HTM
Номер журнала «Новая Литература» за август 2022 г.

Джон Маверик

Я, Шахерезада...

Обсудить

Повесть

Опубликовано редактором: Карина Романова, 15.07.2009
Оглавление


1. Часть 1. Глава 1.
2. Часть 1. Глава 2.

Часть 1. Глава 1.


 

 

 

«Вечереет. Небо пустое и смутное, моросит мелкий дождь. А я стою под мостом через речку Блис, привалившись спиной к холодной, покрытой аляповатыми граффити стене, и смотрю на лениво катящиеся в двух шагах от меня мутно-серые, с маленькими пенистыми барашками волны.

Вокруг – ни души, да и кто станет шататься по улицам в проклятую сырость? Непонятно даже, кого или чего я жду в такую погоду. Едва ли мне сегодня вечером хоть что-то обломится; и, пожалуй, самое разумное было бы уйти домой, согреться, выпить стаканчик чего-нибудь и посидеть вечерок у компьютера. А потом лечь спать и нормально выспаться. Так надоела эта ночная работа. Да только ведь Алекс опять станет орать, что я бездельник и сижу на его шее. Еще не понятно, кто на чьей шее сидит, в иной вечер я зарабатываю больше, чем он за неделю. А то еще и руки распускать начнет. Последнее время он все чаще позволяет себе опускаться до рукоприкладства, а уж за оскорблениями и вовсе в карман не лезет. Послать бы его куда подальше, но страшно опять оказаться одному.

Вот и стою под пролетом моста; на меня не капает, но промозглый, влажный ветер пробирает холодом почти до костей. И никуда от него не спрятаться; он гудит под аркой, словно в аэродинамической трубе, ерошит воду в Блисе, бросает прямо в лицо противные колючие брызги.

Пахнет дождем и отцветающей сиренью. Повсюду на мокром асфальте плещутся глубокие разноцветные лужи, отражающие и опрокинутые в них темно-зеленые кроны деревьев, и яркий горизонт, и лунный свет далеких фонарей, теплящихся блекло-зелеными звездами где-то в быстро темнеющей глубине городского парка.

О городском парке, одним концом примыкающем к вокзалу, а другим выходящем на набережную, стоит рассказать особо. Днем по его аккуратным, присыпанным мягким хрустящим гравием дорожкам прогуливаются почтенные пенсионеры (которых мы с Алексом за глаза ласково именуем «гитлерюгенд») и чадолюбивые бюргерши с колясками. А по вечерам здесь работают местные «штрихеры». Вы не знаете, кто такие «штрихеры»? То же самое, что по-русски хастлеры… Ах, это английское слово? Извините, не знал. По части образования у меня неважно, увы! В школе когда-то учил французский, без особого, впрочем, успеха. Ну, да все равно, ни «штрихерами», ни «хастлерами» они себя не называют, а говорят просто «мальчики». Мальчики, которые оказывают сексуальные услуги за деньги. Не женщинам, а гомосексуалистам.

Но я кривлю душой, говоря о штрихерах «они». Мы, конечно. Потому что я – один из них. Только я никогда не околачиваюсь вместе с остальными ни на вокзале, ни в парке, а стою здесь, под мостом через речку Блис. Это место для меня – особенное. А кому надо, тот меня и так найдет. И находят. При самом удачном раскладе человек пять за ночь (а работаю я обычно часов до двух), но не в такую погоду, разумеется.

Городок наш, Блисвайлер, небольшой, но оживленный. Если, вообще, применимо это понятие к немецким городкам, где все чинно, аккуратно, прилично почти до абсурда. Где собаки всегда ходят на поводке, дети за ручку, а пешеходы – только по тротуару. Нечто подобное говорит Алекс и хвалит немецкий порядок. А я, родившийся и выросший в таком же городке, только чуть большем по числу жителей, слишком хорошо знаю, что за чопорным, аккуратным фасадом часто скрывается совсем другое.

Процентов семьдесят моей клиентуры – туристы. Особенно часто приезжают из соседней Франции; да вот, голландцев тоже не раз встречал. Не знаю, что их сюда влечет, но едва ли наша местная достопримечательность: заброшенные заводские корпуса и гигантские сталеплавильные печи, несколько лет назад переоборудованные в музей индустриальной культуры. И кому придет в голову смотреть на страшные, ржавые чудовища, подобно огромным спрутам, царапающие небо жесткими щупальцами и беспардонно уродующие хрупкую, живую красоту нашего северного пейзажа? Клянусь, ничего более безобразного я в жизни не видел, чем эти, будь они неладны, индустриальные постройки. Но государство их охраняет, и гораздо более трепетно, чем очень красивые древние костелы.

А впрочем, что я, мальчишка-штрихер, с грехом пополам окончивший девять классов, понимаю в культуре?!

О, простите, я кажется, забыл представиться? Я – Джонни Маверик, эмигрант второго поколения, четыре года из своих девятнадцати проживший здесь, в Блисвайлере. А родился я в Саарбрюккене, в *** километрах отсюда, в семье «контингентных беженцев», как у нас называют евреев, приехавших из бывшего Советского Союза. Но о детстве своем я расскажу как-нибудь в другой раз, а для начала хочу описать вам настоящую достопримечательность нашего городка. Не памятники индустриальной культуры и не выработанные угольные шахты. Не привокзальный парк, в котором снимаются штрихеры, и я в том числе. В этом тоже, поверьте мне, любопытного мало. Занятие, как занятие, больших денег не приносит, но на жизнь хватает.

Работаю – изредка у клиентов на квартирах, иногда в машинах, запаркованных на стоянке неподалеку, а чаще всего прямо здесь, под мостом. А что? Место уединенное, и ближайший фонарь в двух десятках метров. Зимой, правда, зябко бывает, да зимы не очень суровые у нас. Хотя околачиваться морозной ночью на ледяном ветру, и еще у самой воды – радость небольшая. Я стою под пролетом моста и, едва удерживая в окоченевших пальцах кусочек угля, царапаю поверх разноцветных граффити знакомые с детства русские буквы. Стихи. Иногда свои, но чаще – чужие. Высоцкого, например, «Мы больше не волки…». И знаю, что их никто никогда не прочтет. На следующий вечер придут подростки с баллончиками, и поверх накарябанных мной строчек ляжет свежий слой краски. Пусть. Я пишу не для того, чтобы кто-то читал. Так же, как и этот дневник. Мне не нужны читатели, потому что я знаю, им всем на меня глубоко наплевать. Почтенным бюргерам и бюргершам. Исполненным чувства собственного достоинства «гитлерюгендам». Французам, этим ничтожным пожирателям лягушек и прочей нечисти. Длинноволосым подросткам в приспущенных джинсах, малюющих на пустых городских стенах бесчисленные сюжеты из дешевых японских аниме, витиеватые эмблемы спортивных клубов и жирно перечеркнутые свастики. Я не хочу, чтобы они читали. Чтобы пробегали строчка за строчкой равнодушными взглядами мои мысли, мои стихи, мои разочарование и боль. И именно поэтому я пишу по-русски.

О, нет, мне совсем не нравится, то, что я делаю, и никакого удовольствия я не получаю, ни морального, ни, простите, физического. Просто растрачиваю свою жизнь попусту, грубо, пошло и бездарно. Стыдно, ведь я не ауслендер какой-нибудь («ауслендер» – нем. «иностранец», в эмигрантском сленге имеет уничижительный оттенок), у меня немецкий паспорт есть. Знаю, что надо бросить маяться дурью и пойти куда-нибудь учиться, получить профессию. Иначе чем я, спрашивается, буду заниматься после тридцати? Штрихер, он ведь, как стюардесса. Как перевалило за третий десяток – все, отлетал. А ведь это еще не старость! Знаю так же, что с каждым пробежавшим годом все труднее будет вернуться к нормальной жизни, что человек втягивается во что угодно и к чему угодно привыкает; а драгоценное время, между тем, уходит, и назад его не вернуть. Но… пока все мои благие намерения остаются благими намерениями, а планы – планами. Пока мне девятнадцать лет, и лето еще только начинается, и в парке отцветает сирень, осыпаясь на мягкий газон крошечными бледно-фиолетовыми звездочками. И моросит мелкий, не по-июньски холодный дождь.

А я стою под мостом через речку Блис и, поскольку клиентов все равно нет, и делать нечего, рассказываю вам историю своей жизни. Вам? Да нет, самому себе, потому что знаю: никто этого никогда не прочтет. Даже Алекс еще ни разу не заглянул в мой дневник, хотя тот и валяется у него прямо под носом. И вовсе не из деликатности, нет. Как раз таки деликатность моему сожителю и другу абсолютно чужда, просто ему, как и всем остальным, глубоко наплевать на то, что творится в душе у Джонни Маверика. Деньги домой приносит – и ладно.

Но постойте, я все время сбиваюсь с мысли. А ведь хотел рассказать о достопримечательностях нашего маленького городка.

Так вот, главная достопримечательность Блисвайлера – это речка Блис. Хотя ни туристы, ни местные жители ничего примечательного в ней не видят. Река, как река. Темно-свинцовая, в глубине почти не прозрачная, и слегка грязная на первый взгляд. Но это не так. На самом деле в речке Блис очень чистая вода. В ней даже живут рыбки, и иногда, когда солнце теплой желтизной подсвечивает песчаную отмель, можно увидеть, как на мелководье, у самой кромки суши крохотными серебряными искорками резвятся мальки.

Осенью вниз по реке яркими пятнами плывут опавшие листья, а ранней весной – всякие щепочки, дощечки, сломанные веточки, сухие травинки и прочий сор. Наверное, где-то далеко, в верховьях Блиса сходит снег, и талая вода с берегов приносит с собой весь этот мусор. Но у нас снега почти не бывает, а река никогда не покрывается льдом, даже в самые холодные зимы, когда столбик термометра падает до отметки минус пять градусов.

В любое время года вода в Блисе всегда одинаково холодная и странная на ощупь, а если опустишь в нее ладонь, то чувствуешь легкое головокружение, словно от прикосновения к чему-то нереальному. Река, одна и та же, и в то же время каждую секунду – другая. Стоит только погрузиться взглядом в ее ласковую, мутно-светящуюся глубину, и кажется, будто плывешь вместе с этой водой, точно щепка или осенний лист, подхваченный безжалостным течением.

Редкие серебряные пряди дождя, непрерывно мельтешащие перед глазами, и стремительно сгущающийся тепло-серый полумрак скрадывают очертания предметов, делают контуры расплывчатыми, а формы – нечеткими. Но и в ясные дни над Блисом все равно клубится легкая, похожая на туман, белесая дымка. Туман, который никогда не рассеивается и не позволяет как следует рассмотреть противоположный берег. Лишь в общих чертах: пологий лесистый холм, опоясанный желтой змейкой петляющей по склону дороги, и маленький поселок у самого подножья. Обычный с виду немецкий поселок. Тонущие в мягких облаках зелени аккуратные белые домики. Над красными черпичными крышами бледно-фиолетовыми колечками вьется дымок. А по вечерам, вот как сейчас, в опускающихся сумерках, яркими серебряными звездочками зажигаются на том берегу далекие фонари, и тускло вспыхивают желтые квадратики освещенных окон. Там живут люди! Какие? Я не знаю, и никто не знает, потому что никто еще там никогда не бывал. Уж в чем-чем, а в этом я абсолютно уверен. А все дело в том, что на другой берег речки Блис невозможно перейти. Я пытался, и не раз, а первые месяцы моей жизни в Блисвайлере по нескольку раз каждый день. И все попытки оканчивались ничем. Доходишь до середины моста, и тут тебя как будто разворачивает, но так ловко и незаметно, что и почувствовать ничего не успеваешь. Только что шагал по направлению к противоположному берегу, а в следующий момент уже идешь назад, в ту сторону, откуда пришел. И так каждый раз, хоть целый день броди по мосту, все равно вернешься в исходную точку.

Наверное, вы думаете, что нас день-деньской осаждают ученые мужи с мировыми именами, пытающиеся объяснить, понять, разложить по полочкам сей таинственный феномен? Что о нашем чуде пишут в газетах и толстых энциклопедиях? Ничего подобного! Я думаю, что о странных свойствах моста через Блис не знает никто кроме меня. Что никто, кроме меня до сих пор и не пытался перейти на ту сторону. Нормальному обывателю нет ведь дела ни до загадок природы, ни до людей, живущих на другом берегу. Только я, единственный в городе чудак, ходил по мосту туда и обратно, десятки, сотни раз; а вернее, только «обратно», потому что попасть «туда» так и не смог. Наверное, можно было бы попробовать перебраться через Блис вплавь… не такой уж он и широкий. Но я не умею плавать. А если бы и умел, никогда бы не рискнул войти в его странную, серую воду, от одного прикосновения к которой мурашки бегут по коже. Она не отпустила бы меня больше, эта вода, и на другой берег не пустила бы, и назад не вернула. А спеленала бы по рукам и ногам, затянула в воронку, утащила на дно. Я знаю, так бы оно и было.

Есть в этой реке нечто, внушающее, если не страх, то молчаливое уважение, по крайней мере. Уважение, да».

 

 

 


Оглавление


1. Часть 1. Глава 1.
2. Часть 1. Глава 2.
Акция на подписку
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru

Присоединяйтесь к 30 тысячам наших читателей:

Канал 'Новая Литература' на yandex.ru Канал 'Новая Литература' на telegram.org Канал 'Новая Литература 2' на telegram.org Клуб 'Новая Литература' на facebook.com Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru Клуб 'Новая Литература' на twitter.com Клуб 'Новая Литература' на vk.com Клуб 'Новая Литература 2' на vk.com

Миссия журнала – распространение русского языка через развитие художественной литературы.



Отказывают издательства? Не собираются донаты? Мало читателей? Нет отзывов?..

Причин только две.
Поможем найти решение!

Отказывают издательства? Не собираются донаты? Мало читателей? Нет отзывов?.. Причин может быть только две. Мы поможем вам решить обе эти проблемы!


Купи сейчас:

Номер журнала «Новая Литература» за август 2022 года

 

Мнение главного редактора
о вашем произведении

 



Научи себя сам:

Аудиокниги для тех, кто ищет ответы на три вопроса: 1. Как добиться жизненных целей? 2. Как достичь успеха? 3. Как стать богатым, здоровым, свободным и счастливым?


👍 Совершенствуйся!



Свежие отзывы:


24.09.2022. Благодарю Вас за работу в этом журнале. Это очень необходимо всем авторам, как молодым, так и опытным.

Дамир Кодал


17.09.2022. Огромное спасибо за ваши труды!

С уважением, Иван Онюшкин


28.08.2022. Спасибо за правку рассказа: Работа большая, и я очень благодарен людям, которые этим занимаются. Успехов вашему журналу!

С уважением, Лев Немчинов


20.08.2022. Добрый вечер, Игорь! Сердечно благодарю Вас за публикацию рецензии на мою повесть г-на Лозинского. Дорожу добрыми отношениями с Вами и Вашим журналом. Сегодня же сообщу о публикации в "ВКонтакте". Остаюсь Вашим автором и внимательным читателем.

Геннадий Литвинцев



Сделай добро:

Поддержите журнал «Новая Литература»!


Copyright © 2001—2022 журнал «Новая Литература», newlit@newlit.ru
Свидетельство о регистрации СМИ: Эл №ФС77-82520 от 30 декабря 2021 г.
Телефон, whatsapp, telegram: +7 960 732 0000 (с 8.00 до 18.00 мск.)
Вакансии | Отзывы | Опубликовать

Поддержите «Новую Литературу»!