Романснебес

 

 

 

Жакфи не переставал удивляться чудесам, в буквальном смысле валившимся ему на голову. Сначала эта монета, упавшая с неба, затем билет Национальной лотереи, который его уговорила купить работница банка, когда он снимал со счета часть своих сбережений, чтобы купить новый костюм и шляпу. И как он его не потерял? Этот билет принес ему сказочное богатство. Джекпот в размере шестнадцать миллионов франков! Теперь Жакфи жил в шикарном доме с прислугой, у него был сад с собственным садовником, в гараже стоял дорогой автомобиль.

 

Этим вечером Жакфи сидел на террасе и, потягивая коньяк, размышлял о превратностях судьбы.

Конечно, что греха таить, счастье ему улыбнулось самой широкой улыбкой, но Жакфи не покидало ощущение, что неспроста Небо к нему так благосклонно, что-то от него потребуется взамен. Но только что? Отдать кому-то эти деньги? Нет, пожалуй, это глупо. Зачем было Небу делать нищего богачом, чтобы потом опять превратить в нищего?

Может, построить храм? Может. Только какой и где? И что он, Жакфи, понимает в храмах?

Решив, что самому на этот вопрос ответа не найти, Жакфи допил коньяк и включил радиоприемник.

Зазвучала легкая джазовая музыка. Жакфи, расслабленный коньяком, задремал. И вдруг тысяча иголок пронзила его сердце. Голос, волнующий и трепетный, заставил Жакфи проснуться. Он вскочил со стула.

– Eric! Eric!* [* Эрик! Эрик!]

На террасу вышел камердинер Жакфи – Эрик.

Жакфи приказал ему жестом подождать, а когда песня закончилась, выключил радиоприемник и спросил;

– Est-ce que tu sais qui a chanté?* [* Ты знаешь, кто это пел?]

– Oui, Monsieur, tout les français la connaissent*. [* Да, месье, это знает каждый француз.]

– Ne dit pas comme ça. Tu sais bien que depuis de nombreuses années j'ai vécu dans la rue. Et ça n’a rien avoir avec une salle des concerts*. [* Не говори мне таких слов. Ты же знаешь, я много лет жил на улице. А улица – это не концертный зал.]

– Excuser-moi, Monsieur. C’était Edith Piaf*. [* Простите, месье. Это пела Эдит Пиаф.]

– Edith Piaf?* [* Эдит Пиаф?]

– Oui, Monsieur*. [* Да, месье.]

– Mmm... j’ai entendu parler quelque chose. Elle habite à Paris?* [* Ммм… я слышал что-то о ней. Она живет в Париже?]

– Elle a habité là, Monsieur. Elle est déjà morte*. [* Жила, месье, она уже умерла.]

– Il y a longtemps? C’était quand?* [* Давно? Когда?]

– Je ne souviens plus exectement, Monsieur. C’était il y a longtemps. Il y a dix ans environs ou bien plus*. [* Я точно не помню, месье. Давно. Лет 10 назад. Может, даже больше.]

– Eh qu’est que tu connais d’elle?* [* А что ты о ней знаешь?]

Эрик пожал плечами:

– La même chose que les autres. Elle était grande chanteuse. Elle était très malheureuse*. [* То же, что и все. Она была великая певица. Она была очень несчастна.]

– Si elle était grande chanteuse, pourquoi alors elle était malheureuse?* [* Если она была великой певицей, то почему же она была несчастна?]

– C'est pour cela que tout le monde, Monsieur, pour la solitude*. [* Потому же, почему и все люди, месье, – из-за одиночества.]

– Bon, tu peux aller, Eric!* [* Хорошо, Эрик, иди!]

Жакфи налил себе еще немного коньяка и сделал глоток. Он всё еще слышал этот необыкновенный голос, полный страдания и любви: "Non, je ne regrette rien!"

И он, Жакфи, тоже не жалел ни о чем, разве только об одном: что Эдит Пиаф умерла…