Совок

Проблема в том, что я жадный. Как говорит дедушка, жадность фраера губит. Бабушка добавляет, что нет худа без добра. Так они и живут.

А я живу на рубли, которые дают за доллары. На последнюю стодолларовую банкноту я долго не хотел жить, холил ее, лелеял, будто предчувствовал что. Когда кончилась картошка и лента для пишущей машинки, пришлось идти в пункт обмена валюты.

В очереди молодой человек с глазами удава предложил рублей больше, чем пункт. Жадность свела наши руки. Моя была с купюрой, его с книжкой. Он сложил купюру вчетверо, сунул ее в книжку, вытащил из книжки, свернул еще раз – когда мне надоело смотреть как издеваются над ценной бумагой – он охотно вернул ее и исчез.

Разворачиваю бумажку. Такая же бледно-зелененькая, как и вся американская валюта. Только вместо цифры 100 буквы ONE . Дедушка опять прав.

Я еще подумал: как символично – окрашивать свои деньги в военно-полевой цвет. Вспомнил бабушку. Слава богу, библиотеки у нас еще бесплатные. Стал изучать предмет, вдруг добро найду. Всем лучшим на мне я тоже обязан книгам.

Помню на стодолларовой портрет веселого такого мужика по фамилии Франклин. И одет он был потеплее, чем серьезный мужик на долларе по фамилии Вашингтон. В энциклопедии было написано, что Франклина звали Бенджамин, и он крупный ученый. Сам Маркс сказал, что ему удалось разглядеть природу стоимости товаров. Я начал догадываться, почему он не захотел со мной дружить.

Читаю дальше. Оказывается, Франклин глубоко понимал роль орудий в человеческом обществе. Так и сказал: “Человек – это животное, делающее орудия”.

Теперь хочу стать человеком. Делаю на дому орудие. Артиллерийское. Чего мелочиться, время сами знаете какое. “Время – деньги” первым сказал тоже Франклин. А на долларе, который теперь висит в рамочке над станком, написано по-латыни: ты один из многих, для которых рождается новый порядок.

Вольный перевод – мой.