HTM
Номер журнала «Новая Литература» за сентябрь 2021 г.

Ирина Лежава

Причитание

Обсудить

Повесть

 

Повесть написана на грузинском материале и Грузии посвящается.

 

Опубликовано редактором: Игорь Якушко, 15.01.2011
Оглавление

9. Часть 9
10. Часть 10
11. Часть 11

Часть 10


 

 

 

Вахтанга у себя не оказалось. Михо отвез его жене ключи от машины и в нерешительности остановился на улице.

Было только начало десятого – впереди целый вечер. Идти домой, где нуждаются в твоем внимании и сочувствии, а у тебя нет сил? Уж лучше он отправится в гости к школьному приятелю, давно обещал.

Но и в гости не хочется, не то настроение. Кончился запал, сошел на нет азарт, Михо отлежаться бы где-нибудь в берлоге одному-одиношеньку, но такого места нет, к сожалению.

Дома Михо появился без десяти десять – намного раньше обычного. Мать обрадовано хлопотала вокруг, предложила поужинать, но он рассеянно отказался, лег перед телевизором с газетой в руках и задремал.

"Бедный мальчик, через день ночные выезды!" – мать накрыла Михо пледом и, стараясь не шуметь, вышла на кухню.

Михо снилась зима. Артиллеристское орудие попало в цель, и он стоит посреди зимней пустыни с развороченной снарядом грудной клеткой. Дрожащее, озябшее сердце его тонкой пленкой обволакивает снег. Пленка стягивает сердце, тяжелит его – сердце уже не в силах биться. Оно вот-вот замрет и оледенеет, как пустыня вокруг.

– Я умру? – спрашивает он у неведомо откуда взявшейся Иринэ.

– А разве ты жив? – отзывается она голубыми губами.

Михо старается понять, жив ли он на самом деле, но никак не может вспомнить, что чувствуют живые. И вдруг вспоминает: живые чувствуют на лице солнышко и любуются свежими, только что народившимися листочками. Рядом мама с папой, ты часть их, а они часть солнышка и листьев. И вы все вместе огромная радостная вселенная.

– Это ты застрелила меня? – говорит он Иринэ.

– Ха-ха! – смеется девушка. – Никто тебя не убивал, ты самоубийца!

И вдруг Михо обнаруживает себя в зале судебных заседаний, где на скамье подсудимых сидят, прижавшись друг к другу, его родители.

Отец виновато наклонил голову и взглядывает грустно и нежно, словно сейчас начнет читать стихи. Мама кутается в горностаевую шубу, нервно поглаживает шею, которая удлиняется, удлиняется... Из шубы выскальзывает большая белая птица и летит над деревьями, горами, поднимается выше облаков... И тут выясняется, что она все еще в зале судебных заседаний. Птица ударяется о деревянные перила, отделяющие преступников от остальных людей, и падает. Шея ее ломается. Она лежит на паркете, растеряв оперение.

Мамина шуба развалилась на скамье для публики, наискосок от Михо. Пустые рукава аплодируют падению птицы.

"Это сон, – думает Михо во сне. – Был суд, была мама, похожая на птицу с перебитой шеей... Только что-то перепуталось в голове. И странно, что я давно мертв, а все вижу".

И тут он действительно увидел, как было дело.

Они с мамой возвращаются из суда. Завтра папе объявят приговор, сегодня адвокат обнадежил: "Можно рассчитывать на пять лет".

Мама моет посуду, ворчит на Кроху за неприготовленные уроки. Михо следит за ней и не понимает ее поведения: бессмысленная суета!

Мама опускается на табуретку и говорит досадливо:

– У тети Веры давление. Сегодня вы ночуете у нее.

– Хочешь от нас избавиться? – язвительно любопытствует Михо.

– Никуда не пойду! – протестует Кроха.

– От вас избавиться? – неестественно изумляется мама. – Мы с папой для вас все... мы с папой не заслужили...

– Вы нам будущее испортили! – взрывается Михо. – После этого суда мне не быть прокурором!

– А мне летчиком, – вздыхает Кроха.

Мама переводит взгляд с одного на другого и озабоченно качает головой.

– Давайте отправим вас на каникулы к бабушке с дедушкой, – легкомысленно предлагает она. – На свежем воздухе жизнь веселее.

– Я уже неделю не числюсь в университете, – кричит Михо. – О каких каникулах ты говоришь?! – и сквозь зубы, со злобой: – Дура!

Мама отворачивается к окну, плечи ее ходят ходуном.

– Мы идем к тете Вере! – пугается происходящего Кроха. Он натягивает куртку, но никак не попадает в рукав и возится, возится... – Михо не хотел тебя обидеть. Он добрый, ты знаешь...

Мама улыбается им сквозь слезы и целует каждого в щеку.

На автобусной остановке обнаруживается, что у них восемь копеек на двоих. Они стоят и обсуждают, идти к тете Вере пешком или вернуться домой за деньгами. В конце концов, они возвращаются.

Мамы в комнатах нет, она в ванной. Наверное, купается. Кроха находит мамин кошелек и достает рублевку.

– Мама, мы у тебя рубль взяли! – кричит Михо в закрытую дверь ванной.

Тишина.

– И вода не льется, – удивляется Кроха. – А вдруг ей плохо с сердцем?

Они начинают дергать дверь, и из ванной доносится грохот. Они накидываются на дверь еще яростнее. Трещит дерево...

Мама висит в петле, как птица с перебитой шеей. В руке у Михо нож, он пытается перетереть веревку, но она очень прочная.

– Осторожно. Она упадет и ударится, – говорит Кроха.

– А ну за тетей Тамарой с первого этажа! Быстрее, сопля!

Кроха не обижается. Он все понимает.

 

Едкий запах нашатыря. Тетя Тамара со шприцем в руках. Тазы с водой.

– Мальчики помогите стащить с нее туфли и чулки.

– Мама не разрешает трогать ее одежду, – упрямится Кроха.

Мама дышит. Тетя Тамара заставляет ее пить. Скорую решили не вызывать, вроде успели вовремя.

– Тамарочка, он мне на день рождения горностаевую шубу подарил... – плачет мама. – А на суде сказали, что шуба – это взятка... взятка за... – она не может договорить, задыхается.

– Жизни ты не видела! – отрезает тетя Тамара. – Распускаешь слюни из-за всякой ерунды. Шубы твои кончились. Теперь о передачах в тюрьму надо думать.

– Ты нас с Крохой хотела бросить одних! – кричит Михо.

– Молчи, – толкает его брат. – К тете Вере пошлет.

 

Возвращение из сна было трудным. Михо то выталкивало наверх, то опять тащило в глубину, где металась в зале суда большая белая птица, и где он презирал и ненавидел себя.

Наконец, на поверхности дремы зажурчали голоса, и он проснулся.

За столом ужинали родители.

– Надо вернуть Луизе деньги, – вполголоса убеждала мать.

– Зачем ей так срочно? – недовольно удивлялся отец.

Они замолчали, и Михо подумал, что до отцовского ареста он не представлял их беседующими о земном. Отец был самым перспективным начальником управления в министерстве, мама – ценительница прекрасного – самозабвенно играла на фортепиано. Дом вела няня Люба, а папа с мамой водили Михо на концерты в консерваторию, читали ему по очереди классическую поэзию и хватались за голову, услышав от него слово "кретин".

– Я просила подождать, но она настаивает, – нарушила молчание мама.

– Сколько ты ей должна?

– Семьсот.

– Откуда я возьму такую сумму?!

Да, до заключения такого разговора не могло быть. Отец легко раздражается, хуже относится к маме. Не может пережить семнадцати тысяч долга, образовавшегося за время его отсутствия. А мог бы не так сердиться: и сам тянул из нее деньги при каждом свидании, и на поступлении в институт Крохи настаивал. Да и начался долг с оплаты услуг адвоката. Потом было еще несколько защитников, один другого знаменитее и дороже. Были начальник колонии, кто-то рангом пониже, но очень влиятельный, врач из тюремной больницы...

Неужели отец надеялся, что все само собой рассосется и расходы уложатся в малюсенькую зарплату учительницы музыки?

– У Веры есть пятьсот рублей на сберкнижке, – продолжала спорить мама.

– Последние, – возражал отец. – Не могу же я оставить сестру без копейки!

– Но ты же вернешь!

– Из каких доходов?!

Ну вот. Накричал-таки. А мама смотрит, словно побитая собачонка, и молчит. И все из-за паршивых денег!

Если бы Михо мог отдать хоть часть долга, он не спасовал бы ни перед какими трудностями. Но зарабатывать он стал не так давно: сначала армия, потом дополучал образование. Сейчас приносит матери практически всю зарплату, сидит на копейках, отказывает себе в самом необходимом, а ситуация никак не разруливается. Скорее бы и брат начал зарабатывать, может, все вместе они как-нибудь расплатятся?

Плечо ломит, под мышкой будто костер развели. Недаром Михо снилось, что у него разворочена снарядом грудная клетка. Неужели заработал инфаркт? Только этой беды семье не хватало!

К семейным скандалам он привык. И к противному, сосущему чувству беспомощности тоже. Надо бы стукнуть по столу и заставить родителей обменять квартиру на меньшую в спальном районе. Но куда тогда денется мамин рояль? Михо не пережить больше маминого отчаяния.

 

Да, прогулка с Иринэ обошлась ему дорого. Ни одна девчонка того не стоит!.. Хотя, наверное, он не прав. Без таких приключений жизнь превратится в надоедливую шарманку. Иринэ – девчонка особенная, в ней больше от детеныша, чем от женщины. Может, поэтому она и нравится Михо. Эти умопомрачительные искренность и доверчивость, и юность, юность в каждом движении, каждом жесте.

Как она обиделась, когда Михо объяснил, что пистолет стартовый и из него никого нельзя убить, хотя обжечься, конечно, можно. Она чуть не выскочила из автомобиля на скорости в восемьдесят километров в час.

Михо пришлось употребить всю свою силу, чтобы удержать ее в машине. Теперь она окончательно возненавидела его.

И кто тянул за язык! Пусть бы девчонка и дальше воображала, что он герой и супермен. Так нет, сидит в нем чертик, подзуживающий уличить глупость, высмеять, уколоть. Зачем ему надо было вызывать в ней отвращение к себе? Что за идиотский характер!

Ладно. Забыли. Все хорошо, что хорошо кончается. Девчонке он показал себя во всей красе, теперь она к нему не сунется. Можно и дальше тянуть свою упряжку, не перегруженную ни счастьем, ни горем, нормальную упряжку тридцатидвухлетнего мужчины, не старика и не инвалида. Подставляй шею под ярмо, Михо! Подставляй, чтобы удобнее ехалось начальству, друзьям, подругам, родственникам, недоброжелателям, наконец. И опять начальству, и опять друзьям... А на душе пусто.

– Я зверь, – сказал себе Михо. – Не заметил, как стал зверем. С генами передалось, что ли?

 

– Михо проснулся! – мама вскочила из-за стола. – Давай ужинать!

– Да сиди ты, неугомонная! – одернул ее отец и вежливо поинтересовался у сына: – Как дела на работе?

– Обыкновенный сумасшедший дом.

– Сумасшедший дом не бывает обыкновенным, – назидательно сообщил отец и надкусил ломтик маминого пирога. – Вкусно. Ты бы попробовал.

От костра под мышкой остались только тлеющие угольки. Михо осторожно встал с дивана, сделал несколько шагов к телевизору, увеличил звук и подошел к обеденному столу.

– Супу согреть?

– Да нет, чаю попью, – он опустился на стул рядом с отцом.

Мама побежала на кухню.

По телевизору шел художественный фильм. Опять производственные проблемы заставили передовика сражаться с ретроградами.

– У тебя послезавтра зарплата? – небрежно поинтересовался отец.

– Отдам. Правда, долг небольшой образовался. Остальное в семью.

Отец удовлетворенно кивнул и залез ложкой в сахарницу. На белую манжету его сорочки упала тень от абажура. Михо почудилось, что это не тень вовсе, а паутина.

– Ой, Тамази, на эту картину нас водили в выпускном классе! – ахнула мама и пролила на пол чай. – Там они ловят на месте преступления врага народа!

– И вас водили? – дурашливо возмутился папа. – Сопливых девчонок на мужское кино!

Вот так они всегда! И смех, и грех с ними. Дети – не дети, взрослые – не взрослые. Погружены друг в друга и счастливы.

 

В тот день отца вызвали на допрос в прокуратуру и там арестовали. Вечером милицейская бригада с ордером на обыск привезла его домой, и студент второго курса юридического факультета Михо с ужасом наблюдал, как отец по-стариковски проковылял в спальню, рухнул на колени и достал из-под шкафа железную коробку. На белой манжете отцовской сорочки лохмотьями повисла паутина.

– Теперь тайник за трубой в клозете, – сказал следователь.

Мама закрыла лицо руками.

– Да что ты, лютик мой... – сдавленным голосом произнес отец, растягивая губы в улыбке, и провел по лбу рукавом с паутиной. – Ты не знала, потому что это был сюрприз к празднику.

Паутина лезла ему в глаза, он сбрасывал ее на пол и тянул-тянул губы в улыбке, а следователь торопил его идти в уборную.

Михо было стыдно за отца, стыдно за мать, но еще более стыдно было за себя, обманутого. А какими честными мы прикидывались!

– Нехорошо врать мамочке!.. Ка-ак? Ты не вымыл руки, и уже обедаешь?!.. Ты мог произнести такое слово в приличном обществе?!..

Чистюли проклятые!

 

– Почему ты такой бледный? – мать взяла Михо за запястье. – Тамази, послушай какой у него пульс!

– Ерунда! – Михо вырвал руку. – Пройдет!

– Как же так? – растерянно бормотала мама. – Ты вроде здоровый мальчик... Вот капли, выпей на всякий случай... Тамази, скажи ему, чтобы выпил!..

Оттого, что мать бегала и суетилась, Михо стало совсем нехорошо. Ему все труднее было сопротивляться ее настойчивой нервной силе.

В ушах тягуче и знойно зазвенело, такой звон стоит летом за городом, – кажется, трава, цветы, насекомые плавятся на солнце и превращаются в поющую медь. Мальчиком Михо любил слушать голос земли. Он был живой и чувствовал, как живой. Он не стеснялся быть частью существовавшего вне него, не противопоставлял себя внешнему, не пытался возвыситься над ним. А потом наступила зима, и он забыл этот летний звон...

Наверное, у него было счастливое детство... И глупое было, наверное...

 

После обыска в доме, когда про арест отца узнали знакомые, с Михо встретился замминистра, папин товарищ. Он посоветовал Михо бросить юрфак и идти в армию, потому что с юридическим образованием и судимостью отца он никто, а вернется из армии, его легко восстановят в университете, и у папиных товарищей будет основание ему помочь.

Восемнадцатилетний Михо никак не мог поверить, что может быть никем он, умный, образованный, сильный, но в деканат зашел следователь и стал выспрашивать, с какими оценками он поступил и как учится. Поползли сплетни. На экзамене по специальности Михо занизили оценку. Он обиделся и забрал документы из университета.

Потом были унижение судом, мама в петле в ванной, бесправие солдатской дисциплины и офицерская жена, выбравшая его, как барана из стада.

Михо еще потешил свою гордость: поступил в политехнический институт. Без протекции, когда другие сдавали по записочкам. Но ехать по распределению в неведомые дали ему было уж точно не с руки, и мама посетила замминистра. Так Михо попал в судебную экспертизу, благо, что отец уже вышел на свободу, и его друзья позаботились, чтобы упоминание о судимости исчезло из его анкеты.

Вот Михо и работает. Получает благодарности. Не берет взяток. Но что-то с ним все-таки приключилось. Сам не понял, как превратился в зверя, умного, образованного сильного.

Мама не отстает. Все-таки протолкнула ему в рот таблетку валидола. Будто валидол спасает от смерти духовной!

Из какой такой жизни вылупились его родители, что никак не могут разобраться в этой? Блаженненькие! Юродивые! Святые с прилипшими к ладошкам крадеными кусочками пирога! Господи, как он ненавидит себя за любовь к ним! Почему он должен переносить эти материнские кротость и суетливость? Зачем ему знать, как ноет отцовское самолюбие, когда он выпрашивает у родственников деньги. Он, привыкший быть хозяином многих и многих!

А тут еще попала под руку дурочка Иринэ. Взяла пистолет, шарахнула по сердцу. В пробитую брешь ворвалась вся эта свора потерпевших и обиженных и рвет акульими зубами то, что осталось от души.

– Надо что-то делать, Тамази! – закричала мама над самым ухом. – Скорее беги за Тамарой!

 

 

 


Оглавление

9. Часть 9
10. Часть 10
11. Часть 11
Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com

Мы издаём большой литературный журнал из уникальных отредактированных текстов. Людям он нравится, и они говорят нам спасибо. Авторы борются за право издаваться у нас. С нами они совершенствуют мастерство и выпускают книги. Мы благодарим всех, кто помогает нам делать Большую Русскую Литературу.



Поддержите журнал «Новая Литература»!



Купите свежий номер журнала
«Новая Литература» (без рекламы):

Номер журнала «Новая Литература» за сентябрь 2021 года

7 причин купить номер журнала
«Новая Литература»

Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru

 

Аудиокниги для тех, кто ищет ответы на три вопроса: 1. Как добиться жизненных целей? 2. Как достичь успеха? 3. Как стать богатым, здоровым, свободным и счастливым?

 


 

 

Copyright © 2001—2021 журнал «Новая Литература»
Редакция: newlit@newlit.ru, тел., whatsapp, telegram: +7 960 732 0000 (с 5.00 до 20.00 мск.)
Реклама: reklama@newlit.ru, тел., whatsapp, telegram: +7 914 699 35 47 (с 2.00 до 13.00 мск.)
Вакансии | Отзывы | Опубликовать

Поддержите «Новую Литературу»!