HTM
Номер журнала «Новая Литература» за июнь 2017 г.

Равиль Измайлов

Утешение

Обсудить

Сборник стихотворений

(на чтение потребуется 9 минут)
Опубликовано редактором: Ирина Кулюхина, 3.05.2013
Иллюстрация. Название: «Уходящий небожитель». Автор: Дмитрий Донской. Источник: http://www.photosight.ru/photos/4283539/

Оглавление

  1. Голопузый апрель
  2. В Москве
  3. Я и сам уйду
  4. Как пойму, что в землю лягу
  5. Возвращение
  6. Гатчина. Туман.
  7. В Сокольниках
  8. Берег
  9. Надо видеть
  10. Представь себе
  11. А Одиссея видели с кухаркой
  12. Когда в опалённую рощу
  13. Я был рождён рекою
  14. Я не блуждал в потёмках


Голопузый апрель

Голопузый апрель на просёлках дерёт провода,
а поднимешь глаза – всё окажется в полном порядке:
затевается дождь, май приводит с собой холода,
так приводят приятелей к танцевальной площадке.

Их отпетые рожи не то чтобы страшны, отнюдь,
их тяжёлые пальцы трёхдневную чешут щетину,
а как страх одолеешь и воздух захочешь вдохнуть,
холода обступают и ломят, проклятые, спину.

На гомеровой речи я говорить не мастак,
в отдалённом улусе не к месту хвалёные греки,
если всякая байка здесь начинается так:
разверзаются хляби и с курса сбиваются реки.

В Москве

В Москве вьюгá со всех сторон
и снег идёт повальный.
Давай споём «Вечерний звон»
косинусоидальный.
Сидящих на ночном пиру
не покидает жалость,
как будто радости в миру
ни капли не осталось.
Вот город, а за ним поля,
спасённые снегами.
Всё та же русская земля
за этими холмами.

Да разве можно разглядеть,
во мгле, глаза слепящей,
кому приготовляют медь,
кому тростник звучащий,
чьё сердце опустили в снег
и напитали током,
чтоб каждый вышел человек
свидетелем пред богом,
покуда время похорон
не властвует над нами
и над землёй вечерний звон
расходится кругами?!

Я и сам уйду

Я и сам уйду, не надо
мне выдумывать преград...
Шорохами листопада
наэлектризован сад.
Без приглядки, без потычки,
позабыв родную речь...
Будто бы сломали спичку,
так и не сумев зажечь.

Как пойму, что в землю лягу

Как пойму, что в землю лягу,
в злую сырость ноября,
оберну цветы в бумагу
и пошлю их для тебя.

Ни к чему слова на крафте,
просто так цветы прими.
Я хотел бы жить по правде,
да не вышло, чёрт возьми.

И не то что был упрямым,
да не смог, когда болит,
ржавой бритвою Оккама
править перечень обид.

Сожалеть об этом разве,
если я сумел посметь,
как цветы в восточной вазе,
на тебя одну смотреть?

И на третий день, на снежный,
подойди сама к стеклу
и увидишь свод безбрежный
с белым облаком в углу.

Свистнет ветер, напоследок
отразится от окна,
и медвежьей лапой веток
шаркнет по небу сосна.

Возвращение

Так возвращаются домой
с учений полковых солдаты,
когда полмира за спиной
охвачено огнём заката.

И не сомкнуть тяжёлых рук,
кивнёшь башкой взамен ответа,
и вот тебе твой старый друг
протягивает сигарету.

Ещё минуту подыми,
а там на звук вечерней зори
глаза повыше подыми:
попробуй, выпей это море,

где белый след от плавников...
И, значит, снова ждут кого-то
птенцы летающих китов,
пустые чрева самолетов.

Гатчина. Туман.

Как в сметане мякиш – гатчина,
видимо, сладка солдатчина.
Что, Павлуша-медный лоб?
Жизнь такая, братец, складчина:
без подмоги – сразу в гроб.

Ты не бойся, я не тутошний,
а командировщик суточный.
На пеньке своём царюй,
где – неужто – в дрёме утрешней
виден – о-го-го! – вилюй.

Как подушками придавленный,
идол экскурсантам явленный.
Ёлки тянутся во фрунт,
и дорожник, водкой травленный,
смёрзшийся лопатит грунт.

Гатчины самой-то нет уже,
не хватает только ретуши,
чтоб размывы очернить.
Воздух, словно груда ветоши, –
сплошь оборванная нить.

О ремни ключами клацая,
сторожа торопят акцию,
сопрягая время встык,
и верней, чем коронация,
снег ложится на парик.

В Сокольниках

В Сокольниках звенит аккордеон,
и ты все ждёшь: объявится прохлада,
когда со всех послышится сторон
змеиное шипенье листопада.

Над высушенным деревом скамьи
склоняется внимающая ветка,
но дрогнут руки сжатые твои,
о, часто говорящая соседка.

Невиданная форма каблука,
шары, коляски и велосипеды,
и даже шрам старинный у виска –
пустое оправдание беседы.

Все эти люди – кто они тебе?
Уже знобит, а я не понимаю:
куда идти по тлеющей тропе,
которую деревья обнимают.

В далёких окнах плавится стекло,
тебя смешат хохочущие дети...
Я думаю: прощальное тепло,
ты думаешь: как холодно на свете!

Берег

Этот берег песчаный в огнях,
в чешуе переливчатой, в жире,
и застрявшая рыба в сетях,
как добыча последняя в мире.

Сколько нужно поклонов отдать
на пути от варягов до греков –
то ли дело хамсу промышлять,
а не грешную плоть человеков.

Закачается старый баркас,
наполняя трюма ожиданьем,
и, глядишь, убаюкает нас
до кромешной потери сознанья.

Надо видеть

Надо видеть, как мы неуместны
в этих вечно осенних местах,
но зачем-то мы шлёпаем честно
в безразмерных своих сапогах.

Можно час провести в разговорах,
полчаса безнадёжно молчать,
как охотник, идущий на шорох,
твоего продолжения ждать

и глядеть виновато под ноги,
где не контуры наши видны,
а дрожат на проезжей дороге
нефтяные разводы луны.

Представь себе

У Брэдбери, представь себе, в романе
поток времён, как ложечка в стакане,
поскольку тварь дрожащая, былинка
раздавлена подошвою ботинка.
Вот так и я, стервец неблагодарный,
не выберусь из комнаты янтарной.
На берегах, где вырастает тополь,
сказали мне, стоит ещё Петрополь.
Там надпись на стене сродни ответу:
на этой стороне любимой нету.

А Одиссея видели с кухаркой

А Одиссея видели с кухаркой!
За двадцать лет какие вина пил он,
каких он целовал флейтисток!
И всё, что им рассказано,
не более чем пьяный бред.
О, не ему сопутствовала парка,
и у циклопа глаз всё так же зорок,
но Одиссей, как все, кому за сорок,
врёт.
Врёт, будто он избегнул плена...
Но почему я верю Одиссею,
что именно его звала сирена?

Когда в опалённую рощу

Когда в опалённую рощу
врывается огненный бог,
все земли похожи на ощупь,
на вкус одинаков песок.

Клубятся постылые горы.
На северном гребне пути
мне видится ангел, который
над белой равниной летит.

Блистает своим опереньем
небесный хранитель границ
от южных роскошных селений
до чахлых предместий столиц,

где, словно в глухом околотке,
в просевших от горя домах
мужчины опухли от водки
и дети не спят на руках.

Там каждый исчислен и взвешен,
и смертные скрипы берёз
в раскрытые горла скворешен
вбивает крещенский мороз.

Я был рождён рекою

Я был рождён рекою,
чтоб (Господи, спаси!)
медлительной Окою
сплавляться по Руси.

Туда, где сходни шатки
и путь к воде досчат,
и бакены, как шапки,
под берегом торчат.

Пока прекрасный витязь
походит в глубине,
вы, может, отразитесь,
как Сириус во мне.

Зачем здесь голос вещий?
Отсюда, из воды,
нельзя смотреть на вещи,
как звёзды с высоты.

Зато возможно юзом
войти в изгиб реки
и лечь холодным пузом
на жёлтые пески.

Я был большой рекою,
когда покрылся льдом,
я был рождён с душою,
промерь её шестом,

Покуда, словно чайник,
свистит, терзая лёд
весь в сахаре, как пряник,
застрявший теплоход.

Я не блуждал в потёмках

Я не блуждал в потёмках,
а выбрался на свет,
как жеребец в постромках,
каких сегодня нет.

Нагрудник с бубенцами
мне надевал отец,
чтоб я ступал ногами,
а не хитрил, подлец.

И крутизна бульваров
ждала, и ждал Китай
нас, жителей подвалов,
закрученных в потай.

И за спиною папка,
и мне казалось, что –
тепло – мне снимут шапку
и, может быть, пальто!
Пользовательский поиск

Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на g+  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

20.08: Юрий Гундарев. Консультант (рассказ)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или Яндекс.Деньгами:


В данный момент ни на одно произведение не собрано средств.

Вы можете мгновенно изменить ситуацию кнопкой «Поддержать проект»




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за май 2017 года

Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2017 года  Номер журнала «Новая Литература» за март 2017 года

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2017 года  Номер журнала «Новая Литература» за январь 2017 года

Номер журнала «Новая Литература» за декабрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за ноябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за октябрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за август-сентябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за июнь-июль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за май 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за март 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за январь 2016 года



 

 



При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2017 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Купить все номера 2015 г. по акции:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru
Реклама | Отзывы | Подписка
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!