HTM
Любовь. Смерть. Искусство.
Роман в тринадцати любовных признаниях Евгения Синичкина
«Галевин»

Miguel Stingl

История одного неудачника

Обсудить

Рассказ

Опубликовано редактором: , 6.12.2007

Я встретил его в одном из баров, куда завернул после возвращения с работы. Люблю вечерком посидеть в тихом, уютном месте, выпить немного виски со льдом, расслабиться под голос Фрэнка Синатры, звучащий из музыкального автомата... В общем, отдохнуть. В этот вечер все было так же, как и в предыдущие. Несколько завсегдатаев, барменша Пенни, джаз шестидесятых, и я – со своим неизменным бокалом.

Погруженный в свои мысли, я не сразу понял, с какой целью ко мне обращается неопрятный мужчина лет сорока.

– Вы не угостите меня? – повторил он.

Я удивленно посмотрел на него. Первым моим побуждением было послать его куда подальше, но что-то в нем меня привлекло. Как правило, после такого начала обычно следует весьма интересная история из жизни. А поскольку в моей профессии журналиста интересные истории из жизни часто бывали весьма кстати – я колебался всего пару секунд.

– Что закажете?

– То же, что и у вас, если, конечно, вас это не обременит...

– Пустяки, – ответил я, – Пенни, дорогая, можешь повторить?

– Двойной, – быстро сказал мужчина, и его глаза лихорадочно заблестели.

– Двойной, – повторил я и с любопытством принялся его рассматривать.

На Морисе (как впоследствии выяснилось, звали моего собеседника) был надет полинявший свитер, заправленный в застиранные джинсы, а заканчивалась эта малопривлекательная картина заляпанными грязью ботинками, когда-то имевшими черный цвет.

– Можно присесть? – не дожидаясь ответа, Морис отодвинул стул и сел напротив меня.

Вообще, в нем было что-то привлекательное, хотя спутанные волосы и сросшиеся брови красивыми не назовешь. Глаза его не представляли собой ровным счетом ничего особенного – серые и безликие, ожившие только при виде бокала с виски. Щетина пятидневной давности. Слабый запах спиртного неуловимой дымкой повис между нами.

Суммируя впечатления, можно было с уверенностью сказать, что сидящий передо мной человек давно уже перестал не то чтобы следить за собой, а даже и просто поддерживать впечатление человека, который от жизни хочет чего-то большего, чем просто напиться очередным тоскливым вечером.

 

До того момента, как Пенни принесла виски, Морис не проронил больше ни слова, только когда два бокала были поставлены на стол, он вдруг сказал:

– А ведь я вас знаю.

– Правда? – меланхолично ответил я, отпил и стал ждать, что будет дальше. На самом деле, я не столь заметная фигура в мире прессы, но на улицах иногда узнают. Если честно, то мне это очень приятно, хотя реакции людей бывают разные – кто-то хочет набить мне морду, а кто-то взять автограф.

– Конечно. Вас зовут Фрэнк Фиш, и вы пишете для "Вашингтон Геральд". Почему же, как вы думаете, я к вам подсел?..

– Я думаю, вы мне сейчас об этом скажете, – ответил я, мысленно прикидывая, какого рода историю я сейчас услышу – трогательную, банальную, забавную, смешную, грустную? Явно грустную, судя по внешнему виду Мориса. А вот насчет всего остального утверждать не берусь.

Морис немного помолчал, а затем неожиданно спросил:

– Скажите, а как вам удается писать так просто?..

Я немного удивился, так как я ожидал не этого вопроса.

– Э-э-э.... а что вы имеете ввиду под словами "так просто"?

– Ну как бы вам объяснить, – Морис задумался, механически крутя в ладонях стакан, – вот я читал ваши статьи, и у меня создалось впечатление, что вам очень легко это дается...

– Простите, но легко ничего не дается даже гангстерам, – немного сухо ответил я, достал сигарету, щелкнул зажигалкой и прикурил, – то мастерство – будем называть вещи своими именами – которым я обладаю сейчас... В общем, я шел к этому много лет. Я даже не получал специального образования журналиста, писать просто было моим хобби.

– Вот, вот! – оживился Морис, – насколько я знаю, вы получили экономическое образование, не так ли?

– Да, так, – недоуменно ответил я, не понимая, к чему клонит мой собеседник, – а какое это имеет значение, вы уж извините?

– Очень большое, – авторитетно ответил он, – вы пишете, не имея даже диплома журфака. У меня его тоже нет.

– И что? – меня этот разговор с полунамеками начал раздражать.

– Но почему-то у меня не получается так писать, – вдруг огорчился Морис, – понимаете... Люди не понимают моих произведений.

– Поясните, – я затянулся сигаретой и выдохнул колечки дыма под потолок.

– Ну как вам пояснить... Понимаете, я пишу очень хорошие произведения. В них очень много смысла. Извините за вопрос, а вы ведь любите читать?

– Конечно, люблю.

– А почему вы читаете?

– Потому что мне это доставляет удовольствие, – спокойно ответил я, – потому что в книгах можно узнать о том, что могло бы произойти. Потому что это интересно. И этих "потому что" я вам могу привести на несколько страниц. Но к чему эти вопросы?

– Извините, – опять сказал Морис, – сейчас я постараюсь все объяснить. Понимаете, вы пишете такие интересные статьи, вас читает много людей, вас узнают на улице...

– Вполне возможно.

– Я пытался понять секрет вашего успеха. Почему вас читают, а меня нет.

– И как?

– Я не могу этого понять! – голос Мориса стал обиженным, как у ребенка, – я не могу понять, чем мои творения хуже ваших? Почему вас читают, а меня нет?

Я задумался. Ситуация принимала очень интересный оборот.

– Простите, Морис, а сколько вам лет?

– Мне? Двадцать восемь.

– Двадцать восемь? – удивился я, – я бы вам дал все сорок!

– Люди всегда ошибаются в моем возрасте, – неловко улыбнулся мой собрат по перу, – а все от одного – от страданий...

– Страданий?

– Страданий.

Я решил не углубляться в эту тему. Пока.

– Так мы остановились на том, почему меня читают, а вас нет.

– Вот-вот, – закивал головой Морис, – вот мне этого никак не понять. Я сравнивал ваши статьи и мои рассказы и не мог, да и сейчас не могу понять, чем ваши статьи лучше.

– По-моему, вы путаете разные вещи, – заметил я, – одно дело – это художественная проза, публицистика – совсем другое... По-моему, вам лучше было бы обратиться к какому-нибудь писателю и поинтересоваться у него...

– Но я решил спросить у вас, – перебил меня Морис, – потому что я знаю, что вы человек отзывчивый и любите интересные истории.

– Вы хотите мне рассказать какую-нибудь историю?

– Моя жизнь, – кратко ответил Морис.

Мне стало вдвойне любопытно. Что же такого с ним произошло?..

– Я вас слушаю.

– Даже не знаю, с чего начать, – подумав, ответил Морис. – Наверное, я начну с того, как я дошел до такой жизни.

– ...Понимаете, я очень люблю писать. Я считаю, что человек может реализовать себя в этой жизни только творческим путем. Я выбрал стать писателем. Вам это должно быть знакомо, не так ли?

– Возможно, – осторожно ответил я.

– Я решил стать писателем. Мне претило жить, как живут все люди. Мне была отвратительна сама мысль о том, что надо каждое утро по будням вставать в восемь, отвозить детей в школу, а вечером возвращаться с работы и забирать детей из школы.

– Есть очень много специальностей, график которых можно варьировать самому, – заметил я.

– Ну не в графике дело! – Морис немного эмоциольнально стукнул стаканом об стол, – как вы не понимаете! Дело в самой концепции такой жизни! И что можно интересного из нее вынести? Ничего! Будешь тупым, как зомби!

– Продолжайте, – я решил ограничиться только короткими репликами, потому что взгляды этого человека начали меня интересовать все больше.

– Так вот. Я решил стать писателем – кажется, я это уже говорил? Я попробовал начать писать, мне понравилось, получилось неплохо.

– А что вы писали?

– Ну... небольшие рассказы о воображаемых ситуациях, которые могли бы быть реальными. Но не в этом дело. Проблема в том, что люди не понимали смысла моих рассказов! Они читали их, как записки какие-то! – возмущенно сказал Морис и хлебнул виски.

– А какой был смысл ваших рассказов?

– Очень глубокий, – Морис опять стал серьезным, – понимаете, я вкладывал в эти рассказы много загадок. Они содержались в структуре текста, в именах, названиях – во всем! Люди их не могли разгадать, не могли понять.

– Кто был главный герой?

– Я, конечно, – несколько высокомерно ответил Морис, – я все рассказы пишу только про себя. Я вкладываю в них себя и свою душу.

Я хмыкнул. Этот человек начал меня немного забавлять.

– А что это были за загадки?

– Ну,.. – Морис подумал, – вы читали Омара Хайама?

– Да.

– Тогда вам должно быть известно, что во всех его стихотворениях скрыт глубокий смысл.

– Мне это известно.

– ...И что лишь немногие способны его разгадать.

– Мне все это давно известно. К чему вы ведете? Вы решили стать вторым Хайямом, что ли? – я начал горячиться, – простите, а что ВЫ знаете такого, чего не знали Хайам, Авиценна и прочие мыслители? Они зашифровывали в свои произведения древние знания, и разгадать их действительно могут немногие, я согласен. Но какое отношение к этому имеете ВЫ? Что ВЫ знаете?.. – я жадно затянулся сигаретой и немного успокоился.

– Я знаю всё, – просто ответил Морис, – я совершенен.

Я чуть не поперхнулся дымом.

– Простите?

– Я знаю, как сделать всех людей счастливыми. Но они не хотят за мной этого признавать и учиться у меня чему-нибудь. Они смеются надо мной. Они не понимают, – Морис разволновался, – Понимаете, Фрэнк, я знаю, что вы меня поймете, понимаете,.. – Морис запутался в слове "понимаете", – тьфу, то есть я хочу сказать, что в моих рассказах я пытался заставить людей находить скрытый смысл, мое знание, а потом чтобы они передавали его другим! Но они не хотят понимать этот смысл!

– Какой смысл? О чем вы вообще толкуете?

– Вот видите, вы тоже не понимаете, – с неким оттенком жалости сказал Морис, – никто не понимает.

– Вернемся к нашим баранам, как говорится, – я затушил окурок в пепельнице и достал новую сигарету, – Почему вы считаете, что можете сделать всех людей счастливыми? Сами-то вы счастливы?

– А разве не видно? – с ироничной улыбкой спросил Морис.

– Что-то не заметил.

– Счастья нет, – горестно вздохнул он, – и быть не может. Вот вы счастливы?

– Я? – я подумал. – У меня есть любимое дело, мне нравится моя жизнь, я испытываю комфорт, в том числе и сейчас; у меня есть еще чего желать и к чему стремиться... Да, я могу сказать, что счастлив.

– Вы несчастливы, – заявил Морис, допив виски. – Все несчастливы. Только вы не желаете этого признавать!

Этот разговор начал меня утомлять.

– Вы вроде хотели что-то рассказать?

– Ах да, простите, – извинился Морис, – я увлекся. Но я всего лишь хочу, чтобы вы меня поняли, и поняли правильно.

Я прикурил и с наслаждением выпустил дым вверх.

– Я вас слушаю.

– Я писал свои рассказы, – снова начал Морис, – и давал людям их читать. Люди их не понимали. Я относил свои рассказы в издательства – их тоже не принимали! Эти убогие людишки называли их бредом! – в его голосе опять проскользнула обида.

 

Я даже их понимал, что самое интересное. Кому будет интересно читать мелкие рассказики, где автор впрямую называет себя главным героем, восхваляет себя и проповедует какие-то очень глубокие мысли? Читатель – существо более-менее аморфное. Если его и интересует смысл и философия, то только те, которые он может понять. И хочет понять. И то, что он может увидеть, может принять... Все, что закопано глубже – труд скорее для философов, да и то, если там есть что-то новое и интересное.

В моей голове творился какой-то сумбур. Мой собеседник сказал или слишком много, или слишком мало.

– Вы можете говорить до конца? Что это за рассказы? Приведите хотя бы один пример.

– Пример? – Морис подумал, – ну вот, например, рассказ про мою подругу. Вернее, как все могло с ней произойти. Мы гуляли на кладбище, и я встретил наших друзей. Я поговорил с ними, а когда поговорил – моя девушка исчезла. Таков сюжет.

 

У меня возникло смутное ощущение, что я что-то такое читал. Как же это называлось?..

 

– Каков объем?

– Объем? Ну... где-то... один журнальный лист.

– ОДИН ЛИСТ? – изумился я, – и что, все ваши рассказы такие вот... мелкие?

– Это миниатюры, – обиделся Морис, – и не забывайте, что главное там – скрытый смысл.

– Ну хорошо, договорились, извините – я опять откинулся на стуле и затянулся сигаретой, – и какой там смысл?

– О! – обрадованно сказал Морис, – его там очень много! Например, вот я – главный герой, моя реальная девушка, которая меня в тот момент обидела – моя спутница в рассказе. И я представил, что я ее убил. Потом, например, слова. Через весь рассказ проходят четыре слова на одну и ту же букву. Или, например, то, что мы на кладбище и мы в черном – это тоже имеет свой смысл. Имя моего друга имеет свою интерпретацию, которая, в свою очередь раскрывает его позицию по отношению ко мне. Ну и так далее.

– Оригинально, – заметил я, – и как вы предлагаете читателям до всего этого додуматься? Если, как вы говорите, вы используете своих реальных знакомых? Как я понимаю, ваши читатели должны в таком случае знать вас и вашу жизнь.

– Верно, – согласился Морис, – вы меня понимаете.

– И вы считаете, что все миллионы читателей могут досконально знать вас и вашу жизнь? Вы со всеми будете знакомиться? Не смешите меня.

– Мне не нужны миллионы, – Морис устало вздохнул, – мне нужно несколько единиц, десятков читателей – немного, в общем – которые будут меня понимать и которых будет восхищать моя проницательность, мой ум и то, как я все это зашифровал.

– Я правильно понимаю, – медленно начал я, тщательно подбирая слова, – что вы хотели жить на доходы от своих книг, которые будут читать несколько десятков людей, знающих вас и вашу жизнь?

– Совершенно верно.

– Вам это не кажется бредом?

– Совсем нет, – ответил Морис, – это вполне реально, если найти людей, которые меня поймут. Оценят мой гений.

Я вспомнил!

– Слушайте, а вы случайно не Морис Мерло?

– Да, это моя фамилия, – с гордостью ответил он, – а вы разве читали мои рассказы?

Да, я читал этот рассказ – даже удивительно, как я это вспомнил. Тем более удивительно, как я запомнил такую фамилию. Мне показывал его один знакомый писатель, как типичнейший пример бесталанного человека с большими претензиями.

Насколько я помню, его рассказы были совершенно безграмотны, изобиловали стилистическими ошибками и были крайне скудны на хоть какие-нибудь описания чего-нибудь или кого-нибудь. "Здесь даже корректировать нечего, – выразил свое резюме мой друг, – вот тебе, Фрэнки, пример того, как человек, не имея за душой ничего, хочет взять все".

– Я читал ваши рассказы, – коротко ответил я, – позволите говорить откровенно?

– Конечно!

– Это полнейшая бездарность, – спокойно сказал я, – кажется, мой друг вам написал тогда, чтобы вы сменили род занятий и пошли на нормальную работу, потому что способностей к писательству у вас нет никаких. Это и мое мнение тоже.

Во время моего небольшого монолога лицо Мориса то краснело, то бледнело.

– Вы тоже ничего не поняли! – сквозь зубы процедил он. – Никто ничего не понял, и вы тоже! Дело не в способностях!

– Да-а-а-а? – несказанно удивился я, – а в чем же?

– В тайном смысле! Мои рассказы – это зашифрованное изложение моих мыслей!

– Кажется, вы сравнивали себя с Хайямом, – иронично заметил я, – но его читать было гораздо интереснее, чем вас. Позвольте узнать, что же такого ценного в ваших мыслях? Вы уже два раза поднимали эту тему...

– Я знаю, как надо правильно жить. Я знаю, как сделать всех людей счастливыми.

– И откуда же вы все это знаете?

– Я сам до этого дошел.

– И как давно?

– Где-то десять лет назад.

– Тогда вы должны быть гениальным человеком, – заметил я, – но по вашему внешнему виду вас в гении зачислить никак не получается, уж извините. В таком юном возрасте...

– При чем тут возраст! – излишне нервно перебил меня Морис, – как надо жить, понять можно в любом возрасте!

– Хорошо, допустим, что вы знаете, как сделать всех людей счастливыми, – согласился я, – а сами-то вы счастливы? Кажется, я уже об этом спрашивал, и вы ответили – нет.

– Да, я несчастлив, как вы сами можете видеть, – криво улыбнулся Морис, – потому что, как я вам уже тоже говорил, счастья быть не может.

– Тогда зачем вы живете? Пользы от вас никому нет, как я вижу, заниматься вы ничем не занимаетесь – не так ли? Иначе не просили бы, чтобы я вас угощал. Застрелитесь, зачем вам так жить? Или попытайтесь жить нормально.

– Нормально?! – Морис выпучил на меня глаза. – Нормально, то есть как все люди? Да ни за что!

– Послушайте, вам двадцать восемь лет, – устало сказал я. – Вам не кажется, что вы себя ведете, как тинейджер?

– Нет, не кажется, – твердо заявил Морис, – я занял тогда эту позицию, знаю, что она единственно правильна.

– А все ошибаются?

– А все ошибаются.

– Хорошо, а почему вы считаете себя идеалом? – снова вспомнил я. – Какой вы идеал? Посмотрите на себя!

– Мой внешний вид не имеет никакого значения, – ответил Морис, – я так выгляжу и пью этот отличный виски, – он посмотрел на лампочку в потолке сквозь бокал, – за который вам большое спасибо, кстати... Так вот, я пью виски для того, чтобы удержаться на плаву, а так выгляжу я потому что... потому что...

– Почему же?

– Потому что я живу на улице!

– Я это уже понял. И что вы предпринимаете, чтобы выбраться из такого ужасного положения? Вы хоть где-нибудь работаете или пытаетесь?

– Нет, – ответил Морис, – я не могу нигде работать. Я могу только заниматься творчеством.

Опять двадцать пять!

– Ваше творчество никому не нужно, вы забыли? – напомнил я. – И у вас нет к этому никаких способностей.

– Но я не могу заниматься ничем иным! – в отчаянии стиснул голову руками Морис. – Я могу только творить!

– А почему вы считаете, что только писатели могут считаться творческими людьми?

– Почему же, не только писатели, – ответил он, – еще музыканты, художники... Но я не умею рисовать, и музыку я не очень люблю...

– И все? Вы считаете, что только три категории людей могут считаться творческими, только богема? А как насчет остальных?

– Назовите пример работы, которую вы считаете творческой, – усмехнулся Морис.

– Мою брать в расчет не будем, потому что я все-таки отношу себя к писателям, – ответил я. – Ну взять вот для примера работу той же Пенни. Вы знакомы с Пенни, она бармен и владелица этого заведения?

– Я никогда не был здесь раньше, – мрачно ответил Морис.

– Хорошо, это неважно, в принципе, – продолжал я, – вот вы считаете, что в ее работе совсем нет никакого творчества?

– Именно так.

– Правда? А придумать интерьер? Она это сделала сама. Делать коктейли? Она делает их сама, причем есть даже весьма экзотические. Подборкой музыки для автомата она тоже занимается сама, и репертуар меняется чуть ли не каждый вечер. А добиться любви посетителей очень сложно, потому что если что будет не так, малейшая деталь – посетитель уйдет в другой бар. Но Пенни все делает с душой, – продолжал я, отпив из бокала. – Она искренне радуется каждому посетителю, она любит свое заведение и всегда старется что-нибудь разнообразить. Она меняет подборки фотографий на стенах каждые два-три месяца. Вы заметили, что тут все выдержано в одном стиле шестидесятых? Вижу, что заметили. Или, например, выставки сувениров из Невады – вы много видели баров, где под стеклом осколки метеоритов лежат? Не думаю, а Пенни все витрины сделала своими руками. И осколки метеоритов сама достала через знакомых уфологов. Неужели вы скажете теперь, что даже в работе бармена нет элемента творчества? В любой работе можно их найти, если постараться заглянуть чуть глубже, а не шарить взглядом по поверхности...

 

Я устал от такого долгого монолога, допил виски и закурил новую сигарету. В голове приятно шумело.

– Знаете, Фрэнк, – Морис задумчиво постучал пальцами по столу, – я не думаю, что вы правы. Разве много нужно творчества, чтобы придумать дизайн какого-то бара? Или смешать в шейкере компоненты коктейля? Взял, потряс, перемешал и готово. А осколки метеорита – ну и что? Их тоже можно достать. Картины понавешать на стены? Ну тут много ума не надо... Нет, вы меня не убедили...

– Знаете, Морис, я от вас устал, – откровенно сказал я. – Вы можете считать так, как вам будет удобно и жить так, как вам будет удобно, но вы ничего не добъетесь и кончите свою жизнь где-нибудь в реке. Вы рассуждаете как ребенок, и хотя жизнь вас изрядно потрепала, вы все еще продолжаете мыслить своими примитивными категориями и ограничениями. Вы живете иллюзиями и не желаете признавать того, что творится у вас под носом. У вас нет никаких способностей к творчеству, и вы уверены в своей гениальности. Вы хотите сделать всех счастливыми, но при этом сами несчастны. Куда ни посмотри – везде сплошные противоречия. Вы идеалист и живете этими идеалами, даже не живете, а существуете...

– ...Послушайте, Фрэнк, – сухо перебил меня Морис, – вы тоже ничего не поняли. Это вы сами живете во власти иллюзий! Но я могу вас от них освободить...

Начинается.

– Спасибо, не надо.

– Вам это нравится? Вы, писатель, творческий человек – и вам нравится жить в Системе?

– Вполне. Меня это не напрягает. Я вам это уже говорил, кажется.

– Вы просто со всем примирились! – обозлился Морис, – а я могу вам открыть глаза...

– И сделать таким же, как вы сам – спившимся бомжом? Нет уж, простите, мне это неинтересно.

– Я разочарован в вас, – Морис поднялся со стула, – вы мне показались человеком, достойным меня. Но я ошибся. Спасибо за виски. Можете меня не провожать.

 

Он быстрым шагом пошел к двери, а затем я увидел его в окно, совершенно ясно представляя себе в уме лихорадочный блеск его глаз, даже не видя лица... Несчастный идеалист, который продолжает жить своими идеалами десять лет, не понимая, что с каждым годом они все больше и больше загоняют его в яму. Человек, живущий не в этом мире. Человек, который уверен в своем совершенстве. Человек, который знает, как надо жить. Человек, которого никто не слушает. Тридцатилетний мужчина, рассуждающий подростковыми представлениями о мире.

 

Что ж, это было весьма интересное и познавательное знакомство. Раньше я и предположить не мог, что такие люди существуют. Все-таки он меня удивил.

...Однако хватит с меня этого. Пора возвращаться в настоящий мир.

Я расплатился с Пенни, вышел наружу, в ночной Манхеттэн. Полюбовался огнями. С наслаждением постоял около супермаркета и послушал шум улицы. Постепенно приходил в себя и сливался с реальностью.

А потом я пошел домой.

 

 

 

2004
Пользовательский поиск

Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на g+  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу

Рассылка '"НОВАЯ ЛИТЕРАТУРА" - литературно-художественный журнал'



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

17.03: Сколько стоит человек. Иудство в исторической науке, или Почему российские учёные так влюблены в Августа Шлёцера (статья)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или Яндекс.Деньгами:


В данный момент ни на одно произведение не собрано средств.

Вы можете мгновенно изменить ситуацию кнопкой «Поддержать проект»




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за январь 2017 года

Номер журнала «Новая Литература» за декабрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за ноябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за октябрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за август-сентябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за июнь-июль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за май 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за март 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за январь 2016 года



 

 



При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2017 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Купить все номера 2015 г. по акции:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru
Реклама | Отзывы | Подписка
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!