Этюды

 

 

 

Толстый, маленький, сутулый человечек в желтом клетчатом пиджаке складывает кубики, сидя на корточках посреди бесконечного поля увядших цветов. Сухих фиолетовых цветов.

Сон, не дающий покоя. Сон, повторяющийся каждую ночь. Стучащийся, взрывающийся, удушающий. Застрявший в движении времени. Сон, застопоривший собой отлаженный, выверенный бесконечностью механизм.

Попытки собрать Нечто. Они осмысленны, они упорны, они безостановочны. Человечек предельно сосредоточен, на его лоснящемся от пота лбу – глубокие морщины, как свидетельство непрестанных, напряженных раздумий. Над ним – огромное, оранжевое, беспощадно палящее солнце на небе без облаков.

Раскаленный воздух пропитан движением хищных цветовых масс. Оранжевое пожирает фиолетовое, фиолетовое – желтое. Едкий, забивающий поры пространства запах тошноты.

Комбинации созидаются, чтобы разрушиться в новой попытке. Их множество тщетно стремится к бесконечности, не имея возможности ее достичь.

Упорство равно бессилию. Всемогущество в своей конечной точке смыкается с беспомощностью. Убогость, достигшая дна бездны, взлетает над вершиной.

Имеет ли беспредельность свой предел? Что отличает смысл от бессмысленности? Что несет в себе трещина?

Толстый упорный человечек сосредоточенно вглядывается в пустые, бесцветные кубики. Краски в момент своего зарождения уничтожили друг друга. Мир изначально был вылинявшим. Оранжевое всегда было фиолетовым, фиолетовое – желтым. Глаза обмануты. Время погасло, пространство иссякло. Иллюзия разрушена.

Влажные руки останавливают свое заданное непрестанным движение, кубик удивленно замирает в пухлых пальцах. Вечное остановлено. Заноза. Бунт. Разум треснул.

Искра – сестра вулкана. Страх – брат смерти. Выбор – сын сомнения. Истина – беспризорна.

Маленький, жалкий человечек медленно поднимается. Ноет скрюченная спина, дрожат затекшие ноги. Немые звуки разражаются раскатами хохота. Кубики терпеливо и кокетливо ждут.

Я просыпаюсь и закуриваю сигарету. Чашка вчерашнего холодного кофе стоит на столе. Утро неизменно.

Подхожу к зеркалу и вижу в нем небритое лицо, как последствие творческой паранойи. Смотрю на руки и ноги, все – на местах. За окном – осень. Я не люблю высохшие цветы. Следующей весной обязательно пойду собирать одуванчики.

Вы можете меня отрицать, но я – есть. Спор не имеет смысла .