HTM
Номер журнала «Новая Литература» за май 2019 г.

Владимир Буров

Герой Романа

Обсудить

Эссе

Опубликовано редактором: Игорь Якушко, 18.03.2008
Оглавление

4. Три великолепных ошибки Альфреда Хичкока
5. Великая теорема Ферма. Доказательство
6. Пиковая Дама

Великая теорема Ферма. Доказательство


 

 

 

Владимир Буров. Герой Романа. Иллюстрация

 

 


(Краткое содержание)

 

 

Рассказ о Брайане де Пальма включил Ф.в.т. Великую теорему Ферма. Я думал уже всё, ЭССЕ закончено, но опять неожиданно всплыла эта теорема. Посмотрите сначала, что это за теорема, что за легенда. Рассказы о ней напоминают поиски Земли Обетованной. Какого-то всемирного сказочного клада. Недаром Французская Академия обещала большую премию тому, кто её докажет. Желающих доказать теорему было очень много, настолько много, что в конце концов премия была снята. Это было еще в конце 1-й мировой войны. Решили, что если за 300 лет теорему не смогли доказать, то доказать её вообще невозможно. По крайней мере, до тех пор, пока математика не будет развита в достаточной для доказательства этой теоремы степени. Но почитайте эту небольшую выписку из энциклопедии. А главное не надо ничего бояться. Всё будет объясняться просто, буквально на пальцах. Если вы читали Агату Кристи здесь вам бояться нечего. А если что-то покажется непонятным или сложным, можете смело пропустить, вреда не будет. Потом вы к этому вернетесь и увидите, что всё не более, чем дважды два – четыре. Или, как говорится, дальше "Чёрного квадрата" Малевича мы все равно не уедем. Итак:

(Fermat) Ферма Пьер (18.08.1601 Болон-де-Ломан – 12.01.1665 Кастр.) французский математик. Юрист, с 1631 г., был советником парламента в Тулузе.

Ферма теорема, великая теорема Ферма, знаменитая теорема Ферма, большая теорема Ферма, последняя теорема Ферма – утверждение, что для любого натурального числа n>2, уравнение

Хn + Yn = Zn (уравнение Ферма) не имеет решений в целых ненулевых числах x, y, z. Она была сформулирована П. Ферма примерно в 1630 году на полях книги Диофанта "Арифметика" следующим образом:

"невозможно разложить ни куб на два куба, ни биквадрат на два биквадрата, и вообще никакую степень большую квадрата, на две степени с тем же показателем". И далее добавил: "я открыл этому поистине чудесное доказательство, но эти поля для него слишком малы".

В бумагах П. Ферма нашли доказательство Ф.т. для n=4. Общее доказательство до сих пор еще не найдено, несмотря на усилия многих математиков (как профессионалов, так и любителей). Нездоровый интерес к доказательству этой теоремы среди неспециалистов в области математики был в своё время вызван большой международной премией, снятой в конце 1-й мировой войны.

Предполагается, что доказательство Ф.т. вообще не существовало.

Доказательство для n=3 дал Л. Эйлер в 1770 г., для n=5 И. Дирихле и А. Лежандр в 1825 г. и так далее.

Несмотря на простоту формулировки Ф.в.т., полное её доказательство, по-видимому, требует создание новых и глубоких методов в теории диофантовых уравнений.

Из другой книги:

"Ферма написал на полях против 8-й задачи I I книги Диофанта "Разделить квадратное число на два других квадратных числа" следующие слова: "Разделить куб на два других куба, четвертую степень или вообще какую-либо степень выше второй на две степени с тем же обозначением невозможно, и я нашел воистину замечательное доказательство этого, однако поля слишком узки, чтобы поместить его." Если Ферма имел такое замечательное доказательство, то за последующие три столетия напряженных исследований такое доказательство не удалось получить. Надежнее допустить, что даже великий Ферма иногда ошибался."

Диофант жил ок. 250 г. Его "Арифметика" – книга, которая будит мысль, и её задачи вдохновляли многих исследователей более поздних времен. Кем был Диофант неизвестно – возможно, что он был эллинизированный вавилонянин. Его книга – один из наиболее увлекательных трактатов, сохранившихся от греко-римской древности.

Да-а… Когда я первый раз в 1993 году прочитал условие этой теоремы, я подумал:

– Что в ней великого? Пифагоровы штаны во все стороны равны.

Тогда я подумал, что теорема Пифагора является частным случаем этой теоремы. Квадраты Пифагора мы видим, а где остальные степени? Как их увидеть? Хотя бы представить. Или помыслить. Говорят, бесконечность нельзя представить, её можно только помыслить.

Тогда, в 93-м году, произошел просто магический случай. По телевизору передают, что кто-то решил теорему Ферма, но сказать своё доказательство не хочет. Звоню на телевидение и говорю:

– Вы сейчас говорили про Великую теорему Ферма. Давайте обменяемся информацией. Скажите мне условие этой теоремы, а я… скажу вам решение.

Почему я так думал? Сам не знаю.

Когда через несколько дней я прочитал в энциклопедии эту теорему мне всё ещё казалось, что я могу её решить. Откуда такая уверенность?

Потом оказалось, что я просто не понимаю, о чем речь.

Поэтому в этот раз я почти сразу поставил себе первую задачу:

– В чем величие этой теоремы?

В чём тут вообще дело? Почему за доказательство была объявлена международная премия? Мало ли других задач? В чём её ценность?

Понятно, почему теорему пытались решить не только математики: Ферма написал, что решил, доказал то есть, эту теорему, но как бы немного места не хватило. И еще написал, что нашел не просто доказательство, а "поистине чудесное" доказательство этой теоремы. Как клад Али-Бабы. Кажется, что нужно только найти тайный шифр, сказать: "Сим-Сим откройся" и теорем будет доказана.

– Ну и что? – если спросить. – Что там, за дверью пещеры? Ну доказана и доказана.

Значит, получается, что не только её доказательство существует "чудесное", но "что" она докажет, будет "чудесно".

Так что она доказать должна? Что квадрат можно разделить на два квадрата, а куб нельзя? Ну и что?

Правда, когда в этот раз я взялся за эту теорему я знал, что доказательство должно быть в рассказе, в кино. Собственно это и было толчком к теореме в этот раз. Более того, я был уверен, что уже доказал ее. Доказав, что Пушкин не ошибся с частицами "не", я доказал Ф.в.т. Вопрос только почему? Всё как бы идет сзади: сначала знаешь, что доказал, потом надо доказать, что доказал. Как Маргарет Митчелл была сначала написана последняя глава "Унесенных ветром", а затем она взялась за работу сначала и так шла, от главы к главе.

Пьер Ферма в 1630 году сказал, что нашел чудесное доказательство. А вы сейчас увидите еще более чудесные вещи. Увидите не только чудесное доказательство великой теоремы, но и увидите поистине чудесную вещь: увидите доказательство этой теоремы самим Пьером Ферма. Собственно моё доказательство и будет состоять в том, что я докажу, что её доказал Пьер Ферма, французский математик семнадцатого века. То есть я докажу, что Пьер Ферма, как и Пушкин, и Альфред Хичкок не ошибся.

Я вам покажу теорему Ферма, и это будет не копия, а подлинник 17-го века. Вы увидите его, как переданный через века нерукотворный памятник Пушкина, как улыбку Джоконды Леонардо да Винчи, она мелькнет и исчезнет, как вечный миг. Вы подумаете, что этого не может быть, как Мона Лиза опять улыбнется и опять улыбка исчезнет, как только вы засмотритесь на нее чуть дольше. Я покажу вам чудо в квадрате.

Считается, что в бумагах Ферма не нашли доказательства теоремы. Странно, не правда ли? Ну не уместилось доказательство на полях книги Диофанта, можно бы потом доказать. Однако этого сделано не было. Почему? Считается, что Ферма сначала подумал, что решил эту задачу, а потом понял, что ошибся. Нет, он не ошибся.

На следующий день, сам не знаю с какой стати, я пошел в городскую библиотеку и нашел там это, казалось бы, не существующее доказательство теоремы самим Ферма. Мистика? Да, такая же мистика, такой же случай описан А.С. Пушкиным в "Истории села Горюхина".

"Ключница моя, в то самое время как я, сидя за моей тетрадью, грыз перо и думал об опыте сельских проповедей, с торжеством втащила корзинку в мою комнату, радостно восклицая: "книги! книги!" – "Книги!" – повторил я с восторгом и бросился к корзинке. В самом деле, я увидел целую груду книг в зеленом и синем бумажном переплете – это было собрание старых календарей. Сие открытие охладило мой восторг, но все я был рад нечаянной находке, все же это были книги, и я щедро наградил усердие прачки полтиной серебром. Оставшись наедине, я стал рассматривать свои календари, и скоро моё внимание было сильно ими привлечено". Потом: "Брося взор на сии строки, с изумлением увидел я…"

Что увидел Пушкин с изумлением7 Да, он увидел в своем роде доказательство Великой теоремы Ферма.

Правда, я увидел его не сразу. Я все повторял:

– Теорема должна быть в рассказе, теорема должна быть в рассказе…

– Есть! Пометки Ферма на полях книги Диофанта и означают, что утверждение Диофанта находится в рассказе. В кино, ибо замечание Ферма находится вне текста, это замечания режиссера.

Слава богу, один шаг сделан. Хоть что-то сдвинулось с места.

Но дальше всё. Никак. У меня пять отмычек. Первая, ошибка Даниэля Дефо в "Робинзоне Крузо", когда герой ныряет под воду и отрезает ножом что-то, а перед этим он разделся. Вторая – это, подробная распечатка ошибки Пушкина в "Воображаемом разговоре с Александром I" и три ошибки Альфреда Хичкока.

Как их применить? Во всех этих случаях на противоречия уже было указано другими людьми. Здесь тоже есть указание: Ферма ошибся, что доказал эту теорему. Хотелось чего-то по конкретнее, где, например, противоречие в утверждении Диофанта, что квадрат можно разделить на два квадрата?

Ничего не понятно.

Действительно, эта теорема обладает мистическими свойствами. Недаром столько людей пытались ее решить.

Нужно объединить две не совместимые сцены в одну, как это сделал Альфред Хичкок в фильме "Веревка". Раздавливает рукой стакан – первая сцена, и человек играет на рояле, а руки у него даже не забинтованы – вторая сцена. То есть утверждение Диофанта и утверждение Ферма должны быть в одной сцене. Что это значит? Штурм этот длился два или два с половиной дня. А может быть, дня четыре.

На следующий день мне показалось, что эту теорему решил даже не Ферма, а Диофант.

Что имел в виду Диофант, сказав, что квадрат можно разделить на два квадрата, неизвестно. Зато известно, что сказал Ферма. Что же он сказал?

Теперь внимание. Да, доказательство, действительно, находилось в обычной библиотеке.

Раньше еще в 1993 году, в 94-м я всё думал, рассматривая теорему Пифагора, где находятся все остальные степени. Вторую мы видим, это Пифагоровы штаны, а где остальные? Вокруг? Непонятно, где они. Поэтому сейчас я решил добраться до бесконечности. Иначе теорему не решить. Пока не будет ясного вида того места, где находятся все степени выше куба вплоть до миллионной, миллиардной и так, и так, и так далее до бесконечности, нельзя понять, почему они делятся. Почему делится квадрат, мы понимаем, потому что видим, потому что можем доказать. Что же это за место?

Фантастика! Это квадрат. Вот он ЧЁРНЫЙ КВАДРАТ Малевича. Вот оно доказательство Ферма. Теперь на этой библиотеке можно повесить доску с надписью:

– Здесь было найдено доказательство Великой теоремы Ферма, найденное самим математиком 17-го века Пьером Ферма.

В том-то и дело, как написал Ферма, либо надо много писать, что не хватает полей книги Диофанта "Арифметика", надо иметь целую систему пояснений, надо иметь ошибку Даниэля Дефо, Александра Пушкина, три ошибки Альфреда Хичкока, надо иметь целую теорию, либо…

Теперь внимание.


Доказательство Великой теоремы Ферма
X2 + Y2 = Z2
ч. т. д.

Всё. Ничего не понятно? Да, вот так это доказательство и было долгое время не понятым. Это простое квадратное уравнение. Когда Ферма написал, что полей мало ему, чтобы привести свое чудесное доказательство, что он имел в виду? Какого места ему хватит? Где оно? А оно в самой книге. Там, где написан текст. То есть доказательством, что ни куб, ни биквадрат и т.д. нельзя разделить, являются слова Диофанта "РАЗДЕЛИТЬ КВАДРАТ НА ДВА КВАДРАТА".

Доказательство Ферма это указание на слова Диофанта, что это есть доказательство.

А моё доказательство это указание на слова французского математика семнадцатого века Пьера Ферма, что они являются доказательством.

Когда я это понял, то еще раз попался. Казалось, всё доказано. То есть:


(Xn) 2 + (Yn) 2 = (Zn) 2

Вот он, насамомделишный вид Диофантова уравнения. Но я вдруг подумал, что не очевидно, что при делении квадрата, куб или какая-либо иная степень тоже не разделится одновременно с ним. А вдруг? Получается, что где были, там и остались. Ноль. Никакого доказательства. Я был уверен, что всё правильно. Но ведь в этом я был уверен давным-давно. Уверенность не доказательство. То есть это еще слишком абстрактно. Нужно что-то еще. А по сути всё. Если степени могут разделиться вместе с квадратом, значит ноль. Должна быть уверенность. Сам должен быть уверен, что всё ясно. Как говорил Пушкин, ты сам свой высший суд. Я был неудовлетворен, это ясно. Где оно это решение? Опять казалось, что идти надо до бесконечности.

Сначала я попробовал все три ошибки Хичкока. Сцену с разбитым стаканом и роялем можно представить, как куб, то есть трехмерное измерение, составленное из двух кубов. А это невозможно. Поэтому и было замечено противоречие. Не может такого быть, чтобы человек раздавил стакан и тут же играл на рояле. Куб, состоящий из двух кубов, не может существовать. Чтобы доказать, что все степени, кроме второй, нельзя разделить, надо доказать очевидное: их разделить можно. Есть.

Что же получается, когда куб делится?

Рассматриваю "Воображаемый разговор". Профессор Сергей Михайлович Бонди рассматривает два куба: царя и Пушкина. Поэтому в тексте черновика "Воображаемого разговора" у него получается противоречие. Сначала был одни Пушкин, потом он делится на Пушкина и Царя. А они отличаются от того царя и Пушкина, которые были у Бонди. Чем они отличаются?

Подожди, давай сначала. Пушкин делится на два куба, на Царя и Пушкина. Как это возможно? Они делятся в тексте "Воображаемого разговора", то есть они уже получаются на плоскости, по отношению к первоначальному Пушкину. Он художник. Стоит перед плоскостью, перед полотном и рисует или пишет, кому как лучше, Пушкина и Царя. Царь с большой буквы, потому что это не тот царь, которого имеет в виду Бонди, а герой рассказа. Хотя лучше, конечно, не путаться, потому что этот Царь тот же самый царь. Царя вне "Разговора" просто не существует.

Значит, что получается? Пушкин делится на Царя и Пушкина. Куб на два куба. Но этого не может быть. Так ведь это и надо доказать. Смотрим ещё раз. Трехмерное пространство превращается в два трехмерных. Есть! Мы не замечаем мгновения перехода. Как только куб или любая другая степень начинает делиться, так она стремительно начинает понижать степень. Она летит по разрыву времени, по фантастической трубе, где нет времени и превращается… да, любая степень, как только захочет разделиться, так сразу превращается в квадрат. Любую степень мы можем представить, как рассказ в рассказе и так далее. Дело в том, что квадрат делится раньше, чем любая другая степень. Он никогда не даёт им разделиться. То есть любую степень можно разделить, но только в квадрате. Она всегда! всегда! всегда! в квадрате. В этом все дело: нельзя вытащить степень из квадрата. Любая степень всегда находится в квадрате. Это и написал П. Ферма на полях книги Диофанта "Арифметика". Мы ищем непредставимое где-то далеко, далеко за полями книги, а нет никакого содержания за книгой, все здесь. А непредставимое-то это сам квадрат. "Чёрный квадрат" Малевича.

Смотрим внимательно ещё раз на почти неуловимое доказательство Великой теоремы Ферма, сделанное самим Ферма, французским математиком семнадцатого века. Смотрим с трепетом, как говорил Александр Сергеевич Пушкин, на этот шелест веков.


X2 + Y2 = Z2 * Xn + Yn =/= Zn , при n>2

Между ними я поставил звёздочку, которая означает, эти уравнения, эти утверждения находятся в разных измерениях. Утверждение Ферма это куб по сравнению с утверждением Диофанта. То есть они разделены и нам кажется, что между ними нет связи.

Мы не замечаем очевидного, что оба утверждения находятся на одной плоскости, на одном листе книги Диофанта "Арифметика". То есть и квадрат, и куб, и все остальные степени находятся в квадрате.

Понятно? Любая реальность, любая самая высшая степень это рассказ. Рассказ о чёрном квадрате. Ферма своим утверждением рассказывает об утверждении Диофанта. Ферма говорит, что нельзя разделить куб на два куба, и вообще никакую степень большую квадрата, на две степени с тем же показателем. Почему он так говорит? Да потому что Диофант написал, что квадрат делится на два квадрата.

Если можно разделить квадрат, то уже больше ничего разделить нельзя. Все степени находятся на плоскости квадрата.

"Разделить квадратное число на два других квадратных числа, значит, разделить любую степень на две степени с тем же обозначением".

И "поистине чудесным" образом Ферма записал это. Он просто написал на полях, что нельзя сделать того, что уже сделано.

"Чёрный квадрат" это не просто другое, большее, место по сравнению с большими белыми полями. Это другое измерение. И Ферма установил связь между ними. Белые поля вокруг черного квадрата это время и измерение режиссера, а сам черный квадрат – это содержание художественного фильма.

Ферма не просто дополнил утверждение Диофанта, он дополнил его из другого измерения.

Вот такое же дополнение увидел и Пушкин в старых календарях.

"Брося взор на сии строки, с изумлением увидел я, что они заключали не только замечания о погоде и хозяйственные счеты, но также и известия краткие исторические касательно села Горюхина".

Что такое история? Это связь времен. Пушкин увидел ту же необыкновенную связь, что и Ферма.

Нашей истории, нашему доказательству много лет. Даже не 370. Этой летописи почти 2000 лет, ибо Диофант родился ок.250 г.


Вставка из 2005 года


Все вроде понимают, что между режиссером и актерами существует связь. Не об этом речь. Речь идет о связи времени и событий фильма с временем и событиями съёмки этого фильма. И связь это не простая, а причинно-следственная. Если в прошлом делится квадрат, то в будущем уже не разделится ничего. В фундаменте всех степеней лежит плоскость. Недаром я всегда мечтал доказать, что Земля плоская. А древние ведь именно так и считали. Не думаю, что они были глупее паровоза. Не плоскость в шаре, а наоборот. И мы очень часто это видим. Особенно это хорошо заметно в старых фильмах, где всю природу изображают декорации. И самая большая декорация это плоский экран кинотеатра. Там, нет куба, там, в кино, КВАДРАТ ВСЕГДА В РОЛИ КУБА. Квадрат вмещает в себя куб, а не наоборот.

В кино мы видим и ситуацию обратную первой ошибке Хичкока с раздавленным стаканом и игрой на рояле. Ведь для чего это сделал Хичкок? Потому что в жизни такого невероятного совмещения никто не замечает. Вот сейчас к 60-ю Победы пойдет фильм "Их знали только в лицо". О гольфисте и строгой в отношении мужчин даме из правительства Москвы. Так вот всегда говорили, что нож там гольфист бросает и уезжает домой. А в горло этот нож втыкают только через месяц. Человек, в горло которого этот нож должен был попасть, смог присутствовать на съемках только через месяц. Или даже наоборот, сначала воткнули в горло нож, а потом приехал гольфист и бросил нож. Который еще месяц назад попал в горло.


1999 год

Я знаю, что многие потратили очень много времени на доказательство этой теоремы. Я слышал даже, что кто-то доказал её на тысяче страниц и сейчас это доказательство проверяется. Но совсем не это имел в виду Пьер Ферма, французский математик семнадцатого века, когда написал: "Я ОТКРЫЛ ЭТОМУ ПОИСТИТЕ ЧУДЕСНОЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВО, НО ПОЛЯ ДЛЯ НЕГО СЛИШКОМ УЗКИ". Чудесное оно потому, что это ни больше, ни меньше, как:

ДЕВЯТОЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВО СУЩЕСТВОВАНИЯ БОГА

Да, это действительно, Великая теорема Ферма.

 

Причина, почему многие ученые не смогли за 370 лет доказать эту теорему, не смогли увидеть доказательство самого Ферма, в том, что наука это научная статья, а доказательство имеет вид ЭССЕ. Они всегда искали, как это оно там, проскакивая сразу "здесь". В научной статье всё должно быть "в ней". Таким образом, фундаментальную теорему доказать невозможно. Потому что не так устроен мир. Потому что, как сказал Пушкин, "не всяко слово в строку пишется".


Вставка из 2005 года

Марио Корти в своих передачах по "Радио Свобода" еще тогда, шесть лет назад, всё ругал Пушкина, что он заставил Сальери убить Моцарта. Тогда я написал, почему Пушкин не ошибся, не оскорблял Сальери. Но, видимо, то доказательство где-то потерялось. Напишем его еще раз.

Марио Корти долго объяснял, выискивал исторические документы, что Сальери не мог отравить Моцарта. Он слишком любил конфеты. Нет документов, подтверждающих, что Сальери отравил Моцарта.

Есть!

Находим этот документ в "Моцарте и Сальери".


              Сальери

Ты думаешь?

      (Бросает яд в стакан Моцарта.)

                    Ну, пей же.


Вот эти слова в скобках не придуманы Пушкиным, они ПЕРЕПИСАНЫ им откуда-то. Откуда? Это не важно. Это могло быть чьё-то письмо, еще какой-нибудь текст. Важно, что это было где-то написано. И уж точно, что это было кем-то сказано. Стопроцентно известно, что не сам Пушкин это придумал. Существовали такие СЛУХИ, что Сальери отравил Моцарта. А это и есть тот документ, который использовал Пушкин. Никакой документ не может быть достовернее слухов. Ибо любой документ можно подделать, а для СЛУХОВ у нас есть свидетель. Единственный и неповторимый свидетель для всех времен и народов. Как сказал Высоцкий. Это мы сами. Это "Я".

Речь не о том, что Сальери отравил Моцарта, а о том, что ТАК ГОВОРЯТ.


… Ах, правда ли, Сальери,

Что Бомарше кого-то отравил?

 

Не думаю: он слишком был смешон

Для ремесла такого.


Точно такой же разговор мы слышим здесь о Бомарше. И не только о Бомарше. О Микеладжело Буонартти тоже сказано, что он, возможно, кого-то убил. Берется стопроцентный документ, это где-то РАССКАЗАНО.

Так надо было так и написать, что это не ПРАВДА, а РАССКАЗ. Так ведь это и написано! Где? В самом центре композиции.


МОЦАРТ и САЛЬЕРИ
ПЬЕСА

Пьеса это и есть рассказ, пьеса это слухи, это текст чьего-то письма, записи в дневнике. Он просто переписан Пушкиным в свою тетрадку. Таким образом, в тексте Пушкина мы видим именно документ. Можно привести еще один современный пример о Василии Аксенове и студентах из Америки. А заодно добавим здесь несколько слов о прозе Бродского.


Василий Аксенов
Где собачка?

Это эссе написано в девяносто девятом году. А про собачку господина Чехова добавлено только в 2005. Этот разрыв во времени может быть не только не заметен, но его может просто не быть. Он просто не будет иметь значения. Но главное не в этом.

Какой ответ должен был дать американский студент на вопрос профессора Василия Аксенова:

– А где собачка? – Ее вроде бы нет, когда дама занимается сексом в рассказе Чехова "Дама с собачкой".

Ответ здесь тот же, что и у Даниэля Дефо в "Робинзоне Крузо". Его дал А.С. Пушкин в "Борисе Годунове":

– Не всяко слово в строку пишется.

Собачка находится в этом рассказе на самом видном месте. Она в названии.

Чехов решил не повторять постоянно:

– Вот собачка вошла вместе с ними в комнату. Вот она спряталась за тумбочку. Оттуда удобнее подсматривать. А вот она потихоньку пробралась под кровать. Оттуда лучше подслушивать. А вот она залезла на кровать потихоньку и легла в ногах. Здесь можно представить, что этим делом мы занимаемся втроём. Кайф.

Кайф-то может быть и кайф. Но об этом обычно так прямо не рассказывают. Интимное дело. Хотя не такое уж оно интимное. Некоторые поэты рабов к ножкам кроватей приковывают, чтобы веселее было сексом заниматься. И ничего, никто особенно не удивляется.

Можно сделать и по-другому. Я, например, так делал:

– На тебе, на тебе, – и по морде ему, по морде так несильно ногой, чтобы отвалил и не мешал. А она ему тоже:

– Да уйди ты отсюда. Пошел вон! – Ему можно было сказать так грубо. Это был тигровый дог величиной с теленка. И ничего он просто обиженно отходил и ложился на свое место. Кажется, он даже не подсматривал. Ему это было не очень интересно.

За кого стыдится Василий Аксенов, когда предполагает, что собачка должна быть в комнате вместе с ними, если не сказано прямо, где она в этот момент находится? За даму или за собачку? За собачку уж точно стыдиться не надо. Потому что собаки только и думают, что о сексе. Для них и групповуха дело привычное. Правда, собаки ревнивые твари. Но и умные. Ни одна собака не будет мешать своей хозяйке заниматься сексом. Она понимает, что даме это нравится. Единственное, я повторяю, желание, которое может возникнуть у собачки, это тоже принять участие в этом событии.

И она принимает это участие. Всегда. Даже, когда ее нет в комнате. Потому что в этом рассказе Чехова нет ни дамы, ни собачки. Здесь описано существо под названием "Дама с собачкой". Они всегда вместе. Мог бы занять место собачки мужчина. Да только невозможно это. Неотделима дама от собачки. А как сказал Пушкин, не могут две вещи занимать одно и тоже место одновременно.

Чехов не описывает присутствие или наоборот, отсутствие собачки в комнате, где ее дама занимается сексом, еще и потому, что многие вещи являются для людей само собой разумеющимися. Никто же не говорит, что надевает туфли, прежде чем идти на улицу. И дама, в этой интерпретации, не будет даже вспоминать собачку, когда будет рассказывать кому-то о том, как она развлекалась на курорте. В рассказе это пропадет. А рассказывать она обязательно будет. И не только самой себе. А кому еще? Уж читатель-то об этом точно узнает.

Он узнает, что название рассказа тоже входит в композицию рассказа. Оно находится в этой композиции в самом центре. Поэтому не надо каждый раз повторять, что собачка там, собачка тут. Это будет тавтологией. Ибо собачка всегда здесь.

Где находится название рассказа? Уж, по крайней мере, не сбоку припёку. Оно идет параллельно всему тексту, относится ко всему содержанию.

Итак, ответ студента на вопрос Василия Аксенова, что пропало в рассказе А.П. Чехова "Дама с Собачкой"", будет такой:

– Может показаться внимательному критику, что пропала собачка. Но это не так, собачка всегда с дамой. Почему? По определению, данному Чеховым этому рассказу: "Дама с Собачкой".

И все же я добавлю для особо дотошных. Где была собачка в те дни, когда ее не было в сценах секса мужчины и дамы. Собственно это и есть вопрос Аксенова. Ответ: она была бы на руках у режиссера. Возможно, у его помощника. Если бы это было кино. А так, естественно, собачку в это интимное время держал на руках Антон Павлович. Ибо ей больше деваться некуда.

Впрочем, есть еще одно место. Посмотрите вокруг себя. Нет? На руках, на коленях? Вполне возможно, что сейчас вы держите эту собачку на коленях. Ибо вы тоже режиссер. По крайней мере, помощник режиссера. Ведь вы Читатель? Даже профессор американского университета может держать собачку на коленях.

Студент мог бы ответить:

– Она у вас на коленях, Василий Павлович.

 

В.П. Аксенов в этот день был на телеприеме у двух знаменитых дам. Кроме утверждений о собачке, он смело заявил там, что проза Чехова слабее прозы какого-то обычного советского писателя. Дамы, кажется, были слегка ошарашены, но промолчали. Действительно, тут сразу как-то и не сосредоточишься. Вполне возможно, что Василий Павлович и прав, советская проза лучше Чехова. Если, конечно, он не имел в виду собачку. Ибо её-то мы нашли. С этим у Чехова оказалось все в порядке. Как я уже говорил: не всяко слово в строку пишется.

Если имеется в виду, что Чехов хуже, чем советская проза и по разным другим параметрам, значит сама проза это не самое лучшее, что есть в продукте, называемом ХУДОЖЕСТВЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА. Говорят, например, про Бродского, что его проза ужасна. Недавно кто-то сказал. Может быть, даже это был Василий Аксенов. Не важно. И Василий Аксенов мог бы, я думаю, под этими словами подписаться. Если уж у Чехова нет прозы, что говорить про Иосифа Бродского. За Чеховым и время, и на вид его произведения "почище". Я имею в виду, что нет повторов, которых можно бы избежать в некоторых эссе Бродского. Кажется, что можно. Например, в "Колекционном экземпляре". Но именно, прослушав "Коллекционный экземпляр" по "Радио Свобода" в исполнении Дмитрия Волчека, я понял, что ЭССЕ СУЩЕСТВУЕТ. Я впервые почувствовал, что эссе это не просто филькина грамота, придуманная профессорами, а реальность. Такая же реальность, как хлеб. Хлеб, который раздавал Иисус.

Василий Аксенов и многие другие рассматривают прозу, как алгоритм. Как это на вид, как это выглядит, как это читается. Полина Дашкова, например, уважает прозу, которая легко, без зацепов, читается. Это её критерий. Эту ошибку можно пояснить на примере.

Например, допустим, что армагеддон наконец-то произошел. Инопланетяне, где-нибудь далеко на Альфе Центавре, а то и еще подальше, изучают по дошедшему до них свету армагеддона, как там, на Земле когда-то ездили на машинах. Изучают, так сказать, правила уличного движения. Сразу трудно разобраться, но они пытаются. Один говорит:

– Ездили на расстоянии сорок сантиметров от бордюра.

Другой рассматривает последнюю спектрографию и возражает:

– Вот данные о том, что машина едет на расстоянии два метра от бордюра.

Первый замечает:

– Вот, смотри, один тут пять часов катается. И все время на расстоянии сорок сантиметров от края дороги.

– А вот он ушел на два метра, – говорит второй.

– А вот водитель ушел на два метра, а через пять метров, опять поехал на расстоянии сорок сантиметров от края, – говорит третий. Ведь всем интересно узнать, как это оно там было раньше на Земле. Но информации мало, света все меньше и меньше, Земля исчезает во тьме. Кто-то там, на Альфе, решает, что машины выезжали на середину дороги через каждые сто метров, а другие думают, что через двадцать пять, третьи – через каждый километр. Время идет, наука движется вперед. По отрывочным сведениям умные люди там, на Альфе Центавре, выводят алгоритмы движения. Там: один, четыре, два, четыре. Один, пять три, два. То есть машины отъезжали от края дороги сначала через метр, потом, через четыре метра, дальше, через два метра, опять через четыре. Другие получали данные от своих телескопов, что это были не метры, а километры. И так далее. Каких только алгоритмов они там на Альфе Центавре не наизобретали. В конце концов, алгоритмы движения машин, существовавших когда-то давно на Земле, стали такими сложными, что их назвали ПРОЗОЙ.

И вдруг появляется ихний Чехов и ихний Бродский. Они выдают такие алгоритмы (особенно последний), что ихние ученые за голову хватаются. Они говорят: это ужасная проза. Это про Бродского. Ну, и про Чехова тоже ничего хорошего. А дело в том, что и Чехов, и Бродский выдают не новые алгоритмы движения. Они просто ВИДЯТ ДОРОГУ. Да, это экстрасенсы, маги. Они сами сидят за рулем земного автомобиля и едут по дороге. Едут на расстоянии сорок сантиметров от бордюра. А когда у обочины припаркована машина, объезжают ее, т.е. сдвигаются на два метра от обочины. Если надо обогнать впереди идущую машину, они опять смещаются. Может быть, это смотрится некрасиво, но не врезаться же в другую машину. Не давить же людей, переходящих дорогу там, на Альфе? Мало ли что, один, четыре, два, четыре это классическая бразильская комбинация. Людей давить нельзя, и аварии совершать нельзя. Это главное правило движения. А чтобы его соблюдать, НАДО ВИДЕТЬ ДОРОГУ.

То есть не в прозе дело, а в том, чтобы произведение было читабельным, несмотря на противоречия и повторы. Поэтому проза Бродского, его эссе, не могут быть ужасными. Ужасными могут быть только алгоритмы, потому что их внешняя привлекательность не соответствует реальности.


----------

Часть мира находится "здесь" в нашем сердце, почему Пушкин сказал, что "здесь", в нем, в сердце доказательство: "Ты сам свой высший суд".

Форма статьи и форма эссе отличаются тем, что статья воспринимается как то, что существует само по себе, а эссе это рассказ. Именно по этой причине я очень долго не мог доказать, что профессор Сергей Михайлович Бонди ошибся, исправив текст Пушкина. Потому что доказательство ведь должно быть железным, чтобы было видно: вот, вот и вот. Но, как только я начинал это делать, я просто не знал, что говорить. Я немел. Мне говорят: объясни. Я не мог.

А ведь я видел совершенно ясно, что профессор ошибся. Сам фундамент доказательства заключается в том, что должен быть рассказ.

Я как бы прорывал пером лист бумаги и искал "там" доказательство, которое было на самом листе. Иногда я замечал, что если бы я писал роман и в романе попытался доказать ошибку Пушкина, то все бы получилось. Говорят, во Франции такие романы пишут и печатают. Романы, в которых существует и фабула, и рассказы об искусстве. В которых соединено казалось бы несоединимое: и стихотворение и разборка его. И жизнь, и рассказ о ней. Что собственно и представляет собой теорема Ферма, точнее ее доказательство. Как и Евангелие. Это и бог и рассказ о нём одновременно, в одной сцене. Примерно в том же году, когда я первый раз начал доказывать теорему Ферма, во Франции было напечатано 820 романов, и все они не имели классической формы. То есть все они имели форму доказательства теоремы Ферма самим Ферма. Но здесь такие романы не печатали. Трудно найти даже просто статью, где было бы стихотворение и рассказ о нем. Это было так трудно найти, как найти репродукции картин Пикассо и Ван Гога. Только одну книгу я увидел, это: "Поэтика. История литературы. Кино". Ю.Н. Тынянова. А чтобы было наоборот! Чтобы в романе разбирали научную статью! Это невозможно. А здесь надо было не просто разбирать, а доказать в романе, что научная статья неверна! Это выше любых чудес, любых представлений о чудесном. Именно в этом причина, почему никто не мог доказать теорему Ферма. Чтобы здесь могли существовать романы в такой форме, в какой пишут свои картины мировые живописцы, надо иметь две-три литературные передачи на каждом телевизионном канале в день .Вы понимаете, в день! Надо долбить и долбить. Если нет денег на кино, почему бы не заниматься литературой в приличном виде. Но, видимо, для этого не хватает даже миллиардов Сороса, ибо передач как не было, так и нет. А нет акцента, нет и спроса. Как говорится: если бы приличные романы покупали, их бы писали. А чтобы их писать, надо долбить о том, что это такое каждый день по всем телевизионным каналам. Ну, то есть, надо чтобы была цивилизация.

Теоремы просто не видели. Не там искали. Сами подумайте, кто будет искать доказательство в романе, на плоскости. Как только кладоискатель углубляет лопату в землю, так всё, он клада этого не найдет. Трудность в том, что работать надо, а работать нельзя. Нужно найти этот клад без напряжения. А напрягаться пришлось.

Не замечали, что само по себе доказательство не существует. Это доказал Альберт Эйнштейн своей теорией относительности. Он доказал, что всё относительно, т.е. это и значит, что бесконечность находится в квадрате. Сама по себе она существовать не может. Она уходит не куда-то там, в далекие, далекие Галактики, она стремится к квадрату.

Непонятно, почему Эйнштейн сам не доказал эту теорему. Ведь теория относительности, по сути дела, и есть доказательство. Видимо, это было для него также трудно, как перейти от ошибки Пушкина и трех ошибок Хичкока к ошибке Ферма. Даже бог создал мир не за один день.


Вставка из 2005 года

Может показаться странным, почему во Франции не доказали эту теорему, если там выпускается в год по 820 романов неклассической конфигурации. Или в Германии, где на телевидении много литературных передач. Вроде бы у них там, в Англии и в Америке нет такой литературной несвободы, как здесь, в России.

Да, всё так. Но, похоже, не до такой степени. Еще в августе 2000 года Иван Толстой сказал в своей передаче по "Радио Свобода", что живет в Америке Катя Капович. Она сказала американскому профессору литературы Бостонского университета, что Лиза и Графиня из "Пиковой дамы" Пушкина – это одно и то же лицо. Профессор толи в шутку, толи всерьез назвал Катю Капович, как минимум, сумасшедшей. Она говорит, что в "Пиковой даме" для такого утверждения существуют основания.

Совершенно верно. Основания есть, и они вытекают из доказательства Великой теоремы Ферма. Значит, и в Америке, человека, доказавшего эту теорему, назвали бы сумасшедшим. Все привыкли, что герои романов говорят только то, что и так всем известно. Кто поверит, что ГЕРОЙ РОМАНА может доказать реальную теорему. Более того: только он может это сделать.


1999 год

В 2001 году Пьеру Ферма будет 400 лет. Теперь он может радоваться, теперь известно, что он доказал эту божественную теорему, написав на полях "Арифметики" Диофанта: "НЕВОЗМОЖНО РАЗЛОЖИТЬ НИ КУБ НА ДВА КУБА, НИ БИКВАДРАТ НА ДВА БИКВАДРАТА, И ВООБЩЕ НИКАКУЮ СТЕПЕНЬ БОЛЬШУЮ КВАДРАТА, НА ДВЕ СТЕПЕНИ С ТЕМ ЖЕ ПОКАЗАТЕЛЕМ".

Поля слишком малы, зато у Диофанта места достаточно. Получается натуральная мистика: все искали доказательство в настоящем, а оно находится в прошлом. Настоящее, как написал Ферма, слишком мало для приведения его "поистине чудесного" доказательства. Для этого надо больше места.

И таким образом, это доказательство простирается из настоящего Ферма в прошлое Диофанта и в будущий 1999 год. В день рождения Пьера Ферма, когда исполнится 398 лет.

Думаю, вы еще таких доказательств не видели. Доказательство расположено в трёх временах – настоящем, прошлом и будущем.


----------

Теорема Ферма в Евангелии:

"Создать этот мир, – сказал Бог, а Иисус Христос продолжил: – Значит, спасти его".

 

 

 


Оглавление

4. Три великолепных ошибки Альфреда Хичкока
5. Великая теорема Ферма. Доказательство
6. Пиковая Дама

Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

18.01: Ыман Тву. В рай (рассказ)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или сразу отправить журналу 500 руб.:

- с вашего яндекс-кошелька:


- с вашей банковской карты:


- с телефона Билайн, МТС, Tele2:




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за май 2019 года

Купить все номера с 2015 года:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 

При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2020 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!