HTM
Номер журнала «Новая Литература» за декабрь 2020 г.

Екатерина Зверева

Мой горький Лондон

Обсудить

Повесть

Опубликовано редактором: Игорь Якушко, 12.10.2007
Оглавление

9. Глава 9
10. Глава 10
11. Глава 11

Глава 10


 

Этот день станет днем, когда я начну курить. Действительно, ну сколько можно заглядывать на прилавки с сигаретами? Бояться, что не продадут, ведь я для этого еще как бы маленькая. Вот уже несколько дней подряд хожу и высматриваю. Какую марку. В каком магазине. Делаю вид, что выбираю кашу или минералку, потому что иногда сигареты находятся рядом с ними. Стала совсем как преступник – оглядываюсь, маскируюсь. Хотя для чего? Чего я боюсь, ведь это в конечно итоге мое дело. Не знаю. Не знаю, не знаю, черт!

– П-простите, вы не знаете, вот эти, которые слева от вас – они с фильтром? Сказали м-м-м… купить какие-то такие, из головы вылетело название… – а сама в это время упорно краснею и чувствую, как большая мокрая капля катится от виска по щеке, и дальше – на шею, за воротник.

– Вот эти? – молоденькая продавщица рада мне помочь. Ну действительно, разве ребенок с такими невинными глазами может курить? Нет, конечно, нет – девочку просто попросили – родители или еще кто-нибудь. Бабушка, например. – Да, они с фильтром. Сейчас все, кажется, с фильтром идут. Даже самые дешевые, а эти – дорогие (я выбрала довольно дорогую марку, чтобы – глупо – не испортить впечатления). – Будете брать? – спрашивает она меня, улыбаясь. А мой взгляд падает на вездесущую табличку «Табачные изделия не продаются лицам, не достигшим 18-ти лет», и я, зачем-то несколько раз кивнув головой и судорожно зачерпнув воздух, бормочу:

– Да, конечно, раз попросили…

Получаю сдачу, говорю «спасибо», дрожащей рукой кладу пачку сигарет в дамскую сумочку, открываю дверь и понимаю: вот оно, ощущение свободы и счастья! Ветер дует в лицо, и я жадно дышу… Сделано. Такая красивая, блестящая, стильная пачка сигарет.

Я? Я курю? Нет, это было так дико, так непохоже на правду! Меня разобрал смех – эх вы, те, которые не продают табачные изделия лицам, не достигшим восемнадцати лет! Куда вы смотрите? Обмануть вас оказалось проще простого, ха! Целый день я носила сигареты с собой, и мне постоянно казалось, что все чувствуют запах табака, знают, что я хочу сделать. Типичный синдром шизофреника. Я же хотела дождаться вечера, когда станет прохладнее, потому что курить в такое пекло не хотелось даже мне.

…Чиркаю спичкой, сигарету держу в руках, пытаюсь зажечь. Ветер. Отворачиваюсь, снова попытка – и снова порыв гасит только что вспыхнувший огонь. Я жду, пока пройдут показавшиеся за деревьями прохожие. Наконец зажигаю, втягиваю носом дым, но все держу ее в руке, не подношу ко рту. А сердце бешено колотится. Страшно.

Наслаждаюсь чувством всемогущества, эйфория течет по жилам. Так хотелось стать другой, той, кто курит, человеком-романтиком. Человеком из толпы? Отгоняю эту бестолковую мысль, зажимаю сигарету губами, чуть вдыхаю… Ничего. Ничего не чувствую. Еще совсем чуть-чуть – вдох. Ничего. Пусто и по-прежнему страшно. Снова вдыхаю этот дым, кидаю сигарету на землю, втаптываю в асфальт кроссовками. Только противный вкус табака во рту и ощущение, что я нарушила что-то святое, какой-то сильный запрет, что не выдержала. И все-таки весело – не поддалась. Я, оглянувшись, выплюнула эту грязную слюну с грубым запахом никотина. Пачку сигарет и спички выкинула в урну. И было грустно – этот день стал днем, когда я начала и бросила курить.

А потом я стояла под душем, и было так чертовски хреново, так дурно. Мне хотелось к Ксюхе – дерзкой, резкой, с ней точно не будет плохо. Пусть что угодно – к Ксюхе, к Ксюхе! Ну позвони же, черт подери! Чего тебе стоит – поднять трубку и просто позвонить, Ксень?

Я сжимала и разжимала кулаки, не в силах преодолеть себя и тоже – всего лишь позвонить. Преодолеть гордость, потому что я чувствовала, что она сильнее меня, несмотря ни на что. Я слабее… Я – слабее?! Да черта с два! Я выключаю воду, одеваюсь, выхожу на улицу. Улица Киндсфатера, дом 32, пожалуйста.

 

– Послушай, я имею право на свою любимую музыку. Я же не имею ничего против того, что ты слушаешь своего HIMа. – Уже через несколько минут я сидела на ее диване, мы пили апельсиновый сок и продолжали незаконченный разговор о группах.

– Моего HIMа? – она смеялась. – Да нет, не мой он.

– Или вот это, – я смотрела на стопки ее дисков, пытаясь отыскать что-нибудь этакое.

– Вот! Это. «Американский поп 90-х». Скажешь, это твоя бабушка слушает?
– Оставь в покое мою бабушку, будь добра. Образованный современный человек должен знать и такие вещи. Культура предков – о ней не стоит забывать.

– Ты говоришь о культуре… Тогда откуда у тебя эта татуировка? – у нее на ноге звездочка – там, куда носки надевают.

– А это тоже часть культуры.

– Тоже предков?

– Для тебя – да.

– А чё это для меня – да?

– Ну ты же еще на горшке сидела в то время, когда я эту тату сделала…

– Слушай, помолчи, а!

– Что? Тебя так расстраивают физиологические потребности человека?

Я на нее поглядела как Ленин на буржуазию и брякнула:

– Нет, но просто в детском возрасте они более заметны… м-м-м… по причине несвоевременного прибытия в этот мир.

Ксюха отвернулась, пряча усмешку, и потом сказала:

– Пойдем в театр?

– Ну ни фига себе!

– Держи свою ботанику за зубами.

– Какую ботанику?

– Не важно. Продолжай.

– Кажется, это ты начала.

– Я начала, ну а ты продолжай.

– Да чё ты со своей ботаникой!

– Ну, фиги – это же фрукт, значит, ботаника.

– А-а-а… Острый юмор…– бормочу я.

– Так ты пойдешь в театр?

– Пойду. – Тем более что я не была там восемь тысяч лет. Но было необходимо сделать вид, что мне не слишком-то туда хочется.

– Или не пойдешь?

– Пойду.

– Или пойдешь? Или все-таки пойдешь? А может быть, не пойдешь? Так пойдешь или не пойдешь?

– Да пойду! – заорала я и с визгом кинула в нее подушку. Ксюха захохотала. И я, признаться, тоже.

 

Мы взяли билеты в самый последний ряд, и над нами был партер, а народу было совсем немного. Конечно, с последнего ряда не было видно совершенно ничего, да и, судя по всему, спектакль был дурацким. Там кто-то выстрелил из пистолета, и от этого повисла над сиденьями густая белая дымка; смешиваясь с запахом сигарет – там все курили – она давала такую вонь, что хотелось чихнуть.

– Чего ты хочешь, кроме того, чтоб уехать в Англию? – шепотом спросила Ксюха.

– Изменить мир, – ответила я, не задумываясь.

Она снова улыбнулась, но что-то промелькнуло в ее глазах такое, чего я еще никогда не видела. Внимательное, пронзительное. Ксюха смотрела на сцену, но, я думаю, она не видела, что там происходит. Потом, заметив, что я наблюдаю за ней, она стряхнула с себя это новое выражение и снова надела прежнюю маску язвительности. Впрочем, я не была до конца уверена, что из этих двух лиц маска. Вкус табака исчезал, сменяясь сладостью вишневой жевачки. Было тревожно и вместе с тем как-то радостно, ведь Ксюха была рядом, и значит, не могло быть чего-то плохого и тоскливого – такого, от чего хотелось застрелиться. Правда.

 

 


* * *

 

Я сижу на старом диване из черной кожи, а Зверобой на кухне – это удивило меня сильнее, чем что-либо. Он так и сказал: «Я пошел есть. Будешь?» Я крикнула: «Нет, спасибо!», потому что не хотелось и потому что увидела на подоконнике спрятанный за шторой альбом с фотографиями. Я, глянув назад, как преступник, прокралась к этому извечному месту, где сидит Зверобой. Открыла старую обложку. На меня радостно глядит улыбчивый мальчуган лет четырех. Черно-белые фото…Семья: мама, папа, этот мальчишка и еще один, помладше, но сильно похожий на него. Потом этот паренек в пионерском галстуке, в белой рубашке, среди толпы таких же, одинаковых школьников. Потом – он же, но только лохматый и отчего-то, кажется, злой. Студент: симпатичный парень с длинными волосами. Отчего сейчас он такой? Загадка, не дающая мне покоя. Я положила альбом на место, прикрыла шторой, заглянула на кухню.

– Зверобой, – говорю я. – Расскажи о себе.

Он глянул на меня так мрачно, исподлобья, но я не испугалась, мне даже страшно не стало, потому что он и мухи не обидит, я знаю. Я прихожу обычно и делаю это за него, чтоб они ему не мешали думать, эти мухи.

– Нет.

– Почему, Зверобой?

– Не надо.

Ладно, не будем. Тем более что он решил приготовить кашу, и снова задумался, так что она чуть не подгорела. Пришлось спасать ее, чтобы этот странный человек не остался без обеда.

 

«Killing loneliness»… – и HIM в плейлисте. Убить одиночество в себе самой – вот что было сложнее всего. Я не могла – меня тошнило от всего, что я видела вокруг. Я думала: если я умру сейчас, что останется после меня? Ведь никто не знает, что я на самом деле, чего я хочу и что люблю. Никто! Останется только любимая игрушечная собака, книги и еще, пожалуй, чуть слышимый аромат туалетной воды в шкафу, где висит одежда. А что, если после меня будет еще кто-то – брат или сестра? Что они будут знать обо мне? Ровным счетом ничего. Они будут правы, если возненавидят свою старшую сестру, потому что родители всегда будут сравнивать их со мной, я знаю. Я бы тоже ненавидела себя, наверное.

Лондон. Осень в Соединенном Королевстве. Моя любимая, моя горькая осень… Я умру вместе с ней, когда придет зима, и снова начну жить, когда почувствую ее приближение…

…А вы пробовали эти маленькие apples, которые становятся вкусными, когда ударяют морозы, – вкусными и терпко-сладкими, с мгновенной горечью? Их еще снегири едят…

Да, тогда уже была осень – тогда, много лет назад… Я хотела ему сказать… много слов… Кто-то подошел к телефону и спросил: «А вы что, ничего не знаете?..» У меня в тот момент все, все оборвалось, сломалось, умерло… Страшно вспоминать. День, когда он исчез. Много человек пришло, в основном его друзья, приятели, которых ненавидели бабки из соседних подъездов. И они тоже были, эти старухи, несколько штук, чтоб им пусто было! А потом, после всего этого, одна другой говорит: «Да, – говорит, – Ванечку, конечно, жалко (а сама всегда на него больше всех и орала), – но этого же стоило ожидать! Как он на своем мотоцикле ездил-то, а! Я ж его предупреждала, а он, знай, отмахивался!» Я тогда посмотрела на нее, подняла воротник у плаща и пошла к ним, к этим дрянным сволочам:

– Эй ты, старуха! Ну и сволочь же вы, – говорю, – да вы ему слова доброго не сказали, когда ему этого так не хватало, а потом бы только попробовали со своим добром, он бы вас так далеко послал, что вы бы ни в жизни туда не дошли! – я кричу, и слезы, черт бы их побрал. – Это из-за вас он!.. И только попробуйте еще слово сказать про него, да вы недостойны даже имя его произносить!.. – Я что-то еще тогда кричала, но подошли ребята, взяли меня за руки, стали успокаивать, увели от этих старух…

 

 


Оглавление

9. Глава 9
10. Глава 10
11. Глава 11

Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

03.01: Художественный смысл. Любовь к мысли (критическая статья)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или сразу отправить журналу 500 руб.:

- с вашего яндекс-кошелька:


- с вашей банковской карты:


- с телефона Билайн, МТС, Tele2:




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература» (без рекламы):

Номер журнала «Новая Литература» за декабрь 2020 года

Все номера с 2015 года (без рекламы):
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 

При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2021 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!