HTM
Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2017 г.

Станислав Лем

Молох

Обсудить

Цитаты из книги

 

Перевод с польского – В. И. Язневич

 

Отбор цитат – Игорь Якушко

 

От составителя:

 

В книгу «Молох» выдающегося польского писателя-фантаста Станислава Лема (1921–2006) вошли его работы, не имеющие к художественной литературе никакого отношения. Но именно создателям художественной литературы во многом она и адресована. Сборниками эссе и статей «Тайна китайской комнаты» (1996), «Мегабитовая бомба» (1999), «Мгновение» (2000), составившими книгу, писатель завершил свой творческий путь, оставив нам наследие острых, полемических и злободневных наблюдений и умозаключений. Сборником этих цитат мне хотелось бы обратить внимание всех, кто не знаком с Лемом-философом, Лемом-футурологом, Лемом-эссеистом, на проблематику, затронутую мыслителем. Уверен, что знакомство с этими цитатами будет интересно всем, кто задумывается о ближайшем будущем человечества и не может найти ответов на теснящиеся в голове вопросы. Ну, а если выбранные мною мысли покажутся вам заслуживающими внимания и развития, тогда, безусловно, вам стоит познакомиться и со всей книгой.

 

Опубликовано редактором: Вероника Вебер, 15.11.2012
Иллюстрация. Название: "XYZ". Автор: Repkina Valentina. Источник: http://www.photosight.ru/photos/4632696/

 

 

 

 

*   *   *

 

…излишек точности, то есть желание добраться до абсолютно точного языкового описания понятий, ведёт в формальные системы, после чего мы падаем в страшную бездну, открытую Куртом Гёделем.

 

 

*   *   *

 

Тот, кто не пробовал кого-нибудь сожрать и не пытался противостоять пожиранию его другими в ходе миллиарднолетних эволюционных процессов, исчез; и только успешно поедающие и успешно убегающие остались жить.

 

 

*   *   *

 

Я опубликовал этот прогноз (может, это и глупо, скорее всего, так оно и есть) в Германии, в одной антологии SF, и убедился в том, о чём позже и в других статьях также писал: если кто-то на самом деле желает скрыть от всего мира какую-то информацию (в данном случае прогноз) так, чтобы она была спрятана наилучшим образом от всех глаз, то не в несгораемых шкафах, не в сейфах, не за шифрами, не закапыванием в полночь на кладбище следует её прятать – достаточно опубликовать её даже миллионным тиражом в качестве Science Fiction, и в таком виде её сам чёрт не найдёт, и она будет скрыта самым надёжнейшим способом.

 

 

*   *   *

 

…человек, который бы изобрёл (синтезировал) препараты, которые, не будучи наркотиками, дадут возможность «химического управления содержанием выбранного сна», за короткое время заработал бы миллиарды.

 

 

*   *   *

 

Необъективность не должна вытекать из предпочтения (что касается качества), она вытекает из предоставления разнообразного веса противоречащим себе звеньям альтернатив.

 

 

*   *   *

 

Математик знает не только бесконечности и трансфинитности, но также и отрицательные вероятности. Если нечто должно произойти наверное, его вероятность равна единице. Если же явление совсем не может произойти, она равна нулю. Оказывается, что может случиться нечто меньшее, чем просто не наступление события.

 

 

*   *   *

 

Математика говорит о мире (то есть старается говорить) больше, чем можно о нём сказать, и это в настоящее время приносит науке много беспокойств, которые, безусловно, будут, в конце концов, преодолены. (…) Но тогда будет признана устаревшей только современная квантовая механика. Матричное исчисление не устареет, ибо эмпирические системы утрачивают свою актуальность, математические же – никогда. Их бессмертие – в их «пустоте».

 

 

*   *   *

 

Где нет человека – нет никакого намерения, понимаемого как такое желание, от которого можно было бы отказаться: намерения без его сознательного приятия не существует в природе.

 

 

*   *   *

 

Итак, если произведение начинается словами (у Лесьмяна в «Пане Блышчинском») «Снился сад», то мы УЖЕ имеем дело с полиинтерпретационной метафорой, а кто согласия на противодословность такого элементарного сказуемого не даёт, тот на читателя поэзии (лесьмяновской) не тянет.

 

 

*   *   *

 

В конце века подал голос атавизм, парадоксально усиленный визуальными средствами массовой информации (особенно телевидением). В них львиную часть программного времени во всём мире занимают те действия человека, которые подчиняются не столько мозгу, сколько мозжечку (Cerebellum). Будет ли это спорт во всех его видах: ездовых или атлетических, или бокс, или теннис, или футбол, или соревнования по танцам, или демонстрация мускулатуры культуристами, или гимнастика, или акробатика, или искусство фокусника, или карате – все они создают набор, подверженный сильной регуляции, синхронизации и контролю мозжечком с точки зрения огромного количества степеней свободы, коей наделено тело человека.

 

 

*   *   *

 

Может быть, так попросту бывает потому, что для тех, кто ничего позитивного создавать не умеет, уничтожение представляет замену творчества.

 

 

*   *   *

 

Время, когда ребята с ловкими пальцами умели, перехитрив все защитные «стены», проскользнуть в центр генеральных штабов, то есть в центр управления концом света во мраке ядерной зимы, это время ещё совсем не прошло.

 

 

*   *   *

 

Мозг ЯВЛЯЕТСЯ территорией противоречивой работы, излишек концентрации на задаче может затруднять её решение так же, как и недостаток. Всё это показывает, что универсальной технологии для BRAIN CHIPS, скорее всего, НЕ будет.

 

 

*   *   *

 

Было время, когда теория вероятностей считалась бедным родственником, просто подкидышем, который был гнусно подброшен математике исследователями азартных игр. Сегодня же теория вероятностей в почёте, и мы понемногу начинаем узнавать, какую роль вероятность сыграла при зарождении жизни на Земле… и придала этой жизни в её простейших бактерийных формах такую устойчивость, благодаря которой из каждого найденного медициной препятствия эта жизнь выйдет невредимой… что вынудит нас к продолжению битвы с болезнями.

 

 

*   *   *

 

Как известно, благодаря хлорофиллу это могут растения, могли это до растений синие водоросли, но процесс выхватывания квантов солнечной радиации так сложно сконструирован, что – как я думаю – уже более правдоподобным оказалось бы открытие на поверхности какой-нибудь мёртвой планеты, например, Марса, автомобиля, который «как-то сам себя выкристаллизовал из залежей железной руды».

 

 

*   *   *

 

Тот факт, что на склоне моей жизни «фантоматика» начала реализовываться как «виртуальная действительность», то, что мои дерзости, отражающие надежды и угрозы ГЕННОЙ ИНЖЕНЕРИИ, также попали на полосы ежедневных газет, не только не придал мне смелости, а, наоборот, поразил, лишил уверенности и сделал более осторожным в каждой попытке прогнозирования, поскольку польза, получаемая людьми от этих достижений, которые перестают быть фантазиями и иллюзиями, эта польза кажется мне всё более подшитой примитивизмом дешёвого развлечения и порождённой то ли коммерциализацией, то ли ЗЛОМ, стремящимся к власти.

 

 

*   *   *

 

Однако поскольку велосипеды созданы не «по образцу страуса», а самолёты – не по образцу птиц (в отличие от орнитоптеров, над которыми напрасно трудились в XIX веке), а лошадь не удалось смоделировать при помощи какого-нибудь «педипулятора», мне казалось, что желание повторить в электронном материале человеческий мозг с его эмоциональной жизнью, с его сознанием и подсознанием было всегда немного «на вырост» и следовало из нашего слишком хорошего мнения о человеческом мозге: что будто бы ничего не может быть разумно ИНАЧЕ, разумно БОЛЕЕ, «осмысленно безрассудно», что никто не может ни в какой области равняться с человеком или моделировать хотя бы некоторые из его функций.

 

 

*   *   *

 

То, что человек не является «машиной для ничего», ибо изобрёл свою прометеевскую и фаустовскую основу, объясняется тем, что мы покинули страну естественной эволюции и благодаря разуму должны жить и выживать «по собственной инициативе».

 

 

*   *   *

 

Различие между интеллектом и инстинктом в том, что интеллект может сам программироваться и перепрограммироваться, инстинктам же этого не дано.

 

 

*   *   *

 

Из алфавита можно сложить как незатейливые стишки, так и шекспировские драмы и трагедии. Видимо, уже необратимо оказались мы на этой дороге, и тем самым приближается день, когда мы овладеем уже не кратчайшей геометрией коммивояжёров и не обеспечением экономизации авиационных компаний, а способностью строительства живых организмов. Что с этой способностью сможет сделать человек – такой вопрос следует оставить без ответа из-за опасений, которые приходят в голову, когда мы желаем найти на него ответ.

 

 

*   *   *

 

Считаю открытия, сделанные благодаря генетике, так же, как и открытия дирижёрских генов (HOX), важнейшими шагами, которые были сделаны в области биологии в двадцатом веке. Технологии, рождённые жизнью и имеющие внебиологическую применимость, я всегда считал совершенными SUI GENERIS, и поэтому в глуши шестидесятых годов тщетно писал о том, как много пользы (и как ужасно много опасностей) станет нашим трофеем, когда выйдем из области жизни, применяя подсмотренные у жизни инструменты и стратегии, в человеческий мир. Думал и о том, что эффекты, порождённые этим, может быть, окажутся и нечеловеческими, но чрезмерно и не предостерегал, успокоенный тем, что когда я вещал о добре или зле, никто меня не слушал.

 

 

*   *   *

 

Парадокс человечности состоит в том, что биологическое несовершенство принуждает человека создавать культуру, и культура, возникнув, тут же начинает ценностно дифференцировать человеческую биологию. Одни части тела она размещает на шкале оценок выше, другие – ниже; одним функциям приписывает достоинство и благородство, другие лишает их. Нет культуры, которая бы антропогенетически данное человеку строение принимала «демократично», равно, без каких бы то ни было замечаний, то есть, которая тем самым приняла бы человека как данного в недоочерченности, коя должна быть дополнена. Каждая культура формирует и дополняет человека, но не в соответствии с фактическим состоянием, ибо она не признаётся в собственных изобретениях, решениях и перечне той их произвольности, которую обнаруживает лишь антропология, когда изучает весь комплекс культур, возникших в истории. Каждая культура настаивает на своей исключительности и необходимости и именно так создаёт свой идеал человека. Так вот, с этим идеалом человеку не всегда бывает удобно. С явлением «неприспособленности» чрезвычайно трудно себя отождествить, поскольку оно имеет возвратно-круговой характер: совершенствуя себя или «доочерчивая», «доопределяя», человек одновременно перемещает собственную природу в направлении, характерном для данной культуры. И поэтому становится должником её идеала, неполностью платёжеспособным. Но переместившись в установленном культурой направлении, человек оттуда видит себя почти с религиозной точки зрения и с перспективы обычаев и норм, то есть не как некую материальную систему и не как недопрограммированный гомеостат, но как существо, подчинённое аксиологическим градиентам. Он сам придумал для себя эти градиенты. Потому что какие-то изобрести должен был, а теперь они его формируют уже в соответствии с логикой, присущей их структуре, а не структуре склонностей и пристрастий».

 

 

*   *   *

 

Дело в том, что предъязыковое психосоциальное состояние переходит в языковое «способами», нам полностью неизвестными. Разумеется, сразу найдутся такие усердные люди, которые элементарную сигнальность квазиязыка жестов (например, шимпанзе) примут УЖЕ за превосходную пищу для культуры, стало быть, и для её моделирования, тем более что системное, стадное поведение можно (и это делается повсеместно) отождествлять с культурным. Но тогда не только дельфины и обезьяны, не только гамадрилы, не только голуби и аисты ведут себя «культурно», что может быть видно по их брачным танцам. Если имеется открытый мешок, то что-нибудь или даже всё можно в него насыпать. Культура человека во всех своих разновидностях, как синхронных, так и диахроничных, ЕСТЬ, в конце концов, некое производное биологии человека, так как если бы мы летали, как ангелы, тогда бы это физиолого-анатомическое свойство каким-то образом, очевидно, отразилось бы в культурах. А если бы мы жили под водой наподобие касаток, то это тоже бы внесло изменения в наше культурное развитие. Однако раз уж мы построены и функционируем так, как «каждый видит», то антропогенетически изменчивое культурное производство (наше) зависит от языка (так как язык является проводником множества мозговых процессов) и в какой-то мере от нашей по-обезьяньи зрительной специализации: потому что мы были зрителями ещё до того, как стали собеседниками…

 

 

*   *   *

 

Жертвоприношения, грубо говоря, являются следствием убеждения, что божества, покровительствующие миру, являются коррумпированными (продажными) для всех вер и только в отдельных из них приобретают различную существенную и литургическую форму. Каждая вера имеет что-то для высказывания в области этики и морали, но не каждая вера обещает в качестве поощрения за достойное поведение трансцендентальные блага. Как эти и многие другие функции можно моделировать В ВОЗНИКНОВЕНИИ КУЛЬТУРЫ, я не имею понятия, а читая трактаты американцев, не могу надивиться наивности их капиталистическо-рыночного прагматизма, бьющего поклоны компьютерам. Речь не о том, что намерения их невыполнимы, как до сих пор неосвоенный кусок эмпирического континента, а речь только о том, что, берясь за создание океана из мятного чая и «моделируя появление культуры», они считают, что этим будут научно продолжать и закреплять человеческий опыт. Это вредное ребячество, особенно в нашем заканчивающемся столетии смешения языков, разумов, голов, это достойные Питера Пэна полёты на стиральной доске как суперсамолёте XXI века. Как видно, к сожалению, нашествие глупости универсально, и в этом веке вовсе не было заторможено. Скорее я бы сказал, что метастазы познавательного оптимизма, идущие в ближайшее будущее, не могут принести удовлетворения…

 

 

*   *   *

 

Так, Дэвид Дж. Стенг, руководитель фирмы «Norman Data Defense System», специализирующейся на обнаружении и защите от компьютерных вирусов, сказал в интервью, что «эту войну мы уже проиграли». Сказал, что между специалистами в программировании все более новых и все лучше «маскирующихся» вирусов и специалистами антивирусной защиты идет битва, в которой эти первые уже сверху. Хотя каким-либо экспертом ни по компьютерным вирусам, ни по антивирусным «фильтрам» не являюсь, но ещё раньше, как только появились первые прогнозы и восторги по поводу развития Интернета, я именно такой тип сражений предвидел, и не потому, что будто бы был ясновидящим футурологом, а просто благодаря более или менее хорошему знанию человеческой природы. Если можно что-либо испоганить, испортить, фальсифицировать, украсть, растратить, кого-либо обмануть, оставить с носом, то совершенно независимо от того, принесет ли такая деятельность деструктивного и вредительского характера пользу «активисту зла» или он получит только нематериальное удовлетворение от того, что перехитрил системы защиты, что уничтожил без личной прибыли то, что было ценным для другого, можно со стопроцентной уверенностью признать, что в новых формах, новой технологии, борьба Аримана с Ормуздом, зла с добром будет продолжаться. И это так, потому что так было всегда, потому что самолёты, кроме парашютистов, сбрасывали бомбы, потому что атомная энергия «ярче тысячи солнц» известно как была применена, потому что так нужный медицине рентген в Освенциме применялся немцами для убийства плода беременных женщин, и так далее, и так далее – от начала человеческого мира.

 

 

*   *   *

 

Слишком преждевременно мы короновались, вряд ли мы готовы принять Корону Творения: надо бы подождать хотя бы лет сто, чтобы убедиться в том, что мы действительно кое-что знаем, что мы способны исполнять surfing в кибернетическом пространстве (Cyberspace) от полюса до полюса и что сеть не разъест наши Рынки…

 

 

*   *   *

 

Преодоление сложности является ценой, которую мы платим и вынуждены будем платить за «прогресс», так как сам мир таким создан и таким нам дан.

 

 

*   *   *

 

…создать искусственный интеллект – значит создать и поле свободы для творчества.

 

 

*   *   *

 

Мы ещё находимся внутри «галактики Гутенберга», но маленькая (пятилетняя) американка, которая спрашивает отца, «что это такое – энциклопедия», а отец показывает ей статью и картинку с птицами в открытом томе, и тогда девочка говорит: «Ах, понимаю, это как в CD-ROM’е» (потому что она уже знает или понимает, что этих птиц и такие картинки, даже движущиеся, она видела на мониторе компьютера, показывающего фрагмент энциклопедии для детей), – эта малышка уже почти удаляется из «галактики Гутенберга». Она уже находится на пороге информационного столетия, этого XXI века, и толстые тома словарей уже являются для неё чем-то не очень понятным, не очень разумным, примерно тем же, чем баллиста для современного артиллериста. Можно ещё понять, но… это уже уходит в невозвратное и несущественное, вплоть до непонимания, прошлое.

 

 

*   *   *

 

Я обсуждал различные этические вопросы, но не хотел вдаваться в возможность рыночного использования секвенции кодонов. Но сейчас, когда эта «рыночность» в США стала реальностью, я не должен прикидываться дураком: уже произошло то, чего я опасался, и моё умолчание не имело большого смысла, ибо в процессе познания часто прибегают к скальпелю… Иначе говоря, если кто-либо заметит что-то раньше других, но не захочет заявить об этом во всеуслышание, потому что посчитает замеченное in spe вредным, ему ничто не поможет, поскольку наука – автокаталитический процесс, и если не он, то кто-либо другой добьётся того же.

 

 

*   *   *

 

В определённом, но только в определённом, узком смысле связано это с тем, что а) получившие зрение слепые от рождения (как было сказано выше) ничего не видят и впоследствии, то есть не способны автоматически и внесознательно совершить мозговые операции, свойственные здоровым людям и дающие возможность «видеть»; б) развивающиеся без контактов с нормальной человеческой средой дети где-то после 7–9 лет не в состоянии научиться разговору: они остаются почти немыми и не понимают того, что им говорят; и так далее. Значительная часть мозговых модулей, связанная с жизненными процессами (функциями) организма, в вышеназванных контактах с окружением не нуждается (мочеиспусканию и испражнению не надо учиться: мы учимся только обстоятельствам и способам, какими это следует делать, потому что в гостиной никто не спускает штаны, чтобы облегчиться). Однако же без обучения, без тренировки мозг не в состоянии достичь нормальной средней способности. Тогда было бы странным ожидать возникновения аналогичных или, по крайней мере, подобных способностей в результате соответствующего программирования компьютера, хотя бы он и весил сто тонн.

 

 

*   *   *

 

Повсеместно известно такое явление, как рассеянность, которое обоснованно или необоснованно приписывается не только пожилым людям, но и учёным, особенно мыслителям, погружённым в медитацию. Такой человек может совершать различные действия автоматически, то есть бессознательно. Они могут, но не должны быть целенаправленными или бессмысленными (например, я кладу грязную рубашку в морозилку вместо стиральной машины). Осознанные post factum, они часто вызывают смех. Рассеянным может быть только существо, наделённое интеллектом! Нет «рассеянных» мух или пчёл. Это вытекает из высшей сложности интеллектуальных способностей, но, с другой стороны, нет глупых муравьёв или тараканов, а от глупых людей в глазах рябит. Остаётся надежда, что, прежде чем создать искусственный интеллект, нам удастся сконструировать систему, наделённую значительной глупостью, но в этом я не совсем уверен…

 

 

*   *   *

 

Конгресс США принял Indecency Act, закон, наказывающий за распространение в Сети всякого рода непристойностей, а точнее говоря, порнографии, но Верховный Суд признал этот закон недопустимым, так как он противоречит первой поправке (First Amendment) к Конституции США, которая гарантирует свободу слова и изображения. Я на стороне этой поправки, хотя очень хорошо отдаю себе отчёт в её небезопасных последствиях: если всё можно, то педофилические действия и изображения не должны запрещаться, но молодым умам они могут нанести значительный вред. Вместе с тем я разделяю мнение американского публициста, который, будучи рассержен назойливой агрессивностью антипорнографистов, написал, что ещё ни один типично порнографический текст или изображение никого не привели к смерти, никого не склонили к убийству, вместе с тем к актам насилия и к преступлениям достаточно определённо склоняет до 90% мирового телевещания. Благодаря телевидению повсеместно известно, каким образом можно похищать людей (лучше всего детей, женщин), связывать их, держать в заключении, использовать к собственной выгоде, бить, истязать, подвергать страшному воздействию огня, мора, воды, ставить им ловушки, демонстрировать в зрелищах; известно, что преступниками и похитителями бывают и судьи, и полицейские, и шерифы, что красивых и с виду невинных девушек можно научить пользоваться оружием, наручниками, пуленепробиваемыми жилетами: все это вместе взятое я также считаю настоящей порнографией, и на неё нет никакого закона и никакой управы.

 

 

*   *   *

 

Мы не умеем инженерно подражать тому, что не следует из результатов исследования конструкции! Мы не знаем, ни как и откуда берётся сознание, ни где рождаются наши мысли, ни как понятия превращаются в предложения языка, но скромные попытки механизации вместе с усилиями обучения машины печатанию диктуемого текста дают такие результаты, что рентгенолог предпочитает сам (или диктуя стенографистке) делать описание рентгеновского снимка, чем потом исправлять текст, напечатанный компьютером с самой лучшей программой. Это так, но это совсем не означает, что так должно быть. Уже были отрасли во главе с атомной физикой, в которых теоретический скачок через невежество, невозможный путём малых шажков, оказался и возможным и необходимым – и дело дошло до желаемых, и нежеланных успехов.

 

 

*   *   *

 

Почему я смею считать управляемые извне ограничители скорости, либо «предотвращатели» проноса в самолёты оружия (металла) в аэропортах («ворота» на таможне), или «запрещатели» поездки пьяного водителя «предвестниками» «этикосферы»? Да потому, что повсеместно нас без нашего согласия начинают окружать устройства, ограничивающие личную свободу и при этом подменяющие индивидуальную ответственность за поступки. Мы постепенно попадаем под опеку компьютерных систем, которые мнимо увеличивают радиус действия свободы, а в сущности (будто бы для нашего благополучия) – её ограничивают.

 

 

*   *   *

 

С разумом дело обстоит так же, как со «временем», о котором святой Августин говорил, что знал, что такое время, до тех пор, пока его кто-то об этом не спросил.

 

 

*   *   *

 

…возможно неумное сознание, но невозможен бессознательный интеллект.

 

 

*   *   *

 

Сознание не является, как можно было бы подумать, некоей «вещью», оно является процессом, создаваемым работой других, НЕсознательных процессов. Наше неведение, то есть незнание того, на какие взаимодействующие и созидательные «опоры» насажено наше сознание, является результатом действия эволюционного (антропогенетического) процесса, который убирал из нашего понимания всё то в действиях тела, что не служило эффективному выживанию (и, естественно, жизни). Мы перевариваем пищу, хотя если мы не учёные, то не знаем, каким образом мы её перевариваем. И т. д. Можно также сравнить сознание с ветром, о котором можно сказать, что он дует, но нет смысла спрашивать, где ветер, когда он не дует. Сознание, как и ветер, нельзя заключить в колбу. Функция (действие) с характерной динамикой и сложностью является процессом, а не предметом.

 

 

*   *   *

 

Как каждая новая, повсеместно доступная инновация, проникновение в глубь Сети может привести пользователя к маниакальной зависимости, что и происходит в действительности. Не вставая с кресла перед компьютером, можно потерять имущество в виртуальном казино или на бирже. Действительность так устроена, что обратные эффекты, то есть получение имущества указанным способом, менее правдоподобны.

 

 

*   *   *

 

Сознание является не технологической проблемой, так как конструктора не интересует, чувствует ли машина, а только интересует, действует ли она. Таким образом, «технология сознания» может появиться только «мимоходом»: вдруг окажется, что определённый класс кибернетических машин обладает субъективным миром психических переживаний.

 

 

*   *   *

 

…если ад существует, то он наверняка компьютеризован.

 

 

*   *   *

 

Будущее всегда выглядит иначе, чем мы способны его себе вообразить.

 

 

*   *   *

 

Идеи, направленные к милитаризму и к исходящим из космоса угрозам нашей планете, а также панроботизационные пророчества вдалбливаются нам через глаза в головы, подобно тому, как корма впихиваются в туши несчастных гусей: им – чтобы печень подверглась патологическому ожирению, нам – чтобы посмотрели, приобрели, прочитали и поверили.

 

 

*   *   *

 

Если можно ВСЁ представить как искусство, то искусство уже нигде нельзя будет найти.

 

 

*   *   *

 

XXI век будет иным, чем его многочисленные предвидения, украшенные жемчужинами удивительных идей. Возможно, он будет более жестоким по сравнению с нашим кровавым столетием. То, что изначально глобально, плохо подлежит предсказаниям (как распад СССР, триумф биотехнологии или объединение в сеть всей связи мира). Может быть, мир действительно не имеет края, но мы сами пропасть, а поэтому край создадим.

 

 

*   *   *

 

Детальное предвидение просто невозможно.

 

 

*   *   *

 

Любителей и энтузиастов создания искусственного разума ждёт долгая дорога, полная преград и ловушек.

 

 

*   *   *

 

…всё значительно сложнее, чем способен понять разум человека, который, сторонясь экспериментальной науки, мечтает скрыться в царстве философского размышления.

 

 

*   *   *

 

Даже небольшой прогресс в каждой области открывает перед нами огромное и до сих пор необозримое пространство нашего невежества.

 

 

*   *   *

 

Смертность – это, несомненно, доминирующая проблема человечества, решая которую, наш мозг развился даже до способности к самосозерцанию.

 

 

*   *   *

 

Чтобы продлить, а может, даже и повторить человеческую жизнь, следовало бы изменить биологическую динамику таким образом, чтобы она стала обратимой. Следует, однако, учесть, что смерть, будучи гибелью индивидуума каждого вида, одновременно является мотором, приводящим в движение эволюцию. Если бы не было смерти, никто, а скорее ничто, кроме бактерий, не могло бы населять Землю.

 

 

*   *   *

 

В многочисленных журналах от посредников науки, живущих тем, что им удается раздуть небольшие успехи учёных до размеров хорошо продаваемой сенсации, мы видим прежде всего меркантильную и коммерческую стороны ожесточённой битвы за известность. Такого рода прогнозы являются обычной рекламой, которую можно было бы саркастически сравнить с кладбищем. Как известно, на надгробиях обычны похвалы, причисляющие умерших к авангарду рода человеческого.

 

 

*   *   *

 

…созидание в космосе детерминировано деструкцией.

 

 

*   *   *

 

Если бы мы должны были решиться на небожественное создание разумных существ, опекаемых созидающей волей, лишённой зла, то следовало бы просто заменить то эволюционное древо, из ветви которого мы выросли, каким-то абсолютно другим, и сотни миллионов лет ждать почти райского плодосбора разума.

 

 

*   *   *

 

Однако мне кажется, что было бы лучше, если бы мы существовали в космосе одни. Это потому, как я считаю, что худшее состояние, чем человеческое поведение, уже недостижимо. Людоедство, которое стояло у колыбели нашего вида, о чём свидетельствуют длинные кости неандертальцев, расколотые кремнями, не было ни первой, ни последней порочной активностью пралюдей. Поэтому становится понятным такое проявление человеческого творчества, как отправка в космос устройств военного назначения или средств массового убийства.

 

 

*   *   *

 

…на мой взгляд жизнь – это некая форма существования облачённой в тело информации.

 

 

*   *   *

 

Конструкторы имеют то преимущество перед философами, что, кроме своих многочисленных поражений и неудач, могут показать и свои успехи.

 

 

*   *   *

 

Глобализация есть не что иное, как ограничение суверенитета отдельных государств для защиты их от серьёзных катастроф, перенаправление которых одними обществами на другие является любимой забавой людей, особенно находящихся у власти, поэтому необходимость во всемирном правительстве будет возрастать.

 

 

*   *   *

 

Может быть, главная трудность познания сводится к тому, что человеческий разум охватывается сознанием и (что особенно проявляется у творцов, но в некоторой мере и у всех людей) уступает на пороге сознания визуализации или вербализации, после чего только на следующем этапе умственной деятельности оказывается введённым в поле сознания. Я не знаю, являюсь ли я характерным примером, но большинство моих беллетристических произведений писались в этом понимании «сами», я писал, не зная заранее ни сюжетной схемы, ни её узловых мест, ни, в конце концов, финала. Таким образом, я писал как будто диктант, и то, что я написал, было мне продиктовано такими функциональными сферами моего мозга, к которым я не имею никакого интроспективного входа.

 

 

*   *   *

 

Можно допустить, что все люди обладают сознанием, но это вовсе не означает, что все они отдают себе в этом отчёт.

 

 

*   *   *

 

…конструктора интересует не то, есть ли сознание у машины, а лишь то, правильно ли она функционирует.

 

 

*   *   *

 

В сопоставлении с колоссальным разнообразием биологических форм любые метафоры должны хромать…

 

 

*   *   *

 

Электронная паутина, всё гуще оплетающая нашу планету, не может заменить интеллект. Впрочем, мне кажется, что даже если бы могла, это бы не пошло нам на пользу, поскольку так же, как прототип автомобиля породил тысячи разновидностей, называемых марками, так и прототип интеллекта должен был бы разделиться на множество отличающихся друг от друга разумов, которые могли бы не только взять нас под опеку, но и направить на не слишком заманчивые пути развития.

 

 

*   *   *

 

Все технократические и технофилические искусства, которыми приманивают нас сегодняшние производители и футурологи, готовые на всё, чтобы объединить всевозможные виды электронной и электромагнетической связи, чтобы их резервуары разместить на околоземных орбитах и посылать потоки импульсов, демонстрирующих образы и сюжеты всё более тривиальные, всё в большей степени ориентированные на образованность людей, на их согласие на добровольное принуждение, и вместе с тем заговаривание масс (преимущественно скучающих) обещаниями светлого будущего, чары которого будут прямо пропорциональны количеству ретрансляторов, программ, кабелей, так же как и космических передатчиков… – всё это вместе мне явно указывает на прибыль, которую люди получают от всяких инноваций, тем самым расширяя и делая универсальным всеобщее господство идеи потребления.

 

 

*   *   *

 

Я боялся шестимиллиардного человечества, поскольку лишь на острове Робинзона Крузо смерть одного человека означала конец света. Не вызывает сомнения, что ценность и важность индивидуального существования обратно пропорциональны числу живущих.

 

 

*   *   *

 

И так как кроме коммунистов, больных историческим материализмом, и поддерживающих их так называемых безвредных идиотов в эту понимаемую с телеологической точки зрения дорогу вперёд ко всеобщему прогрессу человечества поверили только особы очень малограмотные и молодые, всю эту болтовню вокруг якобы исторически обусловленной прогрессии бытия нашего мира следует мокрой губкой стереть с доски.

 

 

*   *   *

 

В конце двадцатого века следует признать, что человечество никогда не задержится в каком-либо стабильном состоянии. Мы приближаемся к пределу ядерных безумств, вступая в фазу безумств в области связи. Человечество охотно совершает бессмысленные действия, демонстрируя усиливающийся аппетит по отношению к различным жестокостям, а технологии повсеместно с возрастающим успехом применяются как инструмент для вламывания туда, куда нельзя. Из множества книг, описывающих жизненные пути крупнейших учёных, я, как правило, узнавал, что они использовались как тягловая сила цивилизации, их работа часто плохо оплачивалась, они сами, пожалуй, с охотой подчинялись ведущим политикам своих времён, отчасти руководствуясь амбициями, отчасти же просто прельстившись возможностью применить свои незаурядные способности, которые регулярно, вскоре после достижения результатов, дегенерировали (в результате противоречивых действий влиятельных руководителей) в землечерпалки или же другие копалки массовых гробниц. Если они приносили миру добро, то силы, которыми они не управляли, преимущественно превращали его во зло.

 

 

*   *   *

 

Сейчас в биологии преобладает чувство триумфа, вызванное декодированием нуклеотидного состава одной из первых хромосом человеческого генома. Это приблизительно то же самое, что распознать и разложить на отдельные ноты первую страницу партитуры Девятой симфонии Бетховена.

 

 

*   *   *

 

Свобода не означает использования возможностей удовлетворения справедливо ощущаемых потребностей, поскольку потребности эти нам зачастую внушаются и навязываются анонимными группами крупных инвесторов мирового капитала.

 

 

*   *   *

 

Каждый естественно возникший биоценоз стремится к сохранению динамического равновесия также и ценой вымирания, и возникновения создающих его живых видов. Все эти виды являются, если рассматривать их по отдельности, ценностями второстепенными, преходящими, а постоянным остаётся только приспособленческое упорство, установленное жизнью в отношении к изменчивым во времени и пространстве нарушениям. Ясно, что эту главную задачу биоценоза придётся модифицировать, если для нас не безразлично, какие виды растут, а какие исчезают. Каждая такая модификация раскроет, однако, недостаточную выполнимость всего, что хочется. Даже если бы всё было возможно, то не одновременно. Явление, которое называют историческим прогрессом, создает конфликты и, ликвидируя их, порождает новые, а людям, живущим в данную историческую минуту, этот процесс может казаться фатальной и даже неустранимой угрозой.

 

 

*   *   *

 

Мысль, направленная в будущее, – это как взгляд, брошенный вдаль: может заметить затуманенные, непонятные формы, неизвестно, гор, или скал, или только низких облаков.

 

 

*   *   *

 

…чем более детален прогноз, тем легче он поддаётся безапелляционным фальсификациям.

 

 

*   *   *

 

Каждый автор прогнозов является самозванцем, а если его читают и цитируют с кафедр, то он становится профессионалом даже тогда, когда он полностью ошибается.

 

 

*   *   *

 

Работа писателя состоит не только в том, чтобы выбирать из головы и из мира только значительные и хорошие дела, и поэтому биотехнический перелом я посчитал неизбежным и эту тематику разработал, как мог.

 

 

*   *   *

 

«Вначале было слово» – эту фразу мы хорошо знаем. В области естественной эволюции она также имеет смысл: имеется в виду слово, сложенное из биохимических букв. На Земле более пяти тысяч языков, часть из них сформировала письменность. Мы используем латинский шрифт с нашими локальными добавками в форме диакритических знаков. Язык, на котором сообщаются гены, состоит из элементов, сформированных биохимически. В обоих случаях основу составляют определённые кирпичики. Вероятней всего, основная разница между человеческим письмом и биохимическим языком генов заключается в том, что наш письменный или печатный текст может быть прочитан только нами – книга сама себя не читает, остаётся в неизменном состоянии, – зато язык генов характеризуется обратными связями.

 

 

*   *   *

 

Представим, что мы хотим повторить последовательность цифр числа π путём подбрасывания монеты или другим способом образуя случайную последовательность цифр. Чем больше цифр после запятой, тем меньше вероятность того, что мы именно таким образом можем добиться нужного результата случайно. Количество случайностей, которые должны были наступить, чтобы на Земле возникла жизнь и чтобы через миллиарды лет она развилась так, как развилась, также неповторимо.

 

 

*   *   *

 

Предпочитаю быть научаемым, а не поучающим, поскольку вовсе не так уж много знаю.

 

 

 

_______________________________

 

Дополнительная информация:

 

Скачать бесплатно аудиокниги Станислава Лема можно на сайте Alphabook.Ru

 

 

 

Пользовательский поиск

Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на g+  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу

Рассылка '"НОВАЯ ЛИТЕРАТУРА" - литературно-художественный журнал'



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

18.05: Андрей Усков. Грусть, тоска, печаль и радость (рассказ)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или Яндекс.Деньгами:


Уже собрано на:

05.06: Евгений Даниленко. Кипяток (сборник прозы)

Вы можете мгновенно изменить ситуацию кнопкой «Поддержать проект»




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за март 2017 года

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2017 года  Номер журнала «Новая Литература» за январь 2017 года

Номер журнала «Новая Литература» за декабрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за ноябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за октябрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за август-сентябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за июнь-июль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за май 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за март 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за январь 2016 года



 

 



При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2017 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Купить все номера 2015 г. по акции:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru
Реклама | Отзывы | Подписка
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!