Микромир

Столовая только что открылась. Клиентов ещё мало. Первый поевший мужчина, поставив на отведённый столик грязную посуду, благодарит раздатчицу. Слово за слово и вот уже между ними завязалась беседа. Разговор быстро набирает обороты. Даже жующие в зале прислушиваются; а рабочая по кухне, как мыла плиту стоя на коленках, так и застыла с открытым ртом, явно ища паузу, чтобы вклиниться в разговор, и не находя её.

Подошедшие утолить голод заставили раздатчицу вспомнить о своих прямых служебных обязанностях, и истомившаяся рабочая смогла, наконец, высказаться. С высоты полуметра автоматной очередью полетели в мужчину застоявшиеся на губах слова. Мужчина хотел было ответить, но ощутив дискомфорт мизансцены, растерянно повертел головой, после чего бухнулся на колени и уверено продолжил разговор – теперь он был с собеседницей в равновысотных условиях!

Между тем посетители потекли в столовую беспрерывным потоком. Первоначальное удивление на их лицах быстро сменялось восхищением: в позе мужчины не было и тени позёрства, он был естественен и красив; стоя на коленях, он парил как орёл. Да что там орёл! – тут само собой приходило на ум горьковское: «Человек – это звучит гордо!»