HTM
Номер журнала «Новая Литература» за июнь 2017 г.

Елена Зайцева

Через тернии. Кто куда... (II) (№30)

Обсудить

Критический обзор


(Критический обзор №30)
   
Опубликовано редактором: Игорь Якушко, 23.06.2007
Иллюстрация. Автор: Самсонов В.В. Название: "Между небом и землёй". Источник: http://artnow.ru/ru/gallery/3/1623/picture/6/12073.html.

 

…24 апреля публикуем сказку Tony Wrong’а «Лестница в небо». По-моему, напрасно публикуем. Во что-то цельное текст, увы, так и не склеился, как-то с самого начала не задался.

Жители некой полуподземной деревни так грязны и ленивы, что любой предмет, падающий сверху, от наземных, «настоящих» людей отправляют в музей старика по имени Махно.

На краю деревни живёт его сын.

У этого сына ещё три сына.

Было. Но одного утащила крыса.

И второго тоже.

Мать их ушла в лес и не вернулась. («Она рыдала и рыдала день и ночь, а когда прошло очень много времени и слезы просто-напросто кончились, мать села на кровать и стала думать над своей нелегкой долей. Скоро она поняла, что нет ей смысла жить без двух детей, ведь о младшем заботится муж, а она все это время только сидела и рыдала.»)

Младшего, третьего, сына звали Тук. О нём, собственно, и пойдёт речь. Не правда ли, мутновато?

 

25 апреля. Баадур Чхатарашвили, сборник рассказов «О бедности и смерти». Рассказа три («Ветер», «Новый Год» и «Солнце»), короткие. Все даже не о войне, а с войной. Такой ингредиент. Такая составляющая, кроме бедности и смерти.

«– Вахтанги, сынок, я хачапури испекла, тебе на войне голодно, поешь». Война с перерывом на обед. Разве человек не ко всему привыкает?

Хорошие рассказы. И без единого «перестарался», выдержанные.

 

26 апреля. Даниил Курсовский, рассказ «Двое для одной». Два ангела-мужчины (?) влюблены в одну и ту же женщину. Один «возжелал стать её мужем», другой видит себя в образе младенца, которого она «прикладывает к своей тёплой груди». Господь всё устраивает как нельзя лучше. СЛАВА БОГУ.

 

27 апреля. Дмитрий Цветков, «Записки старика». На записки, конечно, непохоже. Похоже на сделанную вещь – и я бы не сказала, что хорошо сделанную: не только записок, но и старика не получилось («Наверное, я все-таки законченный эгоист!», «О! Эта бесконечная пустота!» – прямо Печорин из 11-го «Б» какой-то).

«Помню, поле бескрайнее, помидоров тьма, собирали красные и зеленые в разные ящики. Помидорки плотные, кожица бархатистая, сочные, сладкие такие. Я тогда на всю жизнь наелся. В обед возвращались в лагерь, ели, отдыхали.

По вечерам играли на гитаре, я стихи писал, песни, письма своей возлюбленной. Такие чувства мы в этих письмах разжигали, столько страсти, романтизма, надежд. Я потом много лет их хранил, целая пачка была, перевязанная шнурком, но где-то при переездах потерялась. Жаль, сейчас бы с удовольствием перечитал. Плакал бы, наверное, над ними. Ее Татьяна звали. Мы год встречались, затем я учиться уехал, в письмах поссорились. Смешно, глупо! Как я тогда страдал!»…

Н-да. Как молоды мы были.

Вот о чём я думаю, глядя на эти «записки».

Сейчас мне тридцать два. Т.е. последние лет десять свободны от детства, от повзросления. Можно сказать, что это годы как годы. Так что же происходит в эти годы как годы, ЧТО ЖЕ ВООБЩЕ ПРОИСХОДИТ? Старость ведь не сваливается вдруг, она приходит (в-ходит) медленно, всё время. Чтобы понять старость, надо понять старение…

А старение – это потеря. Только мне не кажется, что это потеря каких-то событий или потеря людей, которых больше не встречу. Себя двадцатилетнюю, вот кого я потеряла. Уж точно нигде не встречу, и никто не встретит. Не важно и я говорю сейчас не о том, лучше или хуже был тот человек, во что он там воплотился-превратился, получилось из него что-то или не получилось. Важно, что того человека больше нет. Его нигде нет, кроме памяти и фотографий. Думаю, что он умер. Жизнь продолжается – даже моя жизнь, – хотя я умерла. Это и есть старение. Такое вот медленное съёживание, закрывание, исчезновение, отстранение… Почему отстранение? Раньше я смотрела на листики на ветке и мне приходилось представлять, что их не будет – чтобы быть адекватной, чтобы не воспринимать их как какую-то слишком настоящую настоящесть, какое-то всегда. А теперь мне не надо этого представлять, теперь я это знаю: их не будет (осень, ветер, – да мало ли). Я знаю, что нет никакого всегда. Ведь даже я пропадаю. У меня полно этого опыта – по пропаданию. Я старею. Вижу листики, но не верю в них. Они как на экране, – отдалены, отстранены. Это не листики, это… чёртова иллюзия. Теперь мне приходится представлять другое, обратное – что они всё-таки есть, пусть не всегда, пусть недолго, пусть какое-то время. А это трудно. Ведь то, что есть только какое-то время, – я не уверена, что оно вообще есть…

А «бескрайних полей помидоров», «страсти, романтизма, надежд» – нет, не помню.

 

30 апреля. Светлана Картамазова, рассказ «Место тростников». Когда решался вопрос о публикации, один из наших редакторов сказал: «Сплошные описания, сюжет еле-еле сквозь них пробивается. В языке сильное и не очень умелое подражание Платонову», – и это не даёт мне покоя. Мне кажется, что сюжета хватает – для такой «зрительной-слуховой-обонятельной» вещи, не сюжетной. Тринадцатилетний Саша знакомится с Серым («знакомится» – не то конечно, в тексте: «здесь, у реки, его поймал другой мальчик, так же просто, как ловят рыб, маленьких окуней, пескарей, щук»). С ним и его сестрой. Серого вскоре убивает пьяный отец.

Тут не в сюжете дело, а в этом «усиленном мире»: усилены звуки, запахи, цвета, качества, ощущения, усилено время (сильно замедлено). В этом усилении можно увидеть какой-то отблеск Платонова. Но никак не сильное подражание, пусть даже и неумелое. Платонов – писатель высот, его начало – гармоническое. У него жизнь – благо, его гармонию вообще ничем не разрушишь, у него даже машины одухотворены, даже враг убит для того «чтобы силы живой природы размололи его тело в прах, чтобы едкий гной его существа пропитался в землю, очистился там, осветлился и стал обычной влагой, орошающей корни травы» – вот и восстановилась гармония, вот и опять жизнь. А здесь, в рассказе, и землянке бы «вовсе не существовать, раствориться, разложиться, не быть». Саше (главному герою) «лучше бы заснуть сейчас на веки и не просыпаться, а если бы и проснуться, то глиняной вазой, бутылкой из-под пива, телевизором, кошкой, кошачьим пухом в диванной обивке, хвостом собаки, облаком, сном, ржавой монетой, колечком с синим камешком, но не человеком, только не человеком». Жить невозможно, хоть всё и живёт. Это негармонический мир, «отсутствие системы», «безумная пляска». В нём всего много, но всё враждебное. Жить невозможно, вот и Серого – «нет, его не убили: он просто исчез, как исчезают города».

И ещё одной, сугубо платоновской, чёрточки в тексте нет, во всяком случае я не увидела. Нет платоновских лексических несовместимостей, его «фирменных немыслимостей» («канцелярия стала их милым ландшафтом»). «Сонная усталая вода» у Картамазовой – это другое, конечно, это из «умеренно метафорической» области, не из парадоксальной. «В голове у Саши происходили сложные мыслительные процессы» – чуточку «платонит», конечно, но только чуточку…

Может показаться, что рассказ мне очень понравился, раз я так долго о нём говорю и даже защищаю. Нет, понравился не очень. По большому счёту он какой-то игрушечный, выставочный. Ужасненький. Этот мой некрасивый переход – «Серого вскоре убивает пьяный отец. – Тут не в сюжете дело, а…», мол, на хер Серого, а поговорим-ка о «литературных особенностях», – он текстом спровоцирован. Текст любит себя, а не Серого. Может быть, поэтому он и такой… не вполне настоящий.

 

1 мая. Игорь Иванченко, сборник стихотворений «Memento mori». Ну… Пишет человек и пусть пишет. Тем более что «И – ранено навылет рифмой сердце. / И – строчками обуглен черновик. // Поэзии дымящаяся кровь / Пульсирует в артерии бессонной» и т.д. (Некстати: кровь, пока она пульсирует в артерии, «дымиться» не будет. Физика ;-).

 

2 мая. Василий Вялый, рассказ «Меня зовут Суламифь». Две небольшие истории о любви к искусству.

Художник Василий так любил живопись («увлечен живописью до полной замкнутости, даже до какой-то крайности»), что однажды встретил армянку Карину – её «губы, глаза, бюст говорили, нет, кричали: «возжелай меня и возьми прямо сейчас!» – и предложил ей побыть его натурщицей. «Я раскрывал этюдник, но нашей сдержанности хватало лишь на несколько мазков по холсту: мы поспешно предавались любовным утехам».

Художник Василий так любил живопись, что однажды встретил гречанку Суламифь, «невероятно изящную», «в невероятно легком, почти воздушном, светлом платьице», и предложил ей побыть его натурщицей. «Суламифь пахла молоком, морем, соснами, молодостью. Страстные наши поцелуи немедленно предложили более смелые ласки. Мои руки освободили девушку от одежды и гладили ее трепетное тело. Мы входили друг в друга и замирали в блаженстве».

В общем, художник Василий очень любил живопись.

 

3 мая. Сергей Горшков, рассказ «Ощущение нереальности». Из ощущений у меня от рассказа (?) – только ощущение ненужности. Мы («я и Макс») всё время куда-то идём, кого-то видим, но потом оказывается, что «это был всего лишь сон». Потом кто-то что-то вешает, пилит, но «завтра, когда я проснусь, все будет в полном порядке, потому что прекратится действие наркотиков»…

Справедливости ради: предыдущий текст автора («Баллон») – куда больше рассказ. В нём есть мысль и есть действие. Есть смысл, – его даже можно рассматривать как аллегорию. По сюжету: на квартире у Серёги, соседа Макса, проходят некие наркоманские «заседания» вокруг Его Величества Баллона, на которых участники, считающие себя избранными, «вливаются» до невменяемости. Баллон для них – а скоро и для Макса – всё. «…Вместо жизни – один сплошной баллон… Да что вы еще хотели? Если взглянуть на жизнь трезво, то можно понять, что вся наша многострадальная страна – один гигантский баллон, со своими длинными шлангами, тянущимися в рот каждого отдельного гражданина, которые так же, как и я, даже не хотят задуматься о том, откуда пополняется этот самый баллон. А что думать и зачем задумываться, если вместо этого можно присосаться на значительное время к шлангу и очнуться трусами, буржуазной революцией или грибами. Но я-то уже точно понял, что в конце концов этот шланг обернется вокруг каждой шеи как черная змея и задушит, беря дань за выпитое. Так что решайте сами, что делать, быть или не быть, иметь или не иметь. А я для себя давно уже решил: дописав свои мемуары, зайду к Сереге и приму активнейшее участие в дискуссии на празднике физического, душевного и морального очищения, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Буду быть, иметь и делать! Ведь баллон со своими шлангами-змеями – моя страна, семья и повелитель!..»

 

4 мая. Александр Сотник, поэма «Рефлексируя Москву». А чего её рефлексировать? «Москва-проститутка!» (с) Фишев.

Как-то не восприняла я этих «рефлексий». Текст вроде бы и энергичный, и разный (тут тебе и в строчку и в столбик, и с юмором и с серьёзом), но это какая-то… усыпляющая, монотонная энергичность. Как будто и «скачем» (этаким бодрым ямбом):


«Срывая маски с лиц,
отжившие как листья,
бреду из-за кулис
в безмолвье закулисья,
где не решен вопрос
сумы или тюряги,
где толпы мнимых звезд
роятся, как бродяги.
Здесь не услышать гром,
мессией не родиться…», –


– а зачем скачем, куда… Как-то не брезжит ничего за словами. К чему эти тюряги-бродяги, какие громы? И вот так скакать ещё целую страницу (4 глава т.н. поэмы)…

Но «Что ж ты, провинция, смотришь презрительно, словно милиция у вытрезвителя?» – забавно, да.

 

7 мая. Олег Голиков, статья «Пелевин и пустота». «Ярким и колоритным явлением в русскоязычной литературе последнего десятилетия стал Виктор Пелевин, творчество которого вызывает такую разнообразную реакцию у разных возрастных слоёв читательской аудитории». Ой. Чегой-то было? :) Мне, знаете, вообще всегда нравились фразы, которые куда хочешь развернуть можно. Трафаретики такие. Помню, готовили мы в школе какой-то праздник интернациональный, наш класс представлял Молдавию и нужно было найти какое-нибудь стихотворение молдавского поэта – про родину, конечно. Ну давайте, говорю, найду. А сама думаю: чего искать? Здравствуй, Молдавия, родина наша! Нет тебя лучше, нет тебя краше!.. – ну и т.д. Записала, отдала, выучили. И вдруг нас ни с того, ни с сего на Киргизию перекидывают. Расстроились все, мол, заново учить. А зачем заново-то? Здравствуй, Киргизия, родина наша!

Вот и сюда, в это «яркое и колоритное явление в русскоязычной литературе», кого только ни подставишь…

Вообще, ЖУТЬ.

«…Нужно немного отстраниться от стереотипного здравого мышления».

Стереотипное мышление и здравое мышление – такие же разные вещи, как болезнь и здоровье. Одно больное, а другое здоровое, здравое.

«Читатель сегодня не хочет знать, кто кого любит или не любит, убьёт или подставит – эти тривиальные схемы принесла с собой быстротечная постперестроечная волна, которая, играя мелкими пузырьками детективчиков и женских романчиков, вот-вот растворится в песке времени».

Вообще-то, этим «тривиальным схемам» уже много сотен лет и «быстротечная постперестроечная волна» тут ни при чём. Кто кого любит или не любит – это, понимаете ли, универсальная схема…

«А, помимо всего прочего, читать Пелевина – это просто модно».

Чего никогда не могла понять – помимо прочего – так это какая разница, модно или не модно то, что я читаю. Читаю-то я текст, а не рейтинг. А если кому такая разница есть, так… на хрена козе баян?

Всё-таки я погорячилась, когда за этого «Пелевина» с этой «пустотой» голосовала…

 

А глядя на пятнадцать упомянутых публикаций (см. обе части обзора) можно решить, что все мы тут горячие головы. Пришли (тексты), увидели (мы), опубликовали. Это, конечно, не так. Всё это отбирается, за всё это (против всего этого) голосуется. Ну а результат пока вот такой. Давайте присылать-голосовать дальше и, может быть, будет лучше…

 

Пользовательский поиск

Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на g+  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

23.07: Вера Панченко. Живой пульс поэзии (статья)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или Яндекс.Деньгами:


В данный момент ни на одно произведение не собрано средств.

Вы можете мгновенно изменить ситуацию кнопкой «Поддержать проект»




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за май 2017 года

Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2017 года  Номер журнала «Новая Литература» за март 2017 года

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2017 года  Номер журнала «Новая Литература» за январь 2017 года

Номер журнала «Новая Литература» за декабрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за ноябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за октябрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за август-сентябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за июнь-июль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за май 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за март 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за январь 2016 года



 

 



При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2017 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Купить все номера 2015 г. по акции:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru
Реклама | Отзывы | Подписка
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!