HTM
Номер журнала «Новая Литература» за октябрь 2018 г.

Леонид Кауфман

Эптон Синклер и социализм

Обсудить

Статья

 

Купить в журнале за март 2018 (doc, pdf):
Номер журнала «Новая Литература» за март 2018 года

 

На чтение потребуется 40 минут | Цитата | Скачать в полном объёме: doc, fb2, rtf, txt, pdf

 

 

 

1. Пришествие в социализм

 

В 1902 году, к двадцати четырём годам жизни Э. Синклер почувствовал, что нуждается в религии, как это было в его несчастливом детстве в семье алкоголика. Он верил в святыни Епископальной церкви, а потом – в свой дар поэтического призвания. Теперь ему была нужна вера, которая могла бы восстановить надежды и направить его к успеху и пользе. И он нашёл социализм.

К этому времени Синклер слышал о социализме, слово было в общем применении во всей Европе. Более века оно обозначало доктрину или десятки доктрин, которые настаивали, что собственность на средства производства и обмена товарами должна принадлежать обществу в целом. Но приход Синклера в социализм был случайным, никем не запланированным. Он встретился с заметными членами социалистической партии – публицистом Леонардом Абботтом (Leonard Abbott), миллионером-издателем Гейлордом Вилшайром (Gaylord Wilshire), бывшим священником и профессором теологии Джорджем Герроном (George Herron) и другими образованными, идеалистически настроенными и часто богатыми людьми.

Идеи Сен-Симона и Фурье были понятны в Америке писателям и другим интеллектуалам, хотя К. Маркс и Ф. Энгельс считали социализм только первым шагом современного общественного устройства. Однако американское общество восприняло социалистическое движение как радикальное иностранное. И в самом деле, многие его лидеры говорили с акцентом, показывающим неамериканское происхождение. Но всё же партия, конечно, была в большей степени американской, чем европейской. Она тщательно обдумывала демократические действия и медленную терпеливую борьбу за свою социалистическую утопию. Её последователи избегали революционного насилия и говорили о подъёме движения среди рабочих. Эволюция была ключом к успеху.

Тем не менее, решение Синклера о приходе к социализму для американцев могло значить, что он принадлежит к маленькой, но опасной группе диссидентов, решившихся ниспровергнуть американский опыт в пользу чего-то чужого, тоталитарного и атеистического.

На самом деле он любил Америку, был её патриотом, верил в американскую мечту – идеалы свободы и возможностей, сформулированные «отцами – основателями».

Он писал:

«Страстно, больше, чем могут выразить слова, я люблю эту землю. Я разорву моё сердце, я пожертвую всем ради надежды, что это нужно стране Вашингтона и Линкольна. Никогда не было земли, похожей на эту, и, может быть, никогда не будет снова».

Когда Синклер нападает на капитализм во время Великой депрессии (экономического кризиса 1929-1933 годов), он делает это так:

«Я согласен, что нет большего искажения истории, чем идентификация американизма с капитализмом. Это правда, что капитализм выступает за свободу особого сорта – свободу молиться, играть и эксплуатировать. Но всё это очень старые виды свободы, и Америка не открыла их. Мы стараемся установить и защитить новый вид свободы: жить в мире, работать и радоваться плодам своего труда. Кто скажет, что эти вещи несовместимы с американским духом?»

Синклер называл себя социалистом потому, что считал, что социализм – это идеология, которая включает американский либерализм более полно и комплексно, чем большинство американцев, называющих себя либералами. Социализм стал для Синклера религией. Писатель описывал его как открытие, которое «дало мне ключ ко всем моим проблемам». Это было мечтой многих хорошо образованных людей среднего класса, подобных Синклеру. Социалистическая партия, к которой примкнул Синклер, состояла главным образом из юристов, журналистов и преподавателей. Многие священники находили социалистический посыл в Нагорной проповеди Христа. Писатели, которые обсуждали социализм в широких аудиториях, часто звучали по-христиански, что было для американцев важнее, чем для европейцев.

Когда Синклер и другие американские писатели его времени и подобные ему пришли к социализму, они не отказались от веры в религию и добродетели. Он говорил: «то, что привело меня к социализму, было более христианским, чем что-либо».

Синклеру потребовалось несколько лет, чтобы освоить пролетарские и реформистские аспекты социализма. Вначале оказалось, что многие его приверженцы принимают социализм, как кульминацию христианства: в ответ на социальные проблемы произносились молитвы. Иисус воспринимался моделью для современного человека, социализм – силой Бога, работающего в обществе.

Социализм привлёк Синклера объяснением, что его писательские неудачи связаны с тем, что американское общество коррумпировано конкуренцией и бизнесом не только экономически, но и интеллектуально. Писатель потратил много времени, чтобы познакомиться с социалистической элитой, благодаря которой, кстати, он не стал марксистом.

 

Однако в США социалистическое движение не было так распространено, как в Европе, поэтому сегодня Эптон Синклер вспоминается больше как «разоблачитель» капитализма, «разгребатель» его грязи, но не как социалист.

В письме одному из друзей Синклер писал:

«Я не отрицаю, что революция может войти в эту страну насильственными мерами, но я не собираюсь настаивать на том, что это должно прийти таким путём и, я думаю, это большая практическая ошибка и большая затрата моральных сил совершить первый акт насилия или способствовать ему. Я могу предложить ряд конституционных методов, которыми рабочие могут контролировать индустрию. Я думаю, мы можем позволить заплатить огромную цену за дальнейший рост индустриализации этой страны и всё ещё иметь всех рабочих более обеспеченными, чем если бы мы пытались захватить власть ценой общественных беспорядков и потерь, которые окажутся в результате. Я думаю, лучше немного подождать и использовать такую свободу, которую мы получаем при пропаганде образования рабочих и формирования их в прочные союзы, тщательно обучаемые и осторожные в том, чего они хотят. Я достаточно осведомлён, чтобы мне не казалась устаревшей эта идея, какой она кажется многим нетерпеливым молодым товарищам, но это путь, который я чувствую».

В книге о продажной журналистике Америки «Медный жетон» («The Brass Check») Синклер, объясняя свою политическую программу, писал:

«Я не большевик и никогда не был большевиком. Я понимаю, что большевик – это тот, кто хочет совершить социальную революцию массовыми действиями пролетариата, прямым свержением нашего капиталистического правительства и назначением правительства из Совета рабочих, в чём-то связанного с нашими профсоюзами. Я не верю, что рабочим необходимо захватить оружие и вышвырнуть политиков из офисов. Я верю, что они могут выбрать своих собственных политиков или даже заставить капиталистических законодателей издать законы, признающие профсоюзный контроль в промышленности».

Несмотря на глубокую приверженность социализму, Синклер не стал социалистическим организатором, хотя он присоединился к местному отделению партии, когда его семья поселилась в Принстоне, штат Нью-Джерси, в 1903 году. Но вместо общественной работы он хотел писать романы. Результатом было появление «Джунглей» – сокрушающей картины экономической эксплуатации и непреодолимой бедности рабочих в описанной им мясоперерабатывающей отрасли промышленности. Опубликованная в 1906 году, книга издавалась шестьдесят семь раз в следующие двадцать шесть лет и была переведена на семнадцать языков. Хотя Синклер надеялся обратить внимание американцев на угнетённое положение рабочих при капитализме, книга оказала немедленное воздействие на принятие законодательных актов о чистых продуктах и лекарствах, а также об инспекции качества мяса.

Синклер работал над романом три месяца. «Я писал со слезами и мукой, выливая на страницах всю боль, которой была моя жизнь».

 

Опубликовано редактором: Андрей Ларин, 11.03.2018
Обложка одного из последних изданий (2017) книги «Джунгли» https://anticap.wordpress.com/tag/upton-sinclair/
Рис.1. Обложка одного из последних изданий (2017) книги «Джунгли» https://anticap.wordpress.com/tag/upton-sinclair/

 

Публикация романа в 1906 году принесла ему славу и деньги. Он получил более 30 тыс. долларов, что сегодня соответствует 755 тыс. долларов.

В серии из одиннадцати романов «Крушение мира» о Ланни Бэдде – любимом герое и «альтер-эго» Э. Синклера персонажи книг много думают и говорят о социализме, выступая как рупор мыслей и идей писателя. Публицистическими фрагментами о политике и экономике социализма особенно насыщены два заключительных тома – «Пастырь, молви!» и «Возвращение Ланни Бэдда». Так, в томе 10 Э. Синклер пишет:

«Ланни Бэдд видел войну с четырнадцати лет, задавая вопросы и читая, что власти говорили по тому или другому поводу. Он замечал многие качества людей, влияющие на их поведение: природную мужскую воинственность, которая приходила из животного прошлого, огромное невежество и предрассудки, принесённые из этого самого прошлого, ненависть и предубеждения, приобретённые за века, и память об ошибках, которые люди совершали и из-за этого страдали.

Другим главным фактором была частная собственность на средства производства и их использование для частной выгоды. Это означало возведение жадности в наиболее мощный мотив в человеческом обществе. Выживание масс любой нации зависело от способности частных собственников этой нации найти рынки сбыта продуктов. Так, каждая нация организовывалась в инструмент жадности, поиск новых материалов и рынков, где продукты могли быть проданы с выгодой. Неудача в поисках того или другого означало безработицу и голод в доме с угрозой революции. Управляемое этими страхами, международное соперничество росло и неизбежно приводило к войне, которая облегчала давление роста популяции, безработицу и угрозу тяжёлых времен. Было много работы, пока разрушения восстанавливались, а затем старые проблемы могли возникнуть снова. При системе «продукция для прибыли» мировая война к новым поколениям приходила автоматически».

 

Одной из основных позиций экономической программы социалистов было кооперативное движение, которое в США имеет давнюю историю. В 1929 году были созданы две тысячи шестьсот потребительских кооперативов. Все, кроме одиннадцати, стали магазинами, из них 80% располагались в городах с населением менее двух тысяч пятисот человек. Общий объём продаж составлял 260 млн. долларов.

Эптон Синклер стал одним из ведущих популяризаторов кооперативного движения в Калифорнии в ходе Великой депрессии. Он считал кооперативное движение соперником капитализма и альтернативой коммунизму и фашизму. Это движение сотрудничало с политикой Нового Курса президента Ф. Д. Рузвельта. Кульминацией такого сотрудничества было создание кооперативов в Беркли, штат Калифорния, и в нескольких городах штатах Висконсин и Мэриленд.

Спустя пятьдесят лет потребительские кооперативы в Беркли закрылись, другие уменьшили свою деятельность, кооперативы в некоторых городах штата Мэриленд выжили до сегодняшнего дня, в частности, работают так называемые кредитные союзы.

В наши дни наиболее демократичными оказались кооперативы с рабочим самоуправлением и моделью «один человек – один голос», однако их насчитывается всего 500-1000. Вместе с тем в мире известен пример гигантского кооператива «Мондрагон (Mondragon) в Испании, членами которого являются более ста тысяч рабочих. Система их сотрудничества представляет собой группу из более чем ста связанных между собой кооперативов различных видов, в 90% которых соотношение самой большой и самой малой зарплаты составляет 4:1. В Америке в Кливленде, штат Калифорния, несколько групп работают над созданием подобных кооперативов госпиталей и университетов.

 

Размышляя о международном характере социалистических идей, Э. Синклер в этой же книге 10 своей серии вкладывает в уста одного из главных героев, англичанина Эрика Помрой-Нильсона, следующую тираду:

«Мы верим в то, что главной движущей силой войны в эти современные дни является экономика. Война – результат конкурентной экономики и гонка за сырьём и иностранными рынками. Экономика прибыли не может продать всю свою продукцию дома потому, что не платит своим рабочим достаточно для этого. Экономика прибыли – мотив для экспансии и, таким образом, она становится мотивом для войны. После того, как война выиграна, начинается неограниченное производство, пока ущерб, нанесённый войной, не компенсирован. Затем снова начинается сверхпроизводство и кризис».

И далее, в этой же книге Эрик продолжает:

«Экономика «для пользы», принадлежит обществу, она есть слуга общества, она производит продукты общественного использования, и её принципы, как и само общество, кооперативны. Экономика частных собственников, оперирующая «для прибыли», неспособна платить своим людям достаточно для того, чтобы купить её совокупный продукт. Таким образом, она вынуждена найти иностранные рынки и является жертвой кризисов и спадов деловой активности. Это создаёт настоящую опасность для мира».

И далее:

«Сохранение мира зависит от будущего рабочего движения. Преимущества сотрудничества над конкуренцией требуют ментальных изменений. Сохранение мира зависит от замены международных конференций постоянным международным сотрудничеством. Сохранение мира зависит от доверия и помощи народов друг другу, вместо того, чтобы эксплуатировать и грабить друг друга».

В томе 11 Эрик Помрой-Нильсон рассказывает о своей английской лейбористской партии. Непосредственно после войны она предложила программу социализации пяти основных отраслей промышленности: угольной, электроэнергетической, транспортной, сталелитейной, а также Банка Англии. Лейбористы обещали социализированную медицину, такую, чтобы ни один британский больной не оставался без ухода, собирались регулировать цены на продукты так, чтобы ни один человек в Британии не был голодным. Они напечатали и распространили листовки и, благодаря всему этому, выиграли выборы. Современному читателю, однако, следует напомнить, что Синклер это писал в 1953 году. Дальнейшая судьба лейбористов оказалась не столь радужна. Во второй половине 1950-х годов идеи социализма в значительной степени были скомпрометированы, и лейбористская партия отказалась от них.

 

Мыслями о социализме наполнены не только заключительные книги серии. Практически в любом томе можно найти размышления Э. Синклера на эту тему. Так, например, в томе 9 «Призывный слышу глас» писатель описывает поездку Ланни Бэдда и его жены в Палестину. Они увидели, что

«молодые евреи в большинстве были социалистами, но они не были коммунистами, и все как один предлагали предоставить Палестине самоуправление и подождать несколько лет. После этого вы не найдёте евреев, голосующих против арабов, но увидите неимущих евреев и арабов, голосующих против богатых евреев и арабов».

Конечно, эти строки написаны в 1947-1948 годах, и с тех пор много воды утекло, а социалистические страсти в Израиле поутихли. Современный читатель знает, чем закончились эти надежды. И не только в Израиле.

В книге 6 «Жатва дракона», изданной в 1945 году, Синклер, неустанный критик и последовательный противник капиталистов, писал:

«Генри Форд, автомобильный король, был известным оппонентом Нового курса Рузвельта, которого Ланни уважал и поддерживал всей душой. Ланни слышал о Форде с детства, во всём мире не было места, куда бы не дошёл его автомобиль, кроме горных вершин и глубин океанов. Рождённый на ферме, Форд сбежал с неё и был захвачен мыслью сделать безлошадную повозку, настолько дешёвую, что обычный человек мог бы позволить себе иметь собственную. Он вышел на сцену в правильный момент, и чем больше машин он делал, тем больше он должен был делать, и до сегодняшнего дня их число составило десять миллионов. Некоторые из самых старых ещё были на дорогах и на рельсах где-нибудь в Тибете или Андах. Их называли «Фордик» (The Lizzie), а ещё ласково – «длинной коробкой на колёсах», такой безобразной, как человек мог вообразить. Генри Форд говорил, что покупатель может выбрать для своего автомобиля любой цвет, какой он захочет, при условии, что он будет чёрным.

Генри Форд, по всей вероятности, был самым богатым человеком мира, его состояние оценивалось от одного до двух миллиардов. Он не терпел акционеров-ленивцев, вытягивающих доход от его труда. Поэтому он выкупил все акции. Он был самым своевольным из людей, никто не мог возразить ему, снова и снова он увольнял добрую часть своего персонала. «Делай, что я говорю» был его жизненный лозунг. Он запретил профсоюзы на своих заводах и боролся с ними любыми средствами, не исключая криминальных. Но Новый курс решительно сломил его волю и заставил принять профсоюзы. Такое решение казалось ему невыносимым оскорблением, которое отравило старость Генри Форда. Проблема расстройства планов профсоюзов стала для него навязчивой идеей.

Это было основой его интереса к нацистам. Они показали, что нужно делать, у них по магазинам не ходили делегаты и не выступали с трибун «красные». У них был закон и порядок, организация и массовая продукция, вещи, которыми и для которых жил Генри Форд. Так что, когда друзья Германии пришли ему рассказать, как это было сделано, он выслушал с удовольствием, а когда они попросили его, он выделил им рабочие места. Как результат, его заводы были переполнены нацистами. Так же было и в городе Детройте, и в окружающих городах. Внук кайзера у него был в штате, одним из его инженеров был Фриц Кун – основатель и глава Германо-Американского общества».

 

 

2. История Геликон-Холла

 

К осени 1906 года соратники Синклера согласились с ним купить за 36 тыс. долларов элегантную бывшую школу для мальчиков в штате Нью-Джерси, которая называлась Геликон-Холл (Helicon Hall). Синклер согласился выложить львиную долю денег, которые были им получены за роман «Джунгли». Купленный участок был расположен менее чем в километре от реки Гудзон, в месте, удалённом от соседних крупных хозяйств. Геликон-Холл получил своё название от древнегреческого дома муз – случайное совпадение для компании современных писателей и интеллектуалов. Его территория площадью примерно 4 га, примыкающая к лесному заповеднику, позволяла вести не только изолированную, но и самодостаточную жизнь, с амбаром, яблочным и персиковым садами, огородами и кукурузными участками, сыроварней и птичником. Обитатели Геликон-Холла называли себя колонистами и должны были сами обеспечивать себя пищей.

Построенное в 1894 году главное трёхэтажное здание состояло из 35 однокомнатных спален и двух комнат с балконами на втором и третьем этажах. Первый этаж имел полезную площадь 740 квадратных метров, там находились бильярдные, гостиная, библиотека с читальней и столовая, а также внутренний бассейн, кегельбан и театральный зал с органом. Во внутреннем дворике размером 15х6 м размещались тропические папоротники и гигантское каучуковое дерево, как писали газеты, самое большое, найденное на севере Мексики.

В статьях, опубликованных в июне-июле 1906 года, Синклер предложил свой план совместного проживания в Геликон-Холле и коммунального ведения хозяйства всем желающим принять участие в этой утопической работе. Он объяснил, что будут построены собственные электростанция и научно оборудованная кухня, столовая, использованы последние достижения и установлено много машин для повышения эффективности труда в поле и доме.

В начале ноября 1906 года в доме поселились первые двадцать четыре человека, включая семерых детей, затем число колонистов возросло почти до восьмидесяти. Синклер владел 160 акциями из 260 и верил, что этот дом станет примером нового способа жизни, вдохновлённой социалистическими утопиями XIX века. Он надеялся, что этот дом позволит его жене общаться с другими людьми, которые могли также присматривать за его четырёхлетним сыном. Он хотел создать коммуну, где приготовление пищи и уход за детьми выполнялся теми, кто для этого лучше подходил, а какие-либо творческие занятия – теми, кто этого желал.

Синклер провёл несколько собраний, где объяснил свой замысел и ответил на вопросы, что позволило участникам организоваться. Хотя Синклер был открытым социалистом, он настаивал, что сама по себе коммуна не должна быть социалистическим экспериментом. Люди почти всех политических пристрастий приглашались к покупке акций проекта. Члены коммуны должны быть писателями, художниками, учёными или интеллектуалами любого творческого типа. Однако устанавливался недвусмысленный запрет для чёрных людей.

 

Колонисты работали, дебатировали и ели вместе, но трудности возникли с самого начала. Газеты Нью-Йорка осмеивали эксперименты Синклера за культ секса, якобы существующий в коммуне или, по крайней мере, за сексуальные нравы, которые казались им вызывающими. Однако члены коммуны опровергали эти слухи. Один из них в своих воспоминаниях писал: «Репортёры газет и журналов всегда вели разведку, иногда маскируясь, выискивая забавы или детали, которые могли дискредитировать эксперимент». Шёл прилив «жёлтых» журналистов, и колонисты с их необычным поведением стали темой для историй преувеличенных или вымышленных. Даже «Нью-Йорк Таймс» опустилась на этот уровень с заголовками типа «Геликон-Холл пристрастился к коротким штанам». В статье описывалось, как женщины носят эту либеральную одежду, расхаживая в главном здании. Статья намекала, что супружеская любовь не всегда была правилом в Геликон-Холле. Радикализм в общественном сознании всегда связывался со «свободной любовью». Таким образом, с готовностью предполагалось, что здесь отвергали законный брак и в основном недомолвками делались предположения, что дом колонии превращён в «любовное гнёздышко» богемы. В конце концов Синклер инициировал и выиграл опровержение у газеты города Вестчестера, штат Нью-Йорк, репортёр которой описал выдуманный полицейский рейд на Геликон-Холл, якобы проведённый для того, чтобы остановить практикуемое здесь «неприличие».

Общая идеология коммуны состояла в том, что её члены должны были иметь свободу высказываться, следовать своим творческим амбициям, участвовать в открытых дискуссиях. У Синклера росла тенденция выносить свои семейные трудности на широкую аудиторию. Он считал, что Геликон-Холл научит людей добиваться социальной справедливости. Он часто думал, что одно собрание может быстро решить проблему и даст ему возможность вернуться к писательству.

Синклер был мечтателем, который не мог соотносить большую идею с реальностью повседневных забот и деталей. Основатели общины платили слишком большой налог на собственность, что повышало цены на жильё и продукты. Тяжёлой проблемой было найти хорошего слесаря-водопроводчика, и Синклер был вынужден заниматься системой сам, хотя никогда не знал инженерного дела. Постоянным источником конфликтов в коммуне была пища. По проекту все обитатели Геликон-Холла должны были питаться одной кухней. Но отдельным диетчикам была нужна особая еда, и это создавало дополнительную проблему. Другой – была учёба и воспитание детей. Синклер надеялся поручить такие дела наёмным профессионалам. Однако это не было полностью реализовано. Коммуна не могла позволить себе оплачивать индивидуальные запросы своих членов.

 

Геликон-Холл. https://paleofuture.gizmodo.com/how-upton-sinclair-turned-the-jungle-into-a-failed-new-1015213490
Рис. 2. Геликон-Холл. https://paleofuture.gizmodo.com/how-upton-sinclair-turned-the-jungle-into-a-failed-new-1015213490

 

И вдруг 16 марта 1907 года в 3 часа утра Синклер проснулся от треска пламени и запаха дыма. Он бросился предупредить других, но оказалось, что он был последним, кто выскочил из дома. Никто не прибежал его разбудить. Раздетые колонисты, которые выбежали в снег и холод, наблюдали, как дом сгорает до основания. Погиб один человек, плотник, спящий пьяным сном в своей комнате на 3-м этаже.

На следующий день после пожара Синклер намекнул прессе, что определённый интерес в этом деле имели стальные или мясные магнаты. Синклер сказал газете «Нью-Йорк Таймс», что он не хочет делать никаких необоснованных обвинений, но накануне он упомянул, что работает над рассказами о стальных королях, и теперь все документы, относящиеся к делу, уничтожены огнём.

Несколько членов коммуны слышали взрывы перед пожарами. Действительно, тремя неделями раньше колонисты нашли динамит в подвале здания, чего никто не мог объяснить. Против Синклера не было выдвинуто никаких обвинений, а каждому члену коммуны вернули деньги, вложенные в проект. Синклер был единственным, кому не были полностью выплачены страховые суммы – они пошли другим колонистам. Однако его дух не был сломлен, по крайней мере, не сейчас. Но других попыток построить утопию он не предпринимал.

 

 

3. Губернаторская гонка

 

Тридцатые – пятидесятые годы прошлого столетия были временами, когда места губернаторов штатов занимали военные, очередь актёров Рональда Рейгана и Арнольда Шварценеггера ещё не пришла, а писатели вообще не принимались в расчёт. Поэтому оппоненты Синклера с презрением отнеслись к его намерению баллотироваться на пост губернатора Калифорнии и к его длительной предвыборной компании с сентября 1933 года до августа 1934 года. Но он выиграл праймериз демократической партии, хотя перешёл в неё лишь накануне выборов.

Недостатками Синклера как кандидата были очевидны. Он был предметом насмешек, когда в целях голодания пытался каждый день съедать чайную ложку песка, увлекался парапсихологией и занимался спиритуализмом, беседуя с духами. Про него говорили, что, хотя он выглядит как пожилой банковский клерк, а говорит как учитель воскресной школы, он держится как самовлюблённый человек с комплексом мессии. О нём писали, что он рассуждает о свободной любви как разведённый человек (хотя он в это время был женат вторым браком) и нападает на институт брака как легализованную проституцию.

Он был социалистом в стране, чьи граждане не видели большой разницы между социалистами, коммунистами, анархистами и одинаково ненавидели их всех. Хуже всего было то, что он, как профессиональный политик, должен был вести своих избирателей к победе, хотя он уже был пятикратным «лузером», проигравшим в 1906, 1920, 1922, 1926 и 1930 годах несколько выборов разного уровня в штатах Нью-Джерси и Калифорния. Он никогда не получал более сорока шести тысяч голосов из миллиона голосующих. Теперь, в 1934 году в Калифорнии он понял, что со своим членством в Социалистической партии он опять не будет иметь успеха, и перешел в Демократическую партию.

 

Симпатии потенциальных избирателей к Синклеру объяснялись тем, что его политическими противниками были республиканцы с их долгим доминированием в каждом аспекте управления штатом, что сделало их «толстыми и ленивыми». Действующий губернатор был смертельно болен, его помощник – некий Фрэнк Меррайм, впоследствии победивший Синклера в коварной и нечестной игре, был посредственностью. Однако демократы были раздроблены и неспособны договориться о едином кандидате.

У Э. Синклера было одно важное преимущество: его лучшие книги родились из его способности писать ясно и убедительно о сложных вещах, умело сплетая факты с эмоциями. Сейчас он разработал план EPIC (End Poverty in California) – «Конец бедности в Калифорнии», достаточно простой, чтобы быть понятным каждому, и достаточно радикальный, чтобы убедить своих сторонников, что он представил в американской политике что-то новое и другое. Например, он предлагал все пустующие сельскохозяйственные угодья в штате отдать безработным рабочим фермерских хозяйств, кто может вернуть их в продуктивное использование. Он предлагал, чтобы штат купил или арендовал фабрики и бизнесы разного назначения, от рыбных хозяйств до прачечных, и нанял на них рабочих необходимых профессий. В результате этих планов должна была осуществиться давняя экономическая идея Синклера о создании гигантского кооперативного хозяйства, работающего, как говорят социалисты, «для пользы», а не «для прибыли», как требуют капиталисты.

Другие предложения EPIC состояли в отказе от налога на собственность стоимостью менее 3000 долларов, отмене налога на продажу стоимостью более 50 тыс. долларов (что сегодня соответствует 700 тыс. долларов). Синклер хотел обеспечить ежемесячную пенсию 50 долларов для граждан старше 60 лет, проживающих в штате Калифорния не менее 3 лет, а также недееспособных, слепых и вдов с детьми.

Кроме плана EPIC, в 1933 году Синклер опубликовал серию писем, адресованных гипотетическому персонажу по имени Перри (Perry) и другим похожим на него «капитанам» и «менеджерам» промышленности, разного рода профессионалам, докторам, юристам, писателям. Просто написанные письма показывают, что выход из экономической депрессии, начавшейся в 1929 году, состоит в национализации индустрии, за которой следует уже упоминавшаяся политика «продукции для пользы» вместо «продукции для прибыли». Синклер в письмах говорил:

«Мы предлагаем, чтобы вы отдали свои привилегии как получатели прибыли и приняли взамен ваши права граждан индустрии. Это общая утопическая мечта, что однажды в истории правящего класса может быть стремление уступить и позволить социальным изменениям прийти без ненависти, беспорядков и потери человеческой жизни».

 

Надежды Синклера были, конечно, эмоциями, но выраженные с таким красноречивым оптимизмом, что послужили причиной для лидеров демократов предложить ему принять участие в праймериз 1934 года на пост губернатора штата от их партии. Синклер согласился и стал политическим лидером с национальными перспективами.

Его социалистический план EPIC был существенно смягчён, он был теперь обращён к избирателю среднего и даже высшего классов.

В предвыборной компании Синклер подвергался клевете и злословию со стороны средств массовой информации и политических оппонентов, тех, кто погрузился в его ранние книги и доказывал, что он – коммунист, разрушитель института семьи, сторонник свободной любви и опасных выдумок разнообразных радикалов.

Конечно, социалистическая позиция Синклера встречала яростное сопротивление со стороны крупных промышленников штата, по большей части, республиканцев, например, боссов больших киностудий, работающих в Голливуде. Особой яростью был охвачен Луис Майер – президент киностудии МГМ (Метро-Голдвин-Майер), председатель республиканского комитета штата Калифорния. Когда репортёр спросил Синклера, есть ли у него план устройства безработных артистов, тот ответил: «Почему штат не может арендовать одну из простаивающих киностудий и позволить безработным актёрам

 

 Карикатура на предвыборную программу Э. Синклера. «Сокрушит ли Калифорнию клеймо синклеризма?» На вставках: «Ваша собственность», «Ваша религия» http://depts.washington.edu/epic34/
Рис. 3. Карикатура на предвыборную программу Э. Синклера. «Сокрушит ли Калифорнию клеймо синклеризма?» На вставках: «Ваша собственность», «Ваша религия» http://depts.washington.edu/epic34/

 

снимать свои собственные картины?» Услышав это предложение, Майер привлёк своего заместителя по республиканскому комитету газетного короля Вильяма Херста (W. Hearst) к публикации статей и комиксов, подготовке радиопередач, описывающих Синклера как коммуниста, и объявил, что он и дружественные киномагнаты могут обдумать переезд во Флориду, где власти объявили намерения предоставить налоговые льготы кинематографистам. Синклер не испугался, однако спросил: «И что они будут делать с комарами? Я жил во Флориде, комар прямо в центре сцены может укусить кинозвезду в нос, и это будет стоить им 50 тыс. долларов».

Кинокомпания МГМ выпускала фальсифицированные документальные фильмы, где якобы бездомные грязные и невежественные люди декларировали их симпатии Синклеру. Союзники МГМ по прессе следовали тем же путём. Газета «Лос Анжелес Таймс» напечатала фото грузовика, заполненного бродягами, направляющимися в Калифореию жить за счёт EPIC. В тот же день Херст, контролирующий газету «Лос Анжелес Экзаминер», опубликовал фотографию, показывающую загримированных поддельных сезонных рабочих, направляющихся с той же целью поддержать Синклера. Студия «Уорнер Бразерс» (Warner Brothers) снимала «документальные сцены» с нанятыми актёрами.

В конце концов МГМ, Херст и другие помогли нанести поражение кампании Синклера, который проиграл выборы, но результаты не были унизительными, чего он боялся. Синклер получил 879537 голосов, что составляло 37,6%, республиканец Мэрайм – 1138620 голосов – 48,7%. На третьем месте был член Прогрессивной партии, получивший 320519 голосов или 13,7%. Сторонники Синклера выиграли многие местные округа.

 

Результатом его контакта с политическими реалиями было то, что он никогда больше не был риторическим радикалом, которым числился до 1930 года, хотя в поздних тридцатых жёстко защищал Сталина. Никогда больше он не писал беллетристики с привлекательным изображением пролетариата. Наоборот, он всё чаще писал романы, изображая высшие классы или, как в романах о Ланни Бэдде, проводя своих героев через исторические события и связывая их с выдающимися фигурами прошлого. Неудачи писателя в практической политике, особенно в результате отвратительной компании, которая велась против него, вполне могли ожесточить другого человека, лишить его иллюзий, сделать циником. Но оптимизм Синклера убедил его, что главное предназначение писателя – литература.

Через десять лет Синклер в романах о Ланни Бэдде, получивших в мире большую известность, отомстил Голливуду и Херсту, изобразив их циничными жадными персонажами, вызывающими у читателя отвращение и насмешки.

Официальные лица демократической партии в общем дистанцировались от Синклера, другие видные демократы переметнулись к республиканцам.

В ходе кампании Синклер много раз пытался получить поддержку президента – демократа Франклина Делано Рузвельта. В ответ на одну такую попытку пресс-секретарь президента сказал, что тот готов встретиться с Синклером при условии не обсуждать политику или текущие события в Калифорнии.

 

 

4. Две встречи с президентом

 

4 сентября 1933 года Синклер был приглашён в резиденцию Ф. Д. Рузвельта Гайд Парк (Hyde Park), штат Нью-Йорк, на берегу реки Гудзон. Синклер понимал, что этот визит будет единственным перед выборами, более того, это был частный визит, в ходе которого не позволялись записи. День был прохладным, огонь горел в камине библиотеки. Рузвельт сидел в большом кожаном кресле за столом, заваленном бумагами. Синклер, который знал, что время его визита ограничено тридцатью минутами, больше слушал, чем говорил. Президент рассказывал про оппонентов, которые пытались помешать его Новому курсу. Синклер смеялся над этими историями. Рузвельт вспоминал, как его мать читала ему «Джунгли», когда он был мальчиком.

Описывая в дальнейшем эту сцену, Синклер давал слово, что он не был покорён личным обаянием президента или честью быть им сердечно принятым. Он хотел бы выяснить, насколько Рузвельт знал его план EPIC и как вероятно, что он его поддержит на выборах. По рассказу Синклера, Рузвельт всё понял и сказал, что его советники убедили его посвятить этой теме две радиопередачи. Телевизоров в те времена не было, и поэтому единственным средством общения публичных деятелей с большой аудиторией было радио.

Рузвельт пообещал, что в первой радиобеседе он объяснит общие проблемы и свою точку зрения на них, а во второй передаче – на безработицу. Он добавил: «Я выступлю в пользу «продукции для пользы». Синклер отвечал, с трудом сдерживая радость: «Это выберет меня». Рузвельт ответил: «Это то, что я собираюсь сделать. Это будет где-то около 25 октября».

 

Синклер оставил Гайд Парк воодушевлённым. Он дал пресс-конференцию и сказал: «Хотя условиями встречи запрещено говорить о деталях, я считаю возможным сказать, что она продолжалась два часа и что президент оказался приветливым и открытым человеком». Синклер также заявил, что Рузвельт одобрил его план EPIC.

Однако 24 октября Рузвельт дал пресс-конференцию, где сказал, что он не собирается вмешиваться в любые выборы штата и что он не давал никаких обещаний. Синклер был обречён. Позднее оказалось, что Рузвельт никогда не поддерживал Синклера и никогда не упоминал «продукцию для пользы» в ходе своих бесед по радио, хотя Синклер был убеждён, что получил обещание президента. Как лидер демократической партии, Рузвельт направил все партийные деньги и ресурсы на поддержку других кандидатов, избирающихся в стране.

За несколько недель до ноябрьских выборов официальный представитель демократической партии, действующий как эмиссар Рузвельта, привёз Синклеру его письмо с просьбой выйти из гонки и передать голоса своих приверженцев другому кандидату-демократу. Синклер отказался, и демократы поддержали республиканца Меррайма в обмен на его содействие рузвельтовскому Новому курсу.

Уже вне связи с Синклером, эпизодом, характерным для политического деятеля такого масштаба, как Ф. Рузвельт, была его встреча в 1943 г. с польским офицером, подпольщиком, выходцем из религиозной католической семьи Яном Карским, перед поездкой в США дважды побывавшим в варшавском гетто и видевшим концлагерь. Он лично убедился в страшных страданиях и смертях, на которые нацисты обрекли евреев, о чём и рассказал президенту, обращаясь к нему с просьбой помочь несчастному народу. Однако тот отделался общими словами о будущем вступлении Америки в войну и его нежелании слышать упрёки, что он делает это ради евреев.

 

Несмотря на коварную позицию президента, Синклер всегда питал к нему огромное доверие и симпатии, почти боготворил его, и своего главного героя Ланни Бэдда в книге 5 серии сделал преданным секретным агентом Рузвельта с персональным номером 103. В этой книге обстановка воображаемой встречи Ланни с президентом очень напоминает реальную встречу с ним самого Синклера (перевод Ю. В. Некрасова).

«Крупный человек с большой головой, мощными плечами и руками в белой нейлоновой рубашке с открытым горлом. Уже в зрелом возрасте он был поражён страшной болезнью под названием полиомиелит, в результате чего у него высохли ноги. Он должен был носить шины, и в общественных местах появлялся, опираясь на руку сильного спутника. В своём доме он пользовался инвалидным креслом, что объясняло наличие пандуса, ведущего в библиотеку. Такой удар сокрушил бы большинство людей. Но тот, кто имел смелость бросить вызов своей судьбе, силой воли настойчиво и постоянно тренировал свои усохшие мышцы, такой человек может выйти из тяжёлого испытания сильнее и более уверенным в себе. Многие люди сомневались, может ли человек с такими физическими недостатками выдержать напряжение, которое должность президента налагает на своих жертв. Но Ф. Д. Рузвельту удалось наслаждаться работой. Он был бодр, жизнерадостен, отпускал шутки, смотрел кино, разглядывал почтовые марки, а не лежал без сна в ночное время, пытаясь решить проблемы государства.

Он сидел в большом кожаном кресле и сердечно поприветствовал рукой и радушной улыбкой. Ланни должен был подвергнуться воздействию знаменитого «шарма Рузвельта» и задался вопросом: «Что его шарм сделает со мной?». На старом континенте, где он вырос, Ланни сталкивался с шармом различного рода. Чаще фальшивым, иногда опасным, и он научился их различать. Он сразу же увидел, что перед ним был человек, искренне заинтересованный в людях и в том, что ему должны были принести. На его столе в непосредственной досягаемости была пачка документов высотой сантиметров тридцать. С ней было трудно расправиться. Но когда приходит кто-то, вроде внука Бэдда, повидавшего весь культурный мир и знавшего его элиту, кто-то, кто радостно относится к собственной жизни, как Ф. Д., и так же разделяет его убеждения, то лицо президента сияет, и его глаза блестят так, как будто он выпил бокал или два шампанского».

Рузвельт, который когда-то так легко и коварно не выполнил обещания, данного Синклеру, обнимает Ланни не просто как преданного исполнителя, но как близкого друга.

«Эти двое были созданы друг для друга. Оба выросли в комфорте и почти в роскоши, не зная лишений. Оба были щедры по своей природе и мечтали о более добром мире. Обоих постигло разочарование и потеря иллюзий, но они были упрямы и не так легко отказывались от своей мечты. Теперь в душе они могли сильно сердиться друг на друга, но улыбаться друг другу потому, что это было «спортивно». Кроме того, они оба любили поговорить и были склонны касаться философии, литературы и ещё многих разных тем, но времени, как всегда, не хватало, и они вернулись к делу».

Э. Синклер вкладывает в уста своего героя Ланни Бэдда, который, как и его создатель, конечно, тоже социалист, всё то, что он не мог или не успел сказать Рузвельту при личной встрече. В книге 9 «Призывный слышу глас» писатель рассказывает о воображаемой беседе Ланни и президента о социализме. Их разговор далее представлен в виде диалога без ремарок Синклера.

 

Ф. Рузвельт. И что мы собираемся делать?

Ланни Бэдд. У нас есть выбор из двух курсов. Мы можем примкнуть к нашему конкурентному коммерциализму, идти через одну депрессию к другой и подавить наше социальное недовольство. В этом случае мы совершенно точно получим революцию. Или же мы можем продолжать развивать нашу большую промышленность, поставив её на основу «продукции для пользы» вместо «продукции для прибыли» и таким образом уйти от депрессии.

Ф. Р. Мне кажется, Ланни, что коммунисты ненавидят социалистов даже больше, чем капиталистов. Поэтому, что хорошего будет для нас в этом участии социалистов?

Л. Б. Я признаю, что это, конечно, озадачивает, Губернатор (прозвище Рузвельта – автор). Но причины этой ненависти коммунистов лежат в том, что они не верят в мирное осуществление социальных изменений. Поэтому считают нас предателями рабочих надежд. Но если вы однажды поставите промышленность на кооперативную основу, это отношение изменится. Взаимное сближение двух систем может стать непреодолимым, и они втянутся во временное соглашение с капитализмом. Конечно, нет возможности полного перемирия, потому что капитализм по самой своей природе вынужден расширяться. За пять лет после окончания войны мы произведём вдвое больше товаров, чем наш народ сможет купить. Мы должны будем забрать все международные рынки в мире, либо взглянуть в лицо худшей депрессии в истории.

Ф. Р. То, о чём я должен волноваться как о неотложной проблеме, это – заключит ли Сталин с нами сделку или после войны он продолжит программу экспансии.

Л. Б. Я могу заключить пари, что он согласится на сделку, но вопрос в том, может ли он или любой другой человек предотвратить разрастание конфликта между коммунистами и капиталистами. Вдоль всей границы Советского Союза расположены страны, находящиеся в политическом кризисе, и их коммунисты восстанут, провозглашая присоединение к Советской системе. Реакционеры подавят их, и что мы будем делать?

Ф. Р. Вы не обещаете мне много отдыха в четвёртый срок президента, Ланни.

 

Синклер никогда больше не голосовал за кандидата Социалистической партии. Напротив, он восхищался двумя демократическими кандидатами: в 1956 году – Эдлаем Стивенсоном (президентом был переизбран республиканец Д. Эйзенхауэр) и в 1960 г. – Д. Кеннеди, когда он был выбран президентом. Тем не менее социалистические идеи в Америке ещё живы и находят многих поклонников. Достаточно вспомнить президентские выборы 2016 г., когда от Демократической партии реально на выборы шёл претендент Берни Сандерс с социалистической программой, которая вполне соответствовала осовремененным предложениям Синклера 1934 года. Автор этих строк может сослаться и на собственный опыт, когда вскоре после приезда в Америку он хотел купить электронный вариант книг Э. Синклера, и оказалось, что им владеет обладатель авторских прав «Институт Эптона Синклера» (есть и такой в США). После того, как из переписки выяснилось, что автор только что приехал из «страны победившего социализма», Институт выразил свою заинтересованность и намекнул, что он может пригласить собеседника на семинар о достоинствах социализма. Однако после объяснений, посвящённых тому, что конкретно представлял собой быт простого инженера при социализме, переписка оборвалась.

 

 

Литература

 

Arthur, Anthony. Radical Inтoсent: Upton Sinclair. Random House, New York, 2006

 

Bloodworth, Jr. W. A. Upton Sinclair. Twayne Publishers, A Division of G.K.Hall & Co., Boston, 1977

 

Coodly, Lauren. Upton Sinclair. California Socialist, Celebrity Intellectual. University of Nebraska Press, Lincoln and London, 2013

 

Harris, Leon. Upton Sinclair. American Rebel. Thomas J. Crowell Company, New York,1975

 

Mattson, Kevin. Upton Sinclair and the Other American Century. John Wiley & Sons, Inc. Hoboken, New Jersey, 2006

 

Mookerjee, R. N. Art for Social Justice: The Major Novels of Upton Sinclair. The Scarecrow Press, Inc. Metuchen, N.J., & London, 1988

 

Sinclair, Upton. The Brass Check. A Study of American Journalism. (Pacadena, CA: The author, ca), 1920

 

Yoder, Jon. Upton Sinclair. Frederick Ungar Publishing Co. New York, 1975

 

Электронные ресурсы:

 

America's History in the Making By the People, For the People. http:learnes/org/courses/amerhistory/pdf/text/AmHst18_The People. Pdf

 

Chafe, W.H. The Achievement of American Liberalism: The New Deal and Its Legacies. https://books.google.ru/books?id=lqo7OiG_5BYC&pg=PA350&lpg=PA350&dq=Chafe+W.H...

 

Coffman, R. Lyman, A. Henry Ford, Upton Sinclair, and Limits an Consumer Choice. https://fee.org/articles/henry-ford-upton-sinclair...

 

Critical Essays The Tenets of Sinclair's Socialism. https://www.cliffsnotes.com/literature/j/the-jungle/critical-essays/the-tenets-of-sinclairs-...

 

Denby, David. Uppie Redux? http://www.newyorker/com/magazine/2006/08/28/uppie-redux...

 

Gettlen, Larry, How Hollywood became the «sixth estate» of government. New York Post, November 23, 2014/ http://nypost.com/2014/11/23/how-hollywood-became-...

 

Kaplan, Lawrence. A utopia during the progressive era. The Helicon Home Colony, 1906-1907. https://journals.ku.edu/index.php/amerstud/article...

 

Novak, Matt. How Upton Sinclair Turned The Jungle Into a Failed New Jersey Utopia http://paleofuture.gizmodo.com/how-upton-sinclair-turned-the-jungle-into-...

 

Pizzitola, Louis. Hearst over Hollywood: Power, Passion and Propaganda in the Movies. https://books.google.ru/books?id=KM7ago9Wo3MC&pg=...

 

Roland, Zelda., The Socialist who Won a Democratic Primary and the Dirty Hollywood Politics That Sunk His Campaign. https://www.kcet.org/shows/lost-la/the-socialist-who-won...

 

Selfa, Lance. Upton Sinclair and the Democrats' dirty tricks. https://socialistworker.org/2016/04/25/upton-sinclair-and-the-democrat's-...

 

Sinclair, Upton. The Movies and Political Propaganda. http://xroads.virginia.edu/~ma01/white/antology/sinclair.html

 

 

 

(в начало)

 

 

 


Купить доступ ко всем публикациям журнала «Новая Литература» за март 2018 года в полном объёме за 197 руб.:
Банковская карта: Яндекс.деньги: Другие способы:
Наличные, баланс мобильного, Webmoney, QIWI, PayPal, Western Union, Карта Сбербанка РФ, безналичный платёж
После оплаты кнопкой кликните по ссылке:
«Вернуться на сайт магазина»
После оплаты другими способами сообщите нам реквизиты платежа и адрес этой страницы по e-mail: newlit@newlit.ru
Вы получите доступ к каждому произведению марта 2018 г. в отдельном файле в пяти вариантах: doc, fb2, pdf, rtf, txt.

 

Пользовательский поиск

Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на g+  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

06.12: Владислав Шамрай. Рождающая дождь (рассказ)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или Яндекс.Деньгами:


В данный момент ни на одно произведение не собрано средств.

Вы можете мгновенно изменить ситуацию кнопкой «Поддержать проект»




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за октябрь 2018 года

Купить все номера с 2015 года:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 



При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2018 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!