Весна

 

 

 

«Верить мне ей или нет?» – думал глупец и смотрел на надпись над рекой: «Купаться можно». Именно ей он говорил:

– Верить тебе или нет? Правда или нет?

Засунул в воду большой палец левой ноги, но лишь на секунду, отдёрнул – испугался. Но ничего страшного не произошло, однако было приятно: вода ласкала, щекотала, обволакивала.

«А вдруг обман? – думал он, – Вдруг всё это один обман?»

Он сделал шаг в воду и второй и было радостно так, что он даже улыбался.

«А что? Что будет дальше?» – волновался он, но понимал, что хоть один шаг назад и он уже больше не сделает такового вперёд и он окунулся и счастливый смех выплеснулся из него – так хороша была река.

Река своим течением унесла его в никому неизвестное место.

 

Она ждала звука.

Карррр…

Она выбежала и схватила ворону. Та выпучила глаза, поскольку была крепко схвачена за горло.

Нет, ворона тут не причём.

Капппп…

Она побежала на кухню, но капля капнула, расплескалась и множеством крупиц ушла в раковину.

Она раздосадовала и запихнула в кран огурец – чтобы кран не протекал.

Дззззинь!

Она встала и выключила будильник. Вот он, этот звук!

 

Злой. Он всегда был злой. И завтра будет злой.

С утра вставал добрый, но неизменно падал, когда выходил после сна из своей спальной или надевал тапочки наоборот и не той стороной и это его злило.

Он злился целый день и из-за того, что он злится, а все смеются, как дураки, радуются и злился, злился, злился на них за то, что они такие глупые.

Ложился спать и долго не мог заснуть от того, что слишком сильно злился, а оттого злился ещё больше и неизменно посреди ночи лопал от злости.

Менял постель, мокрую и липкую от разлетевшейся злости и злился, что приходится её менять.

Но злился уже не так сильно и вскоре засыпал.

 

Она надевала ботинки и ей казалось, что она их где-то уже видела.

Каждый день она надевала ботинки и не могла вспомнить, где их видела.

Это её сильно мучило и она плохо спала.

Она вновь и вновь надевала ботинки, подолгу их рассматривала и всё думала, где же она их видела.

В один день её наконец осенило: «А! Я их вчера надевала – вот где я их видела!»

Теперь она каждый день носит новые ботинки.

 

Он заикался и постоянно чихал, обрызгивая всех вокруг.

У него был длинный нос, но маленькие глазёнки, огромные уши, но губы внутрь.

Его язык выпадал изо рта, а он не замечал и так ходил.

Ходил криво и от случая к случаю – в основном ползал, как пресмыкающее.

Был тупой и вонючий.

Однако весной он скинул шубку: стал высокий и красивый, да ещё и с шубкой!

 

У неё выросли усы на спине и она очень стеснялась.

Вскоре там вырос и нос – он стал сопеть и ей пришлось прищемить его прищепкой.

Появились глаза – их она заклеила изолентой.

Прорезался рот и начал петь «Очи чёрные», намекая на то, чтоб ему от них отклеили изоленту.

Теперь она каждое утро стоит спиной к зеркалу и бреет щетину на подбородке и очень стесняется и очень стесняется!

 

– Ну вот послушайте – у него отвалился нос! Разве это не смешно, разве не восхитительно уморительно?! – спрашивал один человек и показывал другому листочки печатного текста.

– Не понимаю чему вы смеётесь, – отвечал другой и по нему было видно, что он действительно не понимал, – Отвалился нос, хм. Я врач и могу заверить вас – это не смешно. Это симптом запущенной болезни, в оччень опасной стадии.

Один человек смутился. Сказал:

– А что это за симптом, когда усы на спине растут?

– Это гадкая выдумка, – ответил другой человек.

Один человек горько заплакал и никто не пробовал ещё слёз, более солёных:

– Значит и я гадкая выдумка…