HTM
Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2018 г.

Анна Финчем

Отложи свою жизнь на потом

Обсудить

Рассказ

 

Купить в журнале за февраль 2018 (doc, pdf):
Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2018 года

 

На чтение потребуется 40 минут | Цитата | Скачать в полном объёме: doc, fb2, rtf, txt, pdf

 

Опубликовано редактором: Андрей Ларин, 23.02.2018
Иллюстрация. Название: «Дуэль после маскарада» (1859 г.). Автор: Жан-Леон Жером (1824–1904). Источник: http://allart.biz/photos/image/jean_leon_gerome_22_duel_after_a_masquerade_ball.html

 

 

 

К витрине магазина «Охота и рыбалка» Валера приходил каждый день, после школы. Прекрасная новая удочка манила его своим видом, как торт – сладкоежку. Он выучил все её детали наизусть и мог описать их в мельчайших подробностях, он точно знал, что с этой удочкой он поймает всю рыбу, которую только возможно, а также знал, что ничего в мире ему не нужно так сильно, как нужна эта удочка. На ценнике было написано умное слово «спиннинг» и цена, от которой простым смертным становилось дурно, а заядлые рыбаки, остановившись на крылечке возле витрины, грустно вздыхали и закуривали папироску, кивком головы здороваясь с продавцом дядей Колей через стекло. Купить эту удочку хотели все, кто хоть раз ходил рыбачить на местное озерцо, а так как в этом маленьком сибирском городке в начале 80-х особых развлечений, кроме водки и рыбалки, и не было, то рыбачить ходили все лица мужского пола от 13-ти до 70-ти включительно. Хозяин магазина, безусловно, привлёк огромное внимание к своей витрине при помощи этой красавицы. Да и расчёт казался верным – подавляющее большинство мужчин городка были рыбаками, а какой рыбак не хочет хорошую удочку? Но было одно маленькое «но» – деньгами этих рыбаков распоряжались их жёны, а уж им удочка была без надобности. Рыбы в озерце было столько, что хоть руками вытаскивай, а на такую гору денег приличная семья могла прожить пару месяцев.

Валере было почти 16, и жены у него пока не было. Он был решительным и целеустремлённым парнем и умел ждать. На тот момент он уже осваивал рабочую профессию в училище и получал повышенную стипендию, которой хватало на папиросы и мороженое понравившейся девушке, но явно не хватало на ту восхитительную удочку. И конечно же, именно она теперь завладела всем его вниманием, и никакая девушка не была важнее.

Пару дней он просто думал об удочке, но потом понял, что простое думание никак не приближает их друг к другу, и тогда он стал думать, как именно он мог бы её заполучить. План родился быстро. Надо было заработать денег, причём как можно быстрее, чтобы никто другой не успел купить предмет его страсти раньше него. Работы он не боялся, предлагать свои услуги – тоже. Занятия в училище проходили с утра и до обеда, а после обеда его сокурсники разбредались кто куда, некоторые мастерили поделки из дерева, а многие просто пили пиво на лавочке в местном парке, считая это самым лучшим времяпрепровождением. Устраиваться на какую-либо временную работу Валера не хотел, ибо быстрых денег это ему не принесло бы, а целью было не устроиться на работу, а купить удочку. Решение пришло быстро. Как вы помните, большая часть мужского населения городка была занята рыбалкой, как в хорошем смысле слова, когда у хозяйки всегда есть свежая рыба на обед, так и в не очень хорошем, когда у хозяйки нет ни рыбы, ни помощи от мужа, так как он, якобы, рыбачит. А дома, сами знаете, всегда есть чему сломаться. Вот жёны рыбаков и стали для Валеры решением. Он расклеил по городку объявления, что за скромную плату готов выполнять мелкий ремонт по дому. Его собственный отец тоже был рыбаком, и заниматься домом не очень спешил, а детей было трое, и кому-то надо было уметь вкручивать лампочки и чинить утюги.

Клиентура нашлась за считанные дни. Работал он качественно, брал недорого, хозяюшки были довольны и рекомендовали Валеру соседкам. Он чинил текущие краны, чистил засорившиеся трубы, менял лампочки и прибивал полочки, пылившиеся месяцами на антресолях. Женщинам нравилось, что он был чисто одет, вежлив и немногословен. Некоторые предлагали ему обед, некоторые – рюмочку или даже провести вечерок вместе, но он всегда вежливо отказывался от всего, кроме денег, помня о своей цели.

 

Чаще всего он помогал по дому соседке тёте Вале. Её муж был, наверное, самым заядлым рыбаком в городке, и говорили, что в молодости он и правда ловил рыбу и кормил свою большую семью, да и в работе своей считался отличным специалистом и получал хорошую зарплату. Потом что-то случилось, и рыбалка, по большому счёту, превратилась в распитие водки с товарищами, а хорошую зарплату ему платили, скорее, по старой памяти, чем за реальный вклад в работу завода.

Тётя Валя в молодости была хороша собой, да и сейчас, когда ей было за 40, выделялась на фоне ровесниц стройной фигурой и красиво уложенными волосами с сединой. По профессии она была учительницей, говорила красиво и грамотно, и они с Валерой быстро нашли общий язык. В первый раз он пришёл к тёте Вале починить кран, потом было что-то ещё и что-то ещё, а через месяц Валера стал задумываться, как это дом до сих пор не развалился, потому что всегда находилось что починить. Несмотря на то, что он был из простой семьи, Валера был довольно деликатен в разговоре, но в какой-то момент любопытство победило.

Он починил что-то очередное сломавшееся и уже собирался уходить, но замешкался, теребя в руках кепку.

– Тёть Валь, – голос звучал неуверенно, так как спрашивающий был всё ещё не уверен в том, что стоит задать вопрос, – а можно спросить?

– Конечно, спрашивай, – улыбнулась собеседница.

– А почему дядя Серёжа ничего по дому не делает?

Тётя Валя рассмеялась в ответ, хотя в смехе Валера уловил скорее разочарование, чем веселье.

– А я ждала, что ты спросишь... А я и не знаю толком… Мне кажется, он интерес к жизни вообще потерял. Вот водка и осталась, она особых усилий не требует...

– Но у вас же семья большая, три дочки!

Тётя Валя вздохнула и присела на неказистую табуретку в уголке прихожей, которую Валера обычно брал, чтобы лампочки вкручивать.

– Ты знаешь, он в молодости хорошим парнем был… Симпатичный, высокий, волосы такие красивые, волнистые... На гитаре играл, песни пел… Я в него с первого взгляда влюбилась, захотела замуж за него выйти. Я его и на свидание первая позвала. Папа мой был партийный функционер, не самый последний человек в городе, так он против был, что я простого работягу выбрала себе в будущие мужья, но потом смирился. С его помощью Сергею и работу на заводе хорошую нашли – должность повыше, зарплата получше. Мы поженились, потом у нас двойняшки родились, ну и жили себе, вроде нормально всё было, как у всех... Дети подросли, в школу пошли, он работал, я работала. Он выпивал, конечно, но не каждый день, скорее, по праздникам, ну так по праздникам все выпивают.

Она замолчала, как будто картинки прошлой жизни столпились перед её внутренним взором и перекрыли дорогу словам.

– А потом что случилось? – осторожно спросил Валера.

– А потом его как подменили… Ему тогда лет 35 было. Говорят, он влюбился тогда, в жену директора завода, она из Москвы приехала, такая модная фифа. И он её увидел, и всё, вот лучше неё нет. Даже набрался храбрости и ей сказал, что влюблён. Ну и она его отшила, конечно... Зачем он ей такой, лапотный… Его и перекрыло после этого, что жизнь зря прожита.

– Это он вам сам рассказал? – Валера смотрел на тётю Валю во все глаза.

– Нет, конечно, что ты… Это мне через много лет добрые люди рассказали... Он тогда мне говорил, что это у него кризис такой. Среднего возраста. Новомодное такое словечко. Но я в эти кризисы не верю. Блажь это всё. Займи себя работой, или вон фигурки лобзиком выпиливай, и всё, пройдёт кризис. А он пить начал. Как зарплата – так он в хлам, уже с завода на рогах приходил... Я думала, пройдёт у него это, даже решилась ещё одного ребёнка родить, думала, одумается. Вроде сначала получше было, он дочек любит, тут ничего не скажешь, но как младшая в школу пошла, так водка и победила.

– А вы с ним разговаривать пытались?

– Конечно! И разговаривала, и убеждала, и стыдила, и на заводе начальнику его жаловалась. Он же мужчина, он должен нести ответственность!

– А он что?

– А что он… Я, говорит, зарплату тебе отдаю, вот и всё, не трогай меня, я на рыбалку пошёл. А в доме же надо порядок поддерживать! Я сначала сама пыталась, но какой из меня электрик… Иногда брат помогал, но у него своя семья, не до меня… А потом вот ты появился, ну я и думаю, не хочет мой муж мне помогать, тогда буду чужому человеку платить, чтобы его работу делал...

Валере стало немного не по себе от этого разговора. И от откровенности своей соседки, и от явной обиды и горечи в её голосе.

– Пойду я, тёть Валь... Завтра приду, на балконе шкаф доделать надо, – сказал он, не поднимая глаз.

– Иди, касатик, конечно. Что-то я разоткровенничалась…

После этого разговора Валера стал замечать, что почти все женщины, кто обращался к нему за помощью, были либо одиноки и несчастны, либо замужем, но всё равно несчастны. Мужья попросту игнорировали их просьбы о помощи по дому, предпочитая посидеть на бережке с удочкой или бутылочкой, и никакие разговоры о долге или обязанностях на них не действовали.

С одной стороны, это удручало, с другой стороны, их жёны платили ему за то, чтобы он делал их работу, и его это вполне устраивало.

 

Прошло три месяца. Почти каждый вечер Валера пересчитывал заветные банкноты, которые бережно складывал в особую коробочку, и прикидывал, сколько ещё кранов нужно починить до получения нужной суммы. Пересчитал и сегодня. Оставалось всего ничего. Пару дней работы – и заветная удочка станет его! То, что никто не перехватит добычу, Валера уже давно понял, удочка была не по карману никому в их городке, и напрягаться ради желаемого никто не собирался. Он заснул в мыслях о рыбалке, но золотая рыбка ему не приснилась. Наверное, была занята исполнением других желаний.

Через пару дней сумма была полной. Валера три раза пересчитал деньги, чтобы быть точно уверенным, и решил, что в субботу пойдёт за покупкой.

Из детей в семье он был старшим, и у него у одного была своя комната. Дверь в свою комнату он держал закрытой и добился того, чтобы все желающие войти предварительно стучались. Это не работало только с отцом, пришедшим с рыбалки, когда рыбалка особенно удалась и ему было море по колено, но, тем не менее, определённый уровень уединения у Валеры был.

Он как раз спрятал заветную коробочку, когда в дверь осторожно постучали.

– Валера, можно к тебе? – раздался голос матери.

– Да, конечно, – он распахнул дверь. Как сын он любил мать, а как человек – жалел её. Даже на его подростковый взгляд, её жизнь была весьма тосклива и неприглядна: пьющий муж, трое сыновей, безденежье… Валера как старший чувствовал свою обязанность помогать этой женщине, насколько мог. – Заходи.

Мать присела на край кровати, заправленной дешёвым фланелевым покрывалом грязно-зелёного цвета. Больше и сесть-то было некуда, колченогий стул стоял возле стола, а учебники Валеры лежали прямо на полу, на тумбочку денег в семье не было.

– Послушай, тут такое дело... Ты же помнишь, у Виталика скоро день рождения?

Виталик был младшим из братьев. Как брат Валера его любил, а как человек – считал, что Виталик никчемное и избалованное существо, которое в жизни палец о палец не ударило, но, тем не менее, все вокруг него носились, так как он был младшим и родился слабеньким. Ему было уже 13, и он не хотел ни учиться, ни работать, где-то шлялся целыми днями с такими же никчёмными балбесами и иногда бренчал на старенькой гитаре, которую ему подарил брат отца. Более того, ему всегда дарились самые хорошие подарки и доставались лучшие кусочки за столом. Мать в нём души не чаяла и готова была голодать, только бы её Виталик был доволен. Виталик этим умело пользовался, блестяще имитируя сыновнюю любовь, и Валера ничего не мог с этим поделать.

– Помню, конечно. – Валера уже внутренне напрягся, думая, к чему бы мог вести этот разговор.

– Ты знаешь, он сказал, что хочет в подарок себе… Слово такое непонятное, как-то на «си» начинается, на нём музыку играть можно, как на пианино..

– Синтезатор?

– Да, вроде, так... Он сказал, нашёл кого-то, кто продаёт с рук, не новый, и вроде недорого… Но у нас нет таких денег, ты же знаешь… Это почти три зарплаты отца! А ты же работаешь сейчас, людям помогаешь, мне соседки говорили, что ты молодец… И я подумала, может, ты поможешь купить эту штуку? Виталик очень просил, он сказал, если у него будет этот, как его, «син» что-то там, его тогда в школьный ансамбль возьмут, он играть там сможет... Ты же знаешь, он талантливый!

Талант Виталика, по мнению Валеры, существовал строго в глазах матери, а Виталику хорошо было бы дать ремня, а не синтезатор. Но мать выглядела такой жалкой... Чувство долга и жалости затопили его.

– Сколько нужно денег? – нехотя спросил он.

Мать назвала сумму, почти равную той, что была спрятана в его коробочке.

– Ты знаешь, он когда сказал, сколько нужно, я ему сказала, что таких деньжищ сроду в руках не держала... Но он так просит! Неделю уже за мной ходит с этой пианиной, вот без неё ему жизнь не мила.. Если у тебя столько нет, то скажи, я понимаю…

Валера чувствовал себя, как заяц, за которым охотятся и которого загнали в угол. Он, конечно, мог и соврать, что у него столько нет – сумма и правда была приличной, но как потом он будет смотреть в глаза матери, когда купит удочку? С другой стороны, он три месяца работал, пока этот балбес прогуливал школу и занимался ерундой! И что, ему всего лишь достаточно сказать: «Мамочка, я так тебя люблю», чтобы та была готова в лепёшку расшибиться?

– Он же хороший мальчик, ты же знаешь… – голос матери звучал просительно и униженно, и от этого Валере было ещё хуже.

Он даже покраснел от внутреннего напряжения. Совершенно не знал, что делать, ибо ни одно из решений теперь не казалось ему приятным. Удочка же только для него самого, а синтезатор, возможно, порадует и брата, и мать…

– Мам, я завтра скажу, хорошо? – с трудом выдавил он из себя.

– Да, конечно, – мать встала и закивала головой. Время есть… Он просто говорит, надо в субботу купить, пока хозяин ждёт… А то вдруг передумает…

Ночью Валера почти не спал. Ему виделась то удочка, то лицо матери… Он чувствовал себя почему-то виноватым перед ней. Она одна воспитывала троих пацанов, работала на двух работах... От отца толку было мало, он хоть и отдавал матери зарплату, но умудрялся почти каждый день где-то напиться, и хорошо, если приходил домой и ложился спать, а мог и руку поднять…

На следующий день вечером он добавил ещё немного денег в свою коробочку и пересчитал их. Выбора у него не было, или же он его не видел. Мать была на кухне, что-то изобретала на ужин для четырёх голодных мужчин из дешёвых продуктов, за которыми Валера ходил на местный рынок.

– Мам, вот деньги, – угрюмо буркнул он, протянув матери коробочку. – Тут хватит на синтезатор.

– Валера, – мать всплеснула руками, – какой ты у меня молодец! Виталик будет так рад! Спасибо тебе огромное!

Валере было так неловко, что он отказался от ужина и ушёл на пруд, где долго сидел, глядя на тёмную воду.

В субботу мать и отец, который ради такого случая даже не пошёл на рыбалку, вместе пошли покупать синтезатор. Он был в большой коробке, с надписями на непонятном языке и множеством проводов. Виталик долго всех обнимал и благодарил, подключил его и даже несколько минут потренькал по клавишам. Потом пришли его друзья и он ушёл гулять. Оказалось, что для того чтобы играть на синтезаторе, нужно долго учиться, а это не входило в планы Виталика. Он же думал, что синтезатор будет играть сам, а он будет просто стоять за ним и делать вид, что нажимает на клавиши, и тогда будет нравиться всем девчонкам.

Синтезатор занимал много места, убрать его было некуда, и в итоге Виталик стал использовать его как место для развешивания своих вещей, вместо спинки стула.

В магазин «Охота и рыбалка» Валера больше не ходил, а через неделю мужики рассказали ему, что приезжал какой-то крутышка на большой машине из соседнего города и купил ту удочку.

 

Прошло пару лет, Валера закончил училище, и пора была думать, как жить жизнь дальше. Если бы его спросили тогда, что бы он хотел делать, он бы ответил, что ему нравится чинить всё, что сломалось, от телевизоров до автомобилей, потому что ему вообще нравилось помогать людям, но его особо никто и не спрашивал. Откуда подростку знать, что для него хорошо?

Он был достаточно общительным парнем и иногда с приятелями ходил на танцы. Танцевать он был не любитель, скорее так, выпить пива и поглазеть на девчонок, которые ради такого мероприятия усердно рисовали на глазах «стрелки» чёрным карандашом и укорачивали юбки.

Валера как раз допивал своё пиво, когда один из приятелей толкнул его в бок.

– Смотри, вон девчонка с тебя глаз не сводит, иди познакомься!

В Валерины планы не входило знакомиться с кем-либо вообще, но он увидел, как несколько пар глаз выжидательно смотрят на него, и почувствовал себя неловко.

Девушка и правда смотрела на Валеру внимательно и с интересом.

– Добрый вечер, – вежливо поздоровался Валера, не очень зная, как себя вести.

– Добрый, – девушка улыбалась. – Ты Валера, правильно?

– Да, – немного удивился парень, – мы знакомы?

– Моя мама – подруга твоей мамы, она мне про тебя рассказывала.

Девушку звали Ирина. Она была невысокая и худенькая, с короткими тёмными волосами. Её можно было назвать неприметной, потому что узнать её в толпе было почти невозможно, она сливалась с безликой массой людей. Валера вряд ли бы обратил на неё внимание сам, хотя и назвать её непривлекательной было нельзя. Она была, так скажем, обычная.

Они так и стояли друг напротив друга, и пауза затянулась.

– Потанцуем? – предложила Ирина.

Валера не нашёл причины, чтобы отказаться. Они потанцевали, о чём-то поговорили, и как воспитанный юноша Валера предложил Ирине проводить её домой. Она согласилась, да и жили они неподалёку друг от друга.

Он практически забыл и о девушке, и о знакомстве, и не сразу понял, о чём была речь, когда через несколько дней мать сказала ему, что Ирина передаёт ему привет.

– Какая Ирина? – он поднял голову от тарелки супа. – Я не знаю никакой Ирины.

– Ну как, Ирина, дочь Маши, моей подруги! Вы познакомились на танцах! Ты ей очень понравился, она всё время про тебя спрашивает! Такая девушка хорошая, спокойная, тихая, учится хорошо, по хозяйству помогает матери!

Валера не видел связи между ним самим и тем, что какая-то девушка помогает своей матери, поэтому промолчал и продолжал есть суп.

Вечером, когда он лежал на кровати и читал книгу, мать постучалась к нему в комнату.

– Просто вот решила заглянуть, посмотреть, что ты делаешь… Спросить, как вообще дела у тебя?

– Хорошо, – немного настороженно ответил Валера, не понимая пока, к чему она клонит.

– А как в личной жизни у тебя, всё хорошо?

– Вообще отлично, нет личной жизни, нет проблем, – попытался пошутить Валера.

Мать помолчала, как будто подбирая слова.

– Я тебе хотела про ту девочку ещё рассказать, про Ирину… Хорошая девочка такая она, маме помогает, добрая, симпатичная...

– Мам, я понял, что она матери помогает. Я-то тут при чём? – Валера и правда не понимал.

– Я вот подумала, может, ты бы пригласил Ирочку в кино? Или погулять? Подружились бы… Она хорошая!

– Да не хочу я ни с кем в кино идти! Как захочу, так пойду!

– Ну, она спрашивает про тебя! Ты ей нравишься, наверное… Почему бы не подружиться? Тебе скоро восемнадцать же, пора и о семье подумать.

– Ты ещё скажи, что внуков хочешь, – съязвил Валера.

– Конечно, хочу! Все хотят…

– Мам, не до этого мне. Не хочу я в кино. – Валера демонстративно поднял книгу и сделал вид, что продолжил чтение.

Мать вздохнула и вышла из комнаты.

Подобные разговоры она заводила с Валерой ещё раза три, и в конце концов, чтобы она от него отстала, он согласился сходить в кино с Ириной.

К его удивлению, поход прошёл не так уж плохо. Она не настаивала на том, чтобы пойти смотреть девчачью кинокомедию, и они посмотрели крепкий боевичок с погонями и перестрелками, по дороге спрашивала его о рыбалке, и он так увлёкся рассказами об удочках, что не заметил, как пообещал зайти в гости на следующей неделе.

Но и об этом он бы с лёгкостью забыл, если бы не пришло напоминание в лице матери.

– Когда ты пойдёшь к Ирочке в гости? Они очень ждут, спрашивают, что тебе приготовить, что ты любишь?

– Ой, а можно, я не пойду? – Валера скорчил гримаску.

– Как это «не пойду»? Ты же обещал! Надо сдержать слово!

Так продолжалось пару месяцев. То его мать приглашала Ирочку в гости, то Валеру каким-то образом подводили к обещанию прийти к ней в гости, или погулять, или ещё что-нибудь. В конце концов он смирился. Ирочка так Ирочка.

К тому же подкралось время идти в армию.

– Сынок, – почти стучал по столу отец после пары рюмок, – сынок, ты должен отдать долг Родине! Я свой долг отдал, и дед твой отдал, и мой дед! И ты должен!

В подробности того, когда все эти люди успели столь прилично задолжать Родине, никто не вдавался, но на проводах Валеры в армию отец несколько раз пускал скупую мужскую слезу при словах «долг», «Родина-мать», и «защитник».

 

Служил Валера довольно успешно и спокойно, заслужив уважение командиров. В конце концов, это не так трудно – одежду дают, кормят по расписанию, и не надо думать, что делать, за тебя это делают командиры. Делай то, что говорят, и всё будет хорошо. Валера делал, и всё было хорошо. За время службы он стал шире в плечах, увереннее в голосе и крепче в рукопожатии.

Служба подходила к концу, дембель был не за горами, и какой-то этап жизни должен был закончиться. Как-то утром командир вызвал его к себе. Он долго рассказывал ему о мужской профессии, долге, чести и Отечестве, а потом сказал, что он предлагает Валере служить по контракту, и, если тот согласен, то есть вариант отправить его, Валеру, служить на Дальний Восток, и его командир лично договорится о том, чтобы он попал в хорошую часть.

– Подумай, Валерий, – сказал командир, хлопая его по плечу, – зарплата хорошая, полное обеспечение, повышение по службе быстрее пойдёт. Подумай. Если согласен, скажи мне, я оформлю бумаги.

Валера никогда не думал о том, чтобы связать свою жизнь с армией. Ему казалось, что после дембеля перед ним волшебным образом откроются все дороги, и он будет делать то, что ему нравится. В армии ему было неплохо, но было ли это то, чего он хотел?

Вечером в казарме он поделился с одним из приятелей новостью о том, что ему предложили служить по контракту.

– Да ты что?! Вот это здорово! И зарплата хорошая, и обеспечение, и на пенсию выйдешь молодым! Вот мне бы так!!!

Энтузиазм приятели был столь неподделен, что решение было принято как бы само собой.

 

В отпуск он приехал домой, повидаться со всеми. Надо сказать, что пока он был в армии, Ирина писала ему письма и вроде бы ни с кем больше не встречалась. Дождалась, как говорится.

Встреча была пышной и стол ломился от еды. Вся семья была в сборе, и подвыпивший отец ещё больше плакал при словах «Отечество» и «долг». Про предложение командира Валера решил сообщить немного позже, и рассказал матери только на следующий день.

– А как же Ирочка? Я думала, вы поженитесь! Что люди скажут, вы же уже встречаетесь долго! Она тебя из армии дождалась! Ты не можешь так просто её оставить! – мать всплеснула руками.

Валера вздохнул, но промолчал. Он совершенно не подумал, что надо будет говорить о переменах в его жизни Ирине, но и просто так уехать не мог.

Когда они встретились, Ирина радостно бросилась к нему на шею.

– Я так тебя ждала!

Начать разговор сразу показалось ему неуместным, и только после торжественного обеда в честь его возвращения, когда они пошли прогуляться, он решился.

– Послушай, – немного неуверенно начал он, – мне предлагают остаться в армии и поехать служить на Дальний Восток. Там повышение быстрее идёт и зарплата неплохая. Я думаю, надо ехать. Хотел вот тебе рассказать.

Ирина выглядела немного ошарашенной этой новостью.

– Я думала, ты вернёшься из армии, и мы поженимся, – тихо сказала она. – Я тебя два года ждала!

Валера почти открыл рот, чтобы сказать, что он, вообще-то, не просил его дожидаться, но чувство неловкости от этой фразы заставило его рот закрыть и промолчать.

Тем не менее, решение было принято, и он готовился к отъезду. Встречался со знакомыми, собирал нужные бумаги, гулял по знакомым с детства местам, не зная, когда увидит их в следующий раз. Разговор об Ирине продолжился чрез пару дней, вечером, когда мать постучала в дверь его комнаты.

– О, я вижу, ты собираешься… Я разговаривала с мамой Ирочки, мы думаем, что сможем организовать свадьбу до твоего отъезда.

– Мам, какую свадьбу? Я уезжаю служить на Дальний Восток!

– Правильно, и Ирочка поедет с тобой! Она тебя дождалась, ни с кем не встречалась, мы все ждали, что свадьба будет, когда ты вернёшься!

– А меня спросить не забыли? – Валера начал злиться. – Я не просил её меня ждать вообще-то!

– Не понимаю твоей реакции. Хорошая девочка, всё при ней, домашняя, хозяйственная, спокойная – что тебе ещё надо? Да ещё и ехать с тобой в какую-то там Тмутаракань согласна! Думаешь, таких вокруг миллион? И потом, что я её матери скажу? Они уже и свадьбу спланировали!

– Да я не собирался на ней жениться! Ну погуляли, и всё! Мы и не говорили об этом!

– Ну кто ж виноват, что ты такой нерешительный и своего счастья не видишь? Вот мы и помогаем. Вместе и поедете, и как раз время будет приглядеться друг к другу, привыкнуть... А там, глядишь, и детишки пойдут нам на радость.

Валера только и мог, что себя по лбу ладонью стукнуть. Мать вышла из комнаты, а он остался сидеть, глядя в стену. Ещё через какое-то время в дверь опять постучали. Это был Виктор, средний из братьев. Его считали мальчиком хорошим, но ничем не выдающимся, обычным. «Ни о чём», как выражался Валера.

– Слышал, мать тебя жениться уговаривает, – негромко начал Виктор.

– Уговаривает? – усмехнулся Валера. – Я бы сказал, перед фактом ставит.

– Ты знаешь, если честно, я тебе немного завидую даже, с Ириной… Девчонок нормальных почти нет, они или уехали учиться, или уже замуж повыскакивали и детей нарожали, а Ирина тебя ждала… К ней многие подкатывали, знаешь, а она – кремень... Надёжная, верная. Хорошая жена будет. Да и сам подумай, вот поедешь ты в тайгу, что ты, сам там себе готовить и стирать будешь? Да и спать одному одиноко… А так у тебя сразу тыл прикрыт, дома делать ничего не надо, и женщина всегда под боком, искать не нужно. Удобно. Вряд ли там в гарнизоне девушки молодые свободные толпами сидят, тебя ждут, а Ирина нормальная такая, фигуристая. Не знаю, чего ты сопротивляешься.

Валера хотел сказать, что вообще-то он бы хотел жениться по любви, но не сказал. Картинка жизни в гарнизоне неожиданно показала себя с другой стороны, и в какой-то степени слова Виктора оказались не лишёнными смысла. Два года в армии без женщины – большой срок, а тут и вовсе неизвестно, насколько он застрянет на своём Дальнем Востоке.

То, что Валера перестал сопротивляться свадьбе, было воспринято как должное. Мать Ирины договорилась в загсе, чтобы молодых поженили в срочном порядке. На церемонии, как водится, матери плакали, отцы втихушку потягивали шампанское, свежеиспечённые муж и жена слегка сторонились друг друга, а гости просто ели и пили.

 

До места службы они добирались долго. На поезде, на автобусе, на попутной машине… Гарнизон и правда был в тайге, вдалеке от населённых пунктов. К нему вела старая разбитая дорога без указателей, и найти его было бы непросто, если бы кто-то не привязал к дереву грязную красную тряпку, и это служило единственным ориентиром для вновь прибывших. По периметру стояло несколько унылых и грязных одноэтажных бараков, которые никто никогда не красил и не ремонтировал, некоторые из стёкол выбило сильным ветром, некоторые двери были сломаны, а уж о горячей воде из крана можно было и не мечтать.

Так как Валера приехал с женой, а не один, квартиру им выделили побольше и почище, окна и двери были целы, и через пару дней уборки и починки место приняло более или менее обитаемый вид. Штаб, где Валере предстояло работать, был в пяти минутах ходьбы, магазин со скудным набором продуктов – в десяти, и ещё в гарнизоне было что-то вроде клуба, в котором по выходным показывали фильмы с патриотическим уклоном.

По утрам Валера ходил на службу, по вечерам возвращался в казённую квартиру. Кормили в столовой неплохо, работа была несложной, в квартире был маленький телевизор, а в клубе – библиотека с книгами по военному искусству, которые Валера с интересом читал. Ирина приспособилась готовить из ограниченного набора продуктов и стирать холодной водой, и по большому счёту Валера был рад, что приехал не один. Разговаривать им было особо не о чем, по вечерам они сидели у телевизора, и жизнь протекала неспешно и однообразно.

Принцип службы был Валере знаком – делай то, что говорят, и всё будет хорошо. Командир был доволен Валерой за его исполнительность, и продвижение по службе Валере давалось легко. Через некоторое время, когда он подружился со всеми в гарнизоне, оказалось, что неподалёку есть небольшое озеро, и рыбалка стала занимать свободное время по выходным.

Через некоторое время Ирина сказала, что хочет иметь ребёнка. Ей было скучно в гарнизоне, да и вбитые в голову мамой правила жизни типа «вышла замуж – рожай» диктовали поведение. Валера поискал в себе желание стать отцом, не нашёл, и в ответ промолчал, и молчал в ответ на все подобные разговоры. Но Ирина так просто не сдалась. Через некоторое время Валера получил письмо от матери, которая, между делом, упомянула, как сильно она ждёт внуков, и мать Ирины тоже, и как намного счастливее и лучше станет жизнь самого Валеры с появлением ребёнка.

Собственно, ничего такого сложного в этом и не было. Парень он был молодой, и природа сама всё сделала. Когда Ирина забеременела, командир помог Валере переселиться в квартиру ещё больше и помог с получением детского пособия.

Ребёнок родился здоровым и крикливым. Чтобы избежать криков и шума, Валера стал проводить ещё больше времени на работе, что хорошо сказывалось на его успехах по службе, и плохо – на семейной жизни. Помогать Ирине с ребёнком он не стремился, но, если честно, вся эта затея с ребёнком изначально была не его.

Вскоре его повысили по службе, дали кабинет побольше и зарплату повыше. Валера решил купить себе машину, чтобы ездить на рыбалку, и начал откладывать деньги каждый месяц, предвкушая зависть сослуживцев. Но как-то так получалось, что как только он хотел спрятать деньги в заначку, происходило что-то, что требовало дополнительных расходов. То ребёнок внезапно заболевал, то срочно требовал новых одёжек, то ломался утюг, то выходила из строя плита. Ирина встречала его вечером со словами «нужно купить» так часто, что он стал приходить домой ещё позже.

Тем не менее он почти накопил на ту машину, которую хотел. Он уже договаривался с коллегой, чтобы тот отвёз его в город, где он хотел купить машину, как пришло письмо от матери. Виталик попался на какой-то мелкой краже, и нужны были деньги на адвоката, чтобы его не посадили в тюрьму. Лично Валера не имел ничего против того, чтобы Виталик провёл некоторое время в тюрьме, посидел и подумал над своим поведением, но мать так не думала. Деньги Валера отправил, Виталика отпустили, и покупка машины откладывалась.

Прошло полгода. Валера скопил ещё денег и нашёл новую машину. Оставалось поехать в город в ближайшее увольнение и купить наконец машину, но почта пришла раньше.

Мать писала, что девушка, с которой встречался Виктор, забеременела, и нужно было срочно устроить свадьбу, чтобы избежать ненужных разговоров. Деньги на свадьбу были только у одного человека в семье – у Валеры.

Прошло ещё несколько месяцев и наступило лето, период отпусков. Ирина несколько раз заводила разговор, что ребёнку надо повидать бабушку и увидеть родину родителей. Проще говоря, это означало, что Валере надо было купить билеты в отпуск. Сам он планировал провести отпуск с удочкой на берегу озера, в тишине и без людей, но, как обычно, был кто-то, кто знал лучше. Мать написала, как сильно они хотят увидеть внучку, и картинка с озером и удочкой лопнула, как мыльный пузырь.

 

В родном городе его встретили как героя. Большинство его ровесников либо спились, либо сидели в тюрьме, а оставшиеся перебивались случайными заработками и мелким воровством. Те, с кем он был дружен в юности, громко приветствовали его, хлопали по плечу, приглашали выпить вместе и неизменно просили занять денег «до получки». Он бы, может быть, и занял, даже и зная, что никакой получки не будет, так как работы в городке почти не было, но его собственные родственники уже и так выгребли почти всё, что у него было.

Обе бабушки носились с внучкой как с сокровищем, несмотря на то, что девочка была несимпатичной и угрюмой, а через пару дней и вовсе свели разговор к тому, что «надо второго рожать, пора уже». Ирина кивала и поддакивала. Валера, как обычно, отмалчивался, но разговоров про «братика или сестричку» было так много, что как-то вечером дочь подошла к нему и сказала: «Папа, я хочу блатика или сестличку», и он мог поклясться, что глаза Ирины торжествующе сверкнули.

Они вернулись в гарнизон. Жизнь шла своим чередом, Валера ходил на работу, по вечерам смотрел телевизор. Родилась вторая дочь, слово «надо» звучало ещё чаще, да и письма от матери выглядели как счета. Отца нужно было лечить от запойного пьянства, у самой матери было плохо с сердцем, Виталик опять попался на краже, а Виктору было не на что содержать жену и ребёнка.

Валера платил, покупал, переводил деньги. При каждом удобном случае ездил на рыбалку с коллегами и все книги в библиотеке перечитал по нескольку раз. Если бы его тогда спросили, зачем он живёт, он, наверное, и не смог бы ответить. Ждёт очередного звания, или копит на что-то, или просто ждёт выходного, чтобы сбежать от жены и дочерей и молча и бездумно сидеть на грязном и замусоренном берегу озера, убеждая самого себя, что он очень любит рыбалку. Так проходили месяцы, а они складывались в годы.

 

Его командир к службе относился так же, как и сам Валера. Он делал то, что ему говорили, и у него всё было хорошо. Его повысили и перевели в другой гарнизон, поближе к центру, а на его место прислали другого. В ротации кадров нет ничего необычного, в гарнизон периодически приезжали новые люди, но откуда-то взялся слух, что у нового майора молодая и красивая жена, на которой он женился совсем недавно. Наверное, это обсуждали офицерские жёны, наблюдая за детьми в песочнице, и Ирина обмолвилась об этом за ужином.

Предыдущего майора все любили и провожали вечером с размахом и застольем, а наутро – и с головной болью, а следующим вечером приехал новый.

Его встречали всем офицерским составом. Новый майор был невысок, толстоват и лысоват, внешности был заурядной, а в голосе – визглив, и когда из машины вышла женщина, его сопровождающая, мало у кого не возникло вопроса, почему эта красавица живёт с этим коротышкой.

Таких, как Ольга, называли «породистая». Дорогая одежда строгого покроя, аккуратно уложенная причёска, сдержанные манеры, неброский макияж и негромкий голос. Она вежливо поздоровалась с присутствующими, и офицеры разве что шеи себе не свернули, провожая её взглядом.

Когда официальная часть приёма нового командира закончилась, началась неофициальная. В разговоре майор оказался обаятельным балагуром, приятным и приветливым человеком. Но Валера почти не слушал его. В нём как будто что-то переменилось, словно он спал все эти несколько лет, а сейчас наконец проснулся. Он смотрел на Ольгу, и больше его ничего не интересовало.

Он вернулся домой молчаливей обычного. Ирина спросила его, не пьян ли он, и он ответил, что нет. По крайней мере, он не был пьян от алкоголя.

Наутро он одевался с особой тщательностью. Побрился, расчесался, начистил обувь. По дороге в штаб он смотрел вокруг и внезапно увидел, как грязно и убого вокруг. Здания обветшали, дорога почти разрушилась, везде валялся мусор. Лица офицеров были несвежи и помяты после вчерашних возлияний, в штабе стоял отчётливый запах перегара, а в его кабинете – ещё и вонь от переполненной пепельницы.

К удивлению для самого себя, он провёл почти полдня, занимаясь уборкой своего кабинета. Он вымыл стаканы, полки, стол, телефонный аппарат и вызвал к себе солдатиков, чтобы те помыли окна и полы. Придирчиво осмотрев помещение, он решил, что надо было покрасить оконные рамы и двери, что и запланировал сделать в ближайшие выходные. Внезапно ему захотелось бросить курить и купить себе новые ботинки. И ремень. И подстричься.

Он не очень понимал, что это с ним и зачем, но через пару дней его новый начальник похвалил его за рвение и сказал, что все двери и окна в штабе будут покрашены.

– Хороший пример подаёте, Валерий! Может быть, что-нибудь ещё можно сделать для гарнизона?

– Я думаю, книги новые нужны в библиотеку, – сам от себя не ожидая, сказал Валера. – Нужно же развиваться, учиться, сами понимаете…

Майор понимал. Книги были заказаны из ближайшего городка.

Вечером Ирина встретила Валеру очередным «надо купить». На сей раз – новое платье для младшей.

– Недавно же купили. В город ездили за ним.

– Ну и что, пора новое! Она же девочка! Ты что, хочешь, чтобы твой ребёнок хуже других выглядел? – Ирина почти поставила руки на пояс, как заправская жена, но Валера обошел её и пошёл переодеваться.

В ближайшие выходные он купил себе новые ботинки, ремень, и подстригся. То, что он бросил курить, хорошо сказалось на цвете его лица, да и дышать стало полегче. Сослуживцы подшучивали над ним, что, дескать, так и до занятий спортом недалеко, и Валера задумался, как бы превратить какое-нибудь пустующее помещение в спортзал, а сам решил по утрам бегать – ничего проще в голову не пришло.

Пришёл день зарплаты, а с ним и очередное письмо. Отец пьёт, Виталик опять что-то украл, жена Виктора опять беременна. Суть письма была обычна – «дай денег». Валера отложил письмо в сторону. Странным образом внутри было тихо – никаких эмоций не пришло.

– А почему они сами не могут о себе позаботиться? – Вопрос прозвучал в адрес пишущей машинки на столе. – Почему это всегда из моего кармана?

Ответное письмо было коротким. «В этом месяце помочь деньгами не могу. Валера.»

После ужина он спросил Ирину, сколько денег она тратит на продукты и на детей.

– Тебе отчёт в письменном виде сделать? – язвительно спросила жена.

Он почти ответил: «Да», но решил не отягощать ситуацию.

– Просто хотел знать, хватает ли, – ответил он примирительным тоном, придвигая к себе чашку с чаем.

– Хватает, – удивлённо-настороженно ответила жена.

– Хорошо.

В ближайший выходной Валера поехал в город и положил ровно половину полученной зарплаты на сберегательный счёт в банке. Так надёжнее.

Когда Ирина в очередной раз потребовала денег на платья для девочек, Валера сделал то, чего никогда раньше не делал. Он попросил супругу показать, сколько у них вообще детских вещей. Два шкафа в детской оказались забиты платьями и кофточками под завязку. Разговоры насчёт «нужны обновки, потому что нужны» возникали лишь потому, что Ирине очень льстило, когда соседки по двору восхищались тем, как хорошо одеты дети.

Следующее письмо от матери было полно вопросов и беспокойства, всё ли хорошо с ним самим, Ириной и детишками, все ли здоровы и благополучны. В конце, тем не менее, был вопрос, сможет ли Валера помочь с деньгами в следующем месяце.

Нет, не сможет. Он и сам не понимал, почему не чувствовал себя виноватым, отказывая родне в финансах, а также не понимал, почему не делал этого раньше. У него как будто гора с плеч свалилась и стало легче дышать.

Супруга всё ещё встречала его фразой «надо купить, нужны деньги», но теперь он уточнял, на что, и давал деньги, только если был согласен, что это что-то нужное. Как ни странно, никто не умер и даже не заболел от такого подхода.

С момента приезда нового командира прошло около месяца, а может быть, и двух – время в гарнизоне текло неспешно. Благодаря утреннему бегу Валера похудел и подтянулся, а благодаря целеустремлённости приобрёл блеск в глазах.

Зачем Ольге было нужно появиться в штабе, было неизвестно, но она там появилась. Может, просто пришла мужа проведать. Валера как раз стоял на крылечке и разговаривал с сослуживцами, когда она подошла к домику, где располагался штаб, и улыбнулась при виде свежеокрашенных окошек.

Он взглянул на неё и почти покраснел, как старшеклассник, увидевший молодую учительницу, в которую влюблён. Провёл рукой по волосам, посмотрел на ремень и ботинки, поправил форму. Ольга притягивала его взгляд и мысли, как та удочка в витрине магазина «Охота и рыбалка», в его 16 лет.

– Добрый день. – Пришлось даже прокашляться, потому что слова застревали в горле.

– Добрый день. – Ольга улыбнулась в ответ. – Вы Валерий, я правильно помню? Вы любите читать книги?

– Да, я Валерий… Да, люблю… книги... да… – Валера совсем растерялся.

– Муж говорил, что вы молодец, – она улыбалась и смотрела прямо Валере в глаза.

– Вас проводить к командиру? – спохватился Валера, осознав, что он просто стоит и смотрит на неё, забыв про всё вокруг.

– Я найду кабинет, спасибо. Приятно было увидеться!

Она вошла в домик. Возможно, это была просто вежливость с её стороны, вроде как сказать «спасибо» и «до свидания», но для Валеры эти слова прозвучали музыкой и надеждой на что-то, в чём он и сам себе пока не мог признаться.

 

Прошло ещё несколько месяцев. В целом, жизнь не очень изменилась, кроме того, что Валера перестал отправлять деньги родне и прочёл все новые книги в библиотеке. Но у него была цель, и это помогало.

Он вернулся в гарнизон на новой машине – она, конечно, была не совсем новая, но новая для него – и однозначно стал героем дня. Его поздравляли, хлопали по плечу, предлагали выпить на радостях. Супруга сначала была недовольна тем, что он держал всё в секрете, но потом, подумав о выгоде для себя, тоже порадовалась.

Но это всё было «не то». Изначально он хотел купить машину, чтобы ездить на рыбалку, но теперь и это было неважно. Ему хотелось вырасти в глазах Ольги, и в мечтах ему виделось, как она садится в его автомобиль и восхищённо смотрит на него, Валеру.

Ольга и правда села в его автомобиль через пару недель. Случилось так, что казённый автомобиль сломался, а командиру срочно нужно было в город. Валера вызвался подвезти начальника, так как был отзывчивым парнем и хотел прокатиться по весеннему лесочку, вместо того чтобы протирать штаны в штабе.

– Послушай, тут супруга со мной ехать собиралась, ты не против, если мы её с собой возьмем? – подмигнув, спросил начальник в своей обычной манере а-ля «рубаха-парень». – Ей в какой-то магазин надо заехать.

– Да с удовольствием, – ответил Валера, пытаясь не выдать дрожь в голосе.

Он бы с трудом мог описать её, Ольгу, если бы его спросили, как она выглядит. Он бы вспомнил, что на ней была узкая длинная юбка, делающая Ольгу ещё выше и стройнее, и ещё то, что аромат её духов совершенно кружил ему голову.

Когда они подъехали к тому зданию, куда нужно было командиру, он сказал, что ему нужно будет провести часика два там.

– Вы езжайте пока с Ольгой по магазинам, ладно? И через пару часов за мной заедете. Ты не против, Валера?

Валера был не против. Командир направился в здание, и в машине повисла тишина. Валера пытался найти хоть какие-нибудь слова, но они все спрятались, как мышки в норку.

– Валера, а вы меня в центр отвезите? Я покажу, куда. – Судя по всему, от Ольги слова не убежали.

Он стряхнул с себя оцепенение.

– Да, конечно.

Два часа пролетели незаметно. Ольга заходила в магазины, выходила с пакетами, Валера ждал. Ему то хотелось сказать ей что-то, например, как хорошо она выглядит или какие приятные у неё духи, или просто хотелось смотреть на неё молча, или просто быть рядом… По большей части он просто кивал, когда она говорила, куда ехать.

– У вас очень симпатичная машина, – сказала Ольга, когда они уже приехали забирать командира.

Валера покраснел и кивнул вместо «спасибо». Она казалась ему каким-то иным существом, из другого, лучшего мира. Его собственная жена была обычной и приземлённой, просто женщиной, из плоти и крови, а Ольга была соткана из солнечного света. Прекрасная и недосягаемая...

Нельзя было сказать, что он думал о ней постоянно. Скорее, он жил каким-то ожиданием её, чувствованием, чаянием… Незримо она была с ним, её образ, аромат её духов, её сияние. С женой он и так редко разговаривал, а тут и вовсе свёл общение к фразам: «Что на ужин» и «Как дети?». Причём ответы слушал вполуха. Или вообще не слушал.

Служба шла своим чередом, и жизнь в гарнизоне – тоже. Как-то утром командир не пришёл утром в штаб, сказавшись больным, но пришёл ближе к вечеру, помятый и злой. Валере почудился запах перегара, но он не придал этому значения.

Через пару дней до него дошёл слух, что Ольгу видели в больших тёмных очках, и якобы она скрывала синяк под глазом, но откуда бы ей получить синяк?

Ещё через пару месяцев разговоры о том, что командир пьёт, стали почти открытыми. Ольгу почти никто не видел, она или не выходила из дома, или выходила так, чтобы быть незаметной. Командир всё чаще не приходил в штаб с утра, и Валере приходилось решать его вопросы. Он всегда отличался лояльностью к начальству и старался из всех сил, но информация о том, что командир в запое, дошла до вышестоящих органов. Послужной список у него был отличный, и до лишения звания дело не дошло, но пришёл приказ перевести его в ещё более отдалённый гарнизон.

На проводах командира все чувствовали себя неловко. Офицеры нестройными голосами желали ему успехов на новом месте и благодарили за совместную работу, при этом стараясь не смотреть ему в глаза. Когда Валера увидел Ольгу, он ужаснулся перемене, которая за это время в ней произошла. Вместо сияющего ангела он видел запуганную несчастную женщину, изо всех сил старающуюся «держать лицо». Он хотел что-то сделать для неё, помочь, спасти, но что он мог? Сказать, чтобы она осталась с ним? Не уезжала? Набить морду командиру? Увезти её ото всех? Но как? У него же семья, долг, Родина, служба... Вот уже пришла машина отвезти командира на станцию, и когда Ольга садилась на заднее сиденье, ему показалось, что она смотрела на него, Валеру, с какой-то мольбой, но, может, ему показалось… Машина уехала, а он стоял и смотрел ей вслед, молча и опустив руки.

 

Прошло пятнадцать лет. Сменилось несколько командиров, гарнизон ещё больше обветшал, дети выросли. Валера дослужился до подполковника, да и Валерой его больше никто не называл. Он стал Валерием Палычем, толстоватым, слегка обрюзгшим мужчиной средних лет. У него была хорошая машина, неплохой ремонт в квартире, а дети учились в соседнем городке. Упорядоченная, неспешная, тихая жизнь.

Окружающий мир изменился. Появились маленькие телефоны, которые можно было носить в руке, со смешными буковками на кнопках, в штаб купили первый компьютер, и сообщения от руководства приходили теперь не только почтой, но и по факсу.

Стремился ли он к чему-либо? Ждал ли чего-то, хотел ли? Наверное, да. Но либо плохо стремился, либо не того ждал. Да и важно ли стремиться и ждать? Ведь есть где спать, и есть что есть. Что ещё нужно?

В тот день он поехал в город по какой-то служебной надобности. Получив нужную бумагу, решил прогуляться. По дороге был неплохой книжный магазин, и он решил зайти посмотреть, нет ли новой книги по военному искусству, да и просто от скуки.

В магазине было пусто, лишь одна женщина стояла к нему спиной, листая что-то из журналов. Он посмотрел на полки, не увидел ничего нового и собирался уходить, когда женщина обернулась.

Приличных кафе в городке не было, и они сидели за убогим столом кафетерия в кинотеатре. Фигурой Ольга почти не изменилась, она осталась такой же стройной, а волос было не видно, потому что они были убраны под шёлковый платок. Особого сияния от неё не исходило, глаза были печальными и потухшими. Она рассказала Валере, как много лет назад вышла замуж за многообещающего военного, который на людях был балагуром, а дома – тираном, а потом оказалось, что тот втайне пил, и ей крепко от него доставалось, и что она промаялась с ним ещё несколько лет, а потом всё-таки ушла, нашла работу и стала ходить в церковь. За то время, пока они не виделись, замуж она больше не вышла, детьми не обзавелась.

– Знаете, Валера… Когда мы уезжали из гарнизона, мне почему-то показалось, что вы как-то хотели мне помочь, или я хотела, чтобы вы помогли… Я в таком отчаянии была, мне и поговорить не с кем было. Вы мне очень были симпатичны с самого начала, и мне казалось, я вам тоже, но я видела, что вы дистанцию держите. Хотя я понимаю всё, у вас же семья…

Он молчал. Все эти пятнадцать лет он думал о том, что могло бы быть. Мог ли он остановить её, или найти её потом, и что бы было тогда… Но он всегда говорил себе, что у неё всё хорошо, и что он недостоин такой женщины. Он обычный, а она – ангельская. И вот она сидела перед ним, такая же обычная, и вместе с тем та женщина, о которой он мечтал. И она давала ему надежду на новую жизнь, иную, лучшую!

Он попросил её номер телефона и разрешения позвонить. У него не было ни плана, ни решения, ничего. Было только какое-то смутное желание внутри.

 

На разговор с женой он решился примерно через неделю, но, даже заговорив, не знал, что именно сказать. Вкратце суть разговора сводилась к тому, что он хочет уйти. Поменять жизнь. Начать сначала. Жить иначе.

Он опасался, что Ирина будет кричать, или скандалить, или угрожать. Но она выглядела вполне спокойной.

– А что, все эти годы тебя всё устраивало? Ничего менять не хотел? Жил себе и жил, да?

– Ты не понимаешь, – попытался возразить Валера.

– Не понимаю – объясни.

– Да я как будто и не жил! Я не знаю, зачем я живу, зачем делаю то, что делаю! Я хочу жить иначе!

– А что случилось-то? Какая муха тебя укусила? Вот вчера всё устраивало, а сегодня – нет?

Валера промолчал, потому что не хотел говорить про Ольгу.

– Как ты хочешь жить?

– Да не знаю я! Я не знаю даже, как я оказался здесь! Я и в армию не очень хотел, и сюда не хотел, и жениться не хотел, и детей не хотел!

– А раз не хотел, зачем сделал?

– Ну потому что долг! Должен был! Со всех сторон это слово «должен»!

– А с чего ты взял, что я хотела жить так, как живу? В этом убогом гарнизоне?

– Ты сама за меня замуж хотела!

– Да не особо, это мама моя хотела, чтобы я за тебя замуж пошла. Я учиться хотела, в город поехать, работу хорошую найти. А с замужеством этим мать сама решила всё, я просто не смогла отказаться. И внуков она хотела, все уши мне про это прожужжала, причем толком и не видела их потом. Ты думаешь, я тут счастлива была? Ты сам по себе, дети, ещё пока маленькие были, радовали, а теперь они тоже сами по себе. Я знаю, что ты меня и не любил никогда, думаешь, это секрет? И знаю, что влюблён был в жену того командира, которого за пьянку в другой гарнизон отправили. А теперь у меня ни образования, ни карьеры, ни семьи толком… Как считаешь, меня всё устраивает? Мне кому претензии предъявить за жизнь, которая впустую прошла?

Ирина помолчала.

– Ты, если хочешь, иди, держать не стану, коль решился. Живи иначе.

Она встала и вышла из кухни.

Ночью Валере не спалось. Спали они давно раздельно, и он беспокойно ворочался на кровати. Утром, придя в штаб, он достал листочек с номером телефона Ольги и долго на него смотрел. Но набрать номер не смог. Не знал, что сказать.

Вечером Ирина поставила перед ним тарелку с борщом и собиралась выйти из кухни.

– Подожди, – сказал Валера, глядя прямо перед собой. – Послушай. Я вот подумал… Скоро же отпуск… Может, нам путёвку на Черное море взять? Ты как-то говорила, что хочешь на море...

 

 

A.F.
Январь 2018,
Братислава

 

 

 

(в начало)

 

 

 


Купить доступ ко всем публикациям журнала «Новая Литература» за февраль 2018 года в полном объёме за 197 руб.:
Банковская карта: Яндекс.деньги: Другие способы:
Наличные, баланс мобильного, Webmoney, QIWI, PayPal, Western Union, Карта Сбербанка РФ, безналичный платёж
После оплаты кнопкой кликните по ссылке:
«Вернуться на сайт магазина»
После оплаты другими способами сообщите нам реквизиты платежа и адрес этой страницы по e-mail: newlit@newlit.ru
Вы получите доступ к каждому произведению февраля 2018 г. в отдельном файле в пяти вариантах: doc, fb2, pdf, rtf, txt.

 

Пользовательский поиск

Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на g+  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

11.06: Олег Герт. Лавка весёлого Йозефа (рассказ)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или Яндекс.Деньгами:


Уже собрано на:

13.06: Леонид Кауфман. Синклер против сильных мира сего (статья)

Вы можете мгновенно изменить ситуацию кнопкой «Поддержать проект»




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2018 года

Купить все номера с 2015 года:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 



При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2018 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!