Форум журнала "Новая Литература"

23 Сентябрь 2020, 10:46:26



Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Страниц: [1]   Вниз
  Печать  
Автор Тема: История Американской Мечты. Часть первая  (Прочитано 102 раз)
0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему.
михель гофман
Новичок
*

Рейтинг: 0
Offline Offline

Сообщений: 9


Михель Гофман


Просмотр профиля Email
« : 11 Июнь 2020, 00:11:03 »

    Американская мечта это мечта о богатстве. Но почему нет французской, итальянской, русской мечты? В европейских странах мечта о богатстве также существовала, но она включалась в широкий спектр представлений о полноценном существовании, была растворена в общей культуре кастового общества, где, для подавляющего большинства мечта о богатстве было беспредметной фантазией. В США, стране индивидуального предпринимательства, богатство стало достижимо для миллионов, мечта, перестав быть абстракцией, превратилась в жизненную цель и эпицентр общественных интересов.
Термин Американская Мечта появился в 1931 году, в книге историка Джеймса Труслоу Адамса “Американский эпос”, где автор проследил трансформацию «американской идеи» с момента основания Нового Света.Американская идея изначально была идеей религиозной. Английские протестанты, прибывшие в 1620 году на новый континент, не мечтали о богатстве, их целью было построение Царства Божьего на земле, где человек направит все силы на расцвет своего духа. В глазах первых переселенцев, Отцов-Пиллигримов, пуритан, в Старом Свете не было места для Царства Божьего, католическая Европа, живущая низменными страстями, предала идеи истинного христианства, духовная жизнь в ней угасала и она была обречена также, как когда-то Содом и Гоморра.
На новом континенте, далеком от развращенной цивилизации Европы, среди нетронутой природы, протестанты надеялись построить новый совершенный мир, и в процессе его созидания, в процессе труда, очистится и обогатится духовная природа человека. Труд – служение Богу, он увеличивает богатство, которое Он подарил человеку и результат труда должен принадлежать только Ему. Тот же кто создает богатства только для себя, теряет свою душу, опускаясь в бездну греховных наслаждений плоти, как гласит Библия, – «Плоть – тлен, дух нетленен», духовное богатство важнее всех физических богатств мира.
Библия для первых переселенцев, протестантов была не просто Священной Книгой – она была руководством к жизни, все поступки членов общины сверялись с божественным законом. Следуя библейским постулатам, протестантские общины ограничивали попытки личного обогащения. Власть общины над жизнью ее членов была абсолютной, так как в первый период освоения нового континента в одиночку выжить было невозможно. Но, когда последующие поколения колонистов адаптировались к новым условиям жизни, из общин начали выделяться семейные кланы и группы единомышленников, создававшие свои маленькие колонии, а к середине 18-го века одиночки могли уже не просто выживать, но и создавать богатства только для себя. Протестантские общины, приспосабливаясь к изменяющимся условиям, начали менять свои постулаты. Добродетельным человеком стал считаться тот, кто своим трудом создавал личное богатство, но часть доходов отдавал на нужды общины. Бедность была отнесена к разряду пороков, так как быть бедным, в стране огромных возможностей, означало лишь одно – несостоятельность человека, отсутствие воли, характера, моральную ущербность. Бедняк ничего не вносил в общину, и хотя получал ее помощь, уважения получить не мог.
Библейская заповедь, “все люди братья”, уступила свое место заповедям Успеха, который стал своеобразной формой национальной религии. Америка создавала новую цивилизацию с новой моралью, моралью труда, моралью всеобщей конкуренции, в которой успех – знак любви Бога. Все что ведет к успеху, к богатству добродетельно. Аморально все, что ведет к неудаче. Неудача подтверждение порочности человека, а способность создавать богатство божественный дар, позволяющий приблизить человека к Богу, к Богу-Создателю.
«Христианство, в конечном счете, приспособилось к капитализму, которое было глубоко чуждым учению Христа.», писал немецкий философ Адорно.
Во второй половине 19-м века началась массовая иммиграция из стран Европы, и ее цели были иными, нежели цели Отцов-Пиллигримов. Это было бегство от европейской нищеты в земной рай, где “тротуары выстланы золотом”.
Оставить родную страну и отправиться на далекий континент, с только намечающимися признаками цивилизации, могли не только самые отчаявшиеся, но и самые отчаянные, способные на риск, динамичные и агрессивные в достижении поставленной цели, охотники за удачей. Значительный процент иммиграции составляли также “джентльмены удачи”, криминальный элемент, убийцы, воры, мошенники, бежавшие от европейского правосудия в страну полной свободы.
Новые иммигранты прибывали в Новый Свет служить не Богу, а Успеху. Для европейских бедняков материальное благополучие было важнее, нежели духовное совершенствование и нравственная жизнь. Русский поэт писал об Америке этого времени:
Какая смесь одежд и лиц,племен, наречий, состояний!Из хат, из келий, из темницОни стекались для стяжаний.
Рядом с притягательной, яркой мечтой о богатстве, все остальные аспекты жизни утрачивали свою ценность, и многообразие человеческих желаний и интересов, пройдя через американский плавильный котел, уходило в осадок.
Алексис Токвиль, французский юрист, побывавший в США в начале 30-ых годов 19-го века, увидел в американской экономической демократии огромные преимущества перед европейской авторитарной системой, но отмечал ее специфику, поражавшую многих европейцев , – «Страсть американцев к приобретению богатств превзошла обыкновенные пределы человеческой алчности.»
Доступность богатств создавала небывалый накал борьбы среди многочисленных претендентов, и те формы жизни, которые возникали в ее процессе, резко отличались от традиционных норм Старого Света, что шокировало европейцев, для которых богатство было лишь средством для достойной жизни, но не ее целью.
В иерархическом Старом Свете богатства переходили от поколения в поколение и борьба за него проходила только внутри привилегированного, имущего класса, низшие, неимущие классы боролись лишь за физическое выживание. А Америка предоставила полную свободу всем, и в борьбу за богатство были вовлечены миллионы. В отличии от других стран мира, которые строились на традициях и опыте прошлого, Америка создавала свою историю заново. Это было общество иммигрантов и оно складывалось в процессе слияния и взаимопроникновения полярных идей и идеалов, многочисленных культур и моральных ценностей. Америка сплавила противоречия в единое целое, соединив расчетливый прагматизм, необходимый для выживания, с религиозными идеями и рационализмом эпохи Просвещения, и создала особый, отличавшийся от европейского, американский образ жизни.
Как писал Фридрих Энгельс, – «Америка создавала свои традиции сама, исходя из конкретных обстоятельств, и обстоятельства формировали необходимые новые формы отношений…»
В новых формах отношений крайности сливались в непривычном для европейцев симбиозе, который европейцы не могли расшифровать. Всемирно известный английский путеводитель по многим странам мира, Бедеккер, в 1890 году предварил свое описание Америки следующим кратким комментарием, – «Америка стоит в том месте, где сливаются в одну две реки, одна течет в рай, другая в ад. Соединенные Штаты особая страна – это страна контрастов.»
Религиозность, которая, по сути своей, иррациональна, уживалась с рациональным, материалистическим мировоззрением. Уважение к другим сосуществовало с агрессивностью, отзывчивость и желание помочь с безразличием к чужой судьбе, честный труд и уважение к закону с широко распространенной преступностью, вера в честную игру – “fair game”, с всеобщей тенденцией к манипуляции другими, конкуренция всех со всеми, со стремлением к кооперации. Крайний индивидуализм с конформизмом.
Контрасты возникали в атмосфере небывалых свобод новой страны. Это был свободный поток в котором все его струи сливались в единое и неразрывное целое. Это были не две реки, а одна, она текла в одном направлении, в направлении разрастания материального богатства, и внутри нее возникали те формы и виды свободы, которые соответствовали фарватеру движения.
С одной стороны, свобода индивидуального предпринимательства привела к уровню материального комфорта, достижимого для многих, а в Европе доступного лишь ограниченному кругу. С другой, в рыночной демократии индивидуальная свобода могла существовать только внутри жестких рамках требований экономики, в которой для достижения личного успеха индивид должен отказаться от свободного самовыражения, экономическая игра требовала приспособления к постоянно меняющимся условиям. В Европе конформизм, приспособление, были добровольным выбором, в Америке конформизм выбором не был, это была единственно возможная форма выживания.
В Европе, с ее сложившейся в течении веков экономической и государственной структуре, общество ставило индивида в рамки обусловленные законом, традициями, внутри этих рамок он был свободен. В Америке, где общество и государство только создавались, не существовало инструментов контроля над разношерстной массой иммигрантов из всех стран мира. Здесь свобода могла привести не к власти демократии, а к власти охлократии, власти толпы, власти плебса, в конечном счете, к анархии. Свобода, в этих условиях, была опасна, и чтобы обуздать хаос человеческих воль, ввести их в созидательное русло, были использованы те качества человеческой природы, которые в Старом Свете считались негативными, относились к разряду пороков.Один из основателей американского государства, Мэдисон, писал – «В европейской схеме гражданского общества утверждается, что человек, по своей природе, стремится к добру, а это приводит к расцвету всех человеческих пороков, и только деспотия сильного государства позволяет удержать людей от разрушительных инстинктов. Вера в добродетели человека не подтверждается жизнью. Когда человек говорит о свободе, он думает о свободе только для себя, когда он говорит о справедливости, он думает о справедливости только для себя. Не добродетели, а грехи двигают человеком, им двигает эгоизм.»
В Европе цели общества, нации, государства считались более важными чем цели и интересы каждого отдельного человека. Если позволить каждому думать только о себе, игнорируя интересы всех остальных, это неизбежно приведет к развалу общества. Всеобщее благополучие создается подчинением личного интереса интересам всего общества в целом. Государство, всей своей мощью, регулировало конфликты классов, социальных групп и индивидов.
Но в Америке, где сильного государства еще нет, общественный порядок мог быть создан только самими людьми, волей миллионов. Европа много веков создавала общественные структуры, используя разнообразные инструменты поощрения и наказания. У Америки, начинавшей с нуля, создававшей все общественные институты заново, с чистого листа, был лишь один инструмент – экономический, эгоистический интерес. Личное богатство может появиться только в результате многочисленных взаимовыгодных экономических связей, а в них необходим консенсус, всеобщее согласие с правилами, нужно считаться с интересами других, коллег, партнеров, поставщиков, покупателей.
В Европе идеалы гуманизма ставились выше практики материальной, а жизненный успех определялся по многим параметрам. Америка сузила представление об успехе до одной составляющей в конкретной, осязаемой форме, а счастье было определено количеством денежных знаков. Мечта о счастье воплощалась, как говорил Токвиль, в «романтике цифр, которые имеют неотразимое очарование». Цифры богатства приобрели значение почти религиозное, это была особая форма идеализма, которую Токвиль отметил в своей фразе, – «Есть что-то сверхъестественное, мистическое в невероятной способности американцев к приобретению.»Через 100 лет после Токвиля, президент Кальвин Кулидж, в своей инаугурационной речи, скажет, – «Америка – страна идеалистов.», страна мечтателей, где любая идея, любая мечта достойна уважения если она ведет к большему богатству. Позади остались века мучительных раздумий человечества о смысле жизни, и о том, что такое успех, что такое счастье.
Сообщить модератору   Записан

Михель Гофман
Страниц: [1]   Вверх
  Печать  
 
Перейти в:  


Powered by SMF 1.1.4 | SMF © 2006, Simple Machines LLC
Manuscript design by Bloc
Поддержите «Новую Литературу»!
Рейтинг@Mail.ru