Алексей Ярков

Меня зовут Алексей Ярков. Мне 27 лет. Я не профессиональный литератор – в том смысле, что не имею ни специального образования, ни соответствующего опыта, ни, тем более, финансовой (в хорошем значении этого слова) заинтересованности. Я врач. Если точнее – врач-психиатр, которому – по долгу службы – иногда приходится придумывать для своих пациентов (и в первую очередь, для себя, конечно) метафоры, оформленные в коротенькие истории. Как ни странно (а скорее – закономерно), эти истории иногда отделяются от контекста и начинают жить по своим собственным законам. История становится жизнеспособной, когда она отвечает трём основным критериям – искренности (то есть, она не должна быть «вымученной»), внутренней непротиворечивости (как непротиворечив, например, организм любого живого существа) и направленности вовне (то есть, скорее, на диалог со слушателем, а не с самим собой). Такая история не оставляет меня в покое – она требует развить себя, записать на бумаге, по возможности, удобоваримым языком, украсить аллюзиями и цитатами, и вообще, сервировать и подать потребителю на стол «на блюдечке с голубой каёмочкой». 

 Помнится, Борхес утверждал, что в мировой литературе существует всего четыре сюжета в бесчисленном количестве вариаций: история города, который штурмуют и обороняют герои (Троя); история о возвращении героя домой (Улисс); история о поиске (Арго); и, наконец, всем нам знакомая с детства история о самоубийстве бога. Годами ста ранее, копенгагенский буржуа Сёрен Кьеркегор напомнил современникам, что лишь о четырех вещах можно (и должно) рассуждать серьёзно: о смерти, о свободе, об одиночестве и о мужестве выбора.

 Как я недавно обнаружил, каждая история, которой я посмел заниматься более подробно, имея целью полностью вытащить её из подсознания наружу и письменно закрепить в реальности (“IRL”, как сейчас принято говорить), соответствует не только моим личным критериям жизнеспособности текста, но, неожиданно, и соломоновой классификации аргентинского, и нордическим требованиям датского классиков.

 Представленный рассказ (в идеале он должен войти в задуманный тематический цикл) – пожалуй, самый законченный из нескольких, написанных мной в течение последнего полугода (то есть, начиная с того времени, когда я впервые решил настучать на своей клавиатуре что-то похожее на литературный текст). Ранее я нигде не публиковался. От мнения редакции и читателей будет зависеть, нужно ли все это кому-то, и быть ли другим текстам законченными.

 А вообще (с моей скромной точки зрения), любому писателю следует помнить о словах другого классика (уже американского) насчёт авторских прав:

 «В начале был Бренд, и Бренд был у Бога, и Бренд был Богом. Через него все начало быть, и без него ничто не начало быть, что начало быть.»

         Филипп К. Дик, «Как создать вселенную, которая не рассыпется через пару дней»