Форум журнала "Новая Литература"

Меретуков Вионор. Роман «Золотая формула, или Приключения профессора Старосельского».

…Я бездарно тратил годы на пьянки, легкомысленных женщин с лучистыми глазами девственниц и убогие удовольствия, вроде похода на футбол, шашлыков на пленэре и сидения у телевизора с печеньем и сладким чаем.

Я жил банальной жизнью. Но не только. Я и мыслил банально. Я мыслил не как взрослый побитый жизнью мужчина, а как избалованное дитя, у которого отобрали любимую игрушку. И которую вернут, как только дитя перестанет капризничать.

Но я не ребёнок. И никто ничего мне просто так не даст.

Одно время я, переживая затянувшуюся полосу неудач, подумывал направить свои помыслы в сторону религии. «А не испросить ли мне помощи у Господа? Мне почти сорок. Если я решил последний раз задуматься над своим будущим – сейчас самое время», – думал я.

Я всегда опасался обращаться к Богу с мелкими просьбами. Мелкая просьба – это не солидно и не серьёзно. Такой просьбой я уронил бы себя в глазах Создателя.

По этой причине несколько лет назад, когда мне довелось терпеть ужасающую боль, я поначалу обратился за помощью не к Богу, а к остаткам своего мужества. Когда же мужество всё-таки иссякло, я не стал обременять Господа пустыми просьбами, а просто позвал медсестру, которая и избавила меня от страданий, вкатив в ягодицу пару лишних кубиков баралгина.

Я пришёл к выводу, что если выкую внутри себя внушительную просьбу, вернее, крупномасштабную мольбу, да ещё смогу грамотно её обосновать, то Господь не сможет её не заметить. Всё дело в величии замысла. Мне нужно было доказать Господу, что я не простой смертный, а Личность. Нужно было выделиться на фоне нескончаемой вереницы просителей.

Я прекрасно понимал, что Господь не ростовщик и с Ним не пристало торговаться. Надо было сразу договариваться о цене. Об окончательной и единственной цене. На кону стояла моя нетленная, бесценная и в то же время никому не нужная душа.

Подсознательно я приберегал просьбу на чёрный день.

Господь был моей последней надеждой, моим последним духовным прибежищем.

Если уж и Господь не поможет, думал я, то стоит ли тогда кипятиться? Вернусь к своему телевизору, сладкому чаю и шашлыкам на пленэре. И к мечтам о ливрейном слуге.

…И тут я вспомнил, что Господь внял-таки моим мольбам и одарил меня прозрением! Меня прожгла страшная мысль, а не позабыл ли я, пока спал, Золотую Формулу?.. Я спрыгнул с постели и ринулся к письменному столу. Возжёг лампу под зелёным абажуром, нашёл карандаш и, ломая грифель, принялся выводить каракули на клочке бумаги.

Через минуту Золотая Формула обрела законченный вид. Отныне этот бесценный клочок бумаги – мой пропуск в бессмертие. И, если меня не укокошат раньше времени, этот клочок сделает меня миллионером. То есть человеком, у которого дистанция от каприза до его исполнения измеряется не метрами, а толщиной бумажника...

Аннотация к этому роману:

Остроумное и захватывающее повествовавшие о приключениях талантливого учёного, вознесённого судьбой на вершину человеческого могущества, затем низвергнутого в ничтожество и в результате понявшего, в чём же всё-таки состоит смысл жизни.

Судьба художника печальна, она печальна изначально... Меретуков заткнёт за пояс Буковски на раз-два, однако первый известен в узких кругах, а второй - мировая величина, типо классик. Тоска. Но итоги подводить рано, мы на промежуточном финише. Романом этот текст конечно не назовёшь, это скорее сборник рассказов со сквозным сюжетом, которые можно читать с любого места. Везде интересно, ну почти везде... Неповторимое сочетание интеллекта и авантюрности. Порознь и вместе строчки текста доставляют читательское удовольствие. Редкий дар. Масса полезной информации подана наотмашь, с юмором, деликатесно, самый настоящий роман-аттракцион. Несомненно, имеет место некоторая пространность... А вдруг это признак разбитной гениальности! И повод подольше общаться с мастером слова. Вот прям рекомендовать к чтению текст я не могу, не у всякого пупок выдержит, а вот ознакомиться - можно и нужно. Законное место на моей личной Доске Почёта... Браво!

Вионор Меретуков «Золотая формула, или...»
Алексей Баев «Затмение»
Стас Чудинов «Тишина»
Дмитрий Киселёв «Страшный суд»
Уруинимгина «Камень, который дышит»
Давит Очигава «Реанимация»
Елена Лаевская «Изысканный бродит жираф»
Михаил Ковсан «Тень»
Марина Глазачева «Тюк с красивой жизнью»
Яна Симон «Пометки на полях»

Не думаю, что у текста будет ошеломительная статистика. Литература - отмирающий вид творчества, роман - отживающий своё вид литературы. Публика требует чего-то побыстрее: прыгнул на самку как кролик, несколько телодвижений и побёг дальше. Не до смакований...

Текст хороший. Написано просто и читается легко. Много просмотров не будет. И причина, на мой взгляд, чисто техническая. Думаю, что ни журнал, ни автор не проиграл бы, а, напротив, выиграл, если бы роман давался малыми порциями на протяжении двух-трех недель.

Разделю пессимизм Бороды. Однако, такая рецензия от местного аборигена автоматом ставит роман в список must read.

Живо и остроумно. Пожалуй, перенасыщенно. Согласен, что "большую прозу" лучше давать читателю частями. Для лучшей усвояемости. Все таки чтение с экрана нечто иное, чем чтение бумажной книги. В былые времена ведь даже литературные журналы давали романы частями, при этом умоляя автора не откладывать продолжение. Читатели ждут. А уж с экрана -- тем более.

Прочитал в номере. Увы. Текста много, живого, энергичного, а вот романа, как единого целого нет. Есть интересная фабула, но она проходит как то сама по себе, только как повод для многочисленных отклонений. "Картиной русской жизни" второй половины 20 века - тоже не назовешь. В отдельности много интересного, а вместе, как следует, на сложилось. Слишком рыхло и растрепано. Ужать бы через друшлаг, глядишь, в остатке и получится самый цимес. Возможно, новый Инженер гиперболоида... Компактный и читаемый. Стиль, кстати, напоминает Веничку Ерофеева.

Отменное чтиво. Рекомендую всем. Потрясающе лёгкий язык, сюжет держит вечер за вечером – читать хочется. Когда линия начинает надоедать – автор умело переходит на другие рельсы. Надеюсь на выход сольной книги. Вионору всех благ и вдохновения!