HTM
Номер журнала «Новая Литература» за июль 2018 г.

Гости «Новой Литературы»

Елена Панова. «О большем не мечтаю»

Обсудить

Интервью

Опубликовано редактором: Игорь Якушко, 6.09.2018
Гости «Новой Литературы». Елена Панова (Фотограф Оксана Ивлева)

 

 

 

Осенью 2018 года поклонников российского кино ждут три больших премьеры – на экран выходят «Челночницы-2» Сергея Краснова, «Шифр» Веры Сторожевой и «Мама Лора» Андрея Силкина. Главные роли во всех этих картинах сыграла талантливая актриса Елена Панова, творческий путь которой начался на исходе XX века – в годы, когда ломались стереотипы, духовные ценности, судьбы. Ей же удалось сберечь свою мечту, пройти нелёгкий путь и добиться успеха. Сегодня на счету Елены – около 50 ролей в кино и на телевидении, театральные работы и звание лауреата Государственной премии Российской Федерации в области литературы и искусства. С гостьей журнала «Новая Литература» встретилась автор издания Вера Круглова.

 

 

Елена Панова

 

– Лена, истоки вашей одарённости, несомненно, – в артистической семье. Ваш отец, Виктор Петрович, – выдающийся театральный режиссёр, много сделавший для развития культуры Архангельска, а мама, Жанна Валентиновна, – преподаватель музыки. Какие черты передались вам от родителей?

 

– Я бы сказала, что не бытовое отношение к жизни. Мама удивляет тем, что не останавливается в своём творчестве. Её педагогическая деятельность переросла в концертную – мама пишет свои песни и выступает перед публикой, а папа делает много интересного, порой невероятного. Архангельск – город северный, достаточно спокойный, а когда в нём начинается созданный Виктором Пановым фестиваль уличных театров, преображается всё – площади, транспорт, закоулки, магазины. Это особая непередаваемая атмосфера! Однажды папа привёз известную группу пиротехников и устроил шоу фейерверков. По всей набережной Архангельска отключили свет, что для европейских городов, в общем-то, невозможно, и началось сказочное представление. Такой восторг не передать словами: взрослые и дети ликовали, кричали, радовались – то, что творилось у них на глазах, было немыслимо красивым. А в 1994 году папа организовал для артистов театрального фестиваля прямой авиарейс «Архангельск – Париж». Ничего подобного до этого не было! Я до сих пор поражаюсь живости и силе его ума. Мне по-своему удаётся раскрашивать будни яркими красками, но такой организаторской энергией я не обладаю.

 

– Ваша судьба тоже связана с театром – прежде вы играли героинь Достоевского, Островского, Гончарова, у вас была одна из главных ролей в антрепризе «Мужчина моей мечты» – истории наших лет. Кто вам, как актрисе, ближе и дороже – героини 19 века или современницы?

 

– Когда сталкиваешься с классикой, она затрагивает намного сильнее, чем современность, и требует более ответственного подхода, уважения к материалу и автору. У нас сейчас – иные рефлексы, мы двигаемся по-другому, мыслим иначе. При этом человеческая природа не изменилась – она та же, что и в современной постановке «Мужчина моей мечты». Для меня это была первая антреприза – так скажем, проба, самое ценное в которой оказалась прекрасная компания коллег, с которыми ездить на гастроли было настоящим счастьем. Но в отношении театра у меня большие амбиции – либо хорошо, либо никак! Здесь важен процесс – даже больше, чем в кино. Мой личный профессиональный рост. И я очень хочу учиться. Но вышло так, что все главные уроки остались в школе-студии МХАТ: я училась на курсе Олега Николаевича Ефремова, у нас были замечательные педагоги. Они вложили в нас столько всего! Но тогда мы были молодыми, неопытными и не могли в себя это вместить. Зато сейчас, со временем, я всё больше понимаю, какую уникальную школу прошла. Это – очень высокая планка! Больше всего я благодарна Алле Борисовне Покровской. А во взрослой театральной жизни были замечательные, интересные спектакли, но ничего невероятного на театральных подмостках не произошло.

 

– А в кино это ощущение у вас есть?

 

– Возможностей в кино у меня гораздо больше, конечно. У меня был хороший старт: будучи студенткой, я снялась у Даниэля Шмида в картине «Березина, или Последние дни Швейцарии», потом был сериал Александра Митты «Граница. Таёжный роман» с прекрасным актёрским составом и другие проекты, а недавно закончились съёмки в сериале «Шифр» у Веры Сторожевой. Я счастлива, что она доверила мне совершенно новый образ, на контрасте с тем, что я играла в последнее время. Прежде мои героини были эмоциональными, темпераментными, чувственными. А здесь – сдержанность, полутона… К сожалению, разглашать подробности не имею права.

 

Тем интереснее зрителям – будем ждать, когда раскроется интрига. Лена, а какие из тех образов, что вы создали в кино, абсолютно с вами не схожи?

 

– Далеко ходить не будем – такова Светлана, моя героиня в сериале Юлии Красновой «Челночницы». Сейчас я продолжаю сниматься в этом проекте у режиссёра Сергея Краснова. Для меня работа над образом Светы – преодоление собственной натуры: очевидно, что я другого склада, и здесь, конечно, мне очень нужны советы режиссёра. В первой части картины Светлане и другим офицерским жёнам пришлось наступить на горло своему высокому пониманию чести, достоинства и стать торговками в лихие девяностые – делать то, что им совершенно не свойственно. Это сейчас практически все стали менеджерами, все умеют продавать, заниматься самопиаром, а тогда такое казалось немыслимым. Но жизнь диктовала своё: кто-то сумел перестроиться быстрее других, у кого-то проявилась стальная хватка, кто-то остался на обочине. А во второй части сериала моя героиня многое берёт в свои руки, становится другой. У Светланы есть прототип – моя единокровная сестра Ира, которой в девяностые тоже пришлось торговать, чтобы поднять своих четверых детей. Я знаю всё о её судьбе в те годы – мы были близки, и мне хотелось бы передать этот дух и характер.

 

– Значит, в чём-то вы идёте и от себя.

 

Да, и так можно сказать как раз о моей работе с Верой Сторожевой – в сериале «Шифр» с самого начала казалось, что это будет сложная работа, которая требует особого погружения. А в конце съёмок даже не верилось, что уже всё сыграно и прожито, хотелось ещё и ещё – несмотря на все трудности. Сейчас эта наша история в процессе монтажа, и скоро, надеюсь, её можно будет увидеть на экране.

 

– Лена, для многих вы ассоциируетесь с одним из самых ваших темпераментных образов: это Галчонок из «Таёжного романа», офицерская жена и лихая картёжница. Признайтесь, насколько вы сами азартны?

 

Я азартна, пока мне интересен процесс, а когда всё становится понятным, интерес и азарт пропадают. Не могу сказать, что у меня нет слабостей, но поддаться чему-то так, чтобы невозможно было остановиться – не мой случай. Да ещё и профессия сказывается: на сцене и на съёмках приходится испытывать столько эмоций, что вне работы хочется отдыха и тишины. Но исключения, конечно, есть: билет на спектакль Робера Лепажа я бы купила за любые деньги и помчалась бы смотреть. Тоже азарт, верно?

 

– Конечно! Лепаж – это целый мир, многогранный и яркий. Не удивительно, что он вас притягивает – вы и сами создаете контрастные, незабываемые образы в кино. Адвокат, кардиохирург, инспектор, офицер оперативно-поисковой службы ФСБ – и это не только перевоплощение, но и профессиональные нюансы. Как вам удаётся их передать?

 

Главное, я думаю, уловить дух профессии. Для того чтобы сыграть хирурга, не обязательно владеть скальпелем – нужно просто быть наблюдательной. Когда снимался сериал «Доктор Тырса», я бывала в больнице, смотрела, как работают врачи – даже присутствовала на кесаревом сечении. Мне рассказали, что у специалиста, который делает такие операции, совсем другая рука – не такая, как у кардиохирургов, допустим. И такие особенности в кино передать непросто – требуется точность, определённые навыки. Хотя, знаете, родные надо мной шутят – на съёмочной площадке у меня включаются способности, которых за кадром нет. Всё в руках спорится, я таких хозяйственных женщин играю – на диво всем. В жизни я никогда так ловко не режу салаты, как это получается в кино! (смеётся). Почему так выходит, не знаю. Включается какая-то интуиция. Мне кажется, что актёр в большей степени интуитивен, чем интеллектуален, но невеждой тоже лучше не быть. Играя классику, предположим, нужно обладать знаниями и стремлением узнать самое важное о том времени, в котором предстоит прожить свою роль. И о современных профессиях – тоже.

 

– Как раз хотелось спросить о коллегах. У вас есть партнёры по кино и сцене, с которыми особенно приятно работать?

 

В этом смысле мне всегда везло – мы с коллегами понимаем друг друга без лишних слов. Тот же спектакль «Мужчина моей мечты» просто радость какая-то! И в сериале «Челночницы» у нас хорошая компания – Зоряна Марченко, Света Иванова, Ира Розанова, а с Машей Порошиной мы особенно подружились. С ней я могу говорить о чём угодно, не думая о том, что сказала, и всегда нахожу живой отклик. Безусловно, у нас есть много замечательных артистов, и с ними хочется сниматься вместе. Однажды я встретилась на пробах с Костей Юшкевичем, который мне очень нравится как актёр, но в картине нас не утвердили. Потом прошло какое-то время, и мы всё-таки встретились с ним на съёмках деревенского детектива «Мама Лора». Подарок судьбы! К тому же там были Ольга Тумайкина, Анна Уколова, Максим Лагашкин – они настолько высоко подняли планку, что даже просто наблюдать за ними было сплошным удовольствием. Ещё, конечно, Костя Хабенский – с ним я играла спектакль «Утиная охота» и снималась в фильме «Время первых». Это такая вовлечённость в работу партнёра! Всё видит, слышит, учитывает, у него всегда горят глаза и столько свежих идей. А ещё, конечно, Миша Ефремов – рядом с ним плохо играть невозможно, это – человек невероятного остроумия и обаяния. Даже когда он просто появляется на площадке, то сразу заполняет всё пространство своим талантом.

 

Елена Панова и Михаил Ефремов в сериале Граница Таёжный роман

 

– С Михаилом Ефремовым у вас действительно необыкновенный дуэт – и в «Таёжном романе», и в двух других картинах отечественных режиссёров. Но вы снимались не только в России, но и в фильме «Березина, или Последние дни Швейцарии». Вам когда-нибудь хотелось уехать на Запад?

 

Знаете, ещё в юности, в Архангельске, я говорила, что не останусь в нём навсегда, что мне здесь тесно, и я буду жить за границей. Это была какая-то идея фикс! Я и английского толком-то не знала, а собралась уезжать. Но, видимо, желания действительно исполняются: когда я училась на третьем курсе Школы-студии МХАТ, меня пригласили на пробы к Даниэлю Шмиду, швейцарскому режиссёру. Он утвердил меня на главную роль, и я снялась в «Березине». Даниэля, который сам владеет шестью языками, совершенно не смутило то, что я говорю только по-русски. Уникальный случай! Мало того, что Шмид выбрал меня, легендарная Джеральдина Чаплин, которая тоже играла в этом фильме, собиралась дать мне координаты английского педагога по речи и дикции. И в тот момент я поняла, что мечты мечтами, а я совсем не готова к такому шагу! Инфантильная девочка из постсоветского пространства – и вдруг такое. Ужас, трепет, понимаете? И ещё ясное осознание того, что ничто не даст мне профессию так, как русский театр, русская школа. А потом были и другие возможности, но я от них отказывалась, и всё как-то сошло на нет.

 

– Жалеете?

 

Ничуть.

 

– И совсем нет никаких амбиций?

 

Амбициозна я ровно настолько, насколько требует реализация в профессии. Здесь вообще нет пределов, нет насыщения. Иногда думаю: сыграть бы это вот так, и наступит успокоение. Но нет! Чем ты ярче, тем выше поднимается планка – такое у меня чувство. Поэтому я очень довольна тем, что происходит в моей судьбе. Есть любимая работа, при которой я могу заниматься своими детьми, есть то, что нужно преодолевать, учиться, развиваться. Кажется, что многое уже изведано, появился опыт, но вот в руки попадается некий материал или так складывается ситуация, что становится ясно – ещё не всё знаю и умею, можно пробовать и расти. При этом награды за актёрское мастерство для меня не важны. Процесс намного интереснее!

 

– Это напоминает название фильма вашего супруга, Антона Мегердичева, – «Движение вверх». Вам хотелось бы больше сниматься в его картинах?

 

А вот здесь у меня амбиций нет. Пока я была не его женой, а просто актрисой, такое желание было. Сейчас – наоборот. Всё, что делает Антон, и так происходит в моей семье, в нашем доме, и потому я причастна к его творчеству. Мы о многом говорим, я знаю, как и что он делает. У меня – своя стезя, у него – своя. Я так сужу: если в проектах мужа появится роль, которая мне будет интересна профессионально, то я за неё поборюсь. Нет – значит, нет.

 

С супругом Антоном Мегердичевым

 

– В мире кинематографа, вероятно, приходится бороться за многое. Насколько он изменился с 90-х годов, когда вы стали сниматься в кино, как трансформировался?

 

– В девяностых, мне кажется, было больше профессионалов, но меньше возможностей. Сейчас в кино – совершенно другой темп. Раньше казалось, что снимать в день целых семь минут «полезного времени», которые потом войдут в фильм, – безумие. А сейчас это преподносится как подарок – по сравнению с 15-20 минутами, за которые надо создать качественный материал. И сцены эти – полноценные, актёрские: диалоги, переживания, конфликт. К примеру, по ходу сериала «Мама Лора» в день снимались от семи до двенадцати сцен. В театре каждую из них репетировали бы недели две – искали бы разные варианты, глубину, мизансцены, а в современном кино всё делается на предельной скорости. Нет возможности как-то по-особому подготовиться, что-то придумать. Приходится перестраиваться на лету.

 

– Научились успевать?

 

– Мне хочется думать, что да. Со временем надо идти в ногу, не расплёскивая профессию, сохраняя самое ценное. Мне была бы не интересна работа, где требуется только моя внешность, органика, импульсивность. Хочу играть на высоком уровне даже в сериалах и видеть, что актёрское окружение – на той же высоте.

 

– Вы довольны своей судьбой или хотелось бы вернуться назад, что-то кардинально изменить?

 

– Менять вообще ничего не хочу. У меня нет ни сожалений, ни ностальгии. Есть счастливые артисты, которые говорят, что им не стыдно ни за одну свою роль. Мне вроде бы тоже (улыбается).

 

А что бы вы хотели пожелать самой себе?

 

– У меня сейчас – хороший период. Спокойный, гармоничный. Все внешние и внутренние задачи сходятся с ответом, рядом – любимая семья, всё складывается удачно. Поэтому пусть всё будет, как есть – мне даже лучшего не надо.

 

 

Беседовала Вера Круглова

 

 

 

Пользовательский поиск

Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на g+  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

13.09: Гости «Новой Литературы». Игорь Тукало: дорога без конца (интервью)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или Яндекс.Деньгами:


Уже собрано на:

15.09: Леонид Кауфман. Синклер и мораль социализма (статья)

Вы можете мгновенно изменить ситуацию кнопкой «Поддержать проект»




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за июль 2018 года

Купить все номера с 2015 года:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 



При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2018 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!