HTM
Номер журнала «Новая Литература» за сентябрь 2017 г.

Линда Ангелина

Ещё одна осень…

Обсудить

Сборник стихотворений

На чтение потребуется 15 минут | Скачать: doc, fb2, pdf, rtf, txt | Хранить свои файлы: Dropbox.com и Яндекс.Диск
Опубликовано редактором: Вероника Вебер, 17.09.2014
Иллюстрация. Название: «Немой упрёк». Автор: Александр Кондратюк. Источник: http://www.photosight.ru/photos/5433870/

Оглавление

  1. Словарь
  2. Коробка
  3. Сирень
  4. Беглец
  5. Питер
  6. О розе
  7. Ворона


Словарь

Зачем я на чердак пришла – не помню,
Но то, что был крещенский ясный полдень,
Сияло солнце – помню как сейчас;
Зачем – не знаю – книжный шкаф открыла –
Стеклом блеснули дверцы, словно крылья
Стрекоз прозрачных в солнечных лучах –

Старинный шкаф, громоздкий и немодный,
Перенесли сюда из-за ремонта –
В нём было столько книг, что голова
Протестовала – ну а в этот полдень
Из любопытства я достала с полки
Одну – старинный, с ятями, словарь –

Огромный фолиант русско-английский –
Внутри нашлись засушенные листья
Поблекшие – таким бывает сон,
Оставшийся среди воспоминаний
О чём-то добром: детстве, доме, маме –
С далёких незапамятных времён –

Давнишний кем-то собранный гербарий:
Казались полустёртыми гербами
Листки берёз; потрескалась поталь
Осин осенних листьев... Клён, шиповник –
Гербарий был печали преисполнен
И символов, значения и тайн...

Листая пожелтевшие страницы –
То льна цветок найдя, то медуницы –
Рассматривая букв изящный стиль,
Я добралась до середины тома,
Где странный артефакт какой-то тёмный
Хранился меж глаголов и астильб:

Пыльца, труха, останки, отпечаток,
След бабочки сухой причастий
И прилагательных на букву «С» –
Она казалась редким фотоснимком,
Магическим значком необъяснимым,
Феноменом и чудом из чудес...

В словарные страницы впрессовался
И в буквах голограммой красовался
Персидский чёрно-синий махаон,
И две страницы в сине-сизых блёстках
Хранили абрис крупных крыльев плоских
Чешуекрылого иных времён:

Из бархатной пыльцы прелестный пленник –
Наверное, сюда из параллельных
Миров перелетел, чтобы предстать
Мне здесь, где в свете солнца пыль искрится,
Где я открыла книгу на странице
На «С» – на слове сѣверъ с буквой ять...

Любуясь дивной бабочкой столетней,
Я ощутила дуновенье летней
Июльской жизни посреди зимы –
И махаон был, видимо, посланник
Неведомых миров, иных пространств и
Каких-то измерений неземных...

И тут внезапно, явственно и чётко,
Я разглядела лоб высокий с чёлкой
На отпечатке, сделанном пыльцой –
Рот, скорбно сжатый, тонкий нос с горбинкой –
В мгновенье я увидела в картинке
Ахматовой надменное лицо...

Но что-то отвлекло моё вниманье
И обернулся зрительным обманом
Мистический ахматовский портрет,
Знакомый мне по стародавним фото –
Сместился то ли ракурс, то ли фокус –
И образ растворился в серебре:

Передо мной печально распластались
Пыльцы остатки с блеском сизой стали
Фантазией, ожившей наяву –
Сквозь крылышки проглядывали буквы –
И вдруг во мне возникло чувство, будто
Всё это мне знакомо – дежавю:

Я точно знала, что на триста пятой
Странице быть должны от свечки пятна,
Одно – похожее на остров Крит;
И хоть эмоции – плохой советчик,
Но я нашла те два пятна от свечки,
Страницу триста пятую открыв...

Словарь и крылья бабочки из шёлка
Я видела когда-то, пепел жёлтый
Истлевших роз, и тмин, и розмарин
Среди листов, и тусклой кожи роскошь –
Мне показалось, будто в жизни прошлой
Словарь старинный этот был моим

И долго в пыльном холоде чердачном
Я думала: что может это значить?
Откуда это ощущенье вдруг?
А просто я – звено в сплетённой Клио
Истории кровавой несчастливой,
В которой все в конце концов умрут...

Мне не понять, напрасно и стараться,
О чём напомнил прах сухих акаций –
Но да – напомнил: что и почему?
Природа этих странных аберраций,
Как многое на свете, друг Горацио,
Уму непостижима моему...

Коробка

Как любит жизнь преподносить сюрпризы –
Вот и сегодня вдруг: смотрю – коробка,
И бант на ней в оранжевых горохах,
И ленты по углам как биссектрисы –

Что в ней? Под алым блеском целлофана
Мне дар какой-то грезится волшебный –
Бесценный, но ненужный совершенно –
К примеру, ваза с нимфами и Фавном,
Складной бумажный веер из Китая,
Шкатулка с перламутром из Марокко,
Индийская фигурка золотая –
Из сплава меди – с ней одна морока!
А может, там тарелка в кракелюрах
Фаянсовая синяя из Дельфта?
В наборе сковородки и кастрюли –
Хоть не любитель я таких изделий?..
А вдруг герой комедии дель-арте
Изящный Арлекин черноволосый
С глазами цвета слив и тонким носом?
Я так мечтаю о таком подарке –

Ножом взрезаю упаковки хрупкость,
С усилием тугим и ленты хрустом
Коробочный картон я обрываю
И странную коробку открываю –
И в предвкушении победы близкой,
Смотрю вовнутрь –
А там конверт простой; я
Его хватаю, рву – а в нём записка
Короткая –
Два слова:
«Всё пустое»…

Сирень

Невозможный сезон всевозможных надежд и утопий –
Это май, от сирени в саду голова набекрень –
Надо думать о многом, но мысли сбегают офтопик,
Ни прозрений, ни слов – и во всём виновата сирень;

И пускай я не верю в любовь и незыблемость истин,
И мой поиск, быть может, ничтожен, и путь бестолков –
Я в ладони беру белоснежные рыхлые кисти,
В них надеясь увидеть цветки из пяти лепестков –

И мне кажется, нет ничего драматичней на свете,
Чем душистой сирени короткий беззвучный концерт,
Чем игра светотени на россыпях белых соцветий
И прощальный аккорд увяданья и смерти в конце…

Я давно принимаю удары судьбы со смиреньем –
Всё грустней на душе, всё длиннее мой список потерь –
Улетают мечты в небеса облаками сирени –
Не вернуть,
Не забыть,
Ничего не исправить теперь…

Беглец

Бедняга, неприкаянная жертва
Хандры и абстинентного синдрома –
Ты движешься в ландшафте незнакомом,
Бежишь от сизых туч и скуки смертной,
Глядишь, как гаснет март в окне вагонном...

Экспресс восточный медленно плетётся
Среди забытых богом захолустий,
Полей белёсых стылых, станций тусклых,
Где колкий снег сухой метелью вьётся –
И на душе безрадостно и пусто –

Беги, беглец! Ты сам себе в обузу…
Под мерный стук колёс ты дремлешь мрачно,
А память всё жуёт событий жвачку,
И нити бед, обид, побед пустячных
И поражений страшных вяжет в узел…

Задумавшись, судьба фигурки движет
По шахматной доске невзрачной жизни,
Не слыша вздохов тяжких, жалких жалоб…
Куда ты держишь путь? Зачем? – скажи мне –
Нет места на земле, где кто-то ждал бы –

Но неискореним твой дух бродяжий,
Разбойничий, мятежный, флибустьерский –
Туда, где поезд режет даль пейзажа,
Уходишь ты без слов, без взгляда даже,
Из снов, из головы моей, из сердца…

Питер

Нет, город насморка и бледных лиц,
Нет, город на Неве туберкулёзный –
Мне жутко в гулкости дворов-колодцев
Среди теней твоих самоубийц –
Противореча логике любой,
Твои мосты в ночи неодолимы;
Ты весь в шипах, и мною нелюбимы
Каналы с тёмной медленной водой –
Их траурные ленты
Уносят слепо щепки жизни в Лету,
Минуя Летний сад,
И лип столетних
И тополей унылые скелеты…

Нет, город аберраций и химер,
Трущоб беспомощных и судеб нищих,
Где в каждом вздохе страх, тоска и смерть –
Ты никогда мне больше не приснишься –
Ни днём, ни ночью –
Видеть не могу
Ни в перспективе стылого проспекта
Ночь, улицу, фонарь, аптеку,
Ни пляски сквозняков на берегу,
Ни перевернутого мирозданья
Упавших в воду арок вверх ногами,
Свинцовых туч, плывущих подо мной –
Нет, город, опрокинутый вверх дном –
Здесь перепутал время старый Хронос –
В минорном шуме ветра похоронном
Мне слышен бой часов и метроном –

Тебя боюсь…
Меня пугает странно
Завёрнутое в лемнискату время
И многомерность тусклого пространства,
Разбитого в четвёртом измерении –
И встретишь невзначай осколков россыпь
То на Сенной, то где-нибудь на Росси..

Твоя метафизическая суть –
Свечение во тьме огней болотных,
Фальшив ты как несправедливый суд,
Как роскошь декорации без плоти,
И пафос твой пустой – сплошная ложь:
Безжалостней, чем подлая воровка,
Ты заберёшь, отнимешь, украдёшь
Всё до обмылка и куска верёвки…
Живёт болото у тебя внутри,
И на крови ты весь, не только храм твой –
Нет, город революций и интриг,
Крестов, расстрельных списков и охранки,
Предательств, безразличия и драм,
Рассадник диких нравов коммуналок,
Мужчин из стали и железных дам,
И глаз усталых,
И полотнищ алых…
Таким ты был всегда – твоих рабов
Здесь за людей от веку не держали –
Обрезков марли, кумача, гробов
Фанерных вдоволь было у державы –
Но ты прекраснейшим из городов
Останешься навечно на скрижалях…

Мне череда полуночных дворцов
В мерцании луны твоей, признаться,
Напоминает строй галлюцинаций,
Процессию бесцветных мертвецов;
Тяжёлые ряды твоих колонн
Страшат меня символикой масонской,
Их мрачный образ – повод для бессонниц,
Таких же страшных, как и страшный сон,
Который видят мраморные львы –
Нет, город ужаса и наводнений,
Ночей прозрачных, мглы и привидений –
Уйди из головы!..

О розе

                                    Ad Memoriam

Белый лист: появляются первые знаки,
Возникают слова, комбинации, фразы,
Проясняются формулировки – признаться,
Я люблю сочинение, пусть несуразных,
Обращённых к Всевышнему жалоб и кляуз –
Не хватает чернильной разлапистой кляксы...

Возмущенью бегущей строки нет предела:
Искривиться бы, вылезти в три измеренья –
Но линейность пробега по плоскости белой
Превращает ткань хаоса в стихотворенье,
И не вырваться слову из строгого плена
Равномерной скупой геометрии ленты…

Закрываю глаза: в средоточии строчек,
Букв, тире, запятых, двоеточий, отточий
Не содержится главного – розы уплывшей
По зелёной воде ледяного теченья –
Без неё, я боюсь, меня Бог не услышит
И забудет опять обо мне по прочтении…

Неохота словам рисовать эту розу –
Раз за разом выходит из знаков бездушных
То железная роза, то роза из бронзы –
Тонет роза в созвучиях грузом ненужным –
Мне такой материал непригоден тяжёлый –
Цвет у розы, плывущей в воде, бледно-жёлтый:

Бледно-жёлтая роза плывёт на закате
По холодной зелёной воде молчаливой –
Воздух пахнет фиалками, сладким мускатом,
Наклонились безмолвно прибрежные ивы
Над намокшим цветком, проплывающим мимо,
И горят небеса серебром и кармином…

Вероятно, малькам и придонным улиткам
Роза видится чем-то чужим и ужасным,
Как и лилий плавучим кругам; ряски липкой
Островки неподвижные в страхе ужались,
Созерцая безмолвный покой бледно-жёлтой
Розы сонной, скользящей по водному шёлку…

Ветерок над водой дуновением беглым
Пролетел посмотреть, что там вверх по теченью?
И откуда цветок этот вымокший блеклый –
Не утопленницу ль в кружевном облаченье
Волны плавно несут по реке среди мелей,
Вынув розу из пальцев её онемелых?

Нет, там нет никого – только розовый клевер,
Только ивы плакучие, мох да очанка,
Только я на развилке: направо – налево? –
Оказалась там в эту минуту случайно –
Я ведь тоже плывущую розу видала
В освещении тусклом опалово-алом…

…Реку времени медленно я проплываю
Мимо лилий застывших и влажной осоки –
Впереди горизонт предзакатный пылает,
Месяц призраком встал в синеве на востоке,
Опускается солнце всё ниже и ниже –
Что здесь будет потом – я уже не увижу…

Постепенно забудется всё, что осталось
Позади по маршруту извилистой поймы –
Будет только покой, отрешённость, усталость –
Ни особых примет, ни деталей не вспомню
Звуков, лёгких теней, отражений прозрачных –
Их названья забуду, и что это значит…

В аберрациях памяти есть своя прелесть –
Сумрак мыслей о прошлом не мучит как прежде,
Не мешает услышать напевы свирели
Гром небесный, звучащий всё глуше и реже –
Забывание – счастье, беспамятство – помощь:
Ты свободен, тебе повезло – ты не помнишь…

Вот и всё, вот и весь невеликий мой опус –
Роза тает в тумане меж явью и снами,
Исчезает во времени призрачный образ,
Вместе с ним растворяются воспоминанья
О цветущих лугах, земляничных полянах,
Хищных рыб плотоядных глазах оловянных,

Цепких жалах подводной травы ядовитой,
Лёгких бабочках белых и синих стрекозах –
Том, что было так важно, но ныне забыто –
Как погода на прошлой неделе для розы,
Безвозвратно уплывшей в свеченье вечернем
По зелёной воде ледяного теченья…

Ворона

                         'Leave no black plume as a token
                         of that lie thy soul hath spoken!'

                            The
Raven
                           
Edgar Allan Poe

Как-то в полночь, в час злосчастный – помню, ночь была ненастной –
Я читала безучастно Фауста не без труда –
В дверь тихонько постучали: кто там? – Мне не отвечали –
Это дождик, не иначе, это капает вода,
Это ничего не значит, просто капает вода –
Дождь всего лишь, ерунда!

Я опять вернулась к Гёте, только слышу, будто кто-то
Ходит в поисках чего-то – дом тихонько обойдя,
Подошёл к окну фасада, смотрит молча из засады –
Кто там и чего им надо по ночам в чужих садах?
Кто мой топчет палисадник? Там же розы, резеда!
Нет, ну что за ерунда?!...

Отчего я так волнуюсь? В страхе я в окно взглянула
И увидела луну я между туч и струй дождя –
Гнал по небу тучи ветер, за стеклом качались ветки –
И самой себе ответив: так бывает иногда,
Это клонит ветки ветер, так бывает иногда,
Я сказала: ерунда!

Просто ветер гонит тучи, но, пожалуй, будет лучше
Мне сейчас, на всякий случай, нервы слабые щадя,
Запереть окно покрепче – мне, наверно, станет легче,
Да ещё меня излечит рюмка водки как всегда –
Станет легче мне конечно, водкой я лечусь всегда –
Словом, страхи – ерунда!

Тут, смотрю – на подоконник, из ночи шагнув спокойно,
Чёрная вошла ворона, величава и горда –
Неожиданным сюрпризом – и, взлетев на телевизор,
Там уселась с мрачным видом, будто в дом вошла беда –
Не могла я не увидеть – это в дом вошла беда!
Странно как... Вот ерунда!

– Родом не из параллельных ты миров, о чудо в перьях?
И какие эмпиреи – место твоего гнезда?
Может, этот птичий профиль мне подбросил Мефистофель?
Он в делах подобных профи – и с меня за это мзда?
Может быть, предгорья Брокен – место твоего гнезда?
...Мефистофель... Ерунда!

– Даже если ангел чёрный ты и водишь дружбу с чёртом,
Для меня ты гость почётный – объясни, что за нужда
Привела в мой дом печальный – верю я, что не случаен
Твой визит необычайный – кто ты, чёрная звезда?
Странно мне твоё молчанье – кто ты, чёрная звезда?
Привиденье? Ерунда...

– Да уж, ты немногословна, сон кошмарный птицелова,
Не сказала слова, словно речи – только суета –
Для чего ты прилетела – у тебя ко мне есть дело?
Ты иначе, безусловно, не явилась бы сюда –
Отвечай, мой гость бессонный, ты зачем пришла сюда?
Ведьма ты? Нет, ерунда!

– О моя ночная гостья, у меня есть ряд вопросов –
Например, хотя бы, просто: ты откуда и куда?
Поздней ночью беспросветной поболтать о том, об этом
С бесом здесь у нас в Заветах Ильича – не на прудах
Патриарших – а средь ветхих подмосковных старых дач –
Это вам не ерунда!

– Мне про воронов известно, что они приносят вести
Из-за далей, из-за весей, рек, морей, границ и гор –
Гость мой чёрно-серебристый, может что-то по-английски
Ты мне скажешь, типа Whisky, или, может, Nevermore?
Ведь тебе должно быть близко это слово – Nevermore?
Так скажи мне: Nevermore!

И ответила ворона голосом потусторонним,
С телевизора как с трона грозным взглядом снизойдя –
Сквозь чуть слышный запах серный чёрный строгий фрак концертный
В оперенье чёрно-сером мне привиделся тогда –
Мне она высокомерно так ответила тогда
На вопрос мой: Е-рун-да!

– Боже! Ты заговорила! Я уже решила было,
Что язык ты проглотила, слов твоих не стоит ждать –
Иль меня пугать не хочешь непогожей тёмной ночью –
И что мне твоих пророчеств не услышать никогда,
И что мудрости источник не откроешь никогда –
А она мне: Е-рун-да!

– Ерунда? Открой секрет мне – это имя или кредо?
Только ясно и конкретно – с головой я не в ладах,
Как понять тебя прикажешь? Это имя? Если даже
Псевдоним иль ник, неважно – отвечай мне: имя, да?
От беседы с припоздавшим гостем я не жду вреда!
А в ответ мне: Е-рун-да!

– Так, понятно, это имя – Ерунда! Ответь мне или
Объясни, о мрачный циник – вот, допустим, я тверда
В убежденьях – верю в Бога, в гуманизм, но однобоко,
Верю в здравый смысл немного – а в день Страшного Суда –
В том Суде нескором строгом – что там будет в день Суда?
А ворона: Е-рун-да!

Я пришла в негодованье: разве повод я давала
Над обычными словами посмеяться без стыда?
На вопрос могла б нормально мне ответить, чёрный ангел,
Это экзистенциальный был вопрос, понятно, да?
Я узнать хотела тайну тайны Страшного Суда –
Разве это ерунда?

– Вот что, чёрное созданье, дай ответ – я вся вниманье –
Что сидишь тут как немая – и спокойна как удав?
Ну-ка, в продолженье прений, вот вопрос, безмолвный гений,
Про талант и вдохновенье – это ловкость или дар?
Муза, лошадь, Гиппокрена – сказки? Ложь? Белиберда?
А она в ответ мне: Да!

– А любовь?? Огонь желаний? Говори, о гость незваный –
Это всё – фата-моргана? Миф, иллюзия, мечта?
Разгорается как пламя, небо высветив огнями,
Но в конце обманет, станет холодней, чем холод льда?
Это просто сон туманный, и в финале – холод льда?
А ворона: Да-да-да! –

И меня испепелила взглядом... – Что ж, ответь, Сивилла –
Смелость, правда, справедливость – все враньё и лабуда?
Не молчи, я жду ответа! Ну а жизнь? Скажи, что это?
Жизнь, короткая как лето – это тоже ерунда?
Всё, что было в жизни этой, всё, что будет – ерунда?
А ворона тихо: Да...

И внезапно кадр за кадром вижу страшный Danse macabre,
Отражённый многократно в стёклах окон и трюмо –
Понимаю: жизнь – минута, и ко мне однажды утром
Перламутровым и мутным постучится Волдеморт –
А ворона: – Будь же мудрой, время – призрак, Nevermore!..
Карр! Каррамба! Nevermore!

Электричество пропало! Лампа светит в полнакала –
Пляска скачет по бокалам, вазам, стёклам – чёрный монстр
Тянет руки из провала – а ворона в свете алом
Машет крыльев опахалом и кричит мне: Nevermore!
И глаза как два опала: Врремя! Врремя! Nevermore!
Карр! Remember! Nevermore!..

В отражениях зеркальных танец бьётся инфернальный –
Я попала вглубь фрактала! Я плыву куда-то вдаль...
..............................................................
... А когда я через силу наконец глаза открыла,
Образ гостьи чернокрылой испарился без следа –
Это сном, конечно, было, он растаял без следа –
Сон всего лишь, ерунда!

Я, выходит, задремала, это я во сне видала,
Что ворона прилетала! – Но поймал мой взгляд тогда,
Вскользь упав на подоконник – посторонний незнакомый
Там предмет какой-то тёмный – как он мог попасть сюда?
Чёрное перо воронье там блестело как слюда...
Вот такая ерунда...
:)
Пользовательский поиск

Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на g+  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

18.11: Лачин. Три русских стихотворения об Ульрике Майнхоф (рецензия)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или Яндекс.Деньгами:


В данный момент ни на одно произведение не собрано средств.

Вы можете мгновенно изменить ситуацию кнопкой «Поддержать проект»




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за сентябрь 2017 года

Купить все номера с 2015 года:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 



При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2017 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!