Этюды из волшебного фонаря

Странное чувство овладевает мною, когда я пытаюсь вспомнить свой сон – словно сны мои отделены от реальности лишь лёгкой занавеской, и там они бродят как тени в ожидании, когда придёт их час. Но стоит мне тронуть эту полупрозрачную грань, и они устремляются ко мне, толпясь в надежде, что я возьму один из них... Среди них есть слабые, почти невидимые, и они чувствуют себя чужими когда сильные и яркие беззастенчиво рвутся в моё сознание, и я, срывая их охапками, уношу с собой...

Так и с литературными текстами – сюжеты стоят у грани, как подсолнухи вдоль дороги, не смея переступить моё воображение, и только смотрят призывно, но я... сторонюсь, особенно, рьяных и готовых лечь на бумагу безо всяких хлопот. Я знаю им цену – в одно разочарование – вслед за всплеском ложного вдохновения...

Мои сюжеты тихи, и не хватают читателя за чувства... И вообще, они предпочитают сидеть дома, и чтобы познакомиться с ними нужно быть вхожим – то есть, не в мой дом, конечно, а в свой собственный – ведь, известно, что читатели делятся на тех у кого дом есть и бездомных: все остальные неравенства иллюзорны. Дом строит каждый сам-себе – для житья-бытья... ведь читатели – вроде улиток, если, конечно, видеть их не распятыми в чужом тексте, а свободными... И вот, чтобы быть вхожим в дом, нужно его построить и стать вхожим – всё просто, как истина...

И тогда сны не станут выживать в одних и тех же постылых страхах и восторгах, тщательно выписанных с натуры, а тексты доверчиво обнажатся, и мысль, сбросив причудливые слова, вернётся в начало...