HTM
Мстить или не мстить?
Читайте в романе Ирины Ногиной
«Май, месть, мистерия, мажоры и миноры»

Станислав Бельский

Мемуары олуха

Обсудить

Сборник стихотворений

Опубликовано редактором: Карина Романова, 18.10.2009
Иллюстрация. Автор: Chryzalis. Название: "Attaching a mask". Источник: http://www.photosight.ru/photos/2851459_large/

Оглавление

  1. Узелки. 1.
  2. Узелки. 2.
  3. Узелки. 3.
  4. Узелки. 4.
  5. Узелки. 5.
  6. Узелки. 6.
  7. Узелки. 7. Чистая правда.
  8. Узелки. 8.
  9. Хокку. 1.
  10. Хокку. 2.
  11. Хокку. 3.
  12. Мемуары олуха. 1. Однокласснице.
  13. Мемуары олуха. 2. Однокурснице.
  14. Мемуары олуха. 3. Служебный роман.
  15. Мемуары олуха. 4. Ощущение.
  16. Мемуары олуха. 5. Статистика.
  17. Мемуары олуха. 6. Опять одноклассница.
  18. Мемуары олуха. 7. Классика.
  19. Мемуары олуха. 8. Болотный ноктюрн.
  20. Мемуары олуха. 9. Censored.
  1. Мемуары олуха. 10. Отпуск.
  2. Мемуары олуха. 11. Плацкарт.


Узелки. 1.

Осень завладела наследством,
вязким,
как голова Сальватора Дали.
Сопротивление бесполезно,
крылья ангелов буксуют,
и простейший вопрос
теряется по дороге
от моих губ до уха любимой.

Узелки. 2.

У тебя одно колено сладкое,
а другое горькое,
словно источники,
несущие воды жизни и смерти.

К тому же ты залетела.

Узелки. 3.

Сегодня я могу написать
очень странное стихотворение,
похожее на угольный пласт
с отпечатками древних насекомых.
Боюсь только – некому будет
перевести его на русский язык.

Узелки. 4.

Известия о смерти воздуха
оказались преждевременными.
Утром он снова пришёл –
пасмурный зверь
со свалявшейся шерстью –
и облизал меня длинным
лоснящимся языком.

Узелки. 5.

Штиль охватил душу –
как будто красивая женщина
оплела меня ногами,
и я битый час
боюсь пошевелиться,
чтобы она не проснулась.

Узелки. 6.

Твоя улыбка
шлёпнулась в мою душу,
как жирный блин на сковородку.
Включу воображение,
чиркну спичкой сарказма
и разогрею это
полупочтенное блюдо.

Узелки. 7. Чистая правда.

Бессонница.
Трансцендентный голод –
но при этом лень встать
и добраться до холодильника.
Утопленные шаги прохожего
и неожиданный возглас: “Хуй!”

Узелки. 8.

в нашей речи живут
как в многоквартирном доме
мистические слова
например
“но” горит как китайский фонарик
“или” включило газ
и вышло на улицу
а “если” отмеряя сдачу
щёлкает деревянными счётами

Хокку. 1.

поэзия? чушь
выпадение нежности
в виде осадков

Хокку. 2.

рифма как лужа!
по сводкам погоды
буквы двуличны

Хокку. 3.

чаша пустует
негромко звучит сямисэн
пляшет Мефодий

(Кирилл и Мефодий отдыхают после создания букв)

Мемуары олуха. 1. Однокласснице.

Мне так нравятся
твоя потная ладошка,
тонкие ноги,
волосы, как спутанное солнце,
милые веснушки –
всё это похоже на вечерний Крещатик
и на концерт Элтона Джона,
куда нас не пустила милиция.
По дороге нам встретились
воинственные бабушки с хоругвями,
протестующие против содомии.
В этот раз они промазали –
как раз перед выходом на улицу
мы предавались другому греху.

Какое счастье,
что ты тоже не любишь
рыбьих предосторожностей
и отдаёшься, как велит природа.

Итак, десять лет спустя,
воспользовавшись
синхронным отъездом супругов,
мы можем снова сесть за парту
и повторить основные предметы:
геометрию сброшенного платья,
алгебру твоих сосков,
естествознание пылающих губ
и несравненную,
глубокую, как море,
химию взглядов.

А ведь раньше было только мороженое
и дурацкие первые поцелуи.

Мемуары олуха. 2. Однокурснице.

Когда ночь
золотым копытом
выстучит
на пишущей машинке
все свои имена,

когда
лунный дирижабль
совершит
вынужденную посадку
на твоём балконе,

когда
ледяная сабля
разрежет солнце
и половинки
брызнут гранатовым соком,

когда ветер-рубанок
разгладит морщины заборов,
разгородивших
бездорожные судьбы –

именно тогда
(и не раньше)
во внутренней берёзовой роще
нашего института,
искусанные муравьями,
соединим несчастья,
губы, мысли, чресла,

и недостаточно полные
высшие образования.

Мемуары олуха. 3. Служебный роман.

Сейчас наши друзья
начнут разбегаться,
как упыри,
спешащие на тайный праздник.
Мы останемся одни
в целомудренной комнате,
под неоновыми лучами.
Сердце будет скользить
на полозьях страха,
старые руки вытянутся из углов,
чтобы преградить дорогу
нашей нежности
в эту пятницу,
в этот неисчерпаемый вечер
совпадений и предосторожностей.

Мемуары олуха. 4. Ощущение.

Театральный полдень.
Фонетическая нагота.
Ощущения такие,
будто вытаскиваю член
из незнакомой женщины,
похожей на китаянку,
неловко завязываю презерватив,
выплеснув часть семени на одеяло,
вытираю платком плешь
и одеваюсь, не переставая смотреть
на молодое животное,
утомлённое моими ласками,
а в кармане пальто
ещё лежит билет трамвая,
в котором нас сжала толпа,
и тогда я стал желать её так,
что она не могла не заметить,
но она только улыбалась
и следила непроглядными глазами
за плывущими заводскими заборами,
и я спросил её имя,
а она просто взяла меня за руку
и привела сюда,
в эту комнату, полную книг,
на эту кровать,
прогнувшуюся от сотен мужчин,
под глазницы видеокамер,
фиксировавших нашу любовь,
чтобы показывать её
в прямом эфире по интернету.

Вот какие ощущения
возникли у меня при защите кандидатской.

Мемуары олуха. 5. Статистика.

Наши половые акты
за текущий месяц
образовали
репрезентативную выборку.
Можно сделать
предварительные
статистические выводы.

С вероятностью,
близкой к единице,
ты кричишь от счастья,
если крепко сжимать соски
или покусывать уши.

В одном случае из десяти
мы не успеваем
скинуть одежду –
в ней сами собой возникают
щели и пространства,
необходимые для любви.

С вероятностью девять десятых
твоя причёска,
поначалу идеально уложенная,
уже на четвёртой минуте
напоминает диораму
“Битва за Днепр”,
а твоя общежитская кровать
(если мы до неё добрались) –
стадион,
где одноименнная команда
принимает донецкий “Шахтёр”.

Только один раз
твои глаза вспыхнули,
как газовые горелки,
когда я вошёл в тебя,
и ты шептала слова,
недоступные смертному слуху.

А теперь я постараюсь доказать,
что частота одновременных оргазмов
соответствует нормальному распределению,
вычислить квантили
преждевременных эякуляций
и дисперсию
потерянной нежности.

Мемуары олуха. 6. Опять одноклассница.

Ты живёшь
на улице Аполлинера
недалеко от редакции.
Раз в два месяца
я захожу к тебе –
сутулый друг
с кожаным портфелем.
Ты, не переставая
поливать цветы
или готовить ужин,
рассказываешь мне все новости
о своём двенадцатилетнем балбесе
или о бывшем муже,
с которым у тебя
“прекрасные отношения”
(впрочем, как и со всеми мужчинами).
Вдруг твой сын,
сидевший полчаса неподвижно,
уставившись на меня,
как сторожевая собака,
хватает футбольный мяч
и пулей вылетает из дома.
Я собираюсь с силами
ещё четыре минуты
и набрасываюсь на тебя,
целую широкий рот,
сдёргиваю одежду.
Ты смеёшься и отбиваешься:
“Ну что ты, милый.
Как же тебя изняло!” –
но потом начинаешь проявлять
лёгкий интерес,
помогаешь мне раздеться,
показываешь,
как тебя надо ласкать
и даже покрываешься,
как в детстве,
мелкими жемчужинками пота –
но тут звонит телефон,
ты хватаешь за голову
малиновую гадюку
и начинаешь обсуждать с ней
кулинарные рецепты,
наводнение в Австралии
и чудовищные известия
о генетически модифицированном мясе.
Твои глаза становятся
синими и стерильными –
два сонных колодца,
две аллюминиевые звезды.
Получив-таки своё,
я одеваюсь,
стараясь не глядеть
ни на тебя, ни в зеркало.
Испытывать к тебе страсть
так же нелепо,
как любить тавтологию
или просроченный
лотерейный билет.

Мемуары олуха. 7. Классика.

Ты одета на все сто,
ты не терпишь небрежности.
Каждое движение похоже
на рассчитанный
порыв ветра.

Давишь ли ты комара,
снимаешь ли юбку
или идёшь по набережной,
пересекая полосы
рыдающего света, –
всякий раз это музыка,
нечто среднее
между Моцартом и Стравинским.

Я записываю
каждое твоё слово,
включая гнусности,
которые ты шепчешь в постели, –
это будет мощная поэма,
недостоверная и умышленная,
как твоя любовь.
 

Мемуары олуха. 8. Болотный ноктюрн.

Бывает
проснусь ночью
и шепчу женское имя
Аня или Наташа
не имеющее отношения
к ценительнице скрытых талантов
груди которой вчера
аппетитно шлёпались друг о друга
если я не придерживал их руками
а теперь это милое вымя
разметалось рядом
прихотливо
как на картинах Пикассо

Я приподымаюсь в постели
Тело любовницы
колышется в болотном свете
будто готовится всплыть
и виолончельная грусть
армянского разлива
брезжит в наушниках
как небо
испачканное помадой

Мемуары олуха. 9. Censored.

Долго не вспоминал
Иру Конюхову,
территорию
моих юношеских позоров,
первую девушку,
которую я держал за руку
в реторте кинотеатра.

Эта априорно опытная
тринадцатилетняя женщина
приехала из Тобольска –
помню, она рассказывала,
как мёрзли её пальцы
во время школьного концерта,
и клавиши фоно от дыхания
покрывались ледяной коркой.

Впрочем, поначалу
мне больше нравилась
её подружка,
наполовину сербка,
вместо имени которой,
как назло,
зияет чернильная клякса.
(Потом эта девочка
выучилась на журналистку
и уехала в Белград
сразу после войны.)
Почти полгода
я то и дело
поворачивался за партой
градусов на сто
и пялился на мою любовь,
чем забавлял и её,
и новенькую,
как украинская государственность,
грудастую соседку Ирину.
Кажется, однажды Заречная
(фамилию мне всё-таки
удалось изъять у забвения)
пригласила меня
прогулять с ней уроки;
я растерялся
и бормотал чепуху
насчёт предстоящей контрольной.

Друзья звали Ирину
Лошадью или Дыркой.
Она и впрямь была
практичной чёрной дырою,
засосавшей два мои года,
непролазным островом,
на котором я не выцыганил
ни одного поцелуя.

Забавно,
что я невыносимо
хотел её трахнуть,
хотя в бассейне
коротконогая мучительница
вовсе не казалась красивой.

Теперь у Иры
чемоданообразный муж –
ещё один одноклассник
по прозвищу Мясо.
При случайных встречах
богатые супруги
делают вид,
будто со мной незнакомы.
Пользуясь удобным случаем,
шлю их обоих <CENSORED>
с помощью электронной чумы
и волшебника.
Пользовательский поиск

Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на g+  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу

Рассылка '"НОВАЯ ЛИТЕРАТУРА" - литературно-художественный журнал'



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

13.02: Евгений Даниленко. Секретарша (роман)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или Яндекс.Деньгами:


В данный момент ни на одно произведение не собрано средств.

Вы можете мгновенно изменить ситуацию кнопкой «Поддержать проект»




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за ноябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за октябрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за август-сентябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за июнь-июль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за май 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за март 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за январь 2016 года



 

 



При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2017 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Купить все номера 2015 г. по акции:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru
Реклама | Отзывы | Подписка
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!