HTM
Номер журнала «Новая Литература» за июнь 2019 г.

Виктор Герасин

Для всех быть всем

Обсудить

Повесть

 

Так довелось, что святому старцу Амвросию Оптинскому я ныне прихожусь земляком по месту его рождения. Как писателя, меня давно занимает личность и жизненный путь святого земли русской. Его афоризм – «Где просто – там ангелов со сто, а где мудрено – там ни одного» – ставлю девизом ко всему своему сочинительству.

6 декабря 2012 года в с. Большая Липовица Тамбовской области в честь 200-летия со дня рождения Амвросия Оптинского освятили новый храм Троицы Живоначальной. Храм построен на пожертвования земляков великого Святого.

Я посчитал обязанным себя откликнуться на юбилей земляка, Святого земли русской Амвросия Оптинского, в миру Александра Михайловича Гренкова, повестью, что и предлагаю вниманию читателей.

 

На чтение потребуется 3 часа 40 минут | Скачать: doc, fb2, pdf, rtf, txt | Хранить свои файлы: Dropbox.com и Яндекс.Диск
Опубликовано редактором: Вероника Вебер, 19.01.2013
Оглавление

38. Глава 12.2
39. Глава 12.3
40. Заключение

Глава 12.3


 

 

 

Настоятельница Болховского женского монастыря игуменья Илария привезла Амвросию особую икону, которую он с нетерпением поджидал. Казначейша того монастыря монахиня Сергия была ранее у Амвросия, а при прощании он попросил передать матери игуменье, что желал бы, чтобы Илария заказала в иконописной мастерской сделать список с Божией Матери, и подписать «Спорительница хлебов».

– Вот, отец Амвросий, выполнили твой заказ, – сказала Илария, – смотри сам на свою «Спорительницу хлебов».

Она сняла покрывало с иконы. Божья Мать восседала на облаке с воздетыми в мольбе руками, а под ней на пологих холмах раскинулась хлебная нива. Часть урожая уже повязана в плотные снопы, другую ещё предстоит убирать. По ниве видно, что урожай тучный, богатый. Земля с богатым урожаем хлеба была выполнена по рисунку самого Амвросия. Так он и представлял в цвете, так и сделать просил. И назвал икону сам: «Спорительница хлебов». Внимательно рассматривая икону, Амвросий крестился, шептал молитву, по щекам и бороде скатывались слёзы.

 

– С чего, отец мой, плачешь? – спросила участливо Илария.

– С радости, мать моя, с радости великой слёзы набегают, – тихо ответил Амвросий. – Жизнь. Сама жизнь показана. Вот, теперь на душе у меня спокойно делается. Я сделал всё то, что мог в этой жизни. Икону передам в обитель, пусть она покровительствует моим чадам.

– А с чего ты взял, что хлеба надо так показывать?

– А это случай особый. Был у меня человек один с северных сторон. И говорит мне: «Я в первый раз в жизни увидел чернозёмные поля, и поражён видом беспредельного, как море, пространства, наполненного снопами. И подумалось мне вот о чём, а чем же народ выразил свою благодарность за эту благодать земную к Покровительнице рода христианского Пресвятой Деве Богоматери? Есть икона Покрова, но её происхождение византийское и идея её – избавление от всякого зла. Между тем, каждая русская крестьянка-хозяйка постоянно молится о том, чтобы был хлебушек на столе да в закромах».

Хотел ещё что-то добавить человек тот, как я предупредил его вопросом: «У меня многие просят икону Божией Матери на благословение. Как ты думаешь, какую бы написать?»

А человек тот северный говорит: «В России, стране по преимуществу земледельческой, нет иконы, выражающей благословение Божией Матери на урожай хлебов».

«Да, такой нет, – согласился я. – А можно бы изобразить Божию Матерь в облаках, благословляющую землю на урожай хлебов. А название этой иконе можно бы дать такое – «Спорительница хлебов».

И как же возрадовался тот северный человек! Именно, чтоб назвать – «Спорительница хлебов». Просящая у Господа послать благодать его на землю.

 

Вот, мать моя, теперь я спокоен, теперь я могу оставлять обитель свою на попечение и под покров Божией Матери «Спорительницы хлебов». А ты себе, мать, оставила такую же?

– Оставила, батюшка, – ответила Илария.

– Хорошо сделала, поставь её в то место, где съестные припасы хранишь.

На тыльной стороне иконы той же рукой художника, что и надпись с лицевой стороны, было написано:

 

«Радуйся Благодатная Господь
С Тобою Подаждь и намъ
недостоинымъ Росу Благодати
Твоея и Яви Милосердие Твое».

 

И ниже:

 

«Образъ. Сеи. Старца
Оптиной Пустыни.
иеросхимонаха Амвросия».

 

Амвросий готовился к поездке в женскую обитель. Если долго не бывал он там, то скучал, ему виделось, как ходит он по обители, смотрит на постройки, заглядывает в мастерские, в помещения монахинь. Много сделано, но немало ещё предстоит сделать.

С отеческой любовью о спасении душ Амвросий направлял в общину бедных вдов, сирот, убогих и иных обездоленных женщин, не имевших средств поступить ни в какую другую обитель. Имя старца Амвросия привлекло в обитель сестёр со всех концов России, из всех классов общества. Пришли сюда и молодые курсистки, искавшие и находившие у старца указание смысла жизни; пришли богатые и знатные помещицы, вкладывавшие свои материальные средства на созидание обители. Были здесь и любительницы благочестия из купеческого звания, принимавшие иногда тайный постриг ещё до поступления своего в монастырь. И особенно много было простых крестьянок. Все они составили одну тесную семью, объединённую безграничною любовью к собравшему их старцу, который, со своей стороны, любил их также искреннею отеческою любовью. С особенною любовью принимал он в свою обитель всех обездоленных, несчастных, бесприютных: «Таких-то, – говорил он, – нам и нужно». Однажды, когда старцу сказали: «Батюшка, что же вы всё больных да убогих принимаете, а чем содержать их будете?», – он ответил: «Да на больных, да на убогих мне Бог больше посылает, а на здоровых иногда и вовсе ничего не даёт».

Преданный всецело Иисусовой молитве, которой научался у старцев Леонида и Макария, он наставлял и сестёр постоянно творить её и соблюдать чистоту сердца. Учил сестёр, что нужно так молиться, чтобы между душой молящегося и Богом ничего не было и никого, только Бог и душа; чтобы молящийся не чувствовал ни неба, ни земли и ничего, кроме Бога, иначе молитва будет несовершенная.

И говорил своим чадам: «Чтобы жить в монастыре, надо терпения не воз, а целый обоз, чтобы быть монахиней, надо быть либо железной, либо золотой, железной – значит иметь большое терпение, а золотой – большое смирение.

 

Печалился Амвросий о настоятельнице обители Софье, с которой они вместе, плечом к плечу, рукой в руке, можно сказать, на одном дыхании поднимали обитель. Неутомимые труды матушки Софьи по устроению обители в соединении со строгой подвижнической жизнью подорвали её здоровье. После той памятной поездки в Киев, на которой он настоял и благословил, Софья совсем занемогла. В своей келье Амвросий постриг её в великий ангельский образ. При этом ему служили старцы оптинские Исаакий, Анатолий и Иосиф. Неизлечимая болезнь уложила молодую настоятельницу в постель и скоро отправила в мир иной.

Кончина матушки Софьи на некоторое время как бы остановила размеренную монастырскую жизнь, но затем, по назначению Амвросия, новой настоятельницей стала Евфросиния, достойно продолжившая дело Софьи.

Амвросию очень нравилось рвение Евфросинии по устроению в общине яслей и затем приюта. «Ах, как это ты хорошо придумала, мать, как это мне нравится!» – восторгался Амвросий. Приезжая в обитель, он посещал приют. Дети любили его, приветствовали пением молитв и духовных стишков. Серьёзно и задумчиво слушал он эти детские моления, и часто крупные слёзы катились по его впалым морщинистым щекам.

 

В обитель всё шли люди. Особенно неспособные жить в миру с его порядками, слёзно просили отца Амвросия принять их. А мест свободных не было. Евфросиния умоляла Амвросия не присылать к ней новых нахлебников. Мало того, что селить некуда, ещё и на стол скоро подать будет нечего. А он с мольбой упрашивал её:

– Представь, матушка, не могу отказать. Будь каменным сердце моё – и то лопнет от той скорби, которая сваливается на меня. Вот, например, подползает ко мне безногая, с уродливым горбом, вся трясущаяся от болезни. Кроме обид, оскорблений – эта несчастная ничего не видела от людей. Понятно, почему в душе её раздражение, злоба против них. Ну и как я ей откажу? Знаю, что тебе там в упор, а говорю ей: иди в обитель, матушка Евфросиния добрая, найдёт для тебя чуланчик какой-нибудь. Или вот другая, та, что на костылях, в лице её кротость, она терпеливо переносит свою участь, но ей негде жить, её отовсюду гонят, она никому не нужная, лишняя, просится. А что я? Слеза меня точит при виде её страданий. И опять говорю: иди к матушке Евфросинии в обитель, она – душа добрая, приютит тебя как-то. А недавно приносят детей, которых бросили на произвол судьбы. Видела сама, какие они? В грязных тряпках, с золотушными ранами на теле, ручонки ко всем тянут… Или этот, мужик, что дочку свою привёл. Говорит: «Возьми её к себе, батюшка, мамка у неё умерла, а мне как с ней быть? Возьми». И детка тянется ко мне, мольба у неё уже не детская в глазах, шепчет: «Возьми меня, батюшка к себе». Можно ли отвернуться от них? И опять к тебе, матушка. Терпи, теснись, а терпи. Бог терпел и нам велел. Помнишь, как у Некрасова?

 

«Волга, Волга, весной полноводной
Ты не так заливаешь поля,
Как великою скорбью народной
Переполнилась наша земля».

 

Мы, мать Евфросинья, Богом поставлены перед всей скорбью народной. Поставлены, чтобы, насколько можно в наших силах, унять эту скорбь. Нам иначе нельзя перед Богом и перед людьми.

 

Вздохнув глубоко, перекрестившись, Евфросинья встала:

– Благослови, батюшка, пойду я к этой нашей скорби, ещё пристройку делать надо.

– Вот и добро, матушка, вот и добро. Не ты мне, а дай-ка я тебе ручку поцелую да благословлю тебя на дела твои праведные. И вот что, матушка, – Амвросий извлёк из-под подушки свёрток, – здесь ухороночка у меня такая, разверни-ка.

Евфросинья развернула зелёную рубашку, повернула её к свету, разглядывала.

– Цвет какой любовный, будто святая Троица вошла в келью.

– Так оно и есть, – на лицо Амвросия легла светлая улыбка, – Троица. Ты, мать, вот что, когда… Ну, когда отойду, то одень меня в эту рубашку. Она ни разу не одёванная. Одень. И будет лежать Сашка – зелёная рубашка.

– Что это ты, отец, к чему речи такие?

– Помолчи, мать, слушай да исполняй то, что приказываю тебе.

Проводив Евфросинью, Амвросий, перебирая чётки, творя Иисусову молитву, погрузился глубоко в себя.

 

 

 


Оглавление

38. Глава 12.2
39. Глава 12.3
40. Заключение

Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

08.04: Ыман Тву. Клюв (рассказ)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или сразу отправить журналу 500 руб.:

- с вашего яндекс-кошелька:


- с вашей банковской карты:


- с телефона Билайн, МТС, Tele2:




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за июнь 2019 года

Купить все номера с 2015 года:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 

При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2020 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!