Вторая вода

На чтение потребуется 2 часа 30 минут | Скачать: doc, fb2, pdf, rtf, txt | Хранить свои файлы: Dropbox.com и Яндекс.Диск

 

 

 

Многие дни, после того, как Степана забрали, Аристарх Иванович горевал. Душа как бы пряталась от него, и он молил небеса возвратить ему твёрдость духа, без которой было нельзя ни хозяйство вести, ни поддерживать бодрость в своих домочадцах.

Внук, пожалуй, и спас Дитятьева от крутого опустошения. Было чудно исхлёстанному годами, не совсем ещё старому человеку испытывать к внуку родственный интерес оттого, что малый глядит на него снизу вверх, как на крупное дерево, и упрашивает, волнуясь: «Дедушка, научи!»

Плыть ли за лодкой над омутами Мологи, строгать ли рубанком сосновую доску, купать ли, спасая от овода, целый день на жаре трудившегося коня, собирать ли с лещин одетые в ситцевые рубашки пузатенькие орехи – всё это было. И всё это будет. Благо детство у малого в самом разгаре. И парнишке надёжно и весело потому, что рядышком дед, которого можно опять попросить о чём-нибудь очень важном.

 

Вчера семилетний Витёк взял деда за руку и привёл его в горницу, где кровать, а над ней ружьё.

– Дедушка, я хочу научиться стрелять!

Аристарх Иванович отказал:

– Рано. Ты ещё мал.

Но внук был настойчив. К тому же, сообразителен и хитёр. Сказал:

– Мал да удал. А ты у нас, дедушка, старый. А старые умирают. Если тебя не будет, кто тогда научит меня стрелять из ружья?

Довод был убедителен. В самом деле. Под Богом ходим. Никто не знает, когда за тобой прилетит небесный гонец.

– Стрелять-то тебя научу, – сказал Аристарх Иванович в передумье, – да только в кого? Разве в какого-нибудь лиходея, коли он сунется к нам с грабежом?

Дедушка вывел внука на столбовое крыльцо. Приставил ружьё к перилам. Стал рассказывать про спусковые курки, про железную мушку, про то, как надо метиться в цель. Показал, а потом, при виде вороны, сидевшей, как дурочка, на заборе, помог пареньку нажать на курок. И выстрел бабахнул. Мало того, что малыш встрепенулся и устоял от отдачи ружья, так он ещё и вздохнул, жалея ворону, свалившуюся с забора в придорожную лебеду, и сказал:

– Зачем я её? Она же не виновата. В другой раз я выстрелю в лиходея. Его я не буду жалеть. Потому что он станет нас грабить. А я возьму в него и пальну…

 

Аристарх Иванович понимал, что мир вокруг враждебен и ненадёжен, и потеряться в нём неокрепшему человечку легко, оттого и радовался тому, что внук растёт крепышом, по-прежнему боек и любопытен и пристаёт к нему: «Дедушка, научи!»

«В отца растёт, – думал Дитятьев, – а отец – весь в меня!» Гордостью обносило грудь Аристарха. Только гордость была приправлена горечью долгой разлуки, после которой должна б состояться и встреча. Однако верил в неё Аристарх слабо-слабо, как верят в великого Бога, который однажды сойдёт на землю и избавит страждущих от всех горечей и обид.

Ольга Петровна, как и супруг её, мало надеялась на удачу, что повернётся в их сторону добрым лицом и подарит им встречу с сыном. Время-то было какое? Время тех самых метаморфоз, когда вываливались из жизни вожди устоявшегося режима, такие как Каменев, Пятаков, Бухарин, Зиновьев и даже Рыков, и надеяться, что Степану выпадет счастье остаться в живых и вернуться домой, было не только странно, но и нелепо.

Горе своё она заливала слезами, а слёзы сеяла, словно зёрна, но не на пашню, а там, где были её овечки, корова с телёнком, конь, супоросная свинка, курицы и петух, которых она обиходила ревностно и усердно, находя среди живности отдохновение и покой.