HTM
Номер журнала «Новая Литература» за декабрь 2020 г.

Сергей Багров

Сабля

Обсудить

Повесть

 

Лесной посёлок. А в нём – мужчины и женщины, дети и старики. Здесь, как нигде, рельефно и резко обнажены две силы, непримиримо направленные друг против друга. Много в России людей сильных, но ненадёжных. Немало людей совестливых и светлых. Но светлые друг от друга так далеко. Словно стоит между ними глухой перелесок, и от сердца к сердцу не докричаться.

 

Опубликовано редактором: Вероника Вебер, 19.04.2013
Оглавление

4. Часть 4
5. Часть 5
6. Часть 6

Часть 5


 

 

 

В Еловец Саблин выбрался к вечеру нового дня. Задержали маслушки. Было их густо, и все одинаково мелкие, как монетки. Часа три собирал, наполняя просторную, в пять крупных дранок корзину.

Зинаида была довольна.

– Всё-таки, ты у меня добытчик! – говорила, раскладывая грибы.

Саблин сидел за дымящимся супом. Ел с аппетитом и улыбался. Было ему хорошо. Зинаида то уходила куда-то на двор, то приходила. Приходила, как вынырнув из лучей, вся уютная, светлая, с высоко посаженной головой, аккуратно спеленанной красной косынкой. Усталость после пяти километров дороги с ношей давала знать о себе. Но прошла какая-то пара минут, и усталости нет. Саблин вглядывался в свою нестареющую супругу, поднимаясь душой, и думал: «За что же Бог меня удостоил такой жены? Красивая, что тебе верба в мае».

Потом они оба взялись за грибы. Высыпанные на стол, они пугали своим количеством. Слишком много и слишком долго с ними возиться, снимая с каждой маслушки скользкую оболочку. Однако грибы были первыми в это лето. Очень вкусны. И можно было их жарить и парить, и даже готовить из них консервы. Так что стоило покорпеть.

 

Саблин расспрашивал:

– Как тут у нас на посёлке? Всё так же?

– Всё так же.

– О работёнке какой-нибудь там не слыхать?

– Не слыхать.

Зинаида была одета хотя и в опрятный, но старый халатик. Денег не было на обнову. Она, как и муж, была сейчас без работы. Хорошо, что держала трёх коз. Молоко от них продавала приезжавшему через день из города на своём москвиче пожилому ветеринару, у кого болела жена, и он брал его, как лекарство. На эти деньги пока и жили, и то, покупая один только хлеб.

– Как сынки-то тебе помогали?– спросила она.

– А как иначе, – ответил Вениамин, – только вот Вовка чего-то не слушается меня.

– Да и меня слушается не боле.

– Переходный возраст?

– Может, и переходный, – Зинаида сняла косынку. Повела тонкой шеей. Прошлась, поправляя, ладонью по волосам. Но те упрямо вернулись назад, развалив себя на два края. Этот развал волос и эта тонкая шея, выражавшие муку хозяйки, не знающей, как уйти от безденежья и забот, задели Вениамина, утяжеляя в груди дыхание, и он почувствовал сердце, в которое, как иголка, впилась заострившаяся тоска.

– Кто из него получится, право, не представляю, – добавила Зинаида.

Саблин слушал жену, опустив глаза на свои ходившие по столу с перочинным ножичком крупные руки, точно искал в них, как в книге, необходимый ответ, который бы мог Зинаиду утешить и успокоить. Но ответ, как нарочно, не открывался. И он страдал, принимая душой обеспокоенность Зинаиды.

– Связался с Матвейкой Оболиным, а тот из колонии вышел. Научит неделу.

– Да, – выдавил Саблин, – надо бы как-то с парнем покрепче. Поговорить, чтоб пробрало до селезенки.

– Не говоркой он у нас.

– Это дома такой, а на улице – бубен.

– Как бы чего худого не натворил, – задумалась Зинаида. – Вон дедко Рома жалуется. Уходил в магазин. Дверь закрыл на батог. И ходил-то какой-нибудь час. А вернулся – в квартире ровно Батый побывал. Всё перевернуто. Литра водки была – не стало. Медали и орден Отечественной войны хранил в шифоньере – их тоже как сдуло. Это наши мазурики эдак его. А первый мазурик Матвейко Оболин. А где Оболин, там и наш охломон.

– Ну, это ещё неизвестно, – сказал неуверенно Саблин, забывая о том, что супруга бывает крутой, когда ей в разговоре не уступают.

– А то, что наш сын домой возвращается только под утро и только пьяным, – тебе известно? – вспылила.

Вениамин растерялся.

– Ты это чего? Это серьезно?

– Ты там, на хуторе, как отшельник, не знаешь, поди, и того, что Вовка с Юркой уже подрались!

– Ёр-кородёр, – обдивился Вениамин. – С чего бы такое?

– С того, что Вовка тебя при Юрке эксплуататором обозвал. Вот и сцепились, как два волчонка. Один за тебя, другой на тебя. Еле их разняла.

Саблин чуть было не улыбнулся. Из-за чего в расстройство входить? Такая мелочь. Подумаешь, пасынок обозвал. Да и прозвище, право, совсем пустое. Сколько их, этих прозвищ, он получил на своём веку! Как его только ни обзывали – Саблей, Еловым фашистом, Извергом, Лютым и даже Ельцинским пнём! И Юрке бы тоже не надо на это сердиться, тем паче бросаться с боем на брата. Но чего уж теперь? Проехано. Всё забыто.

 

Грибы были все, наконец, очищены и помыты. И Зинаида взялась за рыбу. Чего-чего, а готовить разные кушанья, даже деликатесы, супруга умела. Не зря какое-то время она служила в столовой, как повар, и все блюда её были на славе, как самые-самые, без которых, пожалуй, уже и нельзя. Но столовая в пору развала орсовского хозяйства долго не продержалась, и Зинаида осталась без дел. Верней, без зарплаты, так как дел, когда оказалась вне службы, не убавилось у неё. Даже стало их больше: надо было изобретать из почти ничего всё то, что годилось бы на еду, на обувь и на одежду.

Это качество русской женщины выправлять жизнь семьи за счёт сил своих, своего характера, обаяния, расторопности и уменья умиляло Вениамина. И он сам старался, как мог, помогать супруге своей в том, чтоб им обязательно выжить и даже жить, не завися ни от чего. Потому он и был всегда начеку, когда дело касалось работы, или ягод с грибами в лесу, или рыбного клёва на Ляле.

Зинаида пошла встречать своих Марту, Калину и Куклу, которые вместе с другими козами Еловца паслись на вырубках за посёлком, и теперь по непозднему вечеру возвращались домой.

Саблин тоже пошёл. С крыльца уже бросил жене вдогонку:

– Ребята-то где у нас? Чего-то не вижу?

– Один шляется где-то, второй – в козьем стаде, – ответила Зинаида.

– Пастуши-ит? Уж не Юрка ли?

– Он!

Саблину слышать такое приятно. Юрке шестнадцатый год. И на! Взял и сам отыскал себе работёнку. «Это он ради нас. Чтоб помочь Зинаиде и мне. Принести в дом собственную копейку. Так когда-то делал и мой отец. Да и я через это прошёл. Порода. А в породе – фамильная кровь. Притекает из древних времён. Ведь когда-то текла она в дедушке Елизаре. После – в бате моём. А сейчас она, значит, во мне и в моём кровном Юрке…»

От приятных раздумий Саблин мягко расслабился, подобрел. Проводил тёплым взглядом одну за другой всех троих желторогих, с бородками, коз, за которыми шла, играя веточкой, Зинаида. Ей доить ещё их и поить, заставать в хлевушок и давать, глядя на ночь, траву. «Скоро я вас на хутор, на нетронутый травостой», – думал Саблин, спускаясь с крыльца.

 

В калитке он встретился с Юркой. В джинсах, засканных до колен, без рубахи и майки, весь коричневый от загара, с лицом быстрым и возбуждённым, был похож он на юного футболиста, который только что отыграл с ребятами матч. Саблин хлопнул его по плечу:

– Откуда, парнище?

– С поскотины!

– О-о! Пастухом, что ли, там?

– Подпаском!

– И как тебе работёнка?

– Самое то!

В стороне, где мостки, послышался грохот, точно кто попытался взломать забор.

Да это Антонов! Маленький, седенький, с чемоданом, который грохнулся о забор оттого, что хозяин его споткнулся, едва и сам не упав на мостки.

Саблин свесела:

– Василий Львович, не в город ли уезжаешь?

– В город! В город! – блеснув вставными зубами, зычно, как прежде, когда работал мастером леса, откликнулся старикан. – На автобус бегу! Как бы не опоздать. – Он наклонился за чемоданом, поднял его и, краснея лицом, потащил, как невольную ношу.

Отец с сыном переглянулись. Поняли сразу друг друга без слов. Саблин махнул Антонову, мол, пока, будь здоров, счастливой тебе дороги, а Юрка, вежливо улыбаясь, взял у старого чемодан и пошёл рядом с ним к автобусной остановке.

 

До автобуса далеко. Весь поселок надо пройти. Юрка, сломавшись в поясе, тащит окованный на углах белыми бляшками чемодан. Антонов еле за ним успевает. Автобус тут же и трогается в дорогу, едва Антонов забрался в него, принимая из Юркиных рук чемодан.

И тут откуда-то из-за трактора, что стоит истуканом здесь целую пятилетку, качнулась стайка шнырливых ребят. Каждый с бутылкой дешёвого пива. А Матвейка Оболин – с двумя.

– Кто он будет тебе? – спросил у Юрки Матвейка.

– Никто.

– А чего чемодан-то ему ты нёс?

– Так.

– Он чего? Попросил тебя?

– Нет. Тяжело ему, вижу, вот взял и понёс.

– А заплатил он тебе? Дал хотя бы на пиво?

– Не-е.

Тут и Юркин братан выделился из стайки. Тычет бутылкой в сторону Юрки:

– Он у нас кто? Тимуровец! – И смеётся. Смеются и все остальные, радуясь случаю поглумиться над неотёсанным простачком.

– Так ты тимуровец, в самом деле? – подхватывает Матвейко.

– Никакой не тимуровец! – сердится Юрка.

– Тогда почему ты его не хряпнешь? – Матвейка показывает на Вовку.

– За что-о? – изумляется Юрка.

– За то, что он тебя Тимуровцем обозвал!

– Очень-то мне это надо – пачкаться о него.

– Он – трус! – Вовка делает к Юрке заносчивый шаг. – Боится, что я рассыплю его о трактор, как эту вон склянку! – И взмахом руки отправляет бутылку туда, где стоит развороченный трактор.

Звон расколовшегося стекла на какую-то долю секунды поверг всех в смятение, а потом и в восторг. Вовку схватили, подняли на руки, как героя, и стали подбрасывать вверх.

– Поди, пока цел! – Матвейко взглядом отправил Юрку домой. – Сейчас недосуг! После с тобой разберемся! Катись!

Юрка ушёл с ощущением человека, которого так и так должны были бить, однако не били, и стало ему от этого гадко. Словно его проверяли на прочность, и он проверку не выдержал до конца.

 

 

 


Оглавление

4. Часть 4
5. Часть 5
6. Часть 6

Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

09.01: Галина Мамыко. Страшные переживания (рассказ)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или сразу отправить журналу 500 руб.:

- с вашего яндекс-кошелька:


- с вашей банковской карты:


- с телефона Билайн, МТС, Tele2:




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература» (без рекламы):

Номер журнала «Новая Литература» за декабрь 2020 года

Все номера с 2015 года (без рекламы):
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 

При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2021 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!