Микромир

Я узнал её сразу (а ведь не виделись тридцать лет!); узнал и растерялся: она бережно собирала хлопья тополиного пуха в большой целлофановый пакет; мой изумлённый разум никак не мог понять, на какую полку памяти положить увиденное действо.

В школе она замечательно рисовала. О технике судить не берусь, но замыслы были редкостными! Она мечтала стать художником, но… увы! как говорится, жизнь внесла свои коррективы. После я слышал: она не терпит в своём доме ни кистей, ни красок, ничего, что ранит душу напоминанием о несбывшейся мечте.

…И вот теперь она зачем-то собирала тополиный пух. Сразу вспомнился Феофан Myхин – экстравагантный художник из «Золотого телёнка». Неужели и пухом можно живописать? Вряд ли.

Решив умом, что мне нет дела до этих странностей, я… послушался сердца и подошёл к ней.

Она была в каком-то колюче-радостном настроении. Разговор не сразу, но наладился, и она поведала мне тайну тополиного пуха.

История такова. Лучшая её подруга постоянно клянчит семена. Отказать вроде как неудобно. В итоге подруга имеет шикарный урожай, а у моей знакомой данный сорт хиреет на глазах, даже если до этого отлично плодоносил. И не было случая, чтобы эта пакость не сработала. Как тут не поверить в мистическое!

Вот и задумала обиженная душа: собрать тополиный пух, удалить пуховую составляющую, а семена, при случае, подсунуть подруге, выдав их за новый сорт какой-нибудь огородной культуры.

Художник – он во всём художник!

Читатель, только давайте не будем опускаться до пошлого морализма, а лучше насладимся красотой замысла, шикарным росчерком, дерзким, и в то же время простодушным, оголением интимных частей своего «Я», тех, что обычно предпочитают не показывать другим – неприлично, мол, да и не выгодно.

К чёрту выгоду! и туда же приличия! – всё это для серых и сирых.

Миром правит красота! Вот только понимаешь это, лишь повстречав настоящего художника, пусть он даже уже давно не рисует.