HTM
Номер журнала «Новая Литература» за март 2020 г.

Лачин

Открытие Иуды

Обсудить

Рассказ

 

соч. 48

 

Опубликовано редактором: Вероника Вебер, 19.07.2020
Иллюстрация. Название: «Размышление Иуды» (1880 г.). Автор: Жозе Феррас де Алмейда Жуниор. Источник: http://newlit.ru/

 

 

 

памяти Максимилиана Волошина

 

 

Творя добро, слыть дурным – царственно.

Марк Аврелий

 

 

 

 

 

 

1

 

И явился я на свет земной, без предречения архангела Гавриила, в череде визжащих красных комочков, что так щедро изрыгало чрево женщины, понёсшей меня. Но я один лишь выжил. Отец, как я его называл, торговал шерстью, чёрною, как моя доля – в Кериоте, южнее Хеврона, в каменистой пустыне Иудеи, где одни лишь пастухи пасут овец, чёрных, как шерсть в отцовской лавке и как доля моя. Так я прожил тридцать лет – без поклоненья пастухов и волхвов, и не споря с фарисеями.

Но вот, накануне праздника приношения дров, когда понёс народ в Иерусалим дрова для жертвенника, услыхал я от соседей: великий пророк восстал меж нами, то Мессия. И той же ночью был мне голос: иди за ним, должно предать его, дабы мукой своей искупил он грехи человеческие, нужен козёл искупления, стань им, выдай его за деньги, будь проклят людьми и отвержен от неба, такова воля моя. И страшно мне было той ночью. Но утром, оставив всё – мать с отцом, привычное место в лавке, соседскую дочь Эсфирь, чей зад с лицом мне снились не однажды, – я ушёл.

Вошёл в Иерусалим чрез Ессейские ворота, направился к храму, слепившему златым куполом каждого, кто воззрит на него. Нашёл во дворе иудеев место в тени крытой галереи, где пререкались раввины со свитками Закона, в окружении учеников и зевак. Спросил человека в полосатом кетонете, о чём спорят, он же ответил: галилейский пророк исцелил своим словом расслабленного, но чудо сие сотворено в субботу, и начальники ищут его, дабы убить, за то, что творит дела по субботам, и за то, что отцом своим называет бога.

В ту же минуту зашумела толпа народа, в притворе Соломоновом. Я подошёл и спросил было, о чём говорят, но тут же услышал голос: «Истинно говорю я вам, дела мои свидетельствуют обо мне...». Протиснувшись вперёд, увидел его. Высокий, прямой, лицом благообразен, в белом хитоне. И понял я, чьей жертвой быть мне предписано, но стоял спокойно, спокойно я глядел на него, в камень одев свои чувства.

 

 

2

 

И ходил я с ним, куда скажет, в полдень и ночью, томился под палящим солнцем и спал под пологом неба на симле, страшась завываний шакалов, под хохот гиен.

Пришли мы к озеру Генисаретскому, где теснило его народу множество, он же стал в лодку и говорил к ним. Ночью же поднялся на гору Карн-Хоттин для молитвы, а утром, обратившись к дожидавшимся, сказал, что изберёт двенадцать учеников. Выискивая желаемых в толпе, подзывал к себе. Вот уже одиннадцать встали вокруг него: Симон-Пётр из Вифсаиды, брат его Андрей, сыны Зеведея Иоанн и Иаков, мытарь из Капернаума Левий, сын Толомея из Каны Нафанаил, Филипп из Вифсаиды, бывший зелот Симон, прозванный «Близнецом» Фома, Иаков Алфеев и брат его Иуда Фаддей. И встретились мы глазами, впервые. Ничем не выдал он знания своего. И я не выдал. Не подозвал он меня, как прочих, только смотрел. И спокойно выйдя вперёд, встал я рядом – Иуда, сын Симона из Кериота, единственный не-галилеянин среди прочих, из страны Иудейской, нагорной.

Позже созвал он нас, сказал: ходите, проповедуйте, что приблизилось царство небесное, изгоняйте злых духов, исцеляйте немощных. Пошли по двое, я с Иоанном. Шли по селениям, благовествовали, изгоняли, исцеляли. Позже поплыли вместе чрез озеро Геннисаретское к Вифсаиде Юлииной. Там, видя множество народа, пришедшего из Капернаума, содеял он чудо, насытил толпу, умножив пять хлебов и двух рыб. И восклицали вокруг: истинно он пророк, царь Израилев! Лишь двое знали, чем всё кончится, и оба молчали: один чудотворил, хлеба умножая, другой молча на это смотрел.

После велел он нам плыть в Капернаум, сам же удалился для молитвы. Поплыли без него. На середине озера подул ветер, поднялась буря, и ивернем[1] волны швыряли лодчонку. Сменялись мы на вёслах, но волн, а не вёсел слушалась лодка. Вдруг выступил он из темноты силуэтом белым, сухой в мареве брызг, идущий по воде, как по тверди. И вскричали все от страха, думая, что это призрак, один я глядел молча. Он же сказал Петру: иди, не бойся. И узрели мы, что Пётр, перешагнув через борт, так же пошёл по воде, к нему. Молча дивились все этому чуду, лишь я вскричал, пав на дно лодки – ибо видел, каким я мог бы быть, как мог выглядеть, а ведь я того заслуживаю более, моею жертвой мир спасётся, и понимал я также, насколько тяжелее моя участь; а вокруг решили верно, что я кричу по той же причине, что они, и оттого мне было вдвое горше. Вдвоём вернулись они и вошли в лодку, пали все в смятеньи, и тогда я быстро поднялся, дабы не походить на них больше.

 

 

3

 

А далее был я спокоен, и не выказывал больше слабости, ни когда исцелил он прокажённого Симона, и сестра Симона Мария возлила нардовое миро ему на голову из сосуда алавастрового, ни когда вскричал он «выйди вон!» воскрешаемому Лазарю. Так я крепился, и если раз смалодушничал, то не перед людьми: выйдя из Вифании, коленопреклонился под звёздами и молил: «Пронеси мимо меня чашу сию! Пусть бичуют меня, коронуют терновым венцом, нагрузят крестом, и распнут посреди разбойников или пиратов – во сто крат легче сие, чем за вечную муку и жертву свою принять непонимание спасённых мною и незаслуженную ненависть вечную». Но ответилось мне: «Некому снести то, на что способен ты; Иисус – он даже в страхе пред временными муками будет так же молить меня на горе Гефсиманской, дабы остаться человеком обычным – а ведь он не худший из людей!».

И как узнал я, что он, кому неизмеримо легче, так же будет молить и плакать, презрение объяло меня, и было оно сильнее недавнего страха, вновь оделся в душе я камнем, тут же поднялся и побежал с горы Елеонской к Иерусалиму. Просил левитов сказать обо мне первосвященникам, Анне и Иосифу Каиафе. Провели меня в прихоромок, к начальникам храма, вышли они во главе с Каиафой. И с чувством безграничного отчаяния пред ликом судьбы своей, и полный безграничного презрения к тому, кто распнётся и вознесётся моими заслугами, я сказал: дайте денег, я укажу, когда Иисус Назареянин, искомый вами, будет один, и схватите вы его. Тяжелее всего было требовать за это деньги, и порою это мне кажется тяжелейшим ударом из перенесённых мною – что пришлось именно продать его, дабы гаже в глазах людских выглядеть. Переглянулись первосвященники, перешепнулись, перекивались. Вынес мне слуга кошелёк. Тридцать тирских шекелей мне отмерили – цену раба, цену предстоящих мне адских мук.

На следующий день, как возлегли мы есть пасху в Верхнем городе, в доме Марка, ученика из семидесяти, сказал он: один из вас предаст меня. И вопрошали все в страхе: «не я ли?». Он же благословил и преломил хлеб, обмакнул кусок в соль и подал мне, сказавши: «что делаешь, делай скорее». Так я единый принял причащенье солью, а не хлебом с вином, как приносящий себя в наибольшую жертву. Был он бледен, и я понял: жаждет он скорейшего завершения своих мук, оттого и начать их хочет быстрее. А мне-то предстояли муки вечные, мне хотелось оттянуть их, возлегая в уюте. Но по причине малодушного нетерпения его должен я оторваться от стола, погрузиться в чёрную вечность. И вновь меня охватило презрение, я и сам теперь не хотел есть вместе с ним, бросил на стол поданный кусок, встал и вышел, сжимая в кармане мерзкий кошелёк.

 

 

4

 

Знал я, что он в Гефсимании, не раз ночевали мы там в роще маслин и смоковниц, и гроте, бывшем раннее масличной давильней; верно, там и молился он пронести мимо него чашу его – чашу, о коей я тщетно молил. Туда и привёл я легионеров, старейшин народных, начальников храма и слуг первосвященнических. Пришлось мне пройти к нему, дабы поцеловать приветственно, подавая знак остальным. И насколько был он понурым на тайной вечере, настолько же был теперь радостен – крестный путь его уже начинается, а значит, закончится вскоре, с воскрешением и восславлением. Начинается и мой, и ему не будет конца. И в третий раз охватило меня презрение, и было оно сильнее, чем при первом приступе его и даже втором – ибо впервые запрезирал я его, сидя один под звёздами, презираемого не видя, во второй раз возлежали мы за столом, и я видел его, что усилило чувства мои, сейчас же пришлось приблизиться к нему вплотную. Приобнять. Меня мутило. Это было наибольшим моим земным испытанием, запредельного усилия потребовавшим. И, пересилив себя, я поцеловал его.

И всё – всё было кончено мною, со мною тоже, и чуть позже швырнул я под ноги первосвященникам постылый кошелёк, и ушёл, убежал, а когда поутру вострубили троекратно в трубы серебряные левиты во храме, поднялся на гору Скопус, присмотрел смоковницу иссохшую, ветви над обрывом простёршую, сделал петлю из пояса, закрепил на суку, сунул голову в петлю – и тут вдруг понял, кто я, кто истинный сын божий, Спаситель, агнец божий, искупляющий все грехи человечества, а кто будет лишь играть его роль для неразумной толпы – и шагнул в пустоту, в чёрную вечность, без воскрешения, явления ученикам и вознесения, искупать грехи людские муками адскими, да, быть воскрешённым некрасиво, вознесённым – особенно, но я знаю, что лучшие умом и справедливые сердцем поймут, кто Спаситель, кто достойнее вёл себя в данной истории. А большего мне и не надо.

 

 

 



 

[1] И́верень – осколок (устар.).

 

 

 


Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

10.10: Николай Пантелеев. Фразеологический кукан 7 (критическая заметка)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или сразу отправить журналу 500 руб.:

- с вашего яндекс-кошелька:


- с вашей банковской карты:


- с телефона Билайн, МТС, Tele2:




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература» (без рекламы):

Номер журнала «Новая Литература» за март 2020 года

Все номера с 2015 года (без рекламы):
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 

При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2020 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!