HTM
Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2017 г.

Владимир Горбунов

И шуба норковая в пол

Обсудить

Рассказ

Опубликовано редактором: , 18.09.2008
Иллюстрация. Автор: Дмитрий Сорокин. Название: Во власти воспоминаний.

 

 

 

1

 

После затянувшихся допоздна переговоров, традиционной сауны и подписания бумаг я сомневался, что успею вовремя.

Утром в мэрии попросил Леру, зампреда гор. администрации, никому не говорить о моём приезде. Даже Жорику. Её мужу. Хотел быть сюрпризом. Как кирпич на голову. Всё-таки пятнадцать лет не виделись.

Лера уверяла, что там будет как раньше. Так что я специально разыскал у матери в шкафу старый галстук. Бордовый в крапинку. В нём я был на выпускном. И джемпер. Тогда он на мне висел. Теперь – едва сошёлся. Вызвал такси и отправился в школу. На вечер встречи выпускников.

 

В фойе из репродукторов гремело:

 

«Одноклассники, одноклассницы

И ровесники, и друзья...»

 

– Вы когда выпускались? – полюбопытствовала у входа шустрая девчушка-старшеклассница.

 

Я назвал год. Она пролистала списки. Нашла нужный и спросила мою фамилию. Записав, улыбнулась:

 

– Ваши собираются в кабинете физики. Проводить?

– Что ты, милая, – засмеялся я. – Сам найду.

– Через час – звонок,– сообщила она.– В актовом зале Николай Николаевич будет всех приветствовать.

– Ник Ник?!

– Ага! – кивнула девчушка.

– Послушай, – я слегка замялся. – А Маргарита Игоревна? Физик?

 

Девчушка наморщила лоб:

 

– Валерий Львович. Евгения Матвеевна. Галина Васильевна. Нет, Маргариты Игоревны не знаю.

 

 

2

  

Сентябрь. Одиннадцатый класс. Звонок на урок. Нашей физички, как всегда, нет. Девчонки в коричневых платьях и чёрных фартуках кучкуются хомячками вокруг Лериной парты. Шушукаются. Прямо под великими физиками, на которых солнечный зайчик играет в классики. Вот он зацепился за катышек, прилипший к носу Бернулли. Вот скакнул на Фарадея с повисшей на пол-лица тряпкой. Видать, семиклашки веселились. Тоже урока не было.

У распахнутого окна мы затягиваемся на спор кубинской «портогасиной». Затяжка – лающий кашель и слёзы из глаз.

 

– Говорю, – смеётся Жорик, приглаживая пальцем пробившиеся за лето усики, – не сигареты, а смерть фашистам. Следующий!

 

Это его идея. Все знают, что физичка втихаря шмалит в подсобке. Вот Жорик и нашёл у неё в столе сигареты. Делать-то всё равно нечего.

 

– Чё там ещё было? – спрашивают его пацаны. – Гандоны?

– Да, ну! – кривится Жорик. – У кого на неё встанет? У Ник Ника?

 

Жорик – эксперт. Он всё лето кадрил москвичку-курортницу и теперь загадочно улыбается, когда разговор заходит о женщинах.

 

– Хватит пошлить.

 

Это Лера. Наша отличница. У неё над губой, с левой стороны, родинка. Как у физички. Только у той из неё волосы растут. А у Леры – маленькая точечка, которую хочется поцеловать.

 

– Кузнецов, – говорит она мне, – ты староста. Третьей физики уже нет!

– А тебе что? – отвечает за меня Жорик. – Больше всех надо?

– Мне поступать, – краешек губы Леры, как раз под родинкой, обиженно вздрагивает. – Кузнецов, тебе, между прочим, тоже.

 

Это правда. Мне поступать в технический университет. На АСУ. Автоматические Системы Управления. Конкурс – 12 человек на место. Физику дерут, как черти.

Дверь шумно распахивается. В ней появляется тощая задница физички.

 

– Извините, – говорит училка за дверь, пятясь в класс. – У меня были дела.

– Маргарита Игоревна, – звенит тенорок нашего дирика Ник Ника, – это никуда, никуда не годится!

– Простите, – бормочет физичка и закрывает за собой дверь.

  

 

 *   *   *

 

Октябрь. Звонок на урок. Физичка возится в подсобке. Через открытую дверь слышно, как она хлопает дверцами шкафов и шумно выдвигает ящики – сегодня лабораторная – а у неё как всегда ничего не готово.

 

На днях её разбирали на педсовете. Требовали уволить. Ник Ник заступился. Говорят, они с ней однокашниками были. Он даже её клеил, пока она не выскочила за комсомольского вожака. Тогда – комсомольского. А теперь – о-го-го. Директора Православного банка. Самого большого в городе. Не хухры-мухры. Жорик считает, что дирик поэтому её и защищает. Такой муж – находка для школы. Только фигня всё это, ведь физичка с ним больше не живёт. Жорик говорит, что он её венерой наградил. После командировки. Может, специально? Кому с такой клячей жить захочется?

 

– Ребята, – выползает она наконец из подсобки. – Нет маятника Максвелла. И электростатический задевался куда-то. В общем...

 

Лера тяжело вздыхает, захлопывает учебник и смотрит в потолок.

 

– Не волнуйтесь, Маргарита Игоревна, – успокаивает физичку Жорик. – Бог с ними, с этими магнитами. Да и с лабораторной тоже. В другой раз.

 

Он лукаво подмигивает мне.

 

– Зато я вот что нашла, – физичка показывает облезшую, в чёрных проплешинах трубу на подломленных стойках. – Телескоп. Ножки изолентой подмотаем.

Или болтиком прикрутим.

 

– Прикрутим, – с усмешкой соглашается Жорик. – И подмотаем, если надо.

– Тогда вечером, – физичка тычет пальцем в небо, – покажу вам Сириус.

 

 

*  *  *

  

Ноябрь. Чернильная ночь. Дождя нет и небо всё в разноцветных точечках. Слева – Сириус. Справа от него созвездие Ориона. Ещё правее – комета Хейла-Боппа.

 

Я открываю окно подсобки. Застывшими пальцами отдираю от рамы холодную кругляшку шпингалета. Лера стоит за спиной. Я чувствую, как она снисходительно улыбается. Я дёргаю кругляшку вверх, но затвор, точно врос, никак не хочет поддаваться. Дёргаю ещё раз. И ещё.

«Ну, открывайся! – шепчу я себе, раскачивая упрямую железяку занемевшими пальцами. – Открывайся!»

 

 

*  *  *

  

Декабрь. У нас четвертная контрольная. Лера и я написали первыми. Мы вместе ходим на подготовительные курсы. В университет. После курсов я провожаю её домой и вчера, наконец, поцеловал. Родинку над верхней губой. Первый раз.

В классе тишина.

 

– Следующий, – шепчет Жорик, передавая мою тетрадку по ряду. Соседний списывает у Леры.

 

Физичка, подперев дряблую щёку ладонью, мерно посапывает за столом. Иногда во сне она громко вздыхает, и тогда класс замирает, прислушиваясь к её причмокиванию и глядя как она поудобнее устраивает щёку на ладони.

 

До звонка мы тихонько, чтобы не разбудить, поднимаемся и, положив тетрадки на стол, уходим из класса.

 

 

*  *  *

  

Январь. В школе холодно. Не топят. Мы у физички в подсобке. Свет выключен. В открытое окно торчит телескоп. К нему целая очередь. Физичка показывает кольца Сатурна.

 

Мы с Лерой забились в угол. Она дрожит. Я беру её руку, тонкую, точно вырезанную из бумаги. Осторожно склоняюсь и дотрагиваюсь до неё, пахнущей ландышевым мылом, губами. Отогреваю дыханием. Сначала ладонь. Потом пальцы. Один за другим. Лера свободной рукой гладит мне волосы. Робко и нежно, как никогда и никто не гладил их до этого.

 

 

*  *  *

  

Февраль. Звонок на урок. Топот ног, хлопанье дверей, цоканье учительских каблуков. Тишина. Вязкая. Необычная.

Я спокойно докуриваю у окна в сортире. Я знаю, что физичка ещё не пришла. Слышал, как на перемене Ник Ник сказал, что её ждёт муж. В машине.

 

– Коля, – ответила она, – пусть он идёт на хер.

 

Так и сказала: «Коля... на хер».

 

– Ты с ума сошла, – закудахтал дирик. – Я без сметы работаю. Кто за ремонт платить будет?

– Хорошо,– ответила она. – Выпить хочешь?

– Да ты совсем спятила! На тебя жалуются... Родители телегу накатали... Из районо звонили...

– Ну, как хочешь.

 

Из окна хлюпает южная зима. Я затягиваюсь горьковатым дымком и смотрю на миндалевые деревья, мокрые, с замысловато раскоряченными, будто на японских гравюрах, ветками. Смотрю на школьный двор с мутными лужами, в которых отражается раскисшее небо. На выкрашенный корабельной краской рукоход. На баскетбольную площадку со сломанным щитом. Всё кажется беспросветно холодным, и только «Нью-Йоркер», длинный, приземисто-широкий, на колёсах без единой грязинки, разбавляет эту беспросветность. От его золотисто тонированных стёкол, мягких обводов и блестящих шильдиков исходит тёплое сияние. Вспоминается песенка, которую каждое утро я слышу по «Маяку»:

 

«Над белым городом я вижу лунный свет золотой,
Я слышу шепот перламутровых волн.
Цветут пунцовые кораллы, спит жемчужный прибой.
Город счастья – давний мой сон.
 
Танцует море в стиле румба-pasadores
В такт ему шуршит песок.
Мой смуглый мальчик, снова слышу я твой голос –
Ветер мне его несёт.
 
Параморибо, Параморибо, Пораморибо...»

 

Физичка выходит во двор. Тощая. В красной кофте, застёгнутой на две пуговицы посередине. С вытянутыми карманами. Она подходит к «Нью-Йоркеру». Пинает его ногой.

 

Из машины вылезает мужик. Поправляет седеющие на висках волосы. Что-то ей говорит. Крутит пальцем у виска. Тычет золотой печаткой в грязные подтёки на школьной стене. Потом показывает на лакированный бок машины. Манит оттуда кого-то пальцем.

 

Физичка обхватывает себя руками за плечи, словно её знобит. Сутулится. Смотрит в сторону.

 

Телохранитель подаёт шубу, длинную, с переливающимся волнистым мехом. Я видел такую в витрине. «Цвет – виски, шкурки не тонированные, размер – 44-46. Станьте обладателем единственного в городе эталона мехового стиля!»

 

Мужик с печаткой набрасывает шубу физичке на плечи. Закутывает её, точно ребёнка. Мех мягко струится до самой земли. Я думаю, училки, подглядывавшие в окно, просто умирают от зависти.

 

Мужик делает шаг назад и, склонив голову набок, довольно ухмыляется. Из жестяной коробочки он достает сигареллу, коричневую, в костяном мундштучке, и нюхает её. Телохранитель подносит зажигалку. Мужик выпускает струйку дыма и кивает физичке на открытую дверь «Нью-Йоркера». Но она расправляет крыльями руки, и шуба, цвета виски, шелковисто-игривая, падает на мокрый асфальт. Мужик на секунду застывает и затем наотмашь бьёт физичку по лицу...

Наваливается разбухшее от влаги небо. Первые капли бомбочками плюхаются на ржавый подоконник.

Физичка, нелепо поджав под себя ногу, сидит на сыром асфальте. Подол платья высоко задрался. Из прорванного чулка вылезла ободранная коленка. Она смотрит вслед уплывающему «Нью-Йоркеру» и обтирает кровь с разбитых губ. Потом суёт руку в отвислый карман кофты. Достаёт блестящую фляжку и подносит её к губам.

 

 

3

  

– Ну, всё, – сказал Жорик, оторвав от уха мобильник и ещё раз глянув на свой «Ролекс». – Начинаем.

 

Он бросил мне ключи от подсобки и скомандовал:

 

– Кузя, тащи шампустик.

– Ура! – радостно подхватили остальные. – Давно пора! Семеро одного не ждут!

– Где музон? – слышал я , заходя в тёмную подсобку, – Наш, старый. «Квартал».

– Щас, – отвечал Жорик, – только колонки подсоединю.

 

Пискнула под ногой половица. Я остановился. Замер. С улицы тёк холодный свет фонаря. В то же самое окно. В той же самой деревянной раме. Я подошёл ближе. Попробовал шпингалеты. Тугие. Краской закрашены. Глянул в ночное небо. Слева мерцал Сириус. Всё так же.

Синие тени от окна наискось падали на письменный стол со стопками тетрадей и... Охнуло и зачастило дыхание. Нет… Этого не может быть! У стола, уткнувшись в потолок, темнел телескоп.

 

– Кузя, – окликнули меня из класса, – где ты запропастился?

– Иду!

 

Я мотнул головой, сбрасывая наваждение. Подошёл поближе. Так и есть. Обознался в потёмках. Всего-навсего – свёрнутые в рулон плакаты.

 

– Кузнецов! – опять услышал я из класса и подхватил ящик с шампанским.

 

В дальнем углу Жорик возился с японской магнитолой. Он ради такого случая приволок её из дома. Я отдал ящик и крикнул ему через весь класс:

 

– Жорик! Поставь мою любимую.

 

«Бах! Бах! Бах!» – засалютовали в потолок пробки.

 

– Ура! За встречу! – потянулись со всех сторон бокалы.

 

В этот момент хрипло крякнула дверь и на пороге показалась Лера. Раскрасневшаяся. С блестящими глазами. В шубе нараспашку. Длинной. В пол. Из белой скандинавской норки. С английским воротником, лёгким клешем книзу и разрезами по бокам.

 

– Ура! Лерка! – замахали ей руками.

– Простите, ребята. Мэр задержал. Всех замов.

– Держи, – сунули ей в руку бокал с шампанским. – И покрутись!

 

Леру обступили подружки:

 

– Шикарно! Маркони? Фуррома? Бьянко? Откуда?

 

Она лукаво улыбнулась и, нарушая все наши договорённости, широким жестом махнула в мою сторону.

 

– Всем представляю синьора Кузнецова.

 

Одноклассники обернулись на меня.

 

– Хозяин салона «Параморибо: Эталон мехового стиля», – торжественным голосом продекламировала она, – и официальный дистрибьютор шуб от Мио Оро Бьянко у нас в городе.

– Во даёт! – захлопали мне по спине мужики. – Круто! Знай наших!

– Хитрец, – заулыбались дамы. – Простачком прикинулся.

– Что за шум, а драки нет! – отозвался из дальнего угла Жорик, всё ещё возившийся с магнитофоном. – Где моё шампанское?

 

Он нажал наконец кнопку «Play». В колонках зашипело, и забытым голосом запела солистка «Квартала»:

 

 

«Над белым городом я вижу лунный свет золотой,
Я слышу шепот перламутровых волн.
Цветут пунцовые кораллы, спит жемчужный прибой.
Город счастья – давний мой сон.
 
Танцует море в стиле румба-pasadores
В такт ему шуршит песок...»

 

 

 

Пользовательский поиск

Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на g+  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу

Рассылка '"НОВАЯ ЛИТЕРАТУРА" - литературно-художественный журнал'



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

13.05: Лачин. Тональная безбрежность Хиндемита (статья)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или Яндекс.Деньгами:


В данный момент ни на одно произведение не собрано средств.

Вы можете мгновенно изменить ситуацию кнопкой «Поддержать проект»




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за март 2017 года

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2017 года  Номер журнала «Новая Литература» за январь 2017 года

Номер журнала «Новая Литература» за декабрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за ноябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за октябрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за август-сентябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за июнь-июль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за май 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за март 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за январь 2016 года



 

 



При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2017 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Купить все номера 2015 г. по акции:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru
Реклама | Отзывы | Подписка
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!