Чужой счет

Утром, как водится в местах массового принуждения, – на зарядку. Формально – для поддержания бодрости тела и духа, реально – для подчеркивания коллективной зависимости подневольных.

Не обошлось без ЧП, тюрьма без них – не тюрьма. Старший по званию из надзора, известный в ИВС как "мастер спорта по боксу", вдобавок и "чемпион республики" – самодовольный молодчик и, скорее, самозванец, вывел из строя тщедушного мужичка, который не успел спрятать папиросу при его появлении. Перед выстроившимися в две шеренги зеками "боксер", как на груше, отрепетировал на лице залетчика несколько коронных своих ударов, сопровождая каждый ругательскими назиданиями.

Вадиму претила нахальная рожа надзирателя. Антипатия была взаимной: этот коренастый, с пронизывающим взглядом арестант выделялся среди других, держался гордо и независимо, и по понятиям тюремщика, такого непременно нужно было сломать. Как-то насмешливо-зло прищурившись, "боксер" предложил Вадиму спарринг, наверняка рассчитывая на отказ. Получив в ответ: "С удовольствием!" – замялся... "Милая" улыбка спарринг – партнера вызвала у "чемпиона" нервный тик.

– Готовься! – как-то неуверенно процедив сквозь зубы, он удалился. И, кажется, о своем вызове вовсе позабыл – видимо, умные люди отсоветовали связываться.

"А жаль, – думал Вадим, вспоминая сотрясаемого ударами безропотного, хилого залетчика. – На него ушло бы не более минуты... Надо как-нибудь напомнить ему, что нельзя ударять человека во второй раз, тем более гораздо старшего по возрасту, если тот не отвечает, и даже не думает об этом... Впрочем, таким неведомо чувство благородства – не захочет понять и даже выслушать."

Для себя Вадим уже выработал своеобразную тактику выживания, а вернее, систему, которая позволяла сохранить человеческое достоинство в самых нечеловеческих условиях. Еще в годы службы в армейском спецподразделении инструкторы учили, как не растеряться, вытерпеть, преодолеть самого себя в тех или иных экстремальных ситуациях. К примеру, чтобы не бояться боли, нужно было концентрировать внимание на яркости ощущения боли, стремиться к увеличению ее до пределов, где она не воспринимается. Подобно принципу вышибания клина клином, желание большей боли могло растворить в себе непосредственно причиняемую боль. Блокиатором боли могло стать также искусственное возбуждение эмоций – ярости, ненависти к обидчику. Гораздо сложнее было "превращение" себя методами медитации в инородное, более прочное, чем человеческий материал тело: камень, железо...

Вадим каждую минуту работал над собой, готовясь к новым испытаниям. Это помогло ему вытерпеть "темницу", в которую поместили его после трехнедельных безуспешных попыток выбить "признания".