HTM
Номер журнала «Новая Литература» за октябрь 2017 г.

Лариса Маркиянова

Тётушка Инесса приехала

Обсудить

Рассказ

Опубликовано редактором: Вероника Вебер, 13.12.2012
Иллюстрация. Название: «red square» Автор: Тимур Пакельщиков. Источник: http://www.photosight.ru/photos/4665109/

 

 

 

Сначала был звонок в дверь – длинный, нетерпеливый. Потом радостный вопль Антона, открывшего дверь: «Тётушка Инесса приехала! Ура!!!»

Глава семейства Дмитрий Андреевич улыбнулся в усы, не поднимая лица от газеты. Дочь Анна, замершая при звонке над кухонным столом, стала торопливо стряхивать с рук муку. Хозяйка дома Тамара Николаевна, лежавшая на диване перед телевизором, нахмурилась: только этого не хватало.

А в прихожей кружили, обнявшись, тётка с племянником. Брошенные на пол многочисленные сумки и пакеты валялись по всей прихожей.

– Ух ты, вырос как! – восхитилась тётушка, на мгновение оторвавшись от мальчишки и чуть отстранившись. – Был мальчик, стал молодой человек. Теперь Антошкой уж и не назовёшь, только Антон или даже Антон Дмитриевич!

– Назовёшь! Назовёшь! – опять обхватил он её. – Тебе – можно! Хоть горшком назови, только в печь не ставь!

 

Из кухни вышла улыбающаяся Анна, снимая на ходу фартук.

– Тётя Инна! Как мы рады!

– Конечно, рады. Ещё бы не рады, – со смехом перекинулась тётушка на племянницу. – Красавица! Ещё краше стала.

– Да куда уж краше, – усмехнулась девушка, крепко обнимая тётку. – Я правда очень рада, что вы приехали к нам опять, тётя Инна.

– Стоп, стоп. Что за дела? – деланно рассердилась тётушка. – Я смотрю, вы тут совсем без меня одичали. Во-первых, какая ещё «тётя Инна»? Никаких тёть и никаких вульгарных сокращений! Инесса – и все дела. Во-вторых, с каких пор ты на «вы» перешла? Понимаю, что уважаешь очень, но без выканий, плиз. А вот и Димон явился! – с этими словами она, отпустив тоненькую фигурку девушки, широко раскрыла руки и пошла на хозяина. – Усы-то отрастил, как у таракана!

– А ты всё такая же. Всё скачешь, как девчонка.

– Конечно, скачу. Как говорится: не дождётесь. Где Томка? Чего прячется?

 

Явилась Тамара Николаевна. Солидная дама сорока шести лет от роду.

– Здравствуй, Инесса.

– Здорово, сестрёнка. Как поживаешь? Всё толстеешь, смотрю?

– Мама на диете. Она теперь вегетарианка! – просветил гостью мальчишка. – Она уже на целый килограмм похудела.

Сёстры обнялись.

– Надолго к нам? – поинтересовалась хозяйка.

– Пока не надоем. Как в анекдоте: «– Надолго к нам, мама? – Пока не надоем, зятёк. – Что, и чаю не попьёте?» – Все рассмеялись, гостья – громче всех. – Не переживай, сестрёнка. Я к вам всего на три неполных дня. Собственно, я к вам по делу, но об этом потом. Уже и билет на обратный путь купила, на понедельник. Но три дня придётся меня потерпеть.

«Три дня как-нибудь потерпим. Всё же не три недели, как в прошлый раз», – подумала Тамара Николаевна, притворно улыбаясь.

 

Пошла суета, которая бывает, когда приезжает далёкий редкий гость. Распаковывались сумки, дарились подарки и гостинцы, тут же шла примерка, демонстрация обнов, произносились слова благодарности. Когда страсти поутихли, Анна предложила гостье:

– Вы пока отдыхайте, то есть, ты пока отдыхай, Инесса, а я сейчас вареники долеплю, скоро обедать будем, – девушка упорхнула на кухню.

Инесса с удовольствием не спеша прошлась по комнатам, внимательно оглядываясь. Антон следовал за ней, как верный паж. Видно было, что тётку он обожает всей своей детской душой. Дмитрий Андреевич брился в ванной, всё же гостья в доме. Тамара Николаевна убирала постель с дивана.

– Я смотрю, у вас ничего не изменилось за эти полтора года. Всё то же самое.

– У нас цветок был, красивый такой, с красными цветами, забыл название. Анька купила, только он завял почему-то.

– Жалко. Зато ты цветёшь, не вянешь, – тётушка приобняла мальчишку за плечи. – Помнишь, в последний раз ты мне вот до сих пор доставал, как раз до моих титек, а теперь уже макушка на уровне моего подбородка. Как живёшь, Антоша?

– Нормально живу. В первой четверти, правда, вышел ударником, одна четвёрка, по пению. Мама ругалась. Сказала, что если во второй будет четвёрка, то она запретит мне до конца учебного года сидеть перед компьютером.

– Сурово. Между прочим, пение было моим любимым занятием в школе. Да и сейчас тоже. А ты что же, петь не любишь?

– Петь я люблю. Я громко пою, но Вера Аркадьевна говорит, что у меня нет слуха. А я хорошо слышу. Только неправильно, наверное. Она ещё почему-то сказала, что на моё ухо медведь наступил.

 

– Да плюнь ты на эту Веру Аркадьевну. Слух и прочие заморочки – это всё ерунда. Главное, чтобы человек любил петь и пел. А все эти ноты, такт, слух – это для тех, кто пение выбрал своей профессией. Ты ведь не собираешься работать в консерватории или быть певцом?

– Нет, конечно, – фыркнул Антон, – ещё чего. Я буду программистом.

– Вот и будь. Я тебе так скажу: программисту иметь музыкальный слух совсем не обязательно, – шепнула она и подмигнула Антону.

– А мама сказала, что любой образованный человек должен быть музыкально грамотным.

– Мама? Ну-ну. Мы как-нибудь попросим спеть твою маму. Скажу по секрету: на ушах твоей мамы толпа медведей лезгинку отплясывала. Ладно, насчёт пения я с ней поговорю, не переживай. Где это видано, чтобы из-за четверки по пению будущего программиста компьютера лишали на полгода! Это же варварство. А ты чего дома сидишь? На улице погода чудесная. Помню, вы раньше с мальчишками в футбол гоняли.

– Мы и сейчас гоняем, только у нас вратарь заболел. Никто не хочет во вратари, все в нападающие метят. Жизнь сейчас такая, что уметь нападать важнее, чем защищать, – взросло философствовал Антон.

– Ишь ты, закрутил как. Ладно, мы с тобою ещё вернёмся к этому вопросу. Итак, ты теперь на каникулах, а Анна с понедельника в отпуске. Я правильно поняла из телефонного разговора с твоей мамой?

– Так точно, – козырнул пацан, – правильно.

– Вот и ладненько. Вот и славненько. Я, собственно, поэтому и явилась, – туманно объяснила тётка. – Айда на кухню, поинтересуемся у Анютки, когда её вареники готовы будут. Жрать охота.

– И мне жрать охота, – с удовольствием повторил Антон, нажимая на слово «жрать», в их семье никогда не употребляемое. Мама за такое слово потом целый месяц бы пилила и читала нотации об этикете и культуре поведения и речи. «Жрать» – слово и вправду не очень красивое, но в устах Инессы очень симпатичное и яркое, как жар-птица.

 

Обедали все вместе, выдвинув в центр кухни стол. Обед был хоть и постным, но довольно обильным и вкусным: борщ вегетарианский, вареники с картошкой, запеканка овощная, чай зелёный с хлебцами, фрукты. Тётушка Инесса внесла свою весомую лепту: выложила на стол домашние слойки с абрикосовым джемом, домашние отбивные, песочные пирожные и шоколадные конфеты «Птица дивная». При этом она приговаривала: «Диета – это хорошо. Я тоже недавно купила чай для похудения. С пирожками – ну просто изумительно вкусно». Ели с аппетитом, весело переговариваясь. Причём, все, кроме Тамары Николаевны, особенно нажимали на отбивные. Разогретые в микроволновке, они шипели и издавали божественные запахи. Обычно строгая насчёт того, что «когда я ем, я глух и нем», Тамара Николаевна сегодня сделала уступку своему правилу. Ладно уж, пусть. Не каждый день сестра старшая в гости приезжает.

– Ну, Анютка, спасибо, – в конце обеда сыто погладила себя по животу Инесса, – готовить ты мастерица. Вот повезёт твоему будущему избраннику. – И, словно не замечая вмиг погрустневшего лица племянницы, спросила: – Как у тебя с личной жизнью? Молодой человек имеется?

– Нет у неё никакого молодого человека, – быстро ответила за дочь мать.

– Немолодой, что ли, имеется?

– Нет, – опять отреагировала мать вместо дочери, давая тоном понять бестактность этого разговора.

– Так что, Анютка, ты за старого замуж, что ли, собралась? – никак не успокаивалась тётушка, несмотря на поникшее лицо племянницы и строгое выражение лица младшей сестры.

– А зачем ей замуж? Ей и так неплохо. И хватит об этом, – отрезала Тамара Николаевна, вставая из-за стола.

– Ага. Понятно, – кивнула Инесса и, дождавшись, когда за сестрой закроется дверь, сказала остальным: – Это она так думает, что Анечке неплохо, а я, например, совсем противоположного мнения. Ладно, и к этому мы вернёмся позже. Давай, Анютка, дуй отдыхать. Я сама посуду вымою. Не всё тебе горбатиться, как рабыне Изауре.

 

– ...Пока-пока-покачивая перьями на шляпе, судьбе не раз шепнём: мерси боку! – пели дуэтом Инесса с Антоном. Инесса мыла тарелки и бокалы, Антон протирал их полотенцем.

– Ставлю пять с плюсом за пение. Уж не знаю, как там со слухом, а поёшь ты с душой. А это в пении самое главное. Так и скажи своей... как её?

– Вера Аркадьевна.

– Вот именно. А ещё Вера Аркадьевна называется. Так, какие планы у нас дальше?

– Не знаю. Сейчас созвонюсь с друзьями, если найдём замену вратарю, то пойду, погоняю в футбол. Ты, наверное, с дороги отдыхать будешь?

– Как говорила Золушка: в дороге я отдохнула. Звони друзьям.

Когда через час Тамара Николаевна заглянула в комнату дочери, та гладила постельное белье.

– А где Инесска? Всю квартиру обошла, нет её.

– Там она. На улице, – кивнула девушка в сторону окна, улыбаясь.

Взору Тамары Николаевны предстала удивительная картина: во дворе носилась ватага подростков, гоняя футбольный мяч. Антон выделялся среди всех ярко красной курткой, подаренной Инессой. В воротах металась туда-сюда с широко растопыренными руками сама Инесса, облачённая в спортивную форму. Она была вратарём.

– О, господи, – тихо охнула мать, – совсем на старости лет спятила.

– Мам, да пусть. Что тебе, жалко, что ли? Если человеку весело, кому это мешает?

– Во всём должен быть порядок. Каждый сверчок знай свой шесток. Если всякий вздумает делать всё, что взбредёт ему в голову, что из этого выйдет? Бабе шестой десяток, а она с мальчишками мяч гоняет. Перед соседями неудобно, – Тамара Николаевна нервно передёрнула плечами. – Хорошо, хоть послезавтра уедет. Ладно, я вздремну на часок, мне к трём в кружок «Академия досуга». Ты на ужин котлеты морковные делай на пару, жареное вредно. – Она ещё раз глянула в окно, осуждающе покачала головой и вышла из комнаты. Анна поставила утюг, подошла к окну, долго смотрела в него. Мягкая улыбка скользила по лицу девушки, как рябь по воде. Вдруг она тихо рассмеялась, захлопала в ладоши: «Ай да Инесса! Какой мяч взяла! Чисто Малафеев».

 

...Ужинали поздно. Так получилось, что за столом собрались только к девяти часам. Все были в отличном настроении, даже Тамара Николаевна. Она с гордостью продемонстрировала окружающим законченную работу – собственноручно вышитую салфетку. На льняном прямоугольнике тридцать на шестьдесят сантиметров были вышиты крестиком красные буквы:

 

«В здоровом теле –
здоровый дух!»

 

– Молодец! – похвалила Инесса. – Скрупулёзная работа. Это надо так аккуратно вышить – точка в точку, стежок к стежку. Я бы так не смогла. Только вот что касается содержания текста, я бы так сформулировала: «В здоровом теле – здоровый дух. На самом деле – одно из двух». Это я к тому, что тот, кто слишком зацикливается на здоровье собственного тела, упускает другие стороны жизни. – И расхохотавшись, видя посуровевшее лицо младшей сестры, тут же добавила: – Шучу я, шучу! Всё правильно: в здоровом теле – здоровый дух. Давайте этот плакат вывесим после ужина в прихожей напротив входной двери. Как вошёл, так тебе сразу жизненная установка.

– Этот, как ты изволила выразиться, плакат я тебе подарю, когда уезжать будешь. Тебе очень кстати будет.

– Вот спасибочки, сестрёнка. Благодарность моя не будет знать границ, – и уголком губ, чтобы услышал только Антон, добавила: – Я им буду пыль с мебели вытирать.

– Кстати, что касается здоровья, – заговорила Тамара, – у нас теперь так заведено: каждое утро все делают зарядку, потом контрастный душ. Это правило распространяется и на выходные дни, и на праздничные. И на гостей тоже! – на последней фразе она сделала ударение.

– Да бога ради. Я же понимаю, что со своим уставом в чужой монастырь не ходят. Как говорится: если ты живёшь в курятнике, то кукарекай по утрам, а если в свинарнике, то хрюкай со всеми вместе. Это я вообще, образно выражаясь.

– Да! Именно так. Антон, прекрати корчиться, подавишься. И вообще: когда я ем, я глух и нем.

– Ну так молчи, сестрёнка, и не слушай. А вот когда я кушаю, то я болтаю и слушаю. Ладно, ладно, молчу. Не злись. А то от злости витамины пропадают, синьорка Помидорка. Короче: утром все делаем зарядку! Во сколько подъём у вас по выходным, Антоша? …В семь?! С ума посходили! В воскресенье – и в семь подъём! Кажется, я попала в концлагерь...

 

– ...Тётушка Инесса. ...Инесса, вставай. Семь утра. Надо делать зарядку.

Она открыла левый глаз. Над нею склонился Антон.

– Семь утра. Надо делать зарядку, – с извиняющейся улыбкой пожал плечами мальчишка.

– Отлично. Зарядка так зарядка, – она сладко от души потянулась, широко зевнула. – Эх-хах! Ну и порядочки у вас. А мама встала?

– Ещё нет. Сейчас встанет, наверное.

– Э, нет. Так не пойдёт! – с этими словами Инесса вскочила и как была, в ночной сорочке, решительно направилась в спальню родителей, где тут же раздалось её громовое: «Подъём! Кто спит – того убьём!» А следом раздался бодрый марш в её исполнении: «На зарядку, на зарядку, на зарядку, на зарядку становись!!!»

Вернувшись через минуту в спальню Антона, где спала на матраце на полу, она сообщила: «Там папа с мамой делают зарядку. Анна обруч крутит. Ты, Антоша, как хочешь, а я вот тут на матраце ещё посплю. Если мама спросит про меня, то скажи, мол, Инесса на полу пресс качала, качала, потом устала и уснула. Ладно?» – и она плюхнулась на матрац, зарывшись в одеяло.

 

Воскресенье прошло весело, радостно и суматошно. Тамара Николаевна с лёгкой грустью наблюдала, как размеренность и устоявшийся распорядок их семьи шли прахом. «Ничего, завтра вечером всё встанет на свои места. Хорошо, что Инесска живёт в другом городе. А то с ума сойти можно было бы». Всем вместе удалось только позавтракать. Потом Инесса утащила Анну и Антона в кино на американский боевик. После кино позвонила: «Мы идём на аттракционы, на американские горки». На вопрос: «А обедать?», сообщила: «Мы в кино наелись попкорном и колой».

– Ужас, – жаловалась она мужу, – болтаются, как беспризорники. И потом, фаст-фуд вместо здоровой еды, чем она только думает? Все желудки испортят.

– Да ладно тебе, Томочка, – мягко возражал муж. – Инесса женщина вполне разумная. А с одного раза ничего с желудками не случится. Кстати, она очень неплохо готовит, – улыбнулся он, вспомнив слойки и отбивные.

«Беспризорники» вернулись только к четырём. Весёлые, возбуждённые, раскрасневшиеся.

– Руки мыть с мылом и за стол, – скомандовала мать, – я гречневую кашу сварила.

– Ма! Попкорн с колой – раз. Пирожки жаренные с повидлом – два. Кофе с молоком и заварными пирожными – три. Шоколад – четыре. Мороженое – пять! – доложил Антон. – Какая после этого может быть гречка?

– Инесса! Ты мне уродуешь детей!

– Ну что ты, Тамарочка. Ты погляди, как они светятся, глаза горят, щёки пламенеют. Уроды так не выглядят. И вообще, Тамара, мне бы с тобою поговорить надо. Но позже. Мы сейчас с Антоном будем снежинки вырезать.

– Чего вы будете делать?

– Ма, до Нового года осталось всего шестьдесят дней. Мы решили с Инессой снежинки сегодня вырезать. Можно?

– Да делайте вы, что хотите! – в сердцах махнула мать рукой. – Пойте, пляшите. Стойте на голове.

– А это идея! Насчёт постоять на голове. Я недавно читала, что йоги стоят на голове, потому что это очень полезно для кровообращения головного мозга. И нервы успокаивает. В общем, для здоровья чрезвычайно полезно.

 

Они стояли на голове. Даже у Тамары Николаевны, в конце концов, получилось, правда, не с первой попытки. «Всё! – закричала она. – Ловите меня!»

Муж с сыном опустились на ноги, подхватили её. «Ой, мать моя женщина! – смеялась она. – И меня в грех ввели. Хорошо, никто не видел».

Потом они дружно вырезали снежинки, расположившись на полу. У Дмитрия Андреевича снежинки получались какие-то квадратные с геометрическими рисунками. У Антона, как он сам определил, авангардные, с абстрактными дырками. Все снежинки из-под ножниц Тамары Николаевны выходили абсолютно одинаковыми, как сиамские близнецы. У Анны и Инессы были самые красивые – ажурные, изящные.

За работой неспешно беседовали на разнообразные темы. Тамара Николаевна, как всегда, свернула на тему здорового образа жизни, в частности, здорового питания, конкретно – вегетарианства. В качестве весомого аргумента она приводила тот факт, что с тех пор, как стала практиковать вегетарианство, почувствовала в себе лёгкость, голова прояснилась, спать стала гораздо лучше и кошмары сниться перестали, не то, что раньше.

– Ну и молодец, – радовалась за младшую сестру Инесса, – продолжай и дальше, если это на тебя так замечательно действует. Конечно, здоровье – это очень важно, недаром почти все праздничные пожелания начинаются именно с пожелания крепкого здоровья. Его надо беречь, заботиться о нём. Но не стоит из этого делать культа, превращать хорошее дело в абсурд. И ещё, не принуждай остальных членов семьи брать с тебя пример, строго следовать твоим принципам. Ты ведь у нас дама авторитарная, не зря под знаком скорпиона родилась, и в год тигра. Тебе, может быть, и не помешает сбросить несколько килограммов, а молодым растущим организмам мясо нужно для силы, молочные продукты – для роста костей. Между прочим, что касается твоих любимых вегетарианцев, то имеется такое научное мнение, что полный переход на вегетарианство приводит к тому, что человек всё меньше испытывает половое влечение, у женщин реже становятся месячные, а иногда полностью прекращаются. Сечёшь, к чему может всё это привести? Не стать тебе никогда бабушкой. И вообще, на мой взгляд, в тех, кто держит себя в жёстких рамках, постоянно контролирует, не позволяя себе ни малейшего отступления от правил, чего-то не хватает, огня в них нет внутреннего. Ущербные они какие-то, пришибленные. Расскажу я вам анекдот, так сказать, в тему. Пришли однажды журналисты к одному долгожителю, прожившему больше ста лет, спрашивают: как удалось дожить до столь преклонных лет и так прекрасно сохраниться? Тот начинает нудить, совсем как ты, Томка, мол, здоровый образ жизни, правильное питание, то, сё. В это время журналисты слышат, как распахивается входная дверь и вваливается шумная весёлая компания, женский визг, хохот, звон бутылок. «Это, должно быть, ваш внук с приятелями? Что же вы его не приучили к здоровому образу жизни?» «Нет, – морщится долгожитель, – это мой старший брат с бабами. Опять всю ночь гудеть будут».

Все смеялись, Антон – громче всех. Тамара Николаевна хмурилась, наконец, не выдержала и тоже засмеялась.

 

Вечером перед ужином вышли на прогулку. Тамара Николаевна и Дмитрий Андреевич шли чинно, взявшись под руку. Инесса с Антоном носились, дурачились, хохотали. Анна брела чуть в стороне, о чём-то задумавшись. Её тонкая фигура в длинном темном плаще выглядела очень хрупкой и одинокой.

После ужина Инесса заявила Тамаре Николаевне и Дмитрию Андреевичу: «А теперь мне надо с вами поговорить. Я ведь по делу к вам заявилась, а не абы как». И они ушли в родительскую комнату.

 

Лёжа в постели, Тамара Николаевна раздражённо говорила мужу:

– А ты говорил о ней: светлый человек, лёгкий характер... Вот тебе и светлый человек. Не моргнув глазом, напомнила о старом долге. Я уж думала, она забыла о нём навсегда. Нет, припомнила, твоя бессребреница. Прикатила за расчётом.

– Да ладно, Том. Подумаешь, в счёт уплаты долга возьмёт с собою Антона на время каникул и Аньку на время её отпуска. Ничего страшного. Не успеем оглянуться, как опять дома будут.

– Тебе легко говорить. Не просто возьмёт, а, можно сказать, забирает в качестве рабочей силы. Попросту говоря: во временное рабство. Аня будет с утра до ночи возиться с ремонтом, Антон тоже в подмастерьях света белого не увидит. Мне их жалко. Моё материнское сердце болит.

– Можно подумать, что здесь Анька бы отдыхала. Так же возилась бы с утра до ночи то со стиркой, то с готовкой. Какая разница, по сути? Ну, если уж твоё трепетное материнское сердце так болит, то верни Инессе те сорок тысяч, что заимствовала у неё три года назад.

– Да ну тебя! Спи уже, – и она в сердцах отвернулась к стене.

Анна не спала. Она лежала в темноте с распахнутыми глазами, думала. Как хорошо, что приехала Инесса. Как здорово, что забирает её и Антона к себе хоть на время. А то она уже скоро с ума бы сошла в этой рутине и однообразии. Конечно, они едут туда не развлекаться, а помогать тёте с ремонтом квартиры. Но она сейчас готова на край света, на рудники или плантации, только бы хоть ненадолго вырваться из этого замкнутого круга. И потом, поехать в Москву – это так здорово. Ведь не круглые сутки она будет ремонтом заниматься. Хоть часочек в день, да выкроит на прогулки. Побродит по проспектам огромного города, по шумным улицам, по магазинам. А вдруг... Вдруг случай столкнёт её с каким-нибудь парнем? Таким, о каком мечтается ей по ночам, когда уставшая она ложится в постель и грезит о счастье. Недавно ей исполнилось уже двадцать шесть лет. И до сих пор ни одного серьёзного не то, чтобы романа, а просто увлечения. А когда? Работа – дом. Дом – работа. Всё хозяйство на ней. Даже в выходные некогда сходить куда-нибудь. Все подруги уже замужем, некоторые даже по второму разу. Она тяжело вздохнула, сморгнула выкатившуюся слезу.

Антон тоже не спал. Он возбуждённо рисовал в своём воображении Москву, в которой ещё не был ни разу. Красная площадь! Кремль! Царь-пушка! Всё это он скоро увидит собственными глазами! Быть того не может, чтобы Инесса не показала ему всё это. Днём они с Анькой будут заниматься ремонтом, а вечером, после возвращения Инессы с работы, будут отправляться бродить по Москве. Может, даже в цирк сходят. Класс! Вот это каникулы! Не то что дома целый день за компьютером или во дворе мяч погонять. Друзья обзавидуются.

 

На следующий день, сразу после ухода родителей на работу, Антон и Анна принялись укладывать свои вещи. В десять часов проснулась Инесса. Вышла из спальни заспанная, лохматая.

– Что за шум, а драки нет? – весело вопросила.

– Да вот, укладываемся, – пояснила с улыбкой Анна, – я тут футболки и шорты нам с Антоном положила, в которых будем работать. Ну и одёжду на повседневный день.

– А я новую толстовку и новые джинсы, которые ты мне подарила, тоже возьму. Мы ведь всё равно сходим как-нибудь, на Красную площадь и в Макдональдс? Да, Инесса?

– А то! Само собой. Мы ещё много куда сходим и много чего увидим, обещаю.

Счастливый Антон побежал в свою комнату за вещами.

– Как раз открылся хозторг на углу, я схожу, куплю чего надо для ремонта, чтобы времени на месте не терять. А чего купить надо? Ты напиши мне список. Мастерок, валик, кисти, чего там ещё?

– Список, говоришь? Послушай меня, Анют. Значит, так: шорты и футболки долой. Вместе этого хлама уложи всю приличную косметику, если она у тебя имеется. Если нет, на месте прикупим. Платья свои лучшие возьми, тот брючный костюм салатового цвета обязательно, содержимое шкатулки с бижутерией.

– Зачем этот лишний груз? – засмеялась Анна. – Одно приличное платье я, конечно, прихвачу на всякий пожарный. Вдруг в театр надумаем сходить, как с ремонтом управимся.

– Вот заладила: ремонт, ремонт. Ремонт я месяц назад закончила. Всё тип-топ. Ты что же, решила, что я и в самом деле вас с Тошкой тащу с собою, чтобы вы на меня батрачили, как каторжане? Дурочка. Это же предлог вытащить вас, а в первую очередь – тебя из домашнего болота. Знаешь, я ведь что сделала, я тройку месяцев назад от твоего имени анкету на сайте знакомств создала, твоя фотография у меня есть, сама в прошлый раз мне подарила. Очень удачная фотография, где ты в салатовом брючном костюме. Так у меня там, в смысле, у тебя, несколько таких кадров нарисовалось – пальчики оближешь. Что что, а мужикам мозги пудрить я ещё не разучилась, заинтриговала – будь здоров. Некоторые тобою весьма интересуются. В общем, Ань, у тебя там, на сайте, дело уже до личных свиданий доходит. Я могла ещё в сообщениях выдавать себя за тебя, но на свидание всё же тебе самой лучше ходить. Мне почему-то кажется, что твоих потенциальных кавалеров не очень вдохновит, если вместо двадцатишестилетней девицы на свидание явится роскошная красавица пятидесяти трёх лет.

 

 

 

Пользовательский поиск

Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на g+  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

05.12: Записки о языке. Самое древнее слово (статья)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или Яндекс.Деньгами:


В данный момент ни на одно произведение не собрано средств.

Вы можете мгновенно изменить ситуацию кнопкой «Поддержать проект»




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за октябрь 2017 года

Купить все номера с 2015 года:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 



При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2017 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!