Идиот

 

 

 

– … А ещё там привидения водятся… – Илюха даже голос понизил и оглянулся.

– Ха-ха-ха! – раздельно и выразительно произнесла Светка. – Илья, ты же старше нас с Вовкой, а в сказки веришь…

– Я вам точно говорю!

 

 

Мы шли к заброшенному огромному дому на самом краю деревни, стоявшему особняком. Зачем? Не могу сказать точно. Илья предложил исследовать его, а мы со Светкой не отказались.

 

Тёплый ветерок шевелил нам волосы на затылках, всё выше и выше подбрасывая маленького голосистого жаворонка в небе. Начавшие золотеть колосья приветливо покачивались нам навстречу. Река, петляющая среди гор, рассыпалась на сверкающие серебряные блики.

 

Ого! Даже в разгар солнечного летнего дня эта двухэтажная махина пугала одним только своим видом. Может – Илюха не врал про привидения? К тому же метрах в пятидесяти за домом начиналось старое деревенское кладбище... Какие мрачные ёли росли на этом кладбище... Они походили на грозных часовых умерших душ. С плеча одного часового на плечо другого время от времени молча перелетали угрюмые чёрные вороны.

 

 

Продравшись через буйно-колючую малину и забравшись внутрь, мы замерли в изумлении. Внутреннее устройство дома напоминало горячечное произведение сумасшедшего архитектора – какие-то несуразные полуразрушенные лестницы, комнатки – комнатки – комнатки, с окнами и без…

 

В каждом углу красовались кучи хлама и тряпок. Среди тряпок тут и там виднелась военная форма без знаков различия.

 

 

– Илья, а что раньше было в этом доме? – спросил я, озираясь.

– Не знаю я... Сколь помню – он всегда такой... Ух ты! – Илья уже тащил из недр одной из таких куч небольшой зелёный ящик. Щёлкнув, откинулась крышка. В ящике лежали гранаты.

 

– Ничего себе… – пробормотала Светка, осторожно беря в руки одну из них за деревянную ручку. – Это настоящие или учебные?

 

Светка с любопытством осмотрела гранату и вдруг выдернула чеку.

 

 

Грубо оттолкнув Светку в угол, я выхватил у неё гранату и выбросил её в окно. Дом тряхнуло.

 

Последнее, что я увидел – широко раскрытые в изумлении светкины изумрудные глаза и падающую сверху на меня чёрную полусгнившую балку.