HTM
Номер журнала «Новая Литература» за январь 2019 г.

Джон Маверик

Разбилась душа о камни

Обсудить

Рассказ

Опубликовано редактором: Вероника Вебер, 19.03.2013
Оглавление

2. Часть 2
3. Часть 3


Часть 3


 

 

 

Четыре с половиной недели проползли кое-как, и Эрика облегчённо вздохнула. Не так всё оказалось страшно. Даже к господину истукану, как она про себя называла Фетча, худо-бедно притерпелась. Сорокаминутные прогулки по территории клиники, медитативная музыка, рисунки на песке, гладкое крашеное дерево скамейки, пирамидка из камешков, солнечный зайчик от карманного зеркальца, земляника, пчёлы и стрекозы, виноградная улитка на парапете, зелёное яблоко, хризантемы с разноцветными лепестками. Эрика учила флегматичного гиганта воспринимать окружающий мир: видеть его, слышать, осязать, чувствовать на вкус и на запах. Вернее, учила – это сильно сказано, взрослого человека не надо обучать тому, что заложено в него от природы. Оно или проявляется – или нет. Оба просто встречались – на неполный час, после обеда – чтобы играть в двух детей. И пусть то, что они делали, было бесконечно далеко от классической психотерапии, игра помогала неплохо убить время одной и слегка расцветить убогие больничные дни – другому.

В конце месяца Хайко Керн пригласил Эрику в свой кабинет для беседы.

– Ну-с, фрау Каспер, – начал он, листая на столе какие-то бумаги, – и как вам у нас? Впечатления? Вопросы? Пожелания?

– Хорошо, – застенчиво сказала Эрика. – Я уже освоилась.

Она никак не могла взять в толк, доволен Керн её работой или нет.

– Вы не особенно общительный человек, так? Хотелось бы большей открытости, понимаете? Искреннего интереса, улыбки... наши пациенты очень отзывчивы на это. Как и все люди. Если собираетесь в дальнейшем работать в клинической области – то имейте в виду.

Скорее, недоволен. Эрика вздохнула.

 

– Ну, а как ваш подопечный? Удалось найти общий язык, ну, более или менее? – и прежде, чем она успела ответить, добавил, слегка озабоченно. – У него, похоже, начинается ремиссия.

– Вы думаете, господин Керн?

– Да. Он потеплел.

«А ведь и правда, рядом с ним уже не так морозно. Вот только моей заслуги тут никакой, увы».

– Господин Фетч стал контактнее, чем в первые дни, – осторожно произнесла Эрика. – Но о чём он говорит, по-прежнему понять трудно. Собственно, говорит он всегда одно и то же. «Темнота, вода капает, красные сосульки, хочу назад...» «Зачем, мол, меня оттуда забрали...» Я подумала, что это такая регрессия на эмбриональный уровень развития... тоска по внутриутробному состоянию... Он и сидеть любит, согнувшись, упираясь локтями в колени, как будто стремится принять позу эмбриона в матке.

Эрика почувствовала, что краснеет – густо-малиново, неровными пятнами, как умела краснеть только она. Кошмар её школьных лет.

Какой из неё диагност?

 

– Нет, – улыбнулся Керн. – Вы не знаете, что с ним случилось? Засыпало в пещерах. Каким-то образом Йохан Фетч откололся от группы и очутился один в опасном месте. Когда спасатели вытаскивали из-под завала – а у него рука застряла в камнях, боль, видимо, была сильная – сопротивлялся, как мог, и просил его не трогать. Дневного света боялся первое время.

– Господин Фетч не помнит, кто он и что.

Психолог кивнул.

– Ретроградная амнезия. Забыл всё, что с ним происходило до того злополучного спуска. Жену не узнавал. Потом память восстановилась – фрагментарно, очень узкими фрагментами. В основном то, что касается предыдущих экспедиций. Видно, хобби было для него важнее, чем профессия и семья, но это как раз не редкость. Такая вот история. Его бывшая до сих пор сюда звонит, хотя они два года как в разводе.

Эрика зажмурилась и представила себе Йохана Фетча – большого и сутулого, с фонариком в руке бредущего по длинному тёмному коридору. Узким лучом он водит по стенам, выхватывая из гуталиновой черноты красноватые плиты, с тонкими, как птичьи лапы, рисунками, и каменные сосульки сталактитов, и глубокие щели, и белёсые лишайники, и гладкие холодные выступы, маслянистые от пещерной влаги. Вспыхивают причудливые кристаллы, складываются в узоры и соцветия и снова распадаются на отдельные яркие точки. Письма. Фотографии в семейном альбоме. Стихи. Наспех снятое, записанное, сохранённое. Они текут и меняются, как Млечный Путь, как вечно горящие звезды... Там, куда падает луч фонаря, на доли секунды становится светло, но свет умирает быстрее, чем успеваешь хоть что-то разглядеть, и всё опять пожирает тьма. Вездесущий мрак забвения, которому нечего противопоставить.

Человек и фрагменты его памяти.

 

Сначала вернулись левая рука и затылок – горячие, полные боли. Вывернутое запястье слегка пульсировало, а затылок глухо, натужно гудел. Йохан попытался повернуть голову – но шеи словно не было вовсе или она настолько сильно затекла, что ощущалась инородным телом. Затем вернулся слух, а вместе с ним – серебряный шёпот воды, не вкрадчивый и не мелодичный, каким обыкновенно бывает журчание подземных потоков. В нём чудилось что-то ядовитое, в этом звуке, как будто десятки вертких меднокожих змеек, извиваясь и шипя, прокладывали себе путь по горячему песку. Потом Йохан открыл глаза и увидел вокруг себя райский уголок.

Глубокий кварцевый свод – синий, как небо, только не ясный, не воздушный, а мутный и как будто облачный. Лужайка, поросшая разноцветными анемонами... Бабочки над цветами. Они бархатистые, словно плюшевые, во всяком случае, на вид. Повсюду разбросанные глыбы песчаника и кварца напоминают альпийские горки. Откуда-то сверху, сквозь камни, сочится золотой солнечный свет – настоящий или такой же иллюзорный, как всё остальное, Бог его знает. Йохан различает каждую травинку – крепкие, чуть синеватые стебли, не понятно каким колдовством выросшие в полумраке, на голых камнях, и сами окаменевшие у корней – и каждый прозрачный лепесток, голубой или фиолетовый, с искристыми прожилками – чуть более плотный, чем полагается быть обыкновенному лепестку цветка.

Вот, бабочка села на плечо – тяжёлая, как булыжник. От её веса опять свело руку – от кисти до предплечья. Йохан хотел прогнать насекомое, но не сумел пошевелить даже мизинцем. Сонное оцепенение навалилось и сковало его от макушки до пят. Даже боль утратила остроту, сделалась унылой и тянущей. Он чувствовал, что лежит в неудобной позе, согнутый и перекрученный, и с каждой секундой теряет силы – но ничего не мог поделать.

 

«Надо вспомнить... вспомнить... – говорил он себе, – ведь остался же кто-то там, наверху, ради кого стоило бы выкарабкаться, оттаять, жить дальше... Элла?» Йохан старался вызвать в памяти образ жены – цыплячья шея в грубом воротнике, неправильно, в спешке застёгнутые пуговицы, отчего халатик перекосился. Острые пальцы комкают на спине его рубашку. «Что, так и уедёшь? В такое время – не будешь рядом?» – «Ну и что, при чём тут я?» Он не испытывал к ней жалости. Вообще ничего не испытывал. Действительно, при чём тут он? Кто ему эта женщина? Кто он ей? Он себя самого не способен пожалеть, тем более – другого.

Пустота, в какие одежки её ни ряди, всё равно остаётся пустотой. Хорошо, если внутри обнаружится хотя бы проводок. Тот, который приводит в движение всё остальное. Йохан заглянул внутрь себя – и понял, что проиграл. Никакого проводка. Последняя куколка оказалась полой.

 

Каменная глыба в паре шагов от него оплывала огромной свечой, и что-то странное на ней прорисовывалось, что-то, смутно напоминавшее человеческое лицо. Большой, смело очерченный нос, переносица почти без перегиба – от самых бровей, высокие скулы, нижняя губа – пухлая, а верхняя – вялая, изжёванная. Такой рот выдаёт слабость. Скошенный подбородок – как у неандертальца. Йохану неприятно смотреть, его тошнит, он ненавидит это лицо, но черты постепенно выкристаллизовываются, проступают всё чёетче и чётче. Камень – это по сути своей зеркало, только очень медленное, очень тягучее. Отражаешься в нём не сразу, а сперва краешком, фрагментом души. Тайным желанием, какой-нибудь глупостью – обрывком детства, пустой беседой, кадром из фильма, который посмотрел полгода назад, любимой ручкой, потерянной в шестом классе, первой пещерой, запахом лекарств и мочи, ужином на кемпинге, вместе с друзьями.

Под каменной головой начали проявляться могучие плечи, грудь, живот, округлые колени... Грубый слепок с человека.

Йохан с трудом понимал, где он, а где – отражение, так размылась, растянулась влажной плёнкой по камням его собственная личность. На какую-то долю секунды вспыхнуло желание жить, настолько острое, что он застонал в давящем своём полусне, и ему почудилось, что истукан напротив – застонал тоже. Вспыхнуло и перегорело, как лампочка. Йохан остался в темноте.

 

– Чёрт знает что такое, – возмущался Хайко Керн за закрытой дверью. – Просто чёрт знает что.

Эрика остановилась и прислушалась. Она не понимала, с кем говорит психолог, но второго голоса не было слышно, так что, похоже, разговор вёлся по телефону.

– Вообще-то, дело полиции устанавливать его личность. Но ерунда какая-то. Форменная ерунда. Что? Да, фотографии я видел, конечно. У него брата-близнеца не было? Нет? Странно, очень странно.

Не то чтобы всё это как-то её касалось – скорее, нет. Она – всего лишь практикантка. Но что-то заставило Эрику прислониться к стене и дождаться, пока психолог повесит трубку и, пошуршав с полминуты бумагами, выйдет из кабинета.

– Здравствуйте, господин Керн. Извините, я опоздала на четверть часа, из-за автобуса, но группа у меня начинается только в...

– Да-да, – быстро сказал психолог. – Очень хорошо.

Он хотел обойти докучливую практикантку и бежать дальше по коридору. Его голубая рубашка с резиновым якорем поверх кармана, надувшись ветром, уже летела вперёд – нетерпеливая, как парус. Во всяком случае, так показалось Эрике.

– Простите, что задерживаю, но... что-то случилось?

Керн взглянул на нее с удивлением.

– Да... да, вам, наверное, следует знать, фрау Каспер. Звонила жена Йохана Фетча, бывшая, в смысле, и сказала, что в той пещере, под Зальцкаммергутом, нашли останки её мужа. ДНК-анализ подтвердил и всё такое. Вчера были похороны. А теперь вопрос – кто же такой наш пациент, мнимый, так сказать, Фетч?

– Мнимый... – ошарашенно повторила Эрика.

Она никогда не читала в сети ни о райских уголках, ни о пещерном зеркале и не знала, что камни бывают молодые и любопытные. Она и вообразить себе не могла, как о скалы разбивается душа, но правда словно вырвалась из глубины сердца: «Они вытащили из-под земли не того истукана!»

 

Хайко Керн направился к корпусу «острых». Йохан Фетч – вернее, мнимый Фетч – сидел на лавочке под яблоней-китайкой, привычно сгорбленный, как огромный холм, и пятнистый от просеянного сквозь листву солнца. Он гулял перед завтраком. С каких это пор у Фетча появилась привычка гулять? Месяц назад его невозможно было выманить из палаты.

Керн приблизился и увидел, что великан держит на ладони бабочку и с лёгкой улыбкой разглядывает её, поворачивая руку то так, то эдак – чтобы солнечные блики играли на крылышках – а глаза у него зелёные, как у Эрики.

– Чёрт знает что, – снова пробормотал психолог.

 

 

 


Оглавление

2. Часть 2
3. Часть 3


Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

09.10: Ибрагим Ибрагимли. Интервью (одноактная моно-пьеса)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или сразу отправить журналу 500 руб.:

- с вашего яндекс-кошелька:


- с вашей банковской карты:


- с телефона Билайн, МТС, Tele2:




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за январь 2019 года

Купить все номера с 2015 года:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 

При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2019 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!