Железная цепь со строгим ошейником

Родители Кирилла умерли, когда он был совсем маленький. Его воспитывала бабушка, зубов у которой не было, и она употребляла в пищу только кисели. И все приговаривала:

– Мы не едим, а только лачем.

Черт ее знает, что она имела в виду, но у маленького Кирюши сложилось мнение, что все женщины не едят. Когда бабушка отошла в мир иной, Кирюшу усыновила пара воинствующих гомосексуалистов. И так сложилось, что Кирилл, подрастающий в извращенческой семейке, ни разу не видел особ противоположного пола, вкушающих что-либо. Когда он спрашивал у мамы Сережи, почему женщины не кушают, то непрерывно слышал в ответ: "Да что эти твари вообще могут! Есть – то по-человечески и то не могут!"

Время шло. Природа брала свое. У Кирилла, лишенного женского общества, начались психо-сексуальные расстройства. Осознав бесполезность борьбы с гетеро-сексуальностью приемыша, нареченные папа и мама решили его женить: "Внуков хоть понянчим".

И так случилось, что даже на свадьбе, будучи слегка пьян, Кирилл не увидел, чтобы женщины ели. Пить ( пили, а есть ( ни-ни. И невеста его не ела по причине недомогания.

И вот счастливый Кирилл после первой брачной ночи видит свою супругу Анну, обнаженную и с ярко-рыжими волосами, в лучах восходящего солнца – поедающую ногу свадебного поросенка.

Кирилл в недоумении:

– Анна! Но женщина не едят!

– А ведь я же ем, дурачок! – улыбается Анна жирными губами. – Просто меня вчера пучило малость... Иди лучше сюда.

– Значит, я женился на мужчине! О, боже! Нет! Значит, есть еще один пол!– восклицает Кирилл и падает с кровати.

Остаток дней он проводит в каких-то сомнительных религиозных сектах.

Вот, блин, педерасты! Довели ребенка!