HTM
Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2019 г.

Анастасия Данилевская

О чём они молчат?

Обсудить

Рассказ

Опубликовано редактором: Андрей Ларин, 7.09.2019
Иллюстрация. Название: не указано. Автор: Danil Kartashev (предположительно). Источник: https://www.goodfon.com/wallpaper/risunok-gory-holmy-dom-derevo.html

 

 

 

До окончания обеда оставалось пятнадцать минут. Не тратя времени впустую, Марк присел на лавочку, достал ручку, блокнот в синей обложке и моментально отстранился от мира. Если бы не мальчик, с бесцеремонностью ребёнка заглянувший Марку через плечо, тот бы и вовсе опоздал на работу.

Мальчик сел на лавочку рядом с Марком и начал собирать воздушного змея, пока не заинтересовался этим странным, с пальцами синими от чернил, рыжеволосым молодым мужчиной. Обратив внимание друг на друга, они обменялись улыбками. Но мальчик даже не успел ни о чём расспросить Марка. Тот посмотрел на часы и уже через секунду реактивной ракетой устремился на работу – до окончания обеда оставалось всего пару минут.

В офисе пахло свежим кофе и бумагой. В окна косыми лучами пробивалось яркое послеобеденное солнце, весело отражаясь от металла на ручках, столах и разбегаясь по всему помещению.

Стол Марка ничем не отличался от других столов в офисе. На хрупких стенках, отделяющих его рабочее место от остального зала, с одной стороны висели фотографии зданий и их проектов, а с другой – записи неровным почерком «сделать отчёт», «позвонить клиенту», «составить список самых перспективных районов» и так далее. На столе его уже ждало несколько папок, однако, присев за стол, Марк даже не подумал потянуться в их сторону. Он ещё до обеда успел сделать всю основную работу на сегодня – работу, которой с каждым днём становилось всё меньше и меньше, и потому, посмотрев в обе стороны и не приметив босса, раскрыл уже знакомый нам блокнот.

Он сразу почувствовал порывы ветра, да такой силы, что полы видимого лишь ему плаща заколыхались на ветру. Чешуя дракона, которого он оседлал ещё в горах, щекотала ладони. Из-за сильного ветра дышать полной грудью не получалось, даже раскрыть глаза можно было с большим трудом. «Ничего, – подумал он, – я буду на месте до обеда, и он (Марк написал: «примеч. – А кто он?») поможет мне с ответами».

– Марк, Ма-а-арк?

Марк с трудом поднял голову, по инерции прикрыв блокнот рукой.

– Ты в порядке?

Перед ним стояла сотрудница отдела Гленда. На её лице играла полуулыбка, а глаза, слегка прищуренные, смотрели с интересом.

– Да, я в порядке.

Гленда ни о чём больше не спросила, но медленно протянула ему папку с документами.

– Знаешь, ты прелесть, – промурлыкала она. – Ничего не успеваю на новой должности, и ты мой спаситель!

Он ещё не успел положить папку на кучу других, которых, кстати, успело стать больше, а Гленда уже исчезла в кабинке лифта. Из неё донёсся девичий гомон. «На обед, видимо», – подумал Марк, не придав значения тому, что видел Гленду в столовой примерно сорок минут назад.

Он снова опустил взгляд на тетрадь.

В офисе царила привычная суета – кто-то куда-то бежал, попивая на ходу кофе; кто-то спешно печатал отчёт на компьютере; где-то непрестанно звонил телефон, и по офису то и дело слышалось нервное: «Да ответьте уже кто-нибудь!».

А в мире Марка дракон приземлился, когтями разрывая землю на клочки. Когда земля перестала трястись, он опустил шею, и Марк смог спрыгнуть на траву. Он поднял голову, прикрыл глаза рукой и ещё пару секунд наблюдал за тем, как любовно дракон мнёт землю под лапами.

– А этот сотрудник чем занимается? – спросил человек, качнув головой в сторону Марка, из-за перегородки которого торчала лишь макушка. – У него на столе так много папок, видимо, он ваш помощник?

– Марк? Не-е-ет – засмеялся начальник. – Он такой же сотрудник, как другие, однако между собой мы его зовём «Главный по шредеру». Сначала все сотрудники работали со шредером, но постепенно Марк взял на себя всю работу. И знаете, продуктивность отдела выросла. Но о Марке я тоже не забываю, инспектор. Он не перерабатывает, не беспокойтесь, мы просто передаём его дела другим работникам, вот и всё.

Босс снова посмеялся, после чего процессия пошла дальше. Только спустя пару минут Марк резко поднял голову и нахмурился, словно уловил эхо разговора.

Наконец закончив абзац, Марк взял папки, чашку кофе и пошёл в сторону знакомой ему комнаты. Но не успел он пройти и двух шагов, как прямо перед ним возник Дональд – ещё один сотрудник офиса.

– О, я так рад тебя видеть, – залепетал тот улыбаясь. – У меня так много дел, целая куча. Совсем ничего не успеваю.

Марк ничего не ответил, он прекрасно знал, что за этим последует. Дональд протянул ему папку, широко улыбаясь.

– Поможешь?

– Да, конечно, без проблем, – улыбнулся Марк. – Как раз туда иду.

– Супер!

Багаж Марка пополнился ещё одной папкой, а сам он был так увлечён своими мыслями, что не заметил, как Дональд вместо того, чтобы пойти разгребать «кучу дел», свернул в кафетерий.

Марк зашёл в комнату и поставил чашку кофе на небольшой столик возле шредера – прямо на то место, где виднелся чёткий круглый отпечаток от прошлых его кофейных чашек.

– Привет, Кит! Как дела? – спросил Марк вслух, после чего подошёл вплотную к шредеру.

Аккуратно, заботливо он очистил панель шредера от остатков бумаги и без резких движений включил аппарат. После чего принялся поочерёдно опускать в отверстие лист за листом, превращая то, что имело когда-то смысл, в труху.

– Знаешь, я дописал наконец, как ты возвращаешься домой, – заговорил Марк. – Это было удивительное путешествие, и так жаль, что оно закончилось. Я думаю отправить его в пару журналов, как думаешь? Хотя зачем я спрашиваю – кто не хочет, чтобы о нём напечатали историю?

Марк рассмеялся, продолжая по инерции уничтожать бумаги. Со стороны могло показаться, что Марк разговаривает сам с собой – ведь в помещении кроме него никого больше не было, – однако это было не так. Здесь был шредер.

– Ладно, завтра я отредактирую рассказ и прочитаю тебе, а пока послушай мою новую историю.

Через полчаса монотонной работы папок больше не осталось, рассказ пришёл к логическому завершению, однако Марк не спешил уходить. Он присел на стул. Идеи в его голове перебивали одна другую. До конца рабочего дня оставалось два с половиной часа, но мыслями Марк уже был далеко. Каждая будоражила воображение, зазывая: «Начни с меня, сначала с меня!». Марк с досадой посмотрел на шредер, глубоко вздохнул и достал блокнот, а через мгновение он уже спешил домой. Только без дракона путь его занял куда больше времени.

 

 

*   *   *

 

Марк бежал по пышной траве, не переставая улыбаться. Осознание, что прямо над ним летит дракон, словно оберегающий щит, добавляло смелости. Трава легонько щекотала лодыжки, а запах от неё исходил настолько сладкий, что хотелось опуститься и прилечь, вдыхая этот аромат снова и снова.

Марк резко остановился прямо на краю холма, с высоты которого открывался прекрасный вид на поляну, усеянную цветами. «Так вот откуда эта пьянящая сладость!» – подумал Марк, перебегая глазами с одного цветка на другой.

Он прищурился и разглядел внизу маленький ветхий домик. «Надеюсь, он там? – спросил Марк и снова приписал: «примеч. Но кто он? Друг? Отец? Или может это она? Мать? Жена?». Пусть и не зная, что ждёт его в конце пути, он уже собирался начать спуск, но почувствовал в ногах неприветливый сквозняк. «Откуда он в такую жаркую погоду?» – подумал Марк, заворочавшись на месте, как вдруг услышал откуда-то издалека: «Марк? Ты дома?».

Будто очнувшись от приятного сна, он быстро посмотрел в сторону двери. Там, за дверью, его ответа ждала жена Лиза. Марк ещё раз посмотрел на дверь так, будто видел её впервые. Взгляд его опустился и остановился на зазоре между дверью и полом. Марк вздохнул. «Ах, вот откуда сквозняк!» – подумал он.

Когда Лиза вошла в комнату, Марка охватило нетерпение.

– О, дорогая, – вскочил он и чуть ли не подбежал к ней. – Сегодня был такой прекрасный день! Генрих наконец добрался до хижины в горах. Виды там поистине сказочные, тебе понравится. Да, я всё ещё так и не решил, кого же он там встретит, но думаю…

Тут Марк вдруг резко затих.

Лиза заинтересованно смотрела на совершенно невзрачную пишущую ручку. За годы брака Марк прекрасно выучил все повадки жены, и эта проявлялась тогда, когда Лиза не решалась что-то сказать. Такое случалось не часто, лишь в самые важные моменты, и потому Марк напрягся всем нутром.

– Марк, я жду ребёнка, – тихо произнесла Лиза.

Марк пришёл в себя лишь через несколько секунд. Вздрогнув, он ощутил на груди озябшие руки жены, которая всегда тянулась погреть их под его байкерской курткой в первые годы знакомства. Первый год, как и предшествующие пять, пролетел, куртка успела порваться и замениться пуховиком, любовь – слегка износиться, и только привычка эта всё никак не желала умирать.

– Разве это не здорово! – радостно отозвался он, ловя ожидающий взгляд жены.

– Вот и я так же подумала. Нам уже давно пора. Какая мы семья без ребёнка? – Лиза посмотрела на мужа искоса. – Да и на работе ты уже так давно, что, скорее всего, тут же получишь повышение.

– Да, то есть… Подожди, – нахмурился Марк. – Но мне не нужно повышение, Лиз. Меня тут же нагрузят лишней работой, и я не смогу писать.

– Но, милый, – глубоко вздохнула Лиза, и Марк заметил, как напряглись её плечи под блузкой.

– Лиз, прошу тебя… – начал он мягко, но не успел закончить.

– Прекрати, Марк, – вдруг пискляво вскрикнула Лиза, и моментально в грудь Марка упёрлись её коготки. – Ты уже шесть лет пишешь, и ничего из этого пока не вышло. Всего пару раз напечатали в газете.

– Всего? Для меня, человека без нужного образования, это не «всего». Для меня это успех. Я постепенно двигаюсь туда, куда давно хотел попасть. Куда МЫ хотели попасть. Разве нет?

Лиза отошла к окну, повернувшись к Марку спиной. Никогда ещё голос жены не звучал столь расчётливо и безжизненно. Казалось, слова Марка растворились в воздухе, оставшись неуслышанными.

– На ребёнка нужны средства. Тебе либо нужна более оплачиваемая работа, либо повышение.

– А если я не хочу повышения? – начал злиться Марк. – Если я не хочу всю жизнь перебирать бумажки?

– Ты хочешь всю жизнь эти бумажки резать? – съязвила Лиза, резко повернувшись к мужу. – Ну, серьёзно, Марк, это ненормально! Как я тебе ни позвоню, ты всё время режешь бумагу в шредере. Порой кажется, что ты только этим и занимаешься. Неужели ты не видишь – все уже давно поднялись по карьерной лестнице, а на тебя переложили самую скучную работу. Тебя что, это устраивает?

– Я… нет, не знаю, я не думал… – залепетал Марк, защищаясь. – Эта работа даёт мне свободное время на писательство. На то, чем я действительно хочу заниматься.

– Хватит! – вскрикнула Лиза, прикрывая уши руками. – Слышишь меня, хватит, Марк. Я устала ждать. Я хочу ребёнка!

– А как же наши мечты?

Уголки губ жены опустились, словно она вспомнила что-то, о чём вспоминать было неприятно.

– Не всем мечтам суждено сбыться, Марк.

– Лиз, не надо.

– Выбирай!

– Что, прости? – переспросил Марк испуганно.

– Выбирай: либо я и ребёнок, либо твои книги.

Марк ещё не до конца осознал, к чему в итоге пришёл их разговор, а Лиза уже вышла из комнаты, оставив его одного. И тут же на цветочной поляне зарядили дожди.

 

 

*   *   *

 

Яркий солнечный свет безумно раздражал. Марк сидел за рабочим столом, окружённый стенами из пенопласта, словно клеткой. Раньше он не обращал внимания на то, как громко шумит кофемашина, какой одинаково надоедливый звонок у телефонов в офисе и как неискренни улыбки его коллег. Сегодня всё валилось из рук Марка.

Заметив в свою сторону очередное, кажется, уже пятое по счёту поползновение со стороны коллег, Марк психанул и вышел прогуляться. Он совершенно не удивился и даже не разозлился, когда, вернувшись, обнаружил на своём столе кучу приговорённых к уничтожению папок. Не сказав ни слова, Марк повесил куртку, взял папки и пошёл по направлению в хорошо знакомую комнату. Он рассказал шредеру все подробности вчерашнего дня, после чего спросил:

– Что мне делать?

Но вдруг его передёрнуло. Казалось бы, что могло пойти не так, ведь он работал со шредером каждый день, однако именно осознание этого факта постепенно взращивало в душе Марка недовольство. Ощущение собственной нереализованности, неодобрение со стороны жены, отказ от писательства, пожалуй, единственной отдушины – всё это терзало Марка, не давая покоя. Но хуже всего стало принятие того факта, что его работа уже несколько месяцев имеет лишь один понятный смысл: уничтожение бумаг в шредере.

– Боже, Лиза права, я занимаюсь только этим! – с ужасом воскликнул Марк, но никто его не услышал.

Он понял, что ему срочно нужно с кем-нибудь поговорить, посоветоваться, но с кем? Офис опустел, и все быстро сбежали на обед. Да и если бы хоть кто-то остался, захотел бы этот человек выслушать Марка? Тут шредер, до этого почти бесшумно выполнявший свою работу, слегка зашумел, и Марку тут же вспомнился мастер, которого он однажды встретил здесь.

– Я думаю, они всё слышат, каждое наше слово, – ответил мастер на немой вопрос Марка, который застал того болтающим со шредером.

– Пусть я и не знаю, как это доказать, – продолжил мастер, – я всё же верю в это.

Именно после того случая Марк посмотрел на машину иначе. На следующий день он впервые назвал шредера «Кит», сокращённо от названия марки Office Kit C-22CC, и с того дня началась эта странная дружба.

Марк также вспомнил, как буквально позавчера шредер также притих, и он, взрослый мужчина, следуя лишь одному ему понятному порыву, опустил голову и стал прислушиваться. Естественно, в этот момент зашёл другой коллега, и пришлось отнекиваться, что, мол, шредер перестал работать. Однако правда была совершенно иной.

– Понятно, почему я соврал, – сказал Марк вслух. – Что бы подумал Майк, если бы я сказал, что пытаюсь что-то услышать? Да и что я пытался услышать? Сердцебиение?

Тут Марк уже не выдержал и громко, надрывно расхохотался.

– Да уж, ну не дурак ли я? – спросил он сам себя и обратился к шредеру. – Только представь, какие идиотские мысли мне приходили. Якобы ты живой и даже можешь услышать меня. Ну не бред ли? Ты же просто бесчувственная машина и всё!

Шредер снова слегка зашумел, и Марк замер. От произнесённых слов на душе стало тоскливо. Неожиданно удивительный мир Марка, где жили драконы, где даже техника могла покорять планеты в космосе; мир, вдохновляющий на такие истории, от которых захватывало дух, – внезапно этот мир показался Марку прибежищем сумасшедшего, местом, куда можно сбежать от реальности.

Тут взгляд Марка упал на кружок от бесчисленных чашек кофе. Он вспомнил, как иногда оставался тут и читал свои рассказы вслух. И опять Марк попытался себя обмануть, утверждая, что читал для себя и только для себя.

Осознав это, словно глотнув последней горькой капли, Марк вышел из комнаты, подошёл к столу и схватил знакомый нам синий блокнот. В нём воплотились на бумаге все его мечты и фантазии.

– Больше ни секунды я не потрачу на то, что даже моя жена, когда-то вдохновившая меня творить, считает ничтожным.

Он спешно вернулся в комнату, и его рука с блокнотом тут же повисла над работающим шредером. Ещё чуть-чуть и зубья бы задели его, изрезав творение нескольких месяцев на кусочки, но Марк медлил. Рука то и дело отдёргивалась, и в итоге, после нескольких мучительных попыток, Марк сдался. Раздавленный осознанием собственной беспомощности, Марк вышел из комнаты и прошёл к пустому столу своего коллеги. Он взял пустой лист, написал: «Генри, уничтожь это!» – и, оставив блокнот с посланием на столе, сбежал.

 

 

*   *   *

 

Марк около часа блуждал под тёплым августовским дождем, который ему, однако, казался леденящим. В эту минуту ему очень не хватало дракона, который защитил бы его своими крыльями от дождя. Нереальный мир снова напомнил о себе и взбешённый собственными мыслями, Марк устремился домой.

Он переворачивал ящики, ища всё, что когда-либо было им написано. «Если бы я был талантлив, меня бы уже издали», – убеждал он сам себя, придумывая оправдание своему будущему преступлению. Но найдя каждый листок, каждый клочок своей мысли, Марк, ещё в парке решивший уничтожить всё, снова не мог заставить себя сделать это. Здесь были все его мысли, все его радости и невзгоды. Он помнил каждый момент, описание каждого кустика. Это был его мир. Мир, где он дружил со шредером и где самый настоящий дракон защищал его от дождя.

Марк обессиленно упал в кресло. Он не понимал, что ему делать. Выбор между женой и писательством был невозможен – нельзя убрать первое, вдохновляющее на второе. Тридцать минут прошли в тяжёлых думах.

И вдруг он приметил на диване какое-то письмо. На конверте был прикреплён листочек с припиской почерком жены: «Прости. Моя вина слишком велика, а моя гордость не позволила мне позвонить». В конверте лежало письмо от издательства – они хотели напечатать его книгу. Ту самую, которую он отдал на уничтожение. И резко гром, раздавшийся на цветочной поляне, оглушил Марка.

Он бежал быстрее ветра, огибая нерасторопных прохожих и проносясь мимо машин. Запыхавшийся, он уже ступил на пешеходный переход, как прямо перед его носом светофор зажёгся кроваво-красным. Кровь постепенно закипала в жилах Марка. Он пробежал два квартала, сокращая путь через тёмные проулки, и вдруг застрял каблуком туфли в решётке люка. Пять минут борьбы впустую – пришлось бежать босиком. То его останавливала старушка, то привязывался пёс, лая и хватаясь зубами за штанину. Прошло ещё минут десять, прежде чем он наконец добрался до офиса, и тут ноги его подкосились – стол коллеги был пуст, блокнота не было. «Нет, нет, неужели я опоздал?». На ватных ногах, сбивчиво дыша, Марк прошёл в комнату со шредером.

И тут Марк увидел то, отчего его сердце на мгновение остановилось. Нет, он успел, блокнот целёхонький лежал на столе, отливая на солнце синей лазурью, а вот комната… комната была абсолютно пуста. Только спустя пару секунд, приведя дыхание в норму и постаравшись не выдать голосом испуга, Марк заговорил:

– Генри, что случилось? – спросил он коллегу, стоящего посередине комнаты и смотрящего на пустое место.

– Да я как раз собирался разобраться с тем, что ты оставил, – ответил Генри, – а шредер бац и остановился. Мастер пару минут назад забрал его. Сказал, что-то невнятное, мол, бывает так, что техника без видимых причин останавливается, прям как люди. Странный тип.

Марк смотрел туда, где недавно изо дня в день его ждал шредер, и душа его переполнилась окончательно. Переживания двух дней вылились в нежное:

– Спасибо, друг!

На мгновение воцарилась тишина.

– Да не за что, – среагировал Генри, видимо, подумав, что благодарность адресована ему. Марк даже не удостоил коллегу взглядом.

Сердце его опустело и сжалось от могильной прохлады, наполнявшей теперь знакомую комнату. Задыхаясь от чуждого воздуха, Марк схватил блокнот и пулей вылетел из помещения.

Рукопись была спасена, однако несмотря на то, что жена простила Марка, а он наконец добился признания, душа его была далека от спокойствия. Уже несколько лет он мечтал лишь об одном – быть напечатанным, и вот это произошло, а он не чувствует себя и на половину счастливым. Более того, он еле мог сдержать слёзы. «Каким-то невиданным образом ты спас её, – подумал Марк, подняв глаза к небу. – Спасибо, Кит, спасибо тебе! Как жаль, что тебе так и не узнать о моём успехе». Он обессиленно опустил голову.

Казалось, прошла вечность, прежде чем взгляд его уловил огромную тень, появившуюся прямо над ним. Он затаил дыхание. «Не может быть такого», – подумал Марк. Он медленно, нерешительно выпрямился, продолжая следить за тенью взглядом, не веря тому, что видит, и совершенно не доверяя собственной фантазии. Но всё это было правдой.

Прямо над ним парил дракон, тот самый старый заботливый друг. И не важно, что он был из бумаги, а прекрасный чёрно-оранжевый окрас воссоздан лишь кистью и красками. Главное, что он, пусть всего лишь обычный воздушный змей, парил высоко-высоко, там, где ему самое место.

Знакомый мальчик улыбнулся Марку и побежал дальше, пытаясь вприпрыжку обогнать этого бумажного исполина, удерживая его двумя ручонками.

На душе у Марка потеплело. И вдруг мозг его озарился мыслью, до этого абсолютно неведомой. «Ну конечно!». Он присел на скамейку и бережно раскрыл блокнот там, где стояло последнее «примеч.».

Трава пестрела всеми цветами радуги, запах стоял неописуемый, а хижина выглядела настолько нереальной, что казалась нарисованной. Марк убедился, что дракон в полном порядке, – тот пытался поймать пастью пролетающих мимо него птиц – и начал медленно спускаться с холма. Дверь открылась в тот самый момент, когда до дома оставалось несколько шагов. В проёме появился мужчина лет тридцати, с пепельными волосами и чёрными, цвета угля глазами. Он моментально улыбнулся.

– Привет, Марк.

– Привет, Кит.

 

 

 


Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

06.11: Владимир Левин. Судья (рассказ)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или сразу отправить журналу 500 руб.:

- с вашего яндекс-кошелька:


- с вашей банковской карты:


- с телефона Билайн, МТС, Tele2:




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2019 года

Купить все номера с 2015 года:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 

При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2019 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!