеловала не та женщина!

 

Коленька забеспокоится, из-за скромного своего нрава не сразу и найдётся. Потом начнёт говорить правду:

– Это самое, поздравляли секретаршу шефа, с... пятидесятилетием. Ира, ты же помнишь её. Она там сегодня подряд со всеми целовалась. Я сильно уворачивался.

 

«Все ясно, – подумает умная женщина, – мужа на корпоративе пометила двадцатипятилетняя вертихвостка Люська, кошка драная. Пусть она только хоть раз ещё попробует моего Кольку, зрачки выцарапаю!»

 

Ну, а если женщина не умная?

 

И что же выходит, слаб наш Колька, постоять за себя не может? Или наоборот – бессовестный и слишком злоупотребляет наивностью жены?

 

Правда, на следующий день совершенно случайно Ирина обнаружит на каждой пуговице пиджака мужа накрученные светло-рыжие волосы.

 

– Николай! Что это с твоим пиджаком случилось?

 

Николай подавлен, но отвечает, не моргнув глазом:

– Это самое. Ты о чём, любимая? Пиджак как пиджак. Давно бы в химчистку, это самое, отдала! Грязный как не знаю что! Работа пыльная, сама знаешь. Бегаешь туда-сюда по этим грязным, это самое, коридорам, цепляешь за каждого встречного. Вон, вчера Воробей из пятого отдела так мне ногу отдавил, до сих пор больно ступить...

 

– В химчистку, говоришь? Ну и где эта самая химчистка, чтобы мужей чистить? Чисть не чисть, а грязи кругом всё равно больше! Коридоры грязные, говоришь? Тогда что это? – ревнивая жена опять тычет пальцем в пуговицу.

 

– Если бы ты видела все эти безобразные копны волос у этих сотрудниц! По всему отделу растрепывают. Начнёшь ругаться с Раисой Ивановной, уборщицей...

– И кончаешь с секретаршей Люськой! – вставляет жена.

– Ага, у Люси вообще безобразно длинные волосы! – кивает Колька. – Везде их разбрасывает!

– К тому же, светлые, как на пуговицах твоего пиджака! Коля! Она же единственная блондинка в твоём отделе! Как волосы этой кошки оказались на твоём пиджаке?

– Как-как! Я иду по коридору, навстречу летит такая тётка совсем из другого отдела, с белыми этими волосами. Попытался я увернуться, да не успел. Налетела как ураган египетский, копнами своими в меня запустила. Еле отодрал её!

 

Надо быть абсолютно безразличной или очень-очень умной женщиной, чтобы после такого разговора оставить мужа в покое, поверить, что ничего такого не произошло. Да и то сказать, подумаешь, какие-то там волосы! Ну, зацепились они за Колькин пиджак, накрутились, и что теперь? Не доверять мужу из-за нескольких волосинок на пуговицах?

 

 

*   *   *

 

Возвращается муж из командировки.
Вокруг его дома лежат замученные мужики.

В подъезде от первого до седьмого этажа – вереница из мужиков.

Врывается в спальню, а там из-под вороха мужиков показывается голова жены:

– О-о, муж из командировки вернулся! Сейчас начнутся упрёки, подозрения...

 

 

В субботу совсем поздно он возвращается с футбола, с еврокубка. Весёлый, на подъёме, весь такой к ней внимательный и ласковый. Что-то успокаивающее лепечет телевизор в гостиной, стол накрыт свежими салатами, в самом центре – бутылочка охлаждённого аперитива.

 

– Ну, что, супруга дорогая! Подавай на стол, пить за тебя будем!

– За меня или за футбол?

– За тебя, любимая! Ты для меня важнее футбола!

Сидят счастливые супруги, фужерами чокаются, аппетитно закусывают.

 

Жена накладывает пельмени в тарелку, спрашивает из учтивости:

– А за «Зенит»-то пить будем? Или наши испанцам этим проиграли?

 

А муж еще не знает, с каким результатом закончился отборочный матч еврокубка, он-то не на футболе был, а совсем в другом месте. Поднапряг Николай интеллект свой, вспомнил, что «Зенит» обычно всем проигрывает, и говорит жене:

– А чего за него пить-то, за аутсайдера! Пусть сначала «Зенит» этот играть научится!

 

И тут телевизор как-то уж совсем по-предательски громко объявляет результат сегодняшней встречи по футболу, где питерский «Зенит» со счётом 6:1 разгромил испанскую «Барселону»!

 

– Коленька, а Коленька! Что-то не пойму я. Если 6:1 в пользу нашего «Зенита», это значит, кто победил?

 

Коленька улыбается. Он уже хорошо принял, и ему совсем весело:

– Иришка-Иришка! Глупенькая ты моя! Если бы ты видела, милая, как в самом начале матча эти сонные мухи по полю бегали! О-ё-ёй! Глядеть было страшно! Я даже глаза от стыда закрыл, чтобы не видеть. Что там потом было, кто победил, не помню. Только заснул я, дорогая, прямо на трибуне! Нет, это не команда! Это точно сонные мухи какие-то!

 

Николай набивает рот пельменями и продолжает бубнить. Жена уже ничего не понимает и с испугом смотрит на экран телевизора. Потом снова на мужа:

– Ты действительно был на футболе?

 

Муж уғукает,[1] кивает головой. Протыкает вилкой ещё два пельменя и засовывает их в рот:

– Шусо какоже выранья вытих тививизорах! Ну, ниому довевиця моюписи незя!

 

Женщина успокаивается. Возникшее было сомнение куда-то улетучилось. Сейчас Коленька наестся, потом примет душ и... позовёт в постель. Пора забыться в объятиях верного супруга.

 

 

*   *   *

 

– Никогда не сомневался в верности своей жены, пока мы из Пскова не переехали в Аддис-Абебу.
– А в чём же дело?

– Я заметил, что молоко приносит тот же молочник, что и в Пскове!

 

 

Сколько раз должен изменить благоверный, чтобы женщина почувствовала, наконец, неладное? Один? десять? двести раз? А чтобы перестала прощать? Ну, а если эта измена относится не к двум сердцам, способным бесконечно прощать и любить, а к более принципиальным, судьбоносным вещам, например, к прошлому культуры целого народа?

 

Позволительно ли кому-либо совершить преступление против судьбы общенационального языка? Преступление, которое тянет за собой перечёркивание по сути всего прошлого его носителя – многонационального общерусского этноса, состоящего из двух сотен различных кровей, но говорящего одним языком и занимающим при этом самую большую территорию из всех известных в мировой истории?

 

Мы ведь понимаем, что вокруг отечественного языкознания сложилась странная ситуация.[2] В отношении истории родного языка, подобно «заснувшему» на футболе мужу, изменяли бессчётное число раз. Не говорит и не пишет об этом сегодня только мраморный «Давид» работы Микеланджело. Но ведь рано или поздно проблему придётся решать. Она никуда не исчезла, но только лишь обострилась за последние годы.

 

А ведь это правда – сравнительно-историческое языковедение довело себя уже до уничижительного состояния и скорее напоминает заснувшего на трибуне мужика, но отнюдь не верного и благонадёжного мужа, призванного оберегать и лелеять собственную семью.

 

В то же время иностранная языковедческая школа не против сложившегося в России и во всём славянском мире хода вещей. Она поддакивает русским этимологам одобрительными отзывами в спецлитературе, на всемирных конференциях, приглашает наиболее влиятельных русских учёных становиться почётными членами, академиками или лекторами западных «ненаших» учреждений, поощряет премиями, грантами, публикациями.

 

Эти огромные траты и опека русских ведущих специалистов почему-то устраивает зарубежных филологов. Которые за длящуюся полтора столетия измену русскому языку в недрах родной академической школы готовы прощать и сто, и триста раз на дню. Триста крошечных измен, совершенных последовательно не кажутся одним большим предательством, пока не догадаешься посмотреть на них в целом. Именно взгляд на проблему прошлого русского языка в целом, системно, и позволяет увидеть то жалкое состояние, до которого довела отечественная филология русский язык.

«Безобидные крохотные шалости» отечественного языковедения за последние 100-150 лет[3] привели русскую этимологию в состояние, когда чуть ли не каждая вторая статья Словаря возопиет о помощи. Адаптированная лингвистикой под историческую науку, собственная методология определения направления заимствований слов, увы, отвечает интересам лишь ложной западноевропейской теории о возникновении и развитии цивилизаций, но не истинному положению вещей. На сегодня накоплен обширный, хотя и по известным причинам разрозненный лингвистический материал, однозначно указующий на беспомощность традиционного научного подхода в лингвистике, затрагивающего вопросы определения направления заимствований из одного языка в другой. «Лингвистическая теория» подогнана под неверные постулаты историков, определяющих, например, что латынь гораздо древнее русского диалекта, а греческий или иврит возникли за тысячи лет до появления славян на мировой арене.

 

Трудно объяснить безразличие русских филологов к судьбе русского языка. Если современное состояние языка, его нормы и содержатся под известным надзором и строго соблюдаются, то прошлое языка, его подлинная история остаются без должного изучения и исправления. Надо полагать, специалисты не до конца осознают роль именно истории родного языка в судьбе нынешних и нарождающихся поколений.

 

Так почему же сегодня не обращается внимания на измены и предательства, совершённые старым поколением лингвистов, видимых нынче уже всякому, кто хоть немного начинает интересоваться этимологией русского слова? Почему грубейшие искажения истории языка остаются проигнорированными родной филологической школой? Где те ревностные жёны, готовые в любви и страсти растерзать любую кошку только за намёк на измену?

 

Давайте подумаем. Мы же требуем защиты со стороны органов правопорядка, если нас насилуют? Требуем. Но почему от насилия и изворота не защищено прошлое русского языка?[4] Почему русская академическая школа, мягко говоря, молчит, поощряя тем самым измену и предательство, заложенную ещё её основоположниками 150 лет назад? А если и говорит – то только в защиту интересов не отечественной, а западной историко-лингвистической школы. При этом делает вид, что никаких странностей в этимологии русского слова не существует!

 

Или вся наша отечественная языковедческая команда из филологов, лингвистов, учителей, литераторов – уже не способна защитить нашу культуру от продолжающегося исторического насилия?

 

Сколько раз можно указывать специалисту на то, что губы и щёки европейских словарей давно и сильно зацелованы наследованными русскими корнями? В какую ещё позу должна встать действительность, чтобы вызвать в академической среде живой интерес к родному языку и желание найти правду?

 

Не стремление просто так, незаслуженно возвеличить язык, как пытаются это представить некоторые ревнители, а именно – найти правду и восстановить справедливость!

 

Ведь по большому счёту русский язык не требует никакого искусственного, надуманного возвеличивания. Он структурно и содержательно – самодостаточен. Но ведь для реализации этой самодостаточности нужно начать говорить о нём правду, а не повторять бесконечные тиражирования ложных по содержанию справочников в виде всевозможных словарей и называть их при этом русскими.

 

Озвучим наиболее невостребованные русской лингвистикой проблемные моменты исторических взаимоотношений внутри так называемого русско-западноевропейского словаря:

 

1. Фонетико-графические переходы при заимствованиях (напр. С русской в С латинскую)

 

2. Возврат заведомо исконных русских корней на русскую же почву в новом иностранном обличье, выдаваемых теперь за английские, латинские и т. п.[5]

 

3. Русские приставки, предлоги и пр. части слов, чудесным образом ставшие корнями для древних и современных европейских языков.

 

4. Тотальное отсутствие толкований в отечественной этимологии русских корней, имеющих откровенные параллели (когнаты, родственники) в древних европейских языках.

 

Перечисленные здесь тезисы, как и собственно пустая (малосодержательная) этимология и наполняемость европейской лексики на фоне объёмного русского корнеслова, вкупе с абсолютной беспомощностью перевода русских интонационно-смысловых текстов на большинство языков западноевропейских народов должны будут рано или поздно пробудить русского филолога от вековой спячки. Пробудить сделать то простое дело, ради которого он присягал в душе своей, получая диплом и учёную степень, когда в минуту страстной любви к справедливости готов был защищать предмет своей страсти уже только потому, что за ним действительно сокрыта правда.

 

Не трудно видеть здесь, что с так называемой древностью западноевропейских языков существуют серьёзные проблемы. Любой из тезисов в этом списке, как мы уже подчёркивали, тянет на измену подлинности истории русского языка. Не видеть этого, кажется, невозможно.

 

Добавим специально для наших критиков: вопрос о судьбе русского языка это не только вопрос любви и преданности.[6] В конце концов, никто не может навязать русскому филологу любви к предмету, которому он обучен и которому посвятил половину своей жизни. Это личный выбор – кого и как любить.[7] Но надо понимать, что, несмотря на все меры по уничижению и умалению прошлого, русский язык до сих пор сохранил свою самодостаточность. Да, семантически он в наши дни не до конца раскрыт, как бы законсервирован. Но с каждым днём мы вскрываем его глубинное содержание. И не перестаём удивляться его богатству и глубине, которых нет ни в одном языке мира. И даже так называемые современные англицизмы, подменяющие нынче многие русские слова и выражения, являются всего лишь цветочками на фоне той гигантской исторической подмены, которую совершили с нашим языком приглашённые из-за рубежа реформаторы.

 

Всё, в чем необходимо помочь сейчас нашему языку – это дать ему вспомнить себя. Вспомнить, чем он был, чем жил, что питал и что оставил после себя в период 12-16 веков (если говорить цифрами скалигеровской хронологии, которой мы все пользуемся со школы – в период, по крайней мере, с 7 по 16 вв. от Рождества Христова.[8])

 

Всё так, и справедливое освящение истории родного языка рано или поздно случится и без любви к своему предмету представителей отечественной филологии. Ибо содержательные и безупречные свидетельства русского языкового наследства, несмотря на все препоны и анафемы со стороны официальных наук, сокрыты внутри него самого и весьма самодостаточны.[9]

 

Хотя и жаль – с любовью было бы куда радостнее и непорочней.

 

 

 

Ведущий редактор рубрики «Записки о языке»
Фёдор Избушкин

 

 

 



 

[1] Буква «ғ» здесь вставлена сознательно, произносится - как «грязная» гортанная «г». Фонетически отличается от более мягкой украинской «ґ».

 

[2] Напомним, что упоминая о языковедении как о науке, мы имеем в виду, в первую очередь, его сравнительно-историческую составляющую, хотя, конечно, какая-то ответственность за безразличие и невнимательность в этом вопросе остаётся и на обычных филологах или учителях школы.

 

[3] Речь в первую очередь, конечно, о грубом и трагическом вмешательстве к середине 18 века в судьбу русских летописей немецких профессоров, приглашённых в Санкт-Петербургскую академию наук. Поэтому речь должна идти не о 150-летней давности, времени зарождения русской лингвистики и открытия санскрита, а о последних 250 годах!

 

[4] Проблемы так называемого засилья в русском языке английской терминологии сегодня бледнеют на фоне подлинной измены, совершённой нашими филологическими предками 200-250 лет назад и поддержанной уже при поздних Романовых и при советской власти.

 

[5] Т.е. в период последних 250-300 лет, но особенно – в прошедшие 25 лет.

 

[6] Кто-то пытается неумело выдать наши взгляды на возрождение подлинного величия русского языка за националистические, чем наносит вред и себе, и своим читателям.

 

[7] Да и с чего мы взяли, что филология – это любовь к родному языку? Разве нельзя жить с одним, а любить другого? Выходишь за Ваню Калистратова, а любишь всю жизнь какого-нибудь Джимика Томсона!

 

[8] У историков существование славян на мировой арене – неустойчивое. Что объясняется неустойчивостью самой исторической  науки. Например, Б. Рыбаков легко относит начало варварского завоевания славянами Европы уже в 5 век. Завтра историки «вычислят», что славяне, в том числе русские, существовали, оказывается, до нашей эры. Весь этот ералаш – результат преступной недобросовестности в научных изысканиях и следования сложившимся столетиями конъюнктурно-корпоративным принципам.

 

[9] В заключение скажем, что все вынесенные здесь заявления мы готовы при открытом обсуждении на форуме подтверждать соответствующими доводами, скопившимися в нашем багаже в процессе исследований, в том числе ответим на любые уточняющие вопросы в отношении приведенных выше 4 проблемных для русской этимологии пунктов.

 

 

 

(в начало)

 

 

 


Купить доступ ко всем публикациям журнала «Новая Литература» за май 2015 года в полном объёме за 197 руб.:
Банковская карта: Яндекс.деньги: Другие способы:
Наличные, баланс мобильного, Webmoney, QIWI, PayPal, Western Union, Карта Сбербанка РФ, безналичный платёж
После оплаты кнопкой кликните по ссылке:
«Вернуться на сайт продавца»
После оплаты другими способами сообщите нам реквизиты платежа и адрес этой страницы по e-mail: newlit@newlit.ru
Вы получите каждое произведение мая 2015 г. отдельным файлом в пяти вариантах: doc, fb2, pdf, rtf, txt.

 

Пользовательский поиск

Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на g+  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу

Рассылка '"НОВАЯ ЛИТЕРАТУРА" - литературно-художественный журнал'



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

18.05: Андрей Усков. Грусть, тоска, печаль и радость (рассказ)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или Яндекс.Деньгами:


В данный момент ни на одно произведение не собрано средств.

Вы можете мгновенно изменить ситуацию кнопкой «Поддержать проект»




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за март 2017 года

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2017 года  Номер журнала «Новая Литература» за январь 2017 года

Номер журнала «Новая Литература» за декабрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за ноябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за октябрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за август-сентябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за июнь-июль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за май 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за март 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за январь 2016 года



 

 



При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2017 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Купить все номера 2015 г. по акции:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru
Реклама | Отзывы | Подписка
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!