HTM
Номер журнала «Новая Литература» за ноябрь 2019 г.

Саша Николаенко

Клетки

Обсудить

Роман

На чтение потребуется 4 часа 20 минут.
Скачать файлом doc, fb2, pdf, txt за 97 руб.:
Сразу после оплаты кликните по ссылке:
«Вернуться на сайт продавца»

 

Цитата | Скачать и получить доступ ко всем публикациям месяца в полном объёме: doc, fb2, rtf, txt, pdf

 

 

Купить в журнале за июль 2015 (doc, pdf):
Номер журнала «Новая Литература» за июль 2015 года

 

Опубликовано редактором: Андрей Ларин, 2.07.2015
Оглавление

37. Часть 3. Липовая аллея. Глава 11. E4–e5 Кb8–f6
38. Часть 4


Часть 4


 

 

 

 Иллюстрация. Название: «Клетки». Автор: Саша Николаенко. Источник: http://newlit.ru/

 

 

 

Жизнь и сновидения – страницы одной и той же книги.

Артур Шопенгауэр.

(Из записной книжки Антона Павловича Райского)

 

 

«Центральная славь» от 13.06. 2013

 

Знаменитый писатель, драматург и киносценарист Антон Павлович Райский серёзно болен.

Сегодня утром в службу спасения с просьбой о помощи позвонила супруга Антона Павловича, Людмила Анатольевна Райская.

Писатель заперся в своём кабинете, забаррикадировал дверь, на вопросы испуганной женщины не отвечал и не отзывался.

Приехавшая по вызову бригада спасателей была вынуждена проникнуть к Антону Павловичу через балконную дверь.

Спасители обнаружили знаменитого прозаика под письменным столом.

Он пребывал в состоянии сильного душевного расстройства, плакал, прижимая к груди фигурку чёрной пешки. Отдать фигурку следственным, спасательным и медицинским органам Антон Павлович наотрез отказался.

На вопросы спасателей и медицинских работников отвечал громким лаем, и был доставлен в седьмую городскую психиатрическую больницу с подозрением на маниакально-депрессивный психоз.

В интервью нашему корреспонденту супруга Антона Павловича, Людмила Анатольевна Райская, рассказала, что поводом для трагедии, произошедшей с Антоном Павловичем, мог послужить отказ Соломона Арутюновича Миргрызоева, владельца издательства «Луч-просвет», издавать новый роман мужа «Липовая аллея», а также гибель любимой собаки Антона Павловича Мерсью.

– Всю последнюю неделю, – сказала несчастная женщина, – Антон прибывал в постоянном напряжении, не мог работать, отказывался от пищи и страдал бессонницей.

 

Все мы, читатели, многочисленные поклонники таланта Антона Павловича приносим ему своё сочувствие и искренне надеемся, что любимый автор вскоре поправится, чтобы и дальше радовать нас своим талантом.

Спецкор Ц. С. Н. И. Сашик.

 

К g8–f6

 

Душевная болезнь представляет собой закономерный биологический процесс, разделяющийся на несколько видов, имеющих каждый определённую этиологию, характерные физические и психические признаки, типическое течение, патологоанатомическую основу и тесно связанный с самой сущностью процесса заранее предопределённый исход.

«Психиатрия» 1896 год.

 

1.06.2013.

09.00.

– Попрошу меня немедленно отпустить! Вы не имеете никакого права! У-у-у меня дела! У меня роман! – сердито сказал Антон Павлович, стремительно входя в кабинет заведующий психоневрологическим отделением шестой МКБ Лилит Беэтовны Удушиловой.

Лилит Беэтовна, красивая статная доктор с екатерининским профилем и сросшимися в одну бровями, ласково улыбнулась вошедшему и сделала приглашающий жест в сторону кушетки.

Антон Павловича подвели, уложили и пристегнули ремнями.

 

Лилит Беэтовна зашуршала листами истории болезни.

Антон Павлович продолжал.

– Условия моего содержания здесь я считаю совершенно неприемлемыми: еда отвратительна. Курица. Рис. Капуста. Котлеты. Кефир. Меня никуда не пускают. Ко мне совершенно свободно приходят очень странные, неприятные, неопрятные люди. О чём-то просят, но произносят все шёпотом, затыкая при этом мне уши. Я не могу их услышать. Мне страшно. Всё пахнет клопами.

Лилит Беэтовна быстро писала. Кивала. Понимающе взглядывала.

– За стеной по ночам кто-то воет, шуршит, – чувствуя в докторе благодарного слушателя, торопился рассказать дальше Антон Павлович. – Вчера в мёртвый час ко мне явилась какая-то женщина в белом с зубами и укусила вот тут! – Антон Павлович слабым кивком показал доктору, где его укусили. – После укуса я совершенно ослаб и не мог написать пары слов.

Сегодня ночью какая-то гадина украла из тумбочки мою новую рукопись. Я запираюсь, но гадина, вероятно, перегрызла решётку и влезла. Обрывки романа я собирал по частям. Гадина скомкала и выкинула рукопись в уборный бачок. Бачок засорился. Получился запах! – Лилит Беэтовна свела бровь углом и, перестав писать, огорченно посмотрела на возмущённого писателя.

– Я чувствую себя скованным по рукам и ногам! – Антон Павлович красноречиво пошевелил всем, чем мог шевелить – пальцами и ушами. – Я в клетке. Я погибаю! Я совершенно здоров! Пожалуйста, доктор, я умоляю вас! Подпишите мне выписку, выпустите меня! – тут Антон Павлович заплакал, пронзительно кося глазами на доктора и беспомощно заскрёб пальцами розовую резиновую клеёнку.

Лилит Беэтовна молчала, тикали часы.

Решив, что доктор по-прежнему прибывает в сомнении, Антон Павлович стремительно перешел в наступление.

– Доктор! – прошептал Антон Павлович и с умоляюще, взглядом попросил Удушилову приблизиться.

Доктор встала, подошла и, склонясь над кушеткой, ласково погладила выздоравливающего по волосам.

Антон Павлович почувствовал к Удушиловой совершенное доверие и нежность.

Доктор ждала.

– Вам, только вам я могу сказать…

Доктор наклонилась к губам писателя, и Антон Павлович едва слышно прошептал самое важное:

– Я не в силах творить. Кончится тем, что я перестану служить источником бытия… Первопричиной. Я перестану вас создавать…

– И тогда… – тут Антон Павлович тревожно испуганно замолчал. Похолодевшие от ужаса пальцы прозаика опять заскребли клеёнку, но Лилит Беэтовна накрыла пальцы тёплой мягкой ладонью. Ладонь остро пахла земляничным мылом и была резиновой от перчатки.

– Вы мне верите? – недоверчиво спросил Антон Павлович.

– Совершенно! – подтвердила Удушилова.

– И не станете лгать и смеяться?

– Поверьте, Антон Павлович, мне не до смеха. Я хочу вам помочь! – искренне встревожилась Лилит Беэтовна.

И Антон Павлович решился.

– Доктор! В ваших силах спасти человечество! Поймите, я перестану вас создавать, и тогда человечество обречено! Все вы исчезните! Вас никого не будет! Вот к чему это приведёт! Доктор… Доктор! Вы должны, вы обязаны выпустить меня! Подпишите выписку! Немедленно. Вы можете… Человечество… Цивилизация… Пока не поздно! – но тут Антон Павлович почувствовал лёгкий укол под ремнём правого запястья. По телу его побежало тепло, накрыло волной. И понесло куда-то, покачивая.

«…Отвратительно кормят… курица, рис, компот из сухофруктов… совершенно не сладкий…»

Лилит Беэтовна грустно кивала.

Тикали часы.

 

1.06.2013.

11.02.

 

Сегодня, сразу после утренних процедур, я имел несчастье выслушать их.

Они говорили все разом, с четырёх сторон моей комнаты.

Очень близко подходили к её краям и, рассмотрев, что там я, но стены мои бумажные, они били по ним кулаками. Эти удары разбудили меня. Оглушённый, я отчётливо слышал, как за ними скребутся, плачут и перешептываются фигуры.

 

Я проснулся.

Первая стена моей комнаты была порвана в клочья, вторая скомкана в чьих-то пальцах. Третья стена лежала у меня под ногами, как формат А4, и шёпот их мне показался гораздо громче, чем их крик или плач. Я прислушался. Они говорили, что меня нет. Это показалось мне очень забавным, и я рассмеялся.

Но они меня не слышали, потому что смеялись тоже.

А мне было всё равно.

Моё отвращение к ним и неверие в них не имело больше предела. К несчастью, они надоели мне до того, что на ужине я смог съесть только твёрдую булочку с изюмом, и запив её тем, что они называют тут чаем, я пошёл в свою клетку.

 

МКБ. А. П. Райского.

Маниакальное состояние. Больной разговаривает сам с собой. Неожиданно смеётся. Бредит.

Наблюдаются галлюцинации; тактильные, зрительные, обонятельные, вкусовые, слуховые. А так же галлюцинации общего чувства: висцеральные, мышечные.

А так же их комбинации.

Больной видит в своей комнате группу знакомых или незнакомых людей, слышит, как они переговариваются.

Бредовые расстройства; ложные умозаключения, ошибочные суждения и пр.

Бред не поддаётся коррекции или разубеждению со стороны. Больной полностью убеждён в достоверности своих ошибочных идей.

Деменция начальной стадии.

Пирамидон.

Атропин.

Сероводородные ванны.

Массаж.

 

02.09.2013.

06.00.

Меня хотят съесть.

Дальнейший текст съеден.

МКБ. А. П. Райского.

 

Мегаломания.

Симтомокомплекс паранойи.

Маниакально-депрессивный психоз, развившийся в результате дереализации больным окружающего мира.

Пароксетин 40 мг.

Клоназепам. За 20 мин. до еды.

 

02.06.2013.

Продолжаю напряжённо работать. Психиатрия это наука, которую я раньше недооценивал. Польза лекарственных средств только в том, что они какое-то время помогали мне не делать первого хода. Но не более.

Потом я сорвался.

Ещё никогда не писалось мне так легко.

Они отобрали у меня доску. Я протестовал и кусался. Но меня схватили и ударили. Кормят варёной курицей и холодным рисом. Суп отвратителен. Везде пахнет тушёной капустой. Курица тоже холодная и жёсткая, а я люблю серое мясо, какое бывает на лапах и под спинкой. И дают белые таблетки. Попросил угля, объяснив, что живот болит.

Дали две чёрных. Две белых у меня уже были. Этого вполне достаточно для первого хода. Долго думал над ним, пока наконец не решился пойти от е2–е4. Е7–е5.

Фигуры все тут одеты в белом, и если не вглядываться в них внимательно, то ничего не заметишь. Но я наблюдаю очень внимательно. Их выдают глаза и обувь.

Лилит Беэтовна тут всех хитрее. Она переодевает обувь, и глаза у неё тоже черные. То белые.

У неё ещё красные лодочки, как есть у Симы, а руки у неё пахнут детским земляничным мылом.

Я перестал доверять ей. Я никому из них тут не доверяю, но ей особенно.

Вчера я честно признался ей, кто я, и предупредил меня выпустить.

Сделав вид, что обрадовалась тому, что я совершенно здоров, она попросила меня подписать ей на память мой роман «Липовая аллея».

Я обрадовался как последний дурак, совершенно забыв о том, что «Липовая аллея» мной ещё не написана, и, когда мне отстегнули от кровати правую руку, подписал свой несуществующий роман.

Все они: и чёрные, и белые – все, все кто они были – шептались так, точно боялись меня разбудить. Но я не спал.

Потом слились в серое.

И я перестал их различать друг от друга.

 

МКБ. А.П.Райского.

Аффективный синдром.

Амитриптилин.

Гиперецин.

Флуксидоглоболенпроак.

Рикситин.

Лечебная физкультура.

 

03.06.2013.

Больше никогда никому из них не говорить о себе правды. Ни слова. Не сознаваться ни в каком случае. Не верить их лживым обещаниям и фальшивым улыбкам.

Все они боятся меня. Потому привязывают, кормят отвратительной, невкусной скользкой капустой и жёсткой белой курицей, чтобы я ослаб, и запирают. В чай подмешивают яд. Вчера был ужасный случай, но об этом потом.

Больше всех боится меня она. У неё страшное резиновое лицо. И маленькие как у кошки зубы. Когда она улыбается, у меня в позвоночнике начинается шорох, хлюпает внутри и кажется, что отрывается голова. Запах земляничного мыла стал мне отвратителен.

Сегодня проспал весь день.

Когда проснулся, голова моя была на удивление ясная, а мысли отчётливы. Я сразу понял, в чём состоит их план. Лежащая на поверхности истина ужаснула меня.

Лишив меня воли и возможности владеть собой, сломив меня, они надеются посредством меня управлять моей шахматной доской сами.

 

МКБ. А. П. Райского.

Парафренный синдром.

Больной приписывает себе фантастические способности, при этом убеждён в отрицательном влиянии на себя извне, а также, что сам может оказывать такое влияние.

(Религиозный бред) – больной считает себя Создателем. Утверждает, что виноват в смерти и рождении выдуманных (не существующих в реальности) людей.

У больного наблюдается непрекращающаяся сенестопатия. Астения в запущенной стадии. Маниакальное состояние.

Потливость. Тахикардия. Зябкость. Колебания артериального давления.

Рогипнол.

Метаквалон.

Бензодиадепин отменить.

Посещения противопоказаны.

 

03.06.2013.

Мои создания не замечают своих клеток. Смешно наблюдать, как они бегают в них, расставляют в них шкафы и диваны, клеят обои, белят потолки, вешают картины… И заводят кошечек с рыбками.

А-ха-ха!

Муравьи.

 

04.06.2013.

День прошёл впустую. Я никого не создал.

 

05.06.2013.

Не могу писать.

 

06.06.2013.

Не могу писать.

 

07.06.2013.

Сегодня сидел в чёрной клетке. В белой клетке страшнее.

 

08.06.2013.

Ненавижу людей. Больше никогда не стану их создавать. Провались они все пропадом.

 

08.06.2013.

Трудно быть богом.

 

9.06.2013.

Стало гораздо легче. Лилит Беэтовна старается убедить меня в том, что я невиновен.

 

10.06.2013.

Я невиновен?

 

11.06.2013.

Я невиновен. Никогда ещё мне не было так хорошо. Так легко и счастливо на душе. Как я мог в чем-то подозревать Лилит Беэтовну? Она замечательный доктор. Настоящий специалист. Страшно даже подумать. Чтобы было со мной. Если бы не она.

Ведь я мог уничтожить весь мир! Это ужасно.

 

12.06.2013.

Мне разрешили посещения.

Приходила Люда. Какие красивые она принесла оранжевые апельсины!

Лилит Беэтовна разрешила прогулки. Мы с Людочкой вышли на улицу. Здесь прекрасный яблоневый сад. День был чудесный. Солнечный, тёплый. Сидели, взявшись за руки, на лавочке. Какое лето!

 

 

13.06.2013.

Случилось ужасное. Я опять убил человека. F2–f4, e5–f4.

 

14.06.2013.

Как отчётливо вижу я теперь свою клетку. Так же как у них, в моей клетке нет выхода.

Я обречён создавать и, создавая, обрекать их на гибель. Но, в отличие от них, у меня нет ни надежды, ни выхода.

 

15.06.2013.

Я ошибался. Выход есть.

 

«ЦЕНТРАЛЬНАЯ СЛАВЬ».

 

Скорбим и помним.

 

Сегодня, между пятью и шестью утра, внезапно ушёл из жизни Антон Павлович Райский.

У знаменитого драматурга отказало сердце.

Доктора связывают эту трагическую, неожиданную кончину с наступившем в деятельности знаменитого автора кризисом.

Антон Павлович был найден за шахматной доской.

Расставленные на доске фигуры были не тронуты.

Скорбим и помним.

 

Спецкор. Н. И. Сашик.

 

 

 

Антон Павлович дочитал неприятную заметку, очень расстроился и, на всякий случай, перечитал заметку ещё раз.

«Вот те на… Говорят, что я умер…» – недоуменно подумал Антон Павлович и, чтобы удостоверится, что эта печальная новость ему не снится, перелистнул «Центральную Славь» на погоду.

Погоду обещали хорошую.

Малооблачно. Без дождя.

Удостоверившись, что погода будет хорошая, Антон Павлович сверился с окном.

В раме плыли барашковые безмятежные облачка.

«Плывут… – с горечью и обидой подумал про них Антон Павлович. – Как плыли, так и плывут себе. Как будто со мной ничего не случилось… Я умер, а им хоть бы хны…»

Антон Павлович пошуршал газетными листами, нашёл ещё пару-тройку интересных статей, попытался читать, но буквы скользили от его внимания, как утиные выводки в камышовые заросли.

«Я умер. Это ясно. Что же мне делать теперь?» – рассуждал сам с собой Антон Павлович и, хотя никто не гнал его с кухонного кресла, а Людмила Анатольевна как ни в чём не бывало хлопотала у плиты к завтраку, бедному покойнику было совершенно ясно, что ему теперь в кресле не место.

Никто не говорил Антону Павловичу, что делать в случае своей смерти, а самому ему ничего не приходило в голову.

Антон Павлович посмотрел в спину жены и нетерпеливо покашлял. Людмила Анатольевна улыбаясь обернулась, и, почувствовав на себе приязненный и нисколько не удивлённый взгляд жены, Антон Павлович подумал, что Людмила Анатольевна, наверное, ещё не читала про него заметку.

– Что пишут, Антуля? – бодро спросила Людмила Анатольевна, ставя на стол тарелку с шипящей яичницей, и Антон Павлович, хотя и умер, но всё же почувствовал, что голоден и немного покушает.

– Пишут, что я умер. Ерунда какая-то, – вставая с кресла и пересаживаясь за стол, отвечал Антон Павлович, берясь за вилку и отпивая горячий чай.

– Почему же ерунду? – возразила тем временем Людмила Анатольевна, с кружкой горячего кофе усаживаясь напротив Антона Павловича, и мешая чайной ложкой кусочек сахара. – Разве ты не умер?

– Да я и сам не пойму, – с аппетитом прожёвывая кусок крепкого жилистого бекона, отвечал жене Антон Павлович. – С одной стороны, всякое может быть. Но с другой стороны, это все же, согласись, как-то несколько неожиданно и неприятно.

Людмила Анатольевна с жалостью и нежностью смотрела на мужа.

– Ну почему же неожиданно, Антуля, ты долго болел… Вспомни хотя бы, как ты переживал из-за нового романа? Подлец Миргрызоев отказал нам в издании. Ты страдал из-за Мерсью, – перечисляла Людмила Анатольевна, прихлёбывая крепкий кофе, и Антон Павлович огорченно кивал, вынужденный принимать её доводы.

– Неприятности и беды следовали одна за другой, – рассказывала тем временем Людмила Анатольевна, пока Антон Павлович кушал, и от её рассказа Антон Павлович как-то разом приободрился и одновременно смирился.

«В конце концов, какая мне разница, умер я или нет, раз ничего, кажется, от этого всё равно не изменилось?» – успокаивал себя Антон Павлович, но, однако, с каждой секундой ему делалось все тяжелее и тяжелее принять и смириться со своей кончиной.

«Скорбим и помним… У, лицемеры! – горевал Антон Павлович. – Знаю я, как вы скорбите! Знаю я, как вы помните!»

«Разве это так делают, поступают так разве с человеком?.. Ведь никто меня даже не предупредил! Дали газету в руки, не подготовили, как это обычно делается в таких случаях. Разве можно вот так, с бухты-барахты, прямо за завтраком давать такое читать немолодому, больному человеку?» – сердился Антон Павлович, и ему было очень жалко себя.

«Ведь так и умереть можно от инфаркта сердца…» – беспокоился бедный покойник.

Тем временем Людмила Анатольевна собрала со стола тарелки и, сметя полотенцем хлебные крошки, уселась читать «Поленьку Сакс» в кресло Антон Павловича.

«Ещё даже дня не прошло, как я умер, а она уже Державина у меня на глазах читает…» – окончательно расстроился Антон Павлович, и мысль понесла его дальше, в этом траурном стремительном русле, как горная река несёт зазевавшуюся инфузорию к водопаду Виктория.

«Вот так умрёшь и даже пикнуть не успеешь, как все про тебя забудут, точно тебя и нет». – И Антон Павлович, сердито отодвинув табуретку, встал и нарочно громко шлёпая тапками, прошёлся туда-сюда по кухне.

Жена спокойно перелистнула страницу.

Антон Павлович недоверчиво покосился на Людмилу Анатольевну и напряжённо задышал.

Антон Павлович дышал очень громко, но Людмила Анатольевна не обращала на хрипы Антона Павловича никакого внимания и с удовольствием читала.

Антон Павлович встал у жены за спиной и горячо, обиженно задышал ей в макушку. Людмила Анатольевна поморщилась, обернулась к окну и, прикрыв форточку, продолжала чтение.

Антон Павлович беспомощно огляделся, соображая, что бы ещё предпринять против жены, и внезапно ему показалось, что всё это: и газетная статья, и Державин в руках Людмилы Анатольевны, и полуденный зной, колышущий занавеску на стеклопакете, уже было когда-то однажды в его жизни.

Антон Павлович вздрогнул и прищурился с удивлением. Упорное дежавю смотрело на него изо всех углов кухни.

Смотрело с клеёнчатой скатерти. Смотрело из сахарницы.

Смотрело с потолка, лежало знакомыми тенями на полу. Даже из кафельного узора пристально и жутко смотрело на Антона Павловича дежавю.

«Сейчас я войду на кухню, жена вздрогнет и захлопнет книгу», – с ужасом вспомнил Антон Павлович, и ему стало так страшно, как ещё никогда не бывало в жизни…

«А потом я выйду на балкон… – стремительно всплывало у Антона Павловича из памяти, – и плюну в Добужанского…»

«Боже мой! Мне же ни в коем случае нельзя плевать в Добужанского! Ведь с этого всё начнётся…»

«И кончится тем, что я умру!» – Антон Павлович, покрываясь холодным потом, схватился за голову и застонал.

«Ерунда… Не может этого быть. Тогда был май, а теперь уже осень…» – напомнил себе Антон Павлович, и чтобы удостоверится, что ему померещилось, шмыгнул мимо жены на балкон. Но запах цветущей черёмухи, сиреней и акаций, неумолимый, как приговор, встретил Антона Павловича у перил.

Антон Павлович бросился к газете, желая свериться сегодняшним числом. Но число на газете оказалось тринадцатым мая.

Оставалась одна надежда, что Антон Павлович проспит.

Часы пробили полдень. Антон Павлович замер посередине кухни, с ужасным предчувствием глядя на дверь.

Людмила Анатольевна вздрогнула и захлопнула за спиной Антона Павловича книгу.

Антон Павлович вошёл, мрачно посмотрел на жену и, не здороваясь, направился к балкону…

За Антоном Павловичем, цокая коготками, спешила Мерсью.

Остановившись у ног бедного, беспомощного умершего, преданная Марсельеза отчаянно завертела головой и вдруг задрала мордочку и пронзительно, жалобно заскулила.

Антон Павлович проснулся в слезах.

Встал.

Накинул халат.

И зашлёпал на кухню.

Людмила Анатольевна захлопнула Державина.

Антон Павлович прошёл на балкон. Он не стал здороваться с женой. Следовало дать жене понять, как ему неприятно, когда вместо него Людмила Анатольевна читает кого-то ещё.

Выйдя на балкон, Антон Павлович накопил слюны достаточно, чтобы плюнуть.

Из арки на тротуар легла чья-то тень.

«Наверняка это Добужанский», – отчего-то подумал Антон Павлович и старательно прицелился.

Антон Павлович прицелился, но в этот момент из кухни донёсся пронзительный, звонкий вой Марсельезы Люпен Жирардо.

Он вздрогнул, отвернулся, и быстро прошлёпав на кухню, взял Марсельезу на руки.

 

Сd6–e7#

 

 

 


Купить доступ ко всем публикациям журнала «Новая Литература» за июль 2015 года в полном объёме за 197 руб.:
Банковская карта: Яндекс.деньги: Другие способы:
Наличные, баланс мобильного, Webmoney, QIWI, PayPal, Western Union, Карта Сбербанка РФ, безналичный платёж
После оплаты кнопкой кликните по ссылке:
«Вернуться на сайт продавца»
После оплаты другими способами сообщите нам реквизиты платежа и адрес этой страницы по e-mail: newlit@newlit.ru
Вы получите каждое произведение июля 2015 г. отдельным файлом в пяти вариантах: doc, fb2, pdf, rtf, txt.

 


Оглавление

37. Часть 3. Липовая аллея. Глава 11. E4–e5 Кb8–f6
38. Часть 4


Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

08.09: Борис Чурин. Репка (сказка)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или сразу отправить журналу 500 руб.:

- с вашего яндекс-кошелька:


- с вашей банковской карты:


- с телефона Билайн, МТС, Tele2:




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература» (без рекламы):

Номер журнала «Новая Литература» за ноябрь 2019 года

Все номера с 2015 года (без рекламы):
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 

При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2020 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!