Шамов Владимир.
Рассказ «Петюня».
...Я, Петюня, сижу и чувствую, как тепло ласкает мои куси, а ветерок, хоть и дикий, но уже не такой злой, шевелит мои одёжки. Они, эти лохмотья, давно стали моей второй кожей, а может, и первой – кто знает, что было до той машинки, которая меня сбила. Теперь я не помню, но это и не важно. Важно, что я здесь, на этом крыльце, и меня знают все: и старуха Натаха, и батюшка-поп, и даже ворона, которая иногда поклёвывает меня, словно проверяет, не сгнил ли я окончательно.
Зазвонили колокола, и народик стал струиться сквозь паперть прямо к батюшке-попу на Троицу. Он сегодня будет для них петь. Какой же красивый наш батюшка-поп. Иногда кто-то останавливается, гладит меня по голове, шепчет: «Бог тебя храни, Петюня». А я киваю, потому что знаю – он меня хранит. Ведь если бы не он, я бы давно рассыпался в прах, как этот асфальт.
Подаяния растут. «Смотри, Петюня, сколько тебе накидали», – говорит старуха Натаха Ступина, прозванная кикиморой за её нос. Я знаю, что сегодня мне дадут конфетку, но я радуюсь не этому, а своей чудесной жизни, солнышку-молнышку да тому, что я живу на этом чудесном свете, что создал Боженька всего за десять дней.
Вот опять ворона. Она клюёт что-то у моих ног, а потом смотрит на меня своими чёрными точками. Я думаю, она тоже блаженная, только с перьями. Мы с ней понимаем друг друга без слов. Она – моя единственная подруга, кроме, конечно, Боженьки...
