HTM
Мы живём над безднами
Остроумный детектив Евгения Даниленко
«Секретарша»

Роман Оленев

Кшиштоф Занусси

Обсудить

Стенограмма программы "Стоп-кадр"

На чтение потребуется 20 минут | Скачать: doc, fb2, rtf, txt, pdf

 

Купить в журнале за январь 2015 (doc, pdf):
Номер журнала «Новая Литература» за январь 2015 года

 

Опубликовано редактором: Вероника Вебер, 23.01.2015
Кшиштоф Занусси. Портрет с сайта: http://www.dziennik.com/przeglad-polski/artykul/zawsze-pod-prad

 

 

 

Чтобы понять особенности художественного мира режиссёра, ставшего на этот раз героем нашей программы, понять тот спектр проблем, который волнует его как художника, я думаю, нелишним будет сказать, что одним из его друзей был ещё сам Андрей Тарковский. Это дружеское общение началось, когда Андрей Арсеньевич уже эмигрировал в Европу, и продолжалось до самой смерти великого режиссёра. Так вот, наш сегодняшний гость, Кшиштоф Занусси, являясь культовым европейским режиссёром и живым классиком польского кино, так же, как и Андрей Тарковский, очень ответственно смотрит на функцию кинематографа, видя в нём инструмент, с помощью которого можно говорить о духовной жизни.

Практически все герои его картин находятся в поисках истины, вплотную подходят к вопросам веры, бессмертия, и вообще преодолевают этот извечный конфликт – души и тела, духа и материи.

 

Кадры из фильма «Жизнь, как смертельная болезнь, передающаяся половым путём» (___ г., режиссёр Кшиштоф Занусси)

 

Кадры из фильма «Жизнь, как смертельная болезнь, передающаяся половым путём» (режиссёр Кшиштоф Занусси, 2000 г.):

 

– Доктор, вы знаете правило Паскаля? Жить так, словно Бог есть, потому что, даже если бы оказалось, что его нет, то человек ничего не теряет.

– Как это – ничего? Он теряет всё то, что мог бы творить безнаказанно. То, что приятно, всегда запретно. Взамен того, что запретно, Бог приносит нам в дар Себя.

– Однако чтобы этим воспользоваться, нужно верить. А вы сами говорите, что вера есть любовь. А что делать, если любовь меня обходит стороной?

– Нужно просить.

– Бог велит страдать. А я не хочу.

– Страданием можно искупить свою вину.

– Какую вину? Ведь я ни перед кем не виноват. Разве что вы назовёте виной то, что я помог паре человек избежать страданий.

– Страдание можно приносить в жертву за других, за спасение мира.

– Вы в самом деле считаете, что этот мир стоит спасать?

 

И сам же режиссёр, Кшиштоф Занусси, являясь как раз католиком, считает, что этот мир спасать стоит. И вообще, как художник, не скрывающий своей религиозности, он даже, помимо режиссёрской деятельности, уже достаточно давно состоит в специальной комиссии при Ватикане, занимающейся вопросами современной европейской культуры. Ну, а помимо этого ещё очень много ездит по миру, даёт мастер-классы, обучая, просвещая молодое поколение.

Вот после такого мастер-класса, проходившего в рамках Одесского международного кинофестиваля, мы и встретились с польским режиссёром мирового уровня Кшиштофом Занусси.

 

Роман Оленев: Пан Занусси, вам, конечно, известно, что у нас на Украине, несмотря на проходящий масштабный фестиваль, ситуация в кинематографе пока что, мягко скажем, сложная. Ну а вот если говорить о близкой нам России, тот там ситуация следующая (что вам, конечно, тоже известно): есть фильмы элитарные, но с настроением безысходности, в основном, депрессивные, и есть фильмы для массового зрителя, преимущественно развлекательные, как правило, ужасно слабые в художественном плане. Скажите, в Европе, в частности, у вас в Польше, можно ли говорить, что кинопроцесс протекает принципиально иначе, нежели чем в России?

 

Кшиштоф Занусси: Знаете, я, к сожалению, не киновед, так что это для меня всё сложные вопросы, и я их вижу немножко по-другому. И вообще, отношение массовой публики, и массового покупателя, и элит – это очень тонкий процесс. Он в Европе сейчас поднялся как определённая новость. Это в Америке произошло гораздо раньше. В нашей части Европы ещё происходит с опозданием и происходит в таком драматическом виде. Просто число людей, которые принимают участие в культурной жизни, в общественной жизни, невероятно поднялось. Это была чёрная масса, которая сейчас поднялась, – что-то уже смотрит, чем-то интересуется. И в этом есть подъём, огромный подъём. Это были чёрные, неграмотные люди, ещё не так давно. Я помню, когда моя бабушка удивлялась, что служанки уже грамотны. И что два поколения тому назад служанка была всегда неграмотной. А сейчас она уже ходит в кино, читает, смотрит телевизор. Это положительная сторона. А с другой стороны, конечно, есть цена за это – это падение элит. Это высокая культура, которая в своё время существовала, она должна была понизиться. Это так и произошло. Вы знаете, картины трудных авторов, таких как Тарковский, таких как Бунюэль, как Феллини, как Антониони – они смотрелись, как, наверное, название «Гранд Бульвар» – великих бульваров Парижа – тридцать лет тому назад. И довольно большая публика – но элитная публика – ходила их смотреть. Сегодня их не так много. Но всё-таки есть. Кино Сокурова, которое гораздо лучше продаётся за границу, чем, скажем, кино… чем в собственной стране. Оно, прежде всего, показывается в разных странах. А знаете, боевики – никто зарубежных боевиков, кроме американских, смотреть не будет. Так что они не появляются. И в этом есть тоже новая реальность, в которой мы живём.

 

Роман Оленев: Скажите, вы в своих фильмах нашли такую форму, что оказались интересным и зрителям религиозного мировоззрения, и закоренелым атеистам. Вот уже первый ваш фильм – «Структура кристалла» – он очень показателен в этом плане. То есть, и награда, в ещё советской Москве от атеистов, и награда экуменистов. В чём секрет такой универсальности ваших картин?

 

Кшиштоф Занусси: Я подумал – это грубо говоря, потому что это немножко даже нескромно. Но если нас оживляет повестка правды и нам интересен ответ, а мы не приходим с готовым ответом – тогда мы можем пригласить зрителя, чтобы вместе сомневались, чтобы вместе размышляли. А если я прихожу как пропагандист, у меня готовый ответ, и я хочу этот ответ вбить в голову моего зрителя – ну, тогда я могу делать рекламные ролики, но я не буду считать себя настоящим артистом, художником. Художник, артист – это человек, который ищет правды. Кто её нашёл – он уже её потерял.

 

Роман Оленев: Но вы замечали такую проблему, вообще видите [противоречие между] религиозностью и творческими возможностями – когда художник находит главные ответы на вопросы, то у него может либо исчезнуть само желание пребывания в искусстве, либо – появи́ться назидательность и некий дидактизм?

 

Кшиштоф Занусси: Я думаю, что это абсолютно неправильно.

 

Роман Оленев: То, что у Льва Толстого в последние годы жизни…

 

Кшиштоф Занусси: Ну, знаете, это его слабость, что он в последние годы жизни как будто потерялся, и поэтому это выглядит, как будто он имел ответ. Если он имел ответ, значит его подход к Богу уже был неживой. Потому что к Тайне нельзя подойти и сказать: «Я уже понял». Нет, это наоборот. Пока Тайна жива, этот человек постоянно [ищет] и может это рассказать. Так что те, которые знают ответы – это уже потерянные люди. Таких ответов, которые есть… знаете, они есть на момент, нельзя заморозить нашей веры. Как любви нельзя заморозить, нельзя положить в холодильник. Она существует вечером, а утром надо заново её реставрировать. Она уже где-то исчезла. Так что представление веры в вашем вопросе как будто… я с ним не согласен. Потому что я скажу, что человек, который верующий – значит, человек, который ищет. И есть прекрасные слова святого Августина. Я знаю, что православные тоже его знают, и что [знают] задолго до раскола христианства. И он сказал прекрасные слова – я ими пользовался в одной из моих картин, попробую это перевести на русский, хотя это сказано по-латински и в очень сложной грамматической форме – он сказал от имени Бога человеку: «Ты бы меня не искал, если бы ты уже меня не нашёл». Значит, все, кто ищет – уже нашли. Значит, если человек ставит себе вопросы. Самое несчастье, если человек, как это сейчас называют, метафизический слепой. Он не чувствует Тайны. Он не чувствует загадочности жизни. Он её не видит. Он слепой просто или глухой. Это бедность, потому что с этим нечего делать. Если человек чувствительности не имеет, не видит, сколько загадочных вещей происходит. А поймёт ли он, что это Бог, или не поймёт, и как поймёт этого Бога – это уже другое дело. Самое несчастье – это такая самоуверенность людей, которым кажется, что они уже всё знают, всё поняли, им всё ясно, и всё [для них] как это «Лего», знаете, для детей, всё укладывается. Это в девятнадцатом веке такой был момент, когда люди так думали. И много ещё гуманистов живёт на уровне этой же классической физики. А мы уже пошли гораздо дальше. И сегодняшняя наука, теория… string theory – не знаю, как это называется по-русски. Но все эти теории параллельных миров – они открывают пространство, которое для религиозного человека уже знакомо. А физика [где-то] помогает, с другой стороны, увидеть что-то похожее. И это приближает нас к Тайне, которая и так, и так остаётся Тайной.

 

Кадры из фильма «Жизнь, как смертельная болезнь, передающаяся половым путём» (___ г., режиссёр Кшиштоф Занусси)

 

Кадры из фильма «Жизнь, как смертельная болезнь, передающаяся половым путём» (режиссёр Кшиштоф Занусси, 2000 г.):

 

– Это чудо или законы природы?

– Вы думаете, что одно исключает другое? Как раз наоборот. Господь устанавливает законы природы и может им следовать, а может и нарушать их. Для одних это будет знак, а для других – ну, просто случайность.

– Я хотел спросить: не желаете ли вы примириться с Богом?

– Я уже примирился.

– Так может, я попрошу, чтобы прислали кого-нибудь вас исповедать?

– У меня уже был – не знаю, наяву или во сне – но был. А какая разница, если эти сны посылает… нам… Господь?.. Ну, дорогие… сейчас…

 

Роман Оленев: Я заметил, в своих фильмах вы часто подводите героев к порогу смерти. Отсюда нередко в ваших картинах такие пространства, как больница, церковь – то есть, пограничные пространства между этим миром и миром иным. Можно ли говорить, что вы чувствуете как художник, что, подводя киногероя к порогу смерти, это лучшая возможность заговорить со зрителем о главных вопросах жизни, то есть – через смерть?..

 

Кшиштоф Занусси: Ну, это эсхатология. Задуматься о конце – это задуматься о всей жизни. Смерть – это проверка. Стоило делать, то, что мы делали всю жизнь, или мы ошибались. И поэтому я к этому подхожу, и мне кажется, что это огромная дырка в нашей современной культуре консумации, что мы не имеем отваги подумать, что мы все смертны. И все культуры во всей истории человечества всегда имели какой-то подход к смерти, какой-то стандартный подход. А наша современная культура как будто это выключила, как будто этого нет. А это есть, к сожалению.

 

Роман Оленев: А вот такая любопытная вещь. Я готовился к встрече с вами и узнал, что вы по первому образованию физик. И ведь действительно, названия некоторых ваших фильмов на это указывают: «Иллюминация», «Структура кристалла», «Спираль»… Учёные, физики часто совершают открытия до тридцати лет. И в поэзии, насколько я знаю, такой же закон действует: в двадцатипятилетнем возрасте уже гениальные вещи пишутся. Можно ли сказать, что и режиссёры свои самые главные замыслы придумывают до тридцати лет, а потом как бы ищут уже способ воплотить их на экран?

 

Кшиштоф Занусси: Я бы сказал, что всё-таки кино ближе роману. А автор романов – это после тридцати лет. Потому что здесь для такого полного рассказа, как и для драматургии, всё-таки зрелость тоже имеет значение. И определённое мировоззрение, и определённый жизненный опыт. Так что это не так, как поэзия. Поэзия – это выливается сердце у очень молодых людей. А кино ближе уже к прозе. И здесь, может, возраст не так сильно давит. Конечно, конечно, всегда, когда мы стареем, мы надежду теряем, уже творческие силы. Я поэтому с надеждой смотрю на такие редкие исключения, как Верди, Веронезе, Томас Манн – было несколько таких художников, которые создали самые главные свои произведения в пожилом возрасте. Ну, потому что я сам пожилой, и поэтому мне удобно так думать, что бывают исключения.

 

Роман Оленев: Может, это прозвучит сурово, но у вас нет ощущения, что в целом, если говорить о европейской культуре и европейском кино, то на сегодняшний день оно не может являться ну что ли полноценным таким духовным питанием тому мировому пространству, которое его окружает. Ведь и гуманистические, и демократические ценности европейские – они во многом исчерпали себя, хотя недавно ещё казались абсолютно незыблемыми.

 

Кшиштоф Занусси: Знаете, мы так стремились, чтобы быть в этой хорошей Европе, и она настолько лучше, чем предыдущая система и предыдущий бог социалистических стран, что мы в Польше ещё верим в Европу. А она имела часто такие моменты – как будто тупика – и как феникс возрождалась из пепла. Я надеюсь, что её потенциал ещё не исчерпался. Хотя меня тоже это тревожит, что с современной Европой происходит, сколько там глупости, сколько там поверхностного, сколько там запутанных мыслей. Но [если взглянуть] глубоко, я там ещё нахожу много. Есть много молодёжи удивительной сейчас в Европе. Есть много таких движений, которые, мне кажется, дают ещё надежду, что, может быть, будущее будет.

 

Роман Оленев: Родная вам Польша, насколько я знаю, на сегодняшний день является единственной страной в Евросоюзе, где, кажется, по-прежнему запрещены бракосочетания между лицами нетрадиционной ориентации. Насколько я знаю, это во многом жёсткая позиция покойного президента Леха Качиньского, который был ревностным католиком. Нет ли у вас опасения, что с трагической гибелью президента эта модная европейская тема захлестнёт и Польшу, и, соответственно, польский кинематограф?

 

Кшиштоф Занусси: У вас не очень точные представления о нашем бывшем президенте. Президент – это не имеет значения. Нет, я не думаю. Там есть ещё несколько стран, которые на это не согласились. Но в Польше просто, я думаю, ещё долго это не будет принято. Нет такой атмосферы, такого желания. Мы всё-таки больше считаем, что самое важное для равновесия общества – это права большинства. А если мы с правами меньшинств входим в центр, мы можем расколебать общество и довести его до распада. Так что осторожнее с этим. Надо, конечно, защищать тоже меньшинства, но – во вторую очередь. А в первую – защитить большинство. Оно должно чувствовать себя удобно и безопасно в своей собственной среде, в своей собственной стране. Насколько проблемы гомосексуалистов… это небольшая проблема с точки зрения статистики – их не так много. Они сами всегда повышают число. Но по той статистике, которую я знаю, это считается не самой главной проблемой. Конечно, я бы им желал, чтобы они имели какие-то юридические способы, чтобы, если [из них] кто-то хочет передать своё наследство, чтобы мог это сделать – это, конечно, само собой разумеется, в гуманитарном плане. Но не надо это путать с браком, потому что брак имеет совсем другое значение. Во всей традиции почти всех культур мира – это не только христианская культура, это и в исламской, и в буддийской, и во всех остальных. Это не имеет связи с гомосексуализмом, это имеет просто связь с тем, что является главным таким кирпичом строительства общества. А это семья. Семья – это родители и дети.

 

Роман Оленев: Когда вы даёте мастер-классы, я знаю, что молодым режиссёрам вы любите говорить о том, что очень важно понять, кому ты хочешь нравиться, делая фильм. Вы считаете, что непродуктивно работать в искусстве, думая о том, чтобы понравиться, прежде всего, самому себе?

 

Кшиштоф Занусси: Конечно. Это важнее всего. Потому что пока вы не найдёте для себя самого согласие, вы, даже вас хвалят, не будете довольны. Первое – это не врать самому себе. Но потом надо подумать. Потому что вы скажете – я так говорю просто, таким примером из жизни – если вы в поезде, в купе едете и будете в долгой поездке рассказывать какие-то истории, какие-то анекдоты. Но вы смо́трите, кому вы рассказываете. И среди разных анекдотов, которые [присутствуют], безусловно, в вашем репертуаре и моём, я, смотря на то, с кем я еду, расскажу такие, которые могут для тех людей быть подходящими. Это буду мои анекдоты. Я не своих не должен рассказывать. А всё-таки надо подумать: а к кому я обращаюсь. И это тоже нетактично. Это неуважение к другому человеку – рассказывать ему то, что, я сразу знаю, ему не может быть интересно, и он не будет с этого смеяться.

 

Роман Оленев: Вы активно работаете в кино уже с шестидесятых годов, чего только не наблюдали в мировом кинопроцессе. Интересно ваше мнение: считаете ли вы, что появились какие-либо новые, принципиально новые формы киноязыка с девяностых годов? Когда, допустим, фильмы Тарантино резонансные…

 

Кшиштоф Занусси: Фильмы Тарантино – я их видел, они мне нравятся, но больше их смотреть не хочу, потому что…

 

Роман Оленев: Сейчас они уже не актуальны…

 

Кшиштоф Занусси: …одна мысль – и уже всё прошло. Кинораспады – они уже никого…

 

Роман Оленев: Это была некая молния такая для…

 

Кшиштоф Занусси: Да, но можно это сделать только раз. А потом повторить невозможно. Распад – это раз. А на самом деле язык кино с семидесятых годов был гораздо более развитый, гораздо более богатый, чем сегодня. Просто есть огромный шаг назад, потому что мы объяли сейчас кино огромную массовую публику, которой раньше не было в этой области. А когда, особенно в Америке, где люди всегда верят в прогресс – и сразу меня подозревают, если я говорю такие вещи: «А, вот старик ностальгически говорит – раньше было лучше». Я такой разговор вёл в городе Сиэтл, где находятся фабрики «Боинга». И тогда я мог привести пример: а посмотрите на самолёты – я половину жизни прожил в самолётах – знаете, тридцать лет тому назад я летел на самолёте «Конкорд» с двойной скоростью звука, почти две тысячи километров в час. Сегодня уже таких самолётов нет. Они уже не летают. У вас тоже был «Туполев сто сорок четыре». Он уже давно не летает. Значит, были уже более развитые самолёты, но экономика их не пустила. И поэтому мы затормозили. И поэтому я не консерватист, я не ностальгичный старик, я просто вижу, что язык Годара[1], язык Тарковского, Бергмана[2], язык таких мастеров шестидесятых-семидесятых годов – он сейчас кажется очень трудным, а в своё время он уже принимался.

 

Роман Оленев: А вам не кажется, что есть прямая связь между зрительской культурой и культурой чтения?

 

Кшиштоф Занусси: Знаете, если рассказ, то рассказ. Если мне кто-то глупости пишет в романе или глупости показывает на экране – это просто проверка моего жизненного опыта. Я на глупость реагирую как на глупость. И это может быть театр, кино, литература – это всегда связано. Нельзя иметь хорошего вкуса в одном пространстве, а плохого вкуса – в других. Нет, так не бывает.

 

Роман Оленев: Ну, и от таких вопросов, может быть, сложных, теоретических – хотел бы спросить вас о вашей работе в фильме «Сердце на ладони» с, пожалуй, нашим лучшим украинским актёром Богданом Ступкой и Никитой Михалковым в «Персоне нон грата». Как вам работалось и с тем и с другим?

 

Кшиштоф Занусси: В человеческом плане – очень хорошо, и один и другой. Что касается Никиты Михалкова, то много людей ставит неправильный вопрос, подозревая, что если есть…

 

Роман Оленев: Ну, он послушный актёр?

 

Кшиштоф Занусси: Дорогой, если кто-то известный актёр как он, и режиссёр, и продюсер, он мне постоянно повторял: «Кристоф, как приятно быть только актёром! Я могу не заботиться, где ты поставишь камеру, это твоё дело». Он никогда не только не вмешивался, а с радостью говорил: «Как мне удобно, что я за это не отвечаю».

 

Роман Оленев: Он отдыхал.

 

Кшиштоф Занусси: Конечно. Можно отдыхать и концентрироваться только на своём [деле].

 

Кадры из фильма «Персона нон грата» (2005 г., режиссёр Кшиштоф Занусси)

 

Кадры из фильма «Персона нон грата» (режиссёр Кшиштоф Занусси, 2005 г.):

 

– Я могу сказать. Но не скажу.

– Хе-хе. Знаешь, что? В евангелии сказано, что говорить нужно просто. Да. Да – это да, а нет – это нет. А ты говорил, что вернулся к Евангелию.

– А как можно вернуться туда, откуда ты не уходил, Вить? Я никогда не знал евангелия. Я потом уже его для себя открыл. Потом.

– Ты?

– Я. А что тебя так удивляет?

– Я просто не могу в это поверить.

– Что ты говоришь такое, а? Ты не можешь поверить в то, что я открыл для себя евангелие?

– Да.

– Послушай, а тебе не кажется, что это как-то всё… Как бы… оскорбительно звучит для меня, а? Викто́р?

 

Кшиштоф Занусси: Знаете, со Ступкой была другая трудность. Просто это героически – они играл свободно на польском языке и писал синхронный звук. А всё-таки это язык для него чужой. Он им владеет, но это было ему трудно. Это было очень интересно видеть, как он разными способами иногда скрывает, что ему что-то трудно произносить. Но сделал это, мне кажется, великолепно. Полякам он очень понравился. А вы знаете, в Риме он всё-таки получил главный приз – на серьёзном большом кинофестивале международном за самого лучшего актёра. И в той же прессе итальянской я читал столько раз, удивление: «Как может быть, что мы такого великого европейского актёра не знали?». И поэтому на пресс-конференции, когда на столе стоял украинский флаг, я очень радовался, что здесь поляк оказывался помощником тому, чтобы увидели кино и человека украинской культуры. Так что он остался моим хорошим другом. И надеюсь, что это «Сердце на ладони», которому продюсер до сих пор не мог внести своей оплаты, и поэтому картина не вышла на Украине. Но я надеюсь, что, может быть, сейчас министерство, как обещает, даст деньги, и они будут в состоянии сделать дубляж и показать эту картину вашей публике, чтобы она немножко смеялась. Потому что это одна из моих редких комедий, где люди могут посмеяться, и посмеяться с философической задумкой.

 

Кадры из фильма «Сердце на ладони» (2008 г., режиссёр Кшиштоф Занусси)

 

Кадры из фильма «Сердце на ладони» (режиссёр Кшиштоф Занусси, 2008 г.):

 

– Хотите глоток?

– Не могу: принимаю иммунодепрессанты. Мне нужно ещё пересадить почку.

– Это того стоит?

– Что стоит? Жить? Конечно, стоит!

– Может, богатому и стоит.

– А вам не стоит?

– Кто хочет жить под мостом? Разве что как покаяние.

– Да, точно! Дело именно в этом. Я в жизни сделал очень много плохого. А покаяться лучше в этой жизни, чем в той.

– Вы верите в другую жизнь?

– Мне не нужно верить, я знаю. Я уже был по ту сторону… А это не та, что пела у меня на вечеринке?

– Она самая.

– Да как такое может быть?

– Каждый может измениться. Не только вы.

 

Роман Оленев: Спасибо вам большое. Для меня была большая честь вам задавать вопросы.

 

Кшиштоф Занусси: Мне тоже очень приятно было с вами разговаривать. Жалею, что нас уже гонят. Я уже вижу разозлённый взгляд этой милой дамы. Она нас уже гонит. И так всегда у журналистов: когда начинается разговор, он сразу кончается. Невозможно.

 

Роман Оленев: Спасибо.

 

Кшиштоф Занусси: Спасибо вам.

 

 

 

 

10 августа 2010

 

 

 

Источник записи видео: сайт одесского телеканала «АТВ» (atv.odessa.ua, прекратил свою работу в октябре 2014 г.).

 

 

 



 

[1] Жан-Люк Года́р (фр. Jean-Luc Godard, род. 1930) – влиятельный франко-швейцарский кинорежиссёр французской новой волны 1960-х г.г. (прим. ред.).

 

[2] Эрнст И́нгмар Бе́ргман (швед. Ernst Ingmar, 1918–2007) – шведский режиссёр театра и кино, сценарист, писатель, классик европейского артхауса, автор более 40 фильмов, среди которых: «Волшебная флейта» (1975), «Молчание» (1963), «Земляничная поляна» (1957) и другие выдающиеся ленты (прим. ред.).

 

 

 

Кшиштоф Занусси. Структура кристалла. Художественный кинофильм на DVD   Кшиштоф Занусси. Иллюминация. Художественный кинофильм на DVD   Кшиштоф Занусси. Константа. Художественный кинофильм на DVD

 

 

 

Кшиштоф Занусси. Защитные цвета. Художественный кинофильм на DVD   Кшиштоф Занусси. Год спокойного солнца. Художественный кинофильм на DVD   Кшиштоф Занусси. Прикосновение руки. Художественный кинофильм на DVD

 

 

 

Кшиштоф Занусси. Семейная жизнь. Художественный кинофильм на DVD   Кшиштоф Занусси. Персона нон грата. Художественный кинофильм на DVD   Кшиштоф Занусси. Пора умирать. Издательство: Книга по Требованию, 2005 г.

 

 

 

(в начало)

 

 

 


Купить доступ ко всем публикациям журнала «Новая Литература» за январь 2015 года в полном объёме за 197 руб.:
Банковская карта: Яндекс.деньги: Другие способы:
Наличные, баланс мобильного, Webmoney, QIWI, PayPal, Western Union, Карта Сбербанка РФ, безналичный платёж
После оплаты кнопкой кликните по ссылке:
«Вернуться на сайт продавца»
После оплаты другими способами сообщите нам реквизиты платежа и адрес этой страницы по e-mail: newlit@newlit.ru
Вы получите каждое произведение января 2015 г. отдельным файлом в пяти вариантах: doc, fb2, pdf, rtf, txt.

 

Пользовательский поиск

Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на g+  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу

Рассылка '"НОВАЯ ЛИТЕРАТУРА" - литературно-художественный журнал'



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

17.03: Сколько стоит человек. Иудство в исторической науке, или Почему российские учёные так влюблены в Августа Шлёцера (статья)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или Яндекс.Деньгами:


В данный момент ни на одно произведение не собрано средств.

Вы можете мгновенно изменить ситуацию кнопкой «Поддержать проект»




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за январь 2017 года

Номер журнала «Новая Литература» за декабрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за ноябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за октябрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за август-сентябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за июнь-июль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за май 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за март 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за январь 2016 года



 

 



При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2017 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Купить все номера 2015 г. по акции:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru
Реклама | Отзывы | Подписка
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!