Битэ-дриттэ, фрау-мадам

 

Купить в журнале за июнь 2020 (doc, pdf):

 

На чтение потребуется 5 минут | Цитата | Скачать в полном объёме: doc, fb2, rtf, txt, pdf

 

 

За какими-то непостижимыми ассоциациями я влекусь… Заглавие – от фамилии Бритов. Художник такой. Почти непримечательный. Я его картины рассматривал в интернете под завывания Первого канала российского телевидения по поводу всегдашней украинской несостоятельности (до второго тура выборов Порошенко-Зеленский оставалось 5 дней). Гнобили Мазепу, украинские причитания о сожжении Батурина, вечное предательство Украины, Хмельницким – Польши, Мазепой – России. Второсортным выглядел народ, которого и впрямь второсортным считали все, владевшие им на западе – румыны, австро-венгры, поляки. Что довело, по-моему, крайних украинских националистов до исключительной жестокости и моральной низости по отношению к чужим народам.

А Бритову «на таком фоне» можно было почти ничего особого в живописи не делать, а слава России – сло́ва не нахожу… Гремит… Ну какое же гремит, когда едва ли не тишина воспевается.

 

Бритов. Ранняя весна. 1963.

 

Там, вон, ручей журчит – какая тишина. И вообще не про тишину думать, когда весна дышит. Не знаю. Невыразимо. А потому – сверхтонко. Что-то громадное чуется. Просыпается аж Природа. На заглавные буквы тянет. Благо – в слове «Россия» можно не стесняясь заглавную применять. – Надо же… Такая тусклятина, а такое ЧТО-ТО где-то в груди…

Я такое пережил раз как раз на Украине. Я жил в маленьком городе Ромны Сумской области. Это в 80-ти километрах от злосчастного Батурина, который сжёг Меньшиков (правда, вместе с украинцем Иваном Носом). И было мне лет 8. Я был, вообще-то, послушным мальчиком, маменькиным сыночком меня называли (я был полусиротой и не хотел маму удручать плохим поведением). Но один раз весна, видно, во мне взыграла, и я удрал из школы и пошёл домой кружным путём, спустившись к речке Суле. На ней лёд ещё не начал вскрываться. Но льдины, косо торчащие у берега, я почему-то помню. И никакими словами не передать то чувство свободы, которое я переживал.

Горе Украине, что её история так сложилась, что я (правда, где-то с 10 лет ставший чувствовать себя русским, тогда же перестав на Украине жить) не ассоциирую теперь журчание ручья в снегу с Украиной, а ассоциирую это с великой Россией, когда смотрю на картину русского художника.

Меня 10-летнего перевезли жить в Литву. И там я озорничал покрепче – ходил по здорово широкому Неману, по потрескавшемуся льду. Но родиной Литву я не чувствовал. Родиной, как оказалось – по запаху осоки – я чувствовал Украину. Но – как такую часть СССР. Ну и того чувства свободы я больше как-то не пережил вне Украины. В общем, при рассматривании нарочито напритязательной картины Бритова я переживаю – парадокс – величие России, не Украины.

Сделаем эксперимент. Посмотрим на картину украинского художника, тоже нарисовавшего раннюю весну.

 

Васильковский. Ранняя весна. 1900-е.

 

Совершенно не то! Где та безмерная свобода, ассоциирующаяся с Россией (да свобода, воля, связанная с легендарной бескрайностью России; где-то читал про молчаливый договор народа и власти: кто из крепостных удрал – его не ищут, потому что не найдут в такой шири; про великие сибирские стройки вспомните, кто может; я – подумывал было уехать). – У Васильковского, наоборот, заземлённость на хозяйство, а не вольный полёт. Что и соответствует, кстати, разнице менталитетов русского и украинского. Русский я обозначаю сокращённой мною цитатой из Феофана Затворника: «Дело не главное в жизни. Главное – настроение сердца». А у украинца обратно: дело – главное.

Возьмём другое полотно.

 

Горобец. Ранняя весна. 1968.

 

Похоже на моё удирание из школы и поход домой кружным путём – но не то. Тут какой-то уют. Хотя бы потому, что девочек две. Нет переживания огромности происходящего. Соразмерного такой стране, как Россия. Тут – проза, хоть неба много. А у Бритова – полёт, хоть неба совсем нет.

И, кажется, понятно, в чём дело. – В невнятности живописуемого у Бритова. Чуть не беспредметности. Оттого – свобода и великое. Самодовлеющее. Но – со вкусом.

А украинское у русского шовинизма – это образ безвкусия. И оттого, наверно, я – а я человек интуиции – назвал статью, пусть и звукоподражательно фамилии художника, но – цитатой из «Свадьбы в Малиновке». В которой русские, авторы оперетты и фильма, ласково унижают украинское. Притом что и в самом деле Германия по-украински – Німеччина – от праславянского «němъ «немой, неспособный говорить на понятном языке» («Википедия»). Россия-де, всё-таки ушла от древности в именовании страны, а Украина нет. Что перекликалось с унижающим Украину упомянутым телевизионным «фоном» рассматривания картин Бритова.

 

Кажется объяснимым, что Бритов не удержался на скромности и невнятности изображаемого.

 

Бритов. Март. Гости приехали. 1996.

 

Он же живописец. Почему духоподъёмность красками не прокричать.

Но когда?!. Когда страна так называеморго коммуниста Зюганова в президенты чуть не выбрала от отчаяния из-за радикала Ельцина…

Но... [...]

 

 

16 апреля 2019 г.

 

 

Автор и ведущий

рубрики «Художественный смысл» –

Соломон Воложин

 

 

 

(в начало)

 

 

 

Внимание! Перед вами сокращённая версия текста. Чтобы прочитать в полном объёме этот и все остальные тексты, опубликованные в журнале «Новая Литература» в июне 2020 года, предлагаем вам поддержать наш проект:

 

 

 

Купить доступ ко всем публикациям журнала «Новая Литература» за июнь 2020 года в полном объёме за 197 руб.:

Банковская карта:	Яндекс.деньги:	Другие способы:
		Наличные, баланс мобильного, Webmoney, QIWI, PayPal, Western Union, Карта Сбербанка РФ, безналичный платёж
После оплаты кнопкой кликните по ссылке: «Вернуться на сайт магазина»		После оплаты другими способами сообщите нам реквизиты платежа и адрес этой страницы по e-mail: newlit@newlit.ru

Вы получите доступ к каждому произведению июня 2020 г. в отдельном файле в пяти вариантах: doc, fb2, pdf, rtf, txt.