О глупости и глупцах

(на чтение потребуется 47 минут)

 

 

 

Итак, в первом приближении глупостью можно назвать такой уровень умственных способностей, который позволяет ориентироваться лишь в самом элементарном и очевидном, а за его пределами работает плохо и может лишь случайно прийти к правильному решению (пониманию).

Конечно, это не определение глупости. (Где эти пределы, за которыми заканчивается элементарное? У каждого они свои). Это я попробовал выявить её наиболее существенный элемент. Если же говорить о, так сказать, более частных свойствах глупости, то можно выделить несколько её важных характеристик, по которым она громко заявляет о себе.

Важной характеристикой развитого интеллекта является способность к различению. Ведь эта способность определяет то, насколько адекватно ориентируется человек (или любое другое существо) в многообразном и изменчивом мире. Чем выше организация, уровень развития существа, тем больше всего разного оно способно различать вне себя. Для человека как вида способность к различению распространяется и на внутренний мир, она становится рефлексивной. И также – чем у отдельного человека более развит интеллект, тем, как правило, он больше различает разного и в себе самом; тем лучше ориентируется в мире собственного сознания, а через него – и во внутреннем мире других людей.

Так вот, для глупости очень характерна пониженная способность к различению. Если спроецировать на жизнь самое общее, что не различают глупцы, из-за чего их суждения и действия слишком часто являются глупостью, а их самих выявляет как глупцов – то это примерно следующее.

Прежде всего, глупые плохо различают главное и второстепенное, существенное и детали, центральное и периферийное – иной раз до такой степени, что меняют их местами. Это очень яркая, показательная черта всех глупцов: по ней одной сразу можно выявить представителя их племени.

 

Во всякой деятельности глупцы склонны распределять свои (а если это начальник, то и чужие) усилия, тратить время и ресурсы несообразно значимости выполняемых дел. Если дело касается рассуждений, то глупый слишком много и слишком часто цепляется за частности. Он придаёт им слишком преувеличенное, совершенно не соответствующее значение, и упускает из виду общую картину и главное в ней; а иногда вообще не видит, что есть нечто главное.

Умение различать, где существенное, а где детали, и расставлять соответствующие акценты – в числе самых первых факторов, упорядочивающих процесс мышления. У глупцов с этим обстоит тяжело. Их мышление сумбурно, хаотично и непредсказуемо – куда оно приведёт, зачастую неведомо им самим.

С неупорядоченностью мышления тесно связана неспособность удерживать внимание на чём-то, неустойчивость внимания как особенность психики. Вероятно, последнее является не то чтобы причиной, но, скажем так, психологической предпосылкой первого. При общении с человеком, чьё внимание неустойчиво, складывается такое впечатление, что он вроде и идёт к цели, но у него в голове периодически срабатывает какой-то не зависящий от его воли переключатель. От этого его сознание неспособно удерживаться в нужном русле и шарахается в разные стороны. И как следствие – он не может ничего последовательно додумывать, договаривать и доделывать до конца.

 

Вообще, чем человек глупее, тем меньше связан процесс его мышления с его речью и любыми действиями. Справедлива и обратная связь, и я даже не знаю, что тут причина, а что следствие. У многих людей, увы, эти связи не слишком-то прочные.

Это утверждение выглядит как трюизм, однако на самом деле, если вдуматься, оно не столь уж очевидно. Ведь принято считать, что мышление у всех людей главенствует над речью и делами – это как бы видовая особенность человека. И вроде, какой бы ни был уровень умственного развития отдельного человека, он руководствуется, прежде всего, мышлением.

Но и история человечества в целом, и факты окружающей реальной жизни говорят другое. Человек в своём поведении руководствуется не только и не столько мышлением, сколько всем тем, что копошится у него в подсознании и ниже, на уровне инстинктов. И это ещё задолго до Фрейда было известно. В человеческом обществе очень редко встречаются такие экземпляры, чьи дела и слова контролируются сильнее всего разумом. У подавляющего большинства разум – просто некий более или менее работоспособный придаток, обслуживающий их физиологическую природу. Это не плохо и не хорошо, это биологический факт. Важно, чтобы этот придаток не превращался в рудимент.