Осколки. О Бытии и Ничто литературного творчества

Первичный импульс поговорить о литературе, временно отложив художественное творчество, возник из укола, нанесенного одной дамой, затеявшей раскритиковать мои новеллы в своем блоге. Снисходительно определив язык Игоря Белисова как «образный и яркий», она категорически не рекомендовала этого автора юному поколению, а заодно и пригрозила, ссылаясь на классика, суровой ответственностью, которая меня настигнет по эту и ту стороны света.

Обычное дело: критика – неотъемлемый жанр открытого и живого литературного процесса. Критиковать – это и здраво, и необходимо. Разумеется, если критика служит чему-то еще, кроме самоутверждения критикессы.

В данном случае бомбардировке подверглись новеллы, малозначительные для совокупности моего творчества и не стоящие столь агрессивного выступления женщины, очевидно желавшей обратить на себя внимание. Мне остается ее сердечно поблагодарить за неравнодушие к моим легкомысленным зарисовкам, а также улыбнуться милой узости ее взгляда на практические аспекты литераторской кухни. Похоже, она свято не осознает, что энергичный разнос, устроенный ею автору, привлекает к нему интерес нисколько не меньший, чем самые сладкие и восторженные панегирики. Вероятно, от ее внимания ускользает, что существуют читатели, имеющие вкусы, отличные от ее диеты, и яростное потрошение неудобоваримого чтива – прямая подсказка для любителей острых специй.

Если уж ей действительно хотелось меня уничтожить, следовало поступить менее энергозатратно, зато более эффективно. Те, кто не первый год идут по Пути Литератора, знают: самый лютый убийца произведений – молчание. Любой человеческий отзыв, будь то позитивный или негативный, возвышает произведение к явлению Бытия, и только молчание, зияние безжизненной пустоты, низвергает усилия творчества в бездну Ничто.