HTM
Номер журнала «Новая Литература» за март 2019 г.

Константин Лукановский

Взялся за дело

Обсудить

Рассказ

Опубликовано редактором: Игорь Якушко, 23.11.2019
Иллюстрация. Название: не указано. Автор: Лин Чинг Че (род. в 1987 г.). Источник: http://kykyryzo.ru/акварельные-картины-лина-чинг-че/

 

 

 

Пролог

 

Сегодня он был охотником. Мальчик шести лет пробирался через каменные джунгли проулков своего небольшого городка на востоке Канады в надежде найти дичь. Он видел, как это делали охотники в кино, и собирался так же, как и герои тех приключенческих фильмов, подстрелить добычу из ружья. Ружьё было воображаемым, но это не мешало весело проводить время. Он пригнулся, выглянул из-за очередного угла и увидел мужчину и женщину, которые стояли друг напротив друга и разговаривали. Мальчик знал, что отвлекать или, тем более, пугать взрослых – нехорошо. Но сегодня он был не просто мальчик, а охотник! И лишь хотел оценить свои охотничьи качества в реальных условиях. К тому же взрослые были явно не опасны: женщина – худая и невероятно бледная, и это в самом конце лета! Мужчина – немного крупнее, но до размеров отца мальчика ему было очень далеко. Женщина смешно махала рукой в сторону мужчины. В другой руке она держала сумку.

Их можно было не бояться.

Мальчик подбирался очень тихо, вот он уже в каких-то пяти метрах, но взрослые всё ещё не заметили его. Он был очень горд собой и уже готовился выпрыгнуть, но в этот момент женщина раскрыла сумку. Последующие события развивались стремительно, а мальчик остановился и, кажется, перестал дышать: в руке у женщины что-то блеснуло, и она ударила мужчину в грудь, затем чуть ниже ещё раз и третий – туда же. После этого она резко обернулась, как будто всё время знала, что на неё смотрят.

Она не торопясь приблизилась к мальчику. Нож был в её руке. С лезвия на землю капала кровь. Женщина посмотрела ему прямо в глаза и сказала: «Ты ведь никому не расскажешь о том, что здесь видел?».

Он не мог заставить себя произвести ни звука. Лишь стоял и заворожённо смотрел, как капли крови собираются на острие ножа, зависают на долю секунды, а затем с глухим стуком разбиваются об асфальт.

«Отвечай!» – крикнула женщина.

Он усиленно замотал головой, вдруг позабыв, что умеет говорить.

«Хорошо. Если хоть кому-нибудь пикнешь об этом – я приду за тобой», – сказала она уже почти ласково, странно улыбнулась и пошла к углу, из-за которого мальчик вышел на охоту несколько минут назад. Несколько минут, изменившие его жизнь навсегда.

Когда она скрылась из виду, он начал дышать. В глазах заплясали звездочки, голова закружилась, его вырвало. Когда он откашлялся и вновь принял строго вертикальное положение, то осознал две вещи:

  • когда она закричала, он описался от страха;
  • самые опасные животные на Земле – это женщины.

 

 

Ранее утро

 

Мелодия мобильного телефона разорвала предрассветную тишину.

Я не глядя потянулся к трубке. Открыл глаза, когда поднес её к лицу. 4 утра. Сержант Чан. Нажав на зелёную иконку, я прохрипел:

– Так быстро?

– Да.

– Где? – я прочистил горло.

– Заповедник «Дюверне», в пятистах метрах от центрального входа.

– Буду через пятнадцать минут.

Я прервал соединение и ещё раз подумал о том, что сказал Чану спросонья: «так быстро»…

Времени на утренние новости, кружку кофе и ожидание лифта не было. Я оделся, сбежал по лестнице, выскочил на улицу и только там обнаружил, что ливень со вчерашнего вечера так и не прекратился. Значит, основные следы убийцы уже смыло.

 

Чан встречал меня у ленты-ограждения:

– Привет, Ян, – он протянул руку. Я автоматически пожал её и, не останавливаясь, бросил:

– Докладывай.

– Ну, картина всё та же: молодая женщина, три удара ножом в живот, признаков сексуального насилия нет. Предположительная причина смерти – обильная кровопотеря.

– Свидетели? – я уже подошёл к телу жертвы, она лежала на животе, голова повёрнута вправо, руки под туловищем.

– Нет. Во всяком случае, пока никого найти не удалось.

– Кто обнаружил тело?

– Какой–то заядлый спортсмен – вышел на пробежку, несмотря на дождь, и увидел её. Сразу позвонил в полицию, дождался наряд. Сейчас его допрашивают в фургоне, но вряд ли он ещё что-то скажет.

Я обратился к человеку в белом полиэтиленовом плаще и в бахилах:

– Андерсон, что-нибудь добавишь?

– Время смерти – около двадцати двух часов, больше скажу после вскрытия. Переворачиваем?

– Да. – Я сделал шаг назад. Нужно видеть картину целиком, иначе упустишь важную деталь, которая может казаться вблизи незначительной.

Когда тело перевернули, я подошёл и наклонился над окровавленной курткой, но разглядеть порезы на теле не смог, мешала мокрая одежда. Не страшно, взгляну позже.

– Ладно, грузите, жду предварительный отчёт через пару часов, а полный должен быть у меня не позднее конца рабочего дня, вам ясно? Всего неделя с прошлого убийства. Если он продолжит в таком же темпе, следующая будет уже через пару дней. Так что у нас очень мало времени.

Никто не ответил.

 

 

Утро

 

– Итак, у нас есть три трупа за неполный месяц и почти никаких улик, сегодня утром найдено тело Лойс Дагли – двадцать два года, студентка государственного университета Квебека, – комиссар Кевин Трамбле расхаживал перед экраном, на котором с помощью проектора отображались фотографии жертв. – Инспектор Кларк, вам слово.

Я повернулся к своей группе.

– Нам известно, что убийца использует тот же почерк, то же оружие и действует по одной схеме: нападает на молодых женщин в парковой и лесной полосе, в районе десяти вечера, наносит три удара охотничьим зазубренным ножом в область живота. Направление и сила ударов позволяют предположить, что убийца – мужчина. На настоящий момент у нас есть двое подозреваемых, которые в момент всех нападений находились в городе и теоретически могли совершить убийства: первый это, естественно, – я автоматически сделал секундную паузу, – муж второй жертвы, Евы Бушер. Его имя Генри Бушер. Он же единственный может иметь мотив, хотя ничего конкретного у нас пока нет. Однако у него есть недоказанное алиби на время убийства первой жертвы, Инес Мартин. В тот вечер мистер Бушер был в пабе с тремя друзьями, двое из его компании затруднились ответить, во сколько он пришёл в паб, но один утверждает, что Бушер был там с двадцати двух часов. По данным судмедэкспертизы, время смерти Инес – между двадцатью двумя и двадцатью тремя часами. Второй подозреваемый – Дилан Уильямс. Работает в заповеднике, где были найдены первая и третья жертвы. Он не сумел ответить, где находился во время первого убийства, но его сестра утверждает, что они вместе ходили в ресторан в вечер смерти Евы Бушер. На настоящий момент это всё, что мы имеем. В связи с этим сержант Чан займётся уточнением алиби мистера Бушера, а я возьму на себя Уильямса. Остальные, найдите мне ещё подозреваемых, чёрт возьми!

Все начали вставать.

– Я ещё не закончил, инспектор, – Трамбле поднял руку. – Господа, нам необходимо направить все силы на то, чтобы поймать убийцу, дело находится на личном контроле у премьер-министра провинции. – Он молча осмотрел собравшихся. – Все свободны. Инспектор Кларк, зайдите ко мне.

Надо бы разобраться с этим побыстрее.

– Что вы хотели, комиссар?

– Ян, чем тебе ещё помочь? Мы выделили группу из шести человек, больше я дать не могу. Определили вам помещение. Это дело надо раскрыть как можно быстрее. Премьер мне уже весь мозг выел с этим, – он скривился, – охотником.

– Комиссар, позвольте откровенно?

Он кивнул.

– Не мешайте. Мы всё сделаем, но эти ваши совещания и тому подобное – только отвлекают от работы. Мы справимся. Или не справимся. Но ускорить этот процесс невозможно.

Трамле согласно кивал. Но, казалось, он не слушает.

– Как думаешь, это кто-то из наших подозреваемых?

– Не знаю. Если бы знал, один из них уже сидел бы за решёткой. – Я начинал злиться от этой бестолковой болтовни.

– И всё-таки?

– Думаю, это Уильямс.

– Садовник, – он улыбнулся, – ты думаешь, что убийца – садовник?

– У меня три трупа на участке, и я не вижу в этом ничего смешного, комиссар. – Он опустил глаза. – Дилан Уильямс имел возможность и средства. Да, мотив отсутствует. Но мы же видим, что это стандартный, если так можно выразиться, серийный убийца. Мотив для такого – не обязателен.

– Но у него алиби.

– Не подтверждено. Я вызвал его сестру на допрос, может быть, получится узнать что-нибудь новое, она должна прийти с минуты на минуту, так что прошу меня простить, комиссар.

Он кивнул, а я осторожно закрыл за собой дверь.

Убийца – садовник, действительно. Я ухмыльнулся.

 

 

День

 

Я читал сводки по патрулированию парковой зоны «Дюверне», когда в мою дверь робко постучали.

– Войдите.

Женщина в бесформенном платье с зонтом-тростью в руке и платком на плечах. Бриджит Уильямс. Не замужем, сорок два года, имеет три штрафа за неправильную парковку и один – за переход дороги в неположенном месте. Работает бухгалтером в мебельном магазине.

– Здравствуйте, мисс Уильямс, я инспектор Янус Кларк, это я вам звонил. Кофе, чай?

– Нет, спасибо, я бы хотела поскорее закончить с этим, у меня есть свои дела. Вообще, не понимаю, зачем вы меня пригласили, я уже всё рассказала вашему коллеге.

– Я понимаю, что мы усложняем вам жизнь, но процедура обязывает нас проводить повторный опрос при неубедительности данных, полученных от свидетеля.

– Что вы хотите этим сказать? – она удивлённо подняла бровь.

– На первичном допросе вы затруднились сообщить точное время, когда вы встретились со своим братом в ночь убийства Евы Бушер. Вы только в конце допроса с трудом припомнили, что это было в двадцать два часа ровно. И не уточнили название ресторана, где провели тот вечер.

– Но я просто забыла. Не может же человек помнить всё.

– Мисс Уильямс, я вынужден напомнить вам об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

– Вы вздумали меня пугать? – она начала привставать со стула.

– Сядьте! – я слегка повысил голос, а Бриджит Уильямс резко села и уставилась на меня.

– Мисс Уильямс, у нас в городе произошла серия зверских убийств. За неполных четыре недели совершены нападения на трёх девушек. Ни одной из них не удалось выжить. И в настоящий момент мне приходится вытягивать из вас название ресторана, чтобы снять подозрения с вашего брата, вместо того чтобы заняться по-настоящему важными делами. А уже сейчас убийца может планировать следующее нападение. – Я собирался продолжить свою гневную тираду, но сестра садовника меня перебила:

– «Триполис».

– Что?

– Так назывался ресторан, в котором мы ужинали.

Я на пару секунд задумался, затем ответил.

– Спасибо, мисс Уильямс. На этом у меня всё. Если вы нам ещё раз понадобитесь – мы позвоним.

– Надеюсь, что не позвоните. – Она встала, опираясь на зонт, и вышла за дверь.

«Триполис» – этот ресторан всего в десяти минутах ходьбы от парка Натюр, того самого, где произошло второе убийство. Я был весьма доволен тем, как неожиданно удачно сложился допрос, на который по закону я даже не имел права. Хорошо, что далеко не все люди разбираются в законодательстве.

Нужно было срочно поговорить с персоналом ресторана, может, они что-нибудь вспомнят…

Зазвонил телефон – Чан, я ответил:

– Говори.

– Бармен вспомнил Бушера. Он зашёл как раз за пару минут до футбольного матча, который начинался в двадцать два часа. Так что это точно не он.

– Столько времени на него потратили…

– Но он был практически идеальным кандидатом.

– Это уж точно. Теперь у нас остался только один подозреваемый. И если алиби Уильямса тоже подтвердится, то придём туда, откуда начали – в никуда.

– Вы поговорили с сестрой?

– Да, она сказала, что в вечер смерти Евы Бушер они ходили в ресторан «Триполис».

– Недалеко от парка Натюр?

– Да. Езжай в «Триполис», попробуй выяснить, в какое время к ним пришёл Дилан Уильямс.

– Так и сделаю, что-нибудь ещё?

– Нет. Жду отчёт, не затягивай. – Я оборвал связь и пошёл в морг.

 

Белый свет, лёгкая прохлада и абсолютная безмятежность – мне всегда нравилось в морге, хотя я и понимал, что это не вполне нормально.

– Что у вас? – начал я прямо со входа.

Андерсон повернулся ко мне с недовольной миной:

– Инспектор, вы сказали – вечером, а сейчас – немногим позже обеда.

– Не умничай, я сказал – через два часа должен быть краткий отчёт, прошло почти четыре, а от вас ни слова. Что выяснили?

– Это, однозначно, тот же охотничий нож с зазубринами, – доложил Андерсон, – раны идентичны. Короче говоря, ничего нового. Время смерти: между двадцатью двумя и двадцатью двумя тридцатью. Точнее сказать не смогу, дождь неслабо усложнил нам жизнь. Это всё, что я могу сообщить, – закончил эксперт.

– Расположение ранений? – я задал вопрос, хотя уже склонился над трупом, рассматривая три рваных раны на животе жертвы.

– Такое же. Убийца, по всей видимости, уже «набил руку», – судмедэксперт улыбнулся, – уж извините за каламбур. Только у первой жертвы одна из ран располагалась чуть выше, обеим следующим удары нанесли абсолютно идентично: и сила, и точность очень высоки.

– Выводы?

– Никаких. Вернее, всё те же: по силе удара, скорее всего, мужчина или хорошо развитая в физическом плане женщина. Судя по углу нанесённых ударов, убийца высокий, если конкретнее – примерно шесть футов. Примерно, ваш рост, инспектор, уж извините за сравнение, – снова улыбнулся Андерсон.

– Никогда не понимал шуток людей, работающих с трупами…

– Как и большинство. Но мы справляемся с непониманием, – улыбка уже не сходила с лица судмедэксперта.

– Ладно, если будет что-нибудь новое – сразу звони, и вечером – полный отчёт мне на стол.

– Как прикажете, инспектор Кларк.

 

 

Вечер

 

Конец рабочего дня неумолимо приближается. И, естественно, дождь не прекращается. Пора домой. Я сажусь в машину и направляюсь в сторону одной из сотен тихих канадских улиц округа Лаваль, где имею честь проживать. Наверняка, именно в этот момент какой-нибудь ещё отмороженный убийца планирует очередное нападение… Или едет домой. Наверняка.

Убийцы были, есть и будут. Всегда. Наша работа отлавливать их и сажать в тюрьму… Ну, или уничтожать при задержании. Но их общее количество вряд ли от этого сильно изменится. Думаю, в процентном соотношении количество преступников, в общем, и убийц, в частности, всегда равно. Это не лучшая философия для того, кто пытается сделать свой город безопаснее, но, как видно, я чересчур циничный, странный и нестандартный. Хотя это не мешает мне быть одним из лучших полицейских в округе Лаваль, да возможно, и во всём Квебеке. Не помешало с отличием закончить полицейскую академию, дослужиться до инспектора, надеюсь, не помешает и в дальнейшем. Возможно, мои… особенности мне даже помогают. Обычные – серая масса, а я – явно выделяюсь. Да, с самоуверенностью у меня уже давно нет никаких проблем.

Я уже подъезжаю к дому, а дождь расходится всё сильнее, когда в кармане звонит мобильный. Я нажимаю на кнопку вызова на рулевом колесе.

– Слушаю.

– Ян, что-то есть!

– Говори.

– Хостес ресторана вспомнила, что Бриджит Уильямс пришла раньше своего брата. Заняла столик и ждала его в течение примерно двадцати минут.

– Это ничего не доказывает.

– Да. Вот только пришла она не раньше половины одиннадцатого вечера.

– Что? Подожди. – Я торможу у обочины и решаюсь продолжить разговор только после полной остановки машины. – Она говорит, что Дилан Уильямс пришёл в ресторан не раньше двадцати двух пятидесяти?

– Да, – Чан волнуется не меньше меня, – она абсолютно уверена. Торопилась домой и постоянно смотрела на часы, а её смена заканчивалась как раз в двадцать три часа.

– Чан, составь подробный официальный протокол допроса, прямо в ресторане, а я съезжу к Уильямсу.

– Вы же не поедете туда в одиночку?

– Конечно, нет, по дороге вызову подкрепление.

– Ни пуха.

Я, не отвечая, обрываю связь и продолжаю движение в сторону дома. Нужно взять оружие. Обычно я не вожу его с собой, кроме тех редких случаев, когда выхожу прогуляться поздно вечером. Ну, или еду на задержание преступника.

 

Дворники сметали воду с ветрового стекла на максимальной скорости, но им всё равно не удавалось справиться с напором природы. Я всего в паре километров от дома Уильямса. Подкрепление я решил пока не вызывать – побоялся, что эти идиоты из группы быстрого реагирования среагируют чересчур быстро и всё испортят. Нет, я вызову остальных, когда, как минимум, зайду к нему в дом.

За время, пока я добежал до своего подъезда и обратно, – а это какие-то тридцать метров – я промок насквозь. Но холодно мне не было, адреналин подогревал всё тело и гнал кровь по сосудам с бешеной скоростью. Мне нравится такое состояние. Я, бесспорно, наркоман, и адреналин не единственный мой наркотик, но, вероятно, самый любимый.

Я остановил машину в пятидесяти метрах от дома Уильямса. В окнах горел свет. Надеюсь, он дома. Надеюсь, что один. Лишние люди – всегда опасный фактор, даже случайные прохожие, хотя эти – опасны особенно.

После небольшой прогулки до дома Уильямса под дождём вода захлюпала в ботинках. Похоже, дождь понемногу превращался в потоп. Но мне так нравилось даже больше.

После двух звонков дверь открыл высокий мужчина в домашних шортах и футболке – Дилан Уильямс. Ландшафтный дизайнер заповедника «Дюверне», тридцать девять лет, в разводе. В молодости дважды привлекался к ответственности: за драку и участие в несанкционированных митингах.

– Инспектор, – он замялся, – извините, я…

– Янус Кларк, – лёгкая успокаивающая улыбка, – прошу прощения за столь поздний визит, но у меня возникла пара вопросов насчёт того, что вы видели в ночь убийства Инес Мартин – первой жертвы. В этот день вы находились недалеко от места убийства, в заповеднике? Я не помешал, мы можем сейчас поговорить?

– Да-да, – он выглядел растерянным, – что же вы стоите на крыльце? Пожалуйста, заходите. – Уильямс впустил меня внутрь.

После секундного колебания я зашёл и осмотрелся. Необходимо вести себя максимально обычно и расслабленно. Тогда и собеседник расслабится.

– Но я уже рассказал вашим коллегам всё, что помнил про тот вечер. Да, я ничего и не видел. Узнал об убийстве только на следующий день из новостей в Интернете. Хотите чая или кофе? Льёт, как из ведра, да? – он улыбнулся. Слегка наигранно.

– От кофе отказываться не стану.

– Тогда пойдёмте на кухню. Так, что конкретно вас интересует, инспектор Кларк?

– У нас появились новые улики по делу. – Я двигался за ним на небольшом удалении, осматривая прихожую и прилегающую комнату, но так и не обнаружил признаков присутствия в доме посторонних. – Я не могу раскрывать детали, но скажу по секрету: у нас теперь есть свидетель.

Уильямс удивился:

– Свидетель? А что же он молчал почти месяц?

– Видимо, у него были причины. Скорее всего, страх. Это обычно достаточная мотивация, чтобы молчать, сами понимаете.

– Ну да. – Уильямс пошёл к кофеварке.

Она стояла рядом с подставкой для ножей. Нет, больше тянуть нельзя, я резким движением вытащил пистолет из-под мокрой куртки и направил его в сторону Дилана Уильямса.

– Стоять, полиция, – идиотские правила заставляют нас производить ряд обязательных действий при задержании. Я знаю их наизусть, на уровне рефлексов. Мне не одну сотню раз приходилось применять их на практике. Но от этого они не становятся менее глупыми. Если мир однажды рухнет, это, наверняка, произойдет из-за бюрократии.

– Я стою. – В глазах главного подозреваемого по делу о серийном убийстве трёх молодых женщин читались удивление и неподдельный ужас, его руки, поднятые над головой, дрожали, а колени тряслись.

Пистолет был направлен прямо в голову Уильямса. В стандартном для канадских полицейских австрийском пистолете Глок-17 предохранитель снимается прямо в процессе нажатия на спусковой крючок, а патрон в патронник я загнал ещё до того, как подъехал к дому подозреваемого. Это обязательное действие при подготовке к задержанию опасного преступника. Тот же свод правил. Спусковой крючок был нажат ровно настолько, чтобы легкого движения пальца хватило на то, чтобы выстрел прогремел, но в то же время, чтобы система предохранения от выстрела уже не мешала стрелку. Помню, в академии нам гораздо дольше объясняли, как удерживать пистолет от выстрела, чем, как стрелять так, чтобы попадать точно. Меня это всегда поражало.

Уильямс открыл рот. Закрыл. Снова открыл и произнёс так тихо, что я едва услышал, хотя стоял в какой-то паре метров:

– Инспектор, я не убивал… Я невиновен.

Я смотрел ему в глаза и пытался понять, что чувствую… Говорят, для хорошего полицейского чувства столь же важны, как и улики. А я чувствовал азарт. Азарт охотника:

– Я знаю.

Когда давление на спусковой крючок преодолело отметку в два килограмма на квадратный сантиметр, это привело к срабатыванию ударно-спускового механизма, что, в свою очередь, вызвало череду событий: снялась блокировка ударника, шептало освободило боевой взвод, боёк произвёл удар по капсюлю стандартного девятимиллиметрового патрона, после чего пуля под действием пороховых газов начала своё спиралеобразное движение по нарезам канала ствола. Покинув пистолет, она неотвратимо приближалась к голове человека, который, как он и сказал, был невиновен в убийстве трёх женщин.

После пары минут предсмертных хрипов (после встречи с пулей мозг превратился в кровавую кашу, но сердце и лёгкие не оставляли свои жалкие бесполезные попытки удержать ускользающую навсегда жизнь) основной подозреваемый по самому резонансному делу нынешнего года скончался.

Ещё раз быстро оглядевшись по сторонам, я достал из внутреннего кармана своей куртки оружие – охотничий нож с зазубринами, аккуратно завёрнутый в стандартный пакет для улик, вложил в руку Дилана Уильямса и только после этого вызвал подкрепление и скорую. Пока я дожидался своих коллег, кажущийся бесконечным дождь закончился, а я этого даже не заметил.

 

 

Эпилог

 

Янусу Кларку никогда не нравился Лаваль. Этот небольшой городишко не мог в полном объёме раскрыть его потенциал… В том числе поэтому инспектор Кларк подал рапорт с прошением о переводе в Гатино. Комиссар Трамбле не хотел расставаться с одним из лучших работников, но понимал, что такая потеря пойдёт только на пользу качественным показателям участка и его личному рейтингу. Ведь Янус Кларк возымел излишнюю популярность в связи с тем, что был единственным полицейским в городе, а возможно, и во всём округе, кто застрелил двоих подозреваемых в убийствах при задержании.

Но уже через три месяца после не самого удачного задержания одного из опаснейших преступников, орудовавших в Канаде, инспектор Кларк сидел за кухонным столом съёмной квартиры в городе Гатино. В лучах рассветного солнца он наслаждался утренним кофе, читал новости с экрана мобильного телефона и улыбался. Инспектор увидел статью, подзаголовок которой покорил своей ироничностью, хотя иронию в нём мог разглядеть только он сам:

 

«В парке обнаружено тело неопознанной девушки.

Печально известный инспектор Янус Кларк снова взялся за дело».

 

 

 


Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

01.12: Акбар Мирзо. Последняя мишень старого стрелка (рассказ)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или сразу отправить журналу 500 руб.:

- с вашего яндекс-кошелька:


- с вашей банковской карты:


- с телефона Билайн, МТС, Tele2:




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за март 2019 года

Купить все номера с 2015 года:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 

При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2019 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!