HTM
Номер журнала «Новая Литература» за октябрь 2018 г.

Александр Левковский

Великий и могучий английский язык

Обсудить

Эссе

 

Купить в журнале за апрель 2018 (doc, pdf):
Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2018 года

 

На чтение потребуется 20 минут | Цитата | Скачать в полном объёме: doc, fb2, rtf, txt, pdf

 

Опубликовано редактором: Вероника Вебер, 19.04.2018
Иллюстрация. Название: «Размышления о Темзе, Вестминстер». Автор: Джон Эткинсон Гримшоу (1836–1893). Источник: https://www.johnatkinsongrimshaw.org/

 

 

 

«...Столь свойственные английскому тонкие недоговорённости, поэзия мысли, мгновенная перекличка между отвлечённейшими понятиями, роение односложных эпитетов... [Это] зрелый, как лопающаяся по швам смоква, язык английский – маститый гений, соединяющий в себе запасы пёстрого знания с полной свободой духа. Свобода духа! Все дыхание человечества в этом сочетании слов...»

 

Владимир Набоков

 

 

«Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий о судьбах моей родины, – ты один мне поддержка и опора, о великий, могучий, правдивый и свободный русский язык!»

 

И. С. Тургенев

 

 

 

1

 

Нетрудно заметить, что заголовок настоящего эссе использует знаменитое высказывание И. С. Тургенева о русском языке – с двумя важными исключениями: я в заголовке не упомянул слова «правдивый» и «свободный», ибо я твёрдо убеждён, что Иван Сергеевич тут явно переборщил: не может язык – любой язык, включая и русский, и английский! – быть правдивым (либо лживым) и свободным (либо подцензурным). Этими качествами обладает текст, написанный или произнесённый на этом языке, но не сам язык, который, в сущности, является всего лишь инструментом, состоящим из набора слов и кодекса грамматических правил.

К примеру, не является «лживым» немецкий язык по той причине, что Адольф Гитлер написал именно на этом языке свой расистский человеконенавистнический «Майн кампф». И не стал немецкий «правдивым» из-за того, что знаменитые «Фауст» Гёте и «Лорелея» Гейне были написаны по-немецки.

И точно так же нельзя назвать русский язык «правдивым» по той причине, что на нём были созданы великие «Война и мир» и «Братья Карамазовы», и не является русский язык «лживым» из-за постоянного вранья, извергаемого на этом языке господином Жириновским и товарищем Зюгановым...

 

 

*   *   *

 

Несколько лет тому назад я опубликовал в «Новой Литературе» статью о русском языке «Великий, могучий, правдивый и свободный».

Какова была причина публикации той статьи? Меня встревожило – и продолжает тревожить поныне – стремительно растущее засилье англицизмов в русском языке. Я писал:

 

«Английский – изумительный язык во всех отношениях. Но надо твёрдо помнить – английский язык не лучше русского! Я глубоко убеждён – русский язык настолько богат, литературно развит, тонок и своеобразен, что нет никакой необходимости перегружать его чужеродными словами, – даже если эти слова заимствованы из не менее своеобразного и литературно развитого английского языка.

Давайте прислушаемся к Владимиру Набокову – писателю, творившему с одинаковым искусством на английском и на русском. Вот что он писал в 1965-м году:

«Телодвижения, ужимки, ландшафты, томление деревьев, запахи, дожди, тающие и переливчатые оттенки природы, всё нежно-человеческое (как ни странно!), а также всё мужицкое, грубое, сочно-похабное выходит по-русски не хуже, если не лучше, чем по-английски...»

«...выходит по-русски не хуже, если не лучше, чем по-английски...» Эти слова не мешало бы запомнить российским «интеллектуалам», буквально балдеющим от звуков английского языка и поминутно вставляющим английские слова в русскую речь – где надо и, чаще, где не надо.

Разумеется, есть глубокие объективные причины всемирного распространения английского языка; и в наш век – век телевидения, мобильных телефонов и Интернета – знание английского как средства международного общения необходимо.»

 

В той ранней статье я, к сожалению, лишь мимоходом, вскользь задел причины всемирного распространения английского, ибо не в этом была цель публикации. В настоящем же эссе я попробую осветить объективные причины главенствующего положения английского языка на международной арене, – положения, воистину не сравнимого с положением любого другого языка.

 

 

2

 

Я всегда считал и считаю, что только тот имеет полное право судить о достоинствах и недостатках конкретного языка (особенно, в сравнении с другими языками), кто знает этот язык досконально – желательно, на уровне родного. В последнее время на страницах печатных журналов и в Интернете – и, кстати, в «Новой Литературе» – каждый кому не лень уверенно рассуждает о тонкостях английского, зачастую зная этот язык на уровне средней школы, не выше. Есть даже такие «эксперты», что привлекают таинственные космические силы и проекты для своих нелепых рассуждений и смехотворных заключений об английском языке.

Я же осмеливаюсь осветить аспекты доминирующей позиции английского, основываясь исключительно на том счастливом для меня факте, что английский язык является для меня родным – наравне с русским и украинским. К примеру, бо́льшую часть романа «Самый далёкий тыл» я написал сначала по-английски и лишь впоследствии, для публикации в «Новой Литературе», перевёл роман на русский.

Кстати, в процессе работы над романом и над моими рассказами, чередуя англоязычные куски с русскоязычными, я руководствовался следующим, естественным для меня, правилом: там, где речь идёт о физическом действии – о погоне, сражении, драке, столкновении, спортивном соревновании, – английский язык, мне кажется, не знает себе равных; но в сценах, насыщенных эмоцией, – в любовных признаниях, в декламировании стихов, в описаниях театральных представлений и концертов, в изображении горести героев, их слёз и душевных мук английский явно – и, на мой взгляд, безоговорочно – уступает русскому.

В чём причина такого странного различия? Не знаю, не берусь судить... Однако для меня это явление настолько естественно, что, к примеру, сцены, связанные с драками, погонями и смертельно опасными приключениями Серёжки Дроздова в моём романе я не колеблясь писал именно по-английски, а вот насыщенные эмоцией рассказы «Негритянский бог», «Кладбище Сент-Женевьев-де-Буа», «Лили-Марлен», «Гастарбайтер по имени Анечка», «Странный акцент» и объяснение в любви Алекса и Лены в романе я написал целиком по-русски, ибо английский был бы здесь недостаточно силён и менее выразителен...

 

 

*   *   *

 

Я часто вспоминаю свой долгий разговор с одним случайным французским попутчиком в скоростном поезде Париж – Марсель лет десять тому назад.

Я не знаю французского, но сразу после посадки мой сосед по купе обратился ко мне по-английски с предложением распить бутылку Каберне – и далее наш разговор катился так же безостановочно, как летел по рельсам на юг наш скоростной поезд.

Очень скоро наша беседа превратилась в горячее обсуждение проблемы, подспудно буравящей мозг почти каждого французского интеллигента, и которую мой собеседник выразил взволнованно так:

– Как же это случилось, что наш прекрасный, богатейший, изумительно звучащий французский язык был безжалостно вытеснен на международной арене английским, который и язык-то не поворачивается назвать подлинным языком (прошу прощения за тавтологию!), ибо был он сколочен из немецкого, норманно-французского, кельтского и латинского языков? В чём причина?!

После длительной дискуссии, уже приближаясь к Марселю, мы с экспансивным потомком древних галлов пришли к единогласному выводу, что существуют четыре основные причины доминирующего положения английского языка в современном мире. Эти-то причины я и хочу изложить в настоящем эссе.

Но сначала я хочу заметить, что в последнее время всё чаще и чаще на различных российских форумах раздаются голоса тех, кто раздражён и возмущён главенствующим положением английского языка на мировой арене. К примеру, один из идеологов левацкого (по сути, троцкистского) движения в России, Александр Тарасов, заявил недавно следующее (цитирую по комментарию на форуме «Новой Литературы»):

 

«Кстати, Вы не задумывались над тем, а почему, собственно, именно английский язык является «международным научным»? – Для нюансов логики лучше всего приспособлен французский, для нюансов математики – немецкий, для максимально точного описания культурологических тем – романские (французский и итальянский) и славянские (русский, польский, чешский), самый распространённый язык в мире – по числу носителей языка – китайский. Так почему английский-то?».

 

Если бы товарищ Тарасов меньше тратил свои умственные способности на оправдание и подготовку кровавой мировой революции, о которой мечтал товарищ Троцкий, а почитал бы взамен этого специальную литературу по английскому языку, то он, возможно, сообразил бы, что существуют объективные, не зависимые от человека, исторически сложившиеся причины доминирующего положения английского языка.

Вот к ним мы сейчас и обратимся.

 

 

3

 

Начальной причиной этого беспрецедентного явления послужил, конечно же, безостановочный поток английских колониальных завоеваний, приведших к созданию гигантской Британской империи на четырёх континентах.

Северная Америка (нынешние США и Канада), Южная Африка, необъятная Индия, Цейлон, Австралия, Новая Зеландия, часть Малайзии и Индонезии, едва ли не четверть африканского континента, бесчисленные острова на трёх океанах – вот вкратце размах британских завоеваний. Когда Англия в середине 20-го века была вынуждена покинуть свои колонии, она это сделала в полном соответствии со своим неизменным принципом: «Уйти, чтобы остаться».

Она ушла, оставив в своих бывших колониях колоссальное интеллектуальное, экономическое, технологическое, политическое и литературное оружие – английский язык. В большинстве этих, ныне независимых, стран английский является либо единственным государственным языком, либо делит место на троне с одним из местных языков. В любом случае, никто в этих странах не может продвинуться вверх по социальной лестнице, если он не владеет английским на достаточно высоком уровне.

 

 

*   *   *

 

Второй причиной широчайшего распространения английского является, несомненно, доминирующая позиция, занятая экономикой, технологией и наукой англоязычных Соединённых Штатов Америки на мировой арене после Второй мировой войны.

В 1945 году Америка, на которую во время войны не упала ни единая бомба, производила 50 процентов мировой продукции. Хотя в настоящее время эта колоссальная цифра значительно снизилась, однако США по-прежнему являются мировым лидером в валовом экономическом производстве. И надо не забывать, что львиная доля научных и технологических патентов в мире создаётся и представляется на английском языке. И процент англоязычных обладателей Нобелевских премий в науке и технологии является абсолютно преобладающим.

 

 

*   *   *

 

Третья причина – это гигантский разлив – можно сказать, потоп! – обрушившийся на мир в виде продукции так называемой массовой культуры (или, иначе, поп-культуры), главным источником которой, без сомнения, является англоязычная Америка. Это культура быта, развлечений и информации, которая включает в себя телевидение, радио, музыку, спорт, кинематограф, эстраду, массовую литературу... Появление мощного вездесущего Интернета только многократно усугубило это явление. И здесь тоже нетрудно увидеть решающее влияние и преобладание английского языка.

 

 

*   *   *

 

Предыдущие три причины, в общем, широко известны, и я не претендую на первенство в открытии их. Гораздо реже отмечается и, на мой взгляд, недостаточно оценена роль четвёртой причины, которую я считаю едва ли не решающей: это невообразимая грамматическая простота английского языка в сравнении с грамматикой других развитых языков – и, следовательно, относительная лёгкость в освоении чужестранцем английского разговорного языка. Я здесь употребляю слово лёгкость чисто условно; разумеется, научиться говорить, понимать, читать и писать по-английски вовсе не так легко, – но, бесспорно, значительно легче, чем по-русски, немецки, французски или испански.

Эта относительная простота вовсе не означает, что английский лучше всех перечисленных выше языков. Вовсе нет! – ни русский, ни немецкий, ни французский с испанским не уступают английскому ни в чём! Просто так исторически сложилось, что они оказались грамматически намного сложнее английского – и, следовательно, более трудными для усвоения.

Попробую представить для читателя несколько примеров этой невообразимой простоты английского языка в сравнении с другим великим языком, русским.

Начнём с того, что в английском языке у существительных и прилагательных нет ни родов, ни падежей. Что это означает? А это означает практически, что, например, существительное table (то есть стол) так и остаётся в этом виде, не меняясь во всех обстоятельствах, а вот русское существительное стол претерпевает изменения по шести падежам: стол, стола, столу, стол, столом, о столе. (К счастью, в винительном падеже изменения нет).

Ещё сложнее дело обстоит при сравнении прилагательных. В английском прилагательное white (белый) остаётся абсолютно неизменным при всех вообразимых обстоятельствах (и даже во множественном числе!), а вот русское прилагательное белый претерпевает 24 (двадцать четыре!!!) преобразования: шесть в мужском роде, шесть в женском, шесть в среднем и шесть во множественном числе: белого... белому... белым... о белом... белой... белую... белые... белых... белым... и т. д. (Нам ещё повезло, что некоторые видоизменения повторяются – и поэтому фактически число 24 снижается до дюжины, – что тоже, конечно, не подарок). Представьте себе чужестранца, приступившего к изучению русского языка, – чужестранца, на которого обрушивается весь этот поток видоизменений, которые надо запомнить наизусть и применять в разговоре мгновенно, не задумываясь.

Или возьмём, к примеру, образование множественного числа у существительных в английском и русском. В английском множественное число образуется простейшим способом – к существительному в конце добавляется буква s: table-tables, street-streets, house-houses… (На весь огромный многотысячный английский язык приходится всего около дюжины исключений из этого правила: man-men, child-children, ox-oxen… и т. д.). В русском же языке существует не менее двадцати способов образования множественного числа в именительном и родительном падежах: директор-директора, слесарь-слесаря, крем-кремы, настроение-настроения, время-времена... и т. д.

Или вот вам ещё один удивительный факт: причастия и деепричастия (несовершенного вида) в английском не отличаются друг от друга абсолютно ничем! То есть слово smiling может быть в английском языке как причастием, так и деепричастием. К примеру, фраза с причастием «Улыбающийся человек посмотрел на неё...» и фраза с деепричастием «Он посмотрел на неё, улыбаясь...» применяют одно и то же причастие/деепричастие smiling: «A smiling man looked at her…» и «He looked at her, smiling…».

Но, пожалуй, самое потрясающее свидетельство грамматической простоты английского языка заключается в его способности использовать одно и то же слово – без малейших изменений! – в качестве нескольких (иногда даже до пяти) различных частей речи: существительного, прилагательного, причастия, деепричастия и глагола.

Возьмём, к примеру, слово building. Не изменяясь на йоту, оно может означать 5 (пять!) частей речи: существительное здание («It was a very tall building»), прилагательное строительный («I work in a building company»), причастие строящийся («This city block is not finished; it's still at a building stage»), деепричастие строя («Building yourself a house, don't forget air conditioning») и может даже заменить глагол строить («Breaking is not the same as building», – что можно перевести на русский как популярную поговорку «Ломать – не строить»).

Изумительно просто, не правда ли? Не думаю, что существует какой-либо иной развитый язык, могущий похвастаться такой грамматической простотой.

Я мог бы исписать немало страниц, перечисляя примеры замечательной грамматической простоты английского языка, но давайте теперь посмотрим, насколько английский проще, скажем, немецкого, французского или испанского в использовании так называемых артиклей.

Во всех этих языках есть мужской и женский род имён существительных (а в немецком – ещё и средний), различающиеся, в частности, по артиклям. Причём, в немецком языке количество артиклей доходит аж до двадцати четырёх: der… des… dem… den… die… das… и т. д. В английском же языке есть один-единственный определённый артикль the, годящийся на все случаи жизни, для всех существительных, включая даже множественное число!

Это ли не воплощённая грамматическая простота?!

Вот в этой изумительной упрощённости и кроется одна из разгадок стремительного всемирного распространения английского языка.

 

Очень поучительно в этом смысле познакомиться с точкой зрения иностранца, отлично знающего английский язык и впервые столкнувшегося с русским. Таким иностранцем был в годы студенческой юности мой друг, китаец Ао Линь, один из многих молодых людей – китайцев, поляков, чехов, венгров, румын, – посланных на учёбу в институтах Советского Союза. По его, надо признать, слишком эмоциональной оценке, английский язык проще русского не в два, не в три и не в пять, а в десять раз! (Кстати, один мой знакомый, преподаватель Принстонского университета, полиглот, знающий дюжину языков, располагает их по трудности усвоения таким образом: самый простой – английский, испанский – в два раза труднее, французский – труднее в три раза, а немецкий и русский – труднее английского в пять раз).

– Какой ужасно трудный ваш язык! – Ао Линь, помню, воскликнул однажды в отчаянии. – Вот возьми, например, два слова – стол и пол. Они ведь абсолютно одинаковы грамматически: оба односложные существительные мужского рода, даже звучащие одинаково. Так почему же вы говорите по-разному: на столе, но на полу?! Объясни мне.

Я не мог объяснить ему эту разницу тогда и не смог бы объяснить её и сегодня, много лет спустя. (Может быть, лингвисты из «Новой Литературы» – и, в частности, весьма эрудированный Фёдор Борисович Избушкин – смогут разъяснить этот странный языковый феномен?)

Этот же Ао Линь предложил мне однажды:

– Давай пойдём в кино.

А мне было лень идти, и я ответил нехотя:

– Да нет...

Он посмотрел на меня с недоумением и переспросил:

– Я не понимаю, что это значит – да нет... Так да или нет?

Вот вам только два примера трудностей, с которыми сталкивается иностранец, желающий освоить русский язык. Разумеется, схожие трудности встречаются и в английском, но, хорошо зная английский, я могу заверить читателя, что их намного-намного меньше.

 

 

*   *   *

 

Как и положено в диалектике, простота английского имеет не только плюсы, но и некоторые минусы. К примеру, в английском языке соблюдается строгий и неизменный порядок слов, а в русском можно переставлять слова в предложении множеством способов – и добиваться тем самым большей выразительности. То есть английская фраза «I love you» не может быть изменена никоим образом, а вот русская фраза «Я люблю тебя» может быть представлена шестью разными перестановками – и каждый вариант привносит в эту фразу дополнительный тонкий нюанс.

Этот строгий порядок слов – да ещё наличие артиклей – создают массу трудностей для рифмованной англоязычной поэзии. В русском же языке таких ограничений нет, и поэтому русскоязычная поэзия, с моей точки зрения, в целом гораздо более совершенна и выразительна.

Сравните, к примеру, как звучат знаменитый «Ворон» Эдгара По и вольный перевод этой поэмы, принадлежащий перу весьма одарённой поэтессы Линды Ангелиной (кстати, автору «Новой Литературы»):

 

Once upon a midnight dreary,

while I pondered, weak and weary,

over many a quaint and curious volume of forgotten lore,

while I nodded, nearly napping,

suddenly there came a tapping,

as of someone gently rapping,

rapping at my chamber door.

«‘Tis some visitor,» I muttered,

“tapping at my chamber door –

only this and nothing more.”

 

Нетрудно заметить, что даже такой мастер рифмовки, как Эдгар По, не смог избежать нарушения ритма из-за наличия неопределённого артикля «а» во фразе «...over many a quaint and curious volume of forgotten lore...». И исключительно для соблюдения ритма автор заменил стандартное словосочетание This is (или That's) на неуклюжий вариант 'Tis в строке «‘Tis some visitor,» I muttered...».

У Линды же Ангелиной в вольном русскоязычном переводе «Ворона» таких ограничений не было, и её поэзия звучит не хуже – если не лучше, – чем поэзия знаменитого американца:

 

Как-то в полночь, в час злосчастный – помню, ночь была ненастной –

Я читала безучастно Фауста не без труда –

В дверь тихонько постучали: кто там? – Мне не отвечали –

Это дождик, не иначе, это капает вода,

Это ничего не значит, просто капает вода –

Дождь всего лишь, ерунда!

 

Что же касается положительных сторон литературного английского языка, то их прекрасно выразил Владимир Набоков в послесловии к своей «Лолите» (я привёл этот отрывок в эпиграфе к настоящему эссе). Повторю его здесь:

 

«...Столь свойственные английскому тонкие недоговорённости, поэзия мысли, мгновенная перекличка между отвлечённейшими понятиями, роение односложных эпитетов... [Это] зрелый, как лопающаяся по швам смоква, язык английский – маститый гений, соединяющий в себе запасы пёстрого знания с полной свободой духа. Свобода духа! Все дыхание человечества в этом сочетании слов...»

 

 

4

 

Я закончу этот обзор отрывком из весьма информативной статьи российского исследователя А. А. Иониной под названием «Глобальный английский: статистика и факты» (эта статья была опубликована на сайте www.km.ru/referats):

 

«Английский язык начала XXI века – это не просто язык международного общения, сегодня это язык глобальной коммуникации. Глобализация геополитических и социокультурных процессов и революционное развитие информационных технологий оказали мощное влияние на статус и распространение английского языка в мире. В настоящее время это наиболее широко распространённый разговорный и письменный язык на земном шаре.

Очертим сферы жизни земного шара, которые сегодня обслуживает английский язык:

  • деятельность международных организаций и конференций (85% от их общего числа используют английский язык, параллельно с ним 49% – французский, около 10% – арабский, испанский и другие языки);
  • публикация научной и художественной литературы (на английском языке публикуется 28% всех книг в мире, на китайском – 13%, немецком – 11%, французском – 7,7%, русском – 4,7%);
  • международное банковское дело, экономика, торговля и финансы;
  • реклама всемирных брендов;
  • кино, телевидение, радиовещание, популярная музыка;
  • международный туризм;
  • международное право;
  • международная безопасность (язык авиа- и морского сообщения);
  • технологии;
  • интернет-коммуникация.

За всю историю человечества ни один язык не достигал такого масштабного распространения и такого уровня популярности в мире, как английский язык. В мире сегодня около 3000 языков, но больше половины населения Земли говорит только на 10 языках. И именно английский язык доминирует в этом списке. Из языка жителей небольшого островного государства он вырос до статуса языка-посредника во всём мире...»

 

 

 

(в начало)

 

 

 


Купить доступ ко всем публикациям журнала «Новая Литература» за апрель 2018 года в полном объёме за 197 руб.:
Банковская карта: Яндекс.деньги: Другие способы:
Наличные, баланс мобильного, Webmoney, QIWI, PayPal, Western Union, Карта Сбербанка РФ, безналичный платёж
После оплаты кнопкой кликните по ссылке:
«Вернуться на сайт магазина»
После оплаты другими способами сообщите нам реквизиты платежа и адрес этой страницы по e-mail: newlit@newlit.ru
Вы получите доступ к каждому произведению апреля 2018 г. в отдельном файле в пяти вариантах: doc, fb2, pdf, rtf, txt.

 

Пользовательский поиск

Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на g+  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

10.12: Художественный смысл. Много-много почему (критическая статья)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или Яндекс.Деньгами:


В данный момент ни на одно произведение не собрано средств.

Вы можете мгновенно изменить ситуацию кнопкой «Поддержать проект»




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за октябрь 2018 года

Купить все номера с 2015 года:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 



При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2018 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!