Семнадцать с половиной сентиментальных историй про любовь, смерть, еду и каннибализм

Ей всюду попадались мертвые птицы. Еще ребенком, играя в песочнице, она запросто могла наткнуться на обглоданные котами и временем белые хрупкие косточки. В ее подъезде часто пытались найти последний приют растрепанные больные голуби, на ее балкон – когда она жила в квартире с балконом – тоже прилетал кто-нибудь умирать. Стоило ей забрести в зоомагазин, она непременно упиралась взглядом в одно из выставленных там для продажи существ, которое явно для этой цели уже не годилось. Оказываясь в мясных отделах, где на прилавках лежали синие тушки, она невесело усмехалась. Зоопарков она не любила.

Она окончила художественную школу и по какой-то никому не понятной инерции стала в свободное время писать натюрморты в манере старинных мастеров, почти неизменно изображавшие в числе прочего пернатую – реже ощипанную – дичь.

– Птичка моя, – шептал ей в постели случайный очередной ухажер.

– Не надо меня так называть, – отвечала она, брезгливо морщась и только сильнее недоумевая, как могла оказаться с этим человеком настолько рядом.

Она никогда не летала на самолете. Просто было некуда, незачем, иногда не на что. К тому же нельзя сказать, что б у нее вызывал симпатию этот нелепый современный кённинг – «стальная птица».

Рекламной конторой, где она работала, был получен заказ на разработку логотипа для сети ресторанов быстрого питания, делавших основной упор на куриное мясо. В самый последний момент задание было поручено другому сотруднику, хотя изначально этой работой должна была заниматься она. Почему – она решила не узнавать, с благодарностью принимая неожиданную передышку.

Очень поздно – потому что раньше это было как-то не принято – она прочла библию. Просто так, для развития и интереса. Ни до, ни после она не нашлась бы с ответом, если б кто-то спросил о ее мыслях о боге, но зато для себя с тех пор она определила, что всю жизнь, сколько себя помнит, наблюдает свой маленький конец света. И ей не составляло труда воображать, что, может быть, где-нибудь на другом конце глобуса живет некий фермер, которого постоянно повсюду преследует саранча, либо каких-то еще людей, с которыми случаются и более неприятные вещи.

Она не задумывалась, что может быть с ними со всеми или вообще со всеми когда-нибудь после, зато ей очень нравился рассказ одного латиноамериканца про старика с огромными крыльями. Однажды, оказавшись в большом городе, она даже видела сценическую постановку. Она все гадала – достаточный ли крылья признак для птицы, и все надеялась: что если в один день, даже если очень не скоро, ей посчастливится встретить самого настоящего ангела, пусть даже и в далеко не лучший момент его жизни?..