HTM
Номер журнала «Новая Литература» за март 2017 г.

Роман Оленев

Пролетая над гнездом кукушки

Обсудить

Стенограмма программы "Стоп-кадр"

На чтение потребуется 16 минут | Скачать: doc, fb2, pdf, rtf, txt | Хранить свои файлы: Dropbox.com и Яндекс.Диск
Опубликовано редактором: Вероника Вебер, 22.02.2014
Иллюстрация. Название: «Пролетая над гнездом кукушки. Афиша художественного фильма Милоша Формана». Источник: http://newlit.ru/

 

 

 

Чтобы кинематограф брался за тему дурака и сумасшедшего, как явления в обществе, – вещь исключительная. В нашем кино я таких примеров даже что-то и не припомню. Ну, разве что, вспоминается эпизод из фильма «Кавказская пленница». Но зато в американском кино есть удивительный пример высокохудожественного фильма, целиком и полностью посвящённого этой теме. Я имею в виду культовую картину «Пролетая над гнездом кукушки», снятую Милошем Форманом[1] ещё в семьдесят пятом году по, может быть, ещё более культовому роману, написанному Кеном Кизи[2] в шестьдесят втором году.

Появление книги, и затем фильма, конечно, было неслучайно. В конце пятидесятых – начале шестидесятых годов в американском обществе начался процесс раскрепощения сознания. Возникает, в частности, интерес к психоделическим наркотикам[3]. Одним словом, для Америки наступает, скажем так, психоделическая эпоха, когда можно было без особого труда достать ЛСД[4] и «улететь в другое измерение». А сумасшедший тоже живёт как бы в другом измерении, и поэтому для хипующей молодёжи того времени такой человек стал очень любопытен.

Кен Кизи, написав свой роман в двадцать семь лет, стал одним из первооткрывателей психоделической культуры. Интересуясь сознанием человека, он стал студентом медуниверситета и даже поработал санитаром в психиатрической клинике. Там он и набрал материал для своей книги. А Милош Форман, уже спустя тринадцать лет, по этой книге снял фильм, используя в съёмках действующую психиатрическую лечебницу.

 

Кадр из фильма «Пролетая над гнездом кукушки»

 

Кадры из фильма «Пролетая над гнездом кукушки» (сцена прощальной вечеринки в ночной больнице):

 

– Баю-баюшки-бю, придёт серенький волчок и укусит за бочок.

– Прямиком из отделения шоковой терапии. Я взял это у сестры Рэтчед. Вот так, полегче. Не пей всё сразу. Попробуйте, попробуйте все, ребята!

 

На самом деле интерес к сумасшествию имеет очень давнюю историю. Ещё в Средние века и в эпоху Возрождения оно внушало не столько страх или брезгливость, сколько любопытство, смешанное с уважением. Безумцы часто появляются на картинах Босха[5], Брейгеля[6]. О них пишут поэты, философы. Говорили даже об особой мудрости дурака.

Тогда ведь, кстати, сумасшедших ещё и не прятали в специальных лечебницах, они были заурядной, чуть ли не необходимой частью общества. Постепенно, естественно, для государства они стали неудобной частью общества, их стали изолировать. В двадцатом веке этот процесс практически завершился, и голос безумия, что называется, замолчал, а разум остался наедине с собой.

И вот Кен Кизи поднял эту большую и больную тему. В фильме есть даже остроумный намёк на тонкую грань между безумием и гениальностью. В итоге фильм серьёзно повлиял на американское общество того времени. После его выхода родилось мощное антипсихиатрическое движение, и в стране выпустили из сумасшедших домов чуть ли не всех пациентов.

 

Кадр из фильма «Пролетая над гнездом кукушки»

 

Кадры из фильма «Пролетая над гнездом кукушки» (сцена в порту при посадке сумасшедших на яхту):

 

– Кто вы такие?

– Мы из… государственного психического института. Это доктор Чесвик. Доктор Тэйбер. Доктор Фредриксен. Доктор Скэнлон. Знаменитый доктор Скэнлон! Мистер Хардинг. Доктор Биббит. Доктор Мартини и… доктор Сифелт.

– А вы? Вы кто?

– Я доктор МакМёрфи. Эр Пи МакМёрфи.

 

И книга, и фильм, помимо того, что поставили под сомнение, оправданно ли подавление личности душевнобольного в специальных медицинских учреждениях, затронули ещё очень острую, очень больную тему – тему карательной психиатрии. Главный герой в блистательном исполнении Джека Николсона, помимо того, что «косит» от тюрьмы в психушке, ещё пытается перевоспитать пациентов в своём очень жизнеутверждающем духе. Вот за это он жестоко поплатится: в конце фильма ему сделают лоботомию. То есть, хирургическое удаление некоторых центров в лобной части головного мозга. После чего человек утрачивает мятежный дух, но, по сути, превращается в овощ.

Такая карательная психиатрия действительно применялась в Америке до конца пятидесятых годов. Прежде всего, как метод борьбы с левой интеллигенцией и коммунистами. В СССР, как известно, карательная психиатрия процветала всегда. Ну, может, разве что без лоботомии. Но психушка тогда уж точно стала наказанием, пострашнее зоны. Может быть, в том числе и поэтому фильм стал очень понятен и в Советском Союзе. И неудивительно, что показали его у нас только в восемьдесят седьмом году.

 

Кадр из фильма «Пролетая над гнездом кукушки»

 

Кадры из фильма «Пролетая над гнездом кукушки» (сцена в бассейне):

 

– МакМёрфи, давай от бортика, отчаливай, парень. (МакМёрфи отбирает у санитара палку). Ну, давай, давай! Только попробуй… (Поиграв, возвращает её).

– Мы с тобой поговорим на свободе. Понимаешь, о чём я?

– Когда ты отсюда выберешься, ты будешь таким стариком, что и руку не поднимешь.

– Шестьдесят восемь дней, приятель, шестьдесят восемь!

– О чём ты говоришь, «шестьдесят восемь дней»! Это в тюрьме есть сроки, сосунок. Ты ещё не понял, где ты?

– И где же я, Вашингтон?

– У нас, детка, у нас. И ты останешься здесь, пока тебя не выпустят.

(Улыбка сползает с лица МакМёрфи).

 

Вообще, надо сказать, что этот фильм – история не только о душевнобольных и здоровом харизматичном бунтаре-одиночке. Милош Форман вывел историю из плоскости психологической, и даже психоделической, как это было у автора книги Кена Кизи, больше в область общественно-политическую. Чем и вызвал большое недовольство самого Кена Кизи.

Милош Форман действительно многое поменял в истории, чем-то её упростил, но главное, что он сделал, – усилил акцент на критике политического режима. Психушка в фильме, по сути, оказывается классической моделью тоталитарного общества. Ведь Америка пятидесятых годов, хоть и не была тоталитарным государством, но элементы диктата в себе имела. Как и в СССР, там тоже тогда господствовала своя идеологическая цензура и официоз. Иначе бы в Америке не появились свои шестидесятники, для которых тоже главной задачей стала борьба с какой-либо формой подавления личности. И вот, в фильме психушка неожиданным образом становится моделью американского общества пятидесятых годов, когда, в общем, подавлялось всякое желание свободы, всякой инициативы – во имя всеобщего блага, дисциплины и равенства.

 

Кадр из фильма «Пролетая над гнездом кукушки»

 

Кадры из фильма «Пролетая над гнездом кукушки» (сцена сеанса групповой терапии):

 

– В прошлый раз мы обсуждали мистера Хардинга и его проблему с женой. И, я думаю, мы достигли определённого прогресса в этом деле. Кто хочет начать сегодня? (МакМёрфи поднимает руку). Мистер МакМёрфи?

– Да. Я тут подумал, что вы сказали… Сегодня – может, вы знаете, может, нет, не важно – открывается чемпионат мира. Я хотел бы предложить изменить сегодня установленный распорядок дня, чтобы мы могли посмотреть матч.

– Мистер МакМёрфи. Вы просите, чтобы мы изменили очень тщательно спланированный график работы?

– Небольшие перемены никогда не повредят. Просто маленькое разнообразие.

– Вы неправы, мистер МакМёрфи. Некоторые люди в клинике очень, очень долго привыкали к распорядку.

 

Показанный в фильме протестный дух отражал общественное движение того времени, которое было направлено не только против какого-то конкретного политического режима или устройства. В этом смысле переход с пятидесятых на шестидесятые годы – очень любопытное время. Даже исследователи до сих пор вполне не могут объяснить, почему в эти годы люди в разных точках планеты прониклись недовольством существующим порядком вещей. Тогда многих стал раздражать и дух карьеризма, и сама осторожность, и скука, царящая в обществе. В целом, назревал бунт против иерархии во всех формах. США в итоге пережили эту лихорадку и устояли, хоть и сильно изменившись. А вот СССР загнал болезнь внутрь и впоследствии распался.

В конце пятидесятых и в Америке недовольство было буквально разлито в обществе. И обобщённым объектом ненависти стала фигура власти, с её, как тогда многим казалось, фальшивыми, псевдодемократическими собраниями и голосованиями.

 

Кадр из фильма «Пролетая над гнездом кукушки»

 

Кадры из фильма «Пролетая над гнездом кукушки» (продолжение сцены сеанса групповой терапии):

 

– Все, кто за изменение порядка, пожалуйста, поднимите руку.

– Давайте, я хочу видеть ваши руки, давайте! Кто не трусишка и не писал в штанишки? (Многие нерешительно поднимают руки). Отлично! Вот так!

– Я насчитала только девять голосов, мистер МакМёрфи.

– Только девять, только девять голосов. Но это победа!

– В нашем отделении восемнадцать пациентов, мистер МакМёрфи. Чтобы изменить порядок, нужно большинство голосов. Так что, господа, вы можете опустить ваши руки.

 

Но психиатрическая клиника в фильме – это, конечно, не только модель американского общества пятидесятых годов. Может быть, в ещё большей степени, это модель родной для режиссёра социалистической Чехословакии, а значит, и СССР. Милош Форман сам говорит, что, когда снимал этот фильм, то вспоминал о социалистической жизни в родной ему Чехословакии. Правда, к тому времени, когда в его любимую Прагу вошли советские танки[7], подавляя протестное движение, он уже уехал в Америку, где впоследствии и снял свой фильм. Может быть, его картина даже стала своего рода художественной местью режиссёра. По крайней мере, некоторые усмотрели в фильме метафору подавления «Пражской весны». Но, по большому счёту, показанная в фильме жизнь в психушке – это слишком универсальная метафора. Фильм, причём, с юмором, говорит о любом диктате со стороны государства, о подавлении, об оболванивании людей и об их страхе к переменам в условиях авторитарной власти.

 

Кадр из фильма «Пролетая над гнездом кукушки»

 

Кадры из фильма «Пролетая над гнездом кукушки» (продолжение сцены сеанса групповой терапии):

 

– Всё, что мне нужно, это ещё один голос, верно?

– Да.

– Хорошо… (Обращается к больному, сидящему с отсутствующим видом на кресле-каталке). Хочешь посмотреть мировой чемпионат? Давай, приятель, это будет твоим большим днём. Хочешь посмотреть бейсбол? Посмотреть бейсбол! Подними руку! Просто подними руку! Что скажешь?

– Моя рука у неё.

– Прости… (Отходит к другому пациенту). Банчини, старая кляча! Что скажешь? Хочешь посмотреть матч по телевизору? Хочешь посмотреть матч? Бейсбол, чемпионат мира? Что скажешь, ты устал? Просто подними руку, Банчини. Посмотреть бейсбол.

– Я ужасно устал. Я устал.

– Ладно. (Отходит к другому пациенту). А ты, приятель? Мне нужен всего один голос. Только один. Только твой голос. Только подними руку, и твои друзья будут смотреть бейсбол! (Отходит, подходит к следующему, вглядывается ему в лицо, безнадёжно машет рукой).

 

Говоря о психушке, как о государстве в государстве, как о своеобразной модели общества, где в утрированном, естественно, очень гипертрофированном виде представлены все существующие психотипы, Милош Форман, кажется, больше всего был обеспокоен пассивностью общества, превращением людей в винтики, в молчаливое большинство, которое уже воспринимает свою немоту и заботу лидера как данность.

Пациенты клиники в глубине души мечтают о свободе, но и очень её боятся, бегут от неё, затыкают уши. Так режиссёр говорит о людях вообще, о людях, которых сломала общественная система, и они боятся бросить ей вызов, боятся что-то менять и уже не мыслят своей жизни за пределами этой клетки. Может быть, ключевым моментом фильма является признание большинства пациентов в своём добровольном пребывании в клинике.

 

Кадр из фильма «Пролетая над гнездом кукушки»

 

Кадры из фильма «Пролетая над гнездом кукушки» (продолжение сцены сеанса групповой терапии):

 

– К слову, у нас совсем немного людей, находящихся на принудительном лечении. Мистер Брондон. Мистер Табер. Несколько хроников и вы.

(МакМёрфи удивлённо оглядывает пациентов).

– Чесвик, ты здесь по собственному желанию?

– Угу.

– Скэнлон?

(Тот кивает).

– Билли, но ты-то – на принудительном?

– Нет, нет.

– Ты же молодой парень, что ты здесь делаешь? Ты должен быть там, шататься по барам, гоняться за девчонками… Что ты здесь делаешь? (Кто-то засмеялся). Что я смешного сказал?

 

Но харизматичный лидер психов всё-таки сумел создать, скажем так, революционную ситуацию в терапевтической зоне. Именно в то время, когда старшая медсестра Рэтчед начинает закручивать гайки и указывать пациентам на их абсолютную зависимость, а по сути – ничтожность, герой Джека Николсона потихоньку вдохновляет более или менее сознательных пациентов, если ещё не к бунту, но к явно демократическим и даже революционным настроениям.

 

Кадр из фильма «Пролетая над гнездом кукушки»

 

Кадры из фильма «Пролетая над гнездом кукушки» (сцена попытки бунта, эпизод истерики):

 

– Я ср…л на ваши грёбанные правила, мисс Рэтчед!

– Сядь на место!

– Я хочу, чтобы вы узнали прямо сейчас, мисс Рэтчед! Я не ребёнок! Я – не ребёнок! Сколько вы будете прятать от меня сигареты, как печенье? Я хочу, чтоб это прекратилось! Разве я неправ?

– Марк! Ты сядешь?

– Нет, не сяду, не сяду, я хочу, чтобы это прекратилось! Очень хочу!!!

 

А началось всё с того, что герой Джека Николсона пытается привить пациентам любовь к просмотру совсем других передач, чем предлагает руководство клиники. Так в фильме обыгрывается тема телевидения, как, пожалуй, самого эффективного и при этом простого и надёжного инструмента манипуляции.

Сам МакМёрфи тоже использует телевизор, но – телевизор выключенный. Своими ораторскими способностями, своей заразительностью он заставляет своих воспитанников поверить то, что там, в телевизоре, что-то происходит, и тем самым выводит их из зазомбированного оцепенения в условиях диктата.

 

Кадр из фильма «Пролетая над гнездом кукушки»

 

Кадры из фильма «Пролетая над гнездом кукушки» (сцена перед выключенным телевизором):

 

– Туфакс. Кулфакс бьёт… Передача… Центр поля, база… Ричардсон идёт первым, он снова хочет в атаку! Мяч в правом углу! Дэвидсон в центре… Подрезает мяч, кидает, Ричардсон весь в грязи, он там, он прошёл! Второй… Мартини, посмотри на Ричардсона! Он на второй базе! Кулфакс в полном дерьме. В дерьме, детка. Хорошо, это Трэш. Он подаёт. Трэш осматривается… Кулфакс получает знак от Ролсборо. Вот он бьёт. Кулфакс пустил кручёный мяч, он летит как ракета. Так, он приготовился к следующему броску… Трэш разворачивается, он подвесил мяч прямо под левым центром… Летит, летит, летит!.. Кто-нибудь, дайте мне победителя, пока я не сдох! Теперь очередь за Мкки Мантлом. Подача… Мантл закручивает… Вот он, зарядил! (Коллективная апатия сменяется всеобщим ликованием).

– Господа, прекратите это! Прекратите немедленно!

 

По сути, в этом фильме в образе МакМёрфи и старшей медсестры Рэтчед представлены два лидера, две сильных личности, которые привыкли добиваться своей цели и пытаются самоутвердиться в группе людей. Одна личность абсолютно авторитарная, другая – абсолютно бесшабашная и анархичная. Но обе борются за власть и авторитет. МакМёрфи и Рэтчед – это даже не просто два лидера, а как бы воплощение двух полюсов: диктата и демократии, но демократии уже на грани анархии. И в фильме показан их поединок. Причём, и тот, и другой тип власти имеют свои и плюсы, и минусы. Диктату ведь всё-таки свойственен общественный порядок. А что касается рутины, так она имеет свою положительную сторону в виде привычного жизненного уклада и покоя.

Но, конечно, диктат есть диктат, пусть он и играет в демократию. И образ ласково-деспотичной медсестры Рэтчед стал, пожалуй, одним из самых ярких образов тоталитаризма и подавления свободы во всём мировом кинематографе.

 

Кадр из фильма «Пролетая над гнездом кукушки»

 

Кадры из фильма «Пролетая над гнездом кукушки» (разговор МакМёрфи и Рэтчед):

 

– Вождь проголосовал. Пожалуйста, включите телевизор.

– Мистер МакМёрфи, собрание закончено и голосование закрыто.

– Было десять против восьми! Он поднял руку, смотрите!

– Нет, мистер МакМёрфи. Когда собрание закончилось, голоса разделились поровну.

– Бросьте, не надо мне этого говорить. Не надо так говорить! После того, как проголосовал Вождь, было десять к девяти! Я хочу, чтобы включили телевизор! Я хочу, чтобы включили телевизор немедленно!

 

Последствием столкновения этих двух лидеров, этих двух систем, как известно, становятся несчастные безвинные жертвы, что в финале фильма и показано. Так затрагивается проблема выбора между зомбирующей рутиной диктата и безграничной свободой, но которая  уже становится опасной и для жизни.

Вообще, фильм интересен своей неоднозначностью. Ведь борца с системой МакМёрфи всё-таки до конца нельзя назвать положительным героем. Показав душевнобольным прелести свободной жизни, во многом он и стал причиной финальной трагедии в конце фильма. Один из пациентов, переспав с девицей, которую и привёл в клинику МакМёрфи, в последствии не выдержал угроз и шантажа со стороны старшей медсестры и наложил на себя руки. То есть, МакМёрфи в итоге не понял, что не всем и нужна, и не все и готовы к такой свободе. И хоть он и пытается отомстить, но жизнь-то уже не вернёшь. В результате лишь до предела заостряется схватка двух лидеров, двух типов власти, которые порой забывают, что играют с человеческими жизнями.

 

Кадр из фильма «Пролетая над гнездом кукушки»

 

Кадры из фильма «Пролетая над гнездом кукушки» (эпизод обнаружения самоубийцы и удушения медсестры):

 

– С дороги, МакМёрфи! Приберите тут всё. Выведите людей. Билли!

– Освободите выход.

– Все вон! Вон!

– Давай, чёрт тебя возьми.

– Успокоились и вернулись все к своим повседневным делам! Ясно?

(МакМёрфи бросается душить сестру Рэтчед).

– Не надо, Мак! Мак, не надо! Нет! Мак, нет!

 

Ближе к финалу события приобретают совсем уж драматический характер, но финальные кадры фильма всё-таки нельзя назвать беспросветными. Связаны они с образом индейца – тоже одного из пациентов клиники, который в романе Кена Кизи был главным героем, от имени которого шло повествование. Будучи огромного роста, обладая колоссальной силой, индеец, которого все называют Вождь, сидит в психушке и чувствует себя абсолютно слабым и беспомощным.

Так затрагивается даже не столько проблема дискриминации индейского народа в Америке, сколько вообще утрата человеком воли к жизни, внутренней силы. И подчёркивается это как раз контрастом между колоссальным ростом, физической силой и внутренней слабостью и беспомощностью. Но именно МакМёрфи и «вылечил» индейца, и разбудил у индейца веру в себя. И его побег из клиники в финале фильма становится символом борьбы и освобождения от какого бы то ни было рабства, и внешнего, и, главное, – внутреннего.

 

Кадр из фильма «Пролетая над гнездом кукушки»

 

Кадры из фильма «Пролетая над гнездом кукушки» (эпизод побега индейца из клиники).

 

Фильм Милоша Формана затронул очень много тем: и сумасшествие как явление, и тема свободы, и тема тоталитарной власти с её жёстким диктатом, наконец, психушка как своеобразная модель общества. При всей простоте вышла очень многослойная картина, недаром она получила пять «Оскаров». Причём, в те времена, когда ещё эта награда не обесценилась.

Да, для Голливуда вообще эта картина нетипична, как минимум, из-за особой игры актёров, полной тончайших нюансов. Но, главное, – тем, что философские фильмы американского производства, кажется, можно пересчитать по пальцам. Сегодня этому фильму уже тридцать четыре года, а он до сих пор абсолютно актуален.

 

 

01 апреля 2009

 

 

Источник записи видео: сайт одесского телеканала «АТВ» (atv.odessa.ua, прекратил свою работу в октябре 2014 г.).

 

 

 



[1] Милош Форман (род. 1932 г.) – чешско-американский кинорежиссёр (прим. ред.).

 

[2] Кен Кизи (1935–2001) – американский писатель (прим. ред.).

 

[3] Психоделиками называют наркотические вещества, вызывающие расстройство физических и псхических функций организма (прим. ред.).

 

[4] ЛСД (диэтиламид d-лизергиновой кислоты) – полусинтетический наркотик (прим. ред.).

 

[5] Иероним Босх (1450–1516) – нидерландский художник, один из крупнейших и самых загадочных живописцев Возрождения (прим. ред.).

 

[6] Питер Брейгель (Старший) (1525–1569) – нидерландский живописец и график (прим. ред.).

 

[7] Период политического либерализма в Чехословакии, получивший название «Пражская весна», закончился вводом в страну более 300 тыс. солдат и офицеров и около 7 тыс. танков стран Варшавского договора в ночь с 20 на 21 августа 1968 г. (прим. ред.).

 

 

 

Кен Кизи. Пролетая над гнездом кукушки (авторский сборник). Издательство: Эксмо, Домино, 2012 г.   Милош Форман. Пролетая над гнездом кукушки (художественный кинофильм на DVD, коллекционное издание). Кинокомпании: N.V. Zvaluw, Fantasy Films, 1975 г.   Милош Форман. Пролетая над гнездом кукушки (художественный кинофильм на DVD). Кинокомпании: N.V. Zvaluw, Fantasy Films, 1975 г.

 

 

 

Пользовательский поиск

Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на g+  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу

Рассылка '"НОВАЯ ЛИТЕРАТУРА" - литературно-художественный журнал'



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

23.04: Сколько стоит человек. Иудство в исторической науке, или Почему российские учёные так влюблены в Августа Шлёцера (статья)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или Яндекс.Деньгами:


Уже собрано на:

08.05: Сергей Жуковский. Дембельский аккорд (рассказ)

05.05: Дмитрий Зуев. Хорей (рассказ)

01.05: Виктор Сбитнев. Звезда и смерть Саньки Смыкова (повесть)

30.04: Роман Рязанов. Бочонок сакэ (рассказ)

29.04: Йордан Йовков. Другой мир (рассказ, перевод с болгарского Николая Божикова)

27.04: Владимир Соколов. Записки провинциального редактора. 2008 год с переходом на 2009 (документальная повесть)

25.04: Бранислав Янкович. Соловей-пташка (рассказ, перевод с сербского Анны Смутной)

22.04: Александр Левковский. Девушка моей мечты (рассказ)

Вы можете мгновенно изменить ситуацию кнопкой «Поддержать проект»




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за март 2017 года

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2017 года  Номер журнала «Новая Литература» за январь 2017 года

Номер журнала «Новая Литература» за декабрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за ноябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за октябрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за август-сентябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за июнь-июль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за май 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за март 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за январь 2016 года



 

 



При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2017 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Купить все номера 2015 г. по акции:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru
Реклама | Отзывы | Подписка
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!