HTM
Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2018 г.

Анатолий Калинин

Мандарины

Обсудить

Рассказ

Опубликовано редактором: Андрей Ларин, 23.05.2018
Иллюстрация. Название: «Прогулка» (1917 г.). Автор:  Марк Шагал (1887–1985). Источник: http://newlit.ru/

 

 

 

Однажды, оторвавшись от вышивки, жена спросила, любил ли я кого-нибудь.

 

Сельский автобус ощутимо трясло по редкому асфальту дороги. Осенняя прохлада сковывала запах сухой травы, который после каждого ухаба врывался в полупустой салон. Полное имя её казалось мне непривычным – может Раисат, может Раис, уже и не вспомнить, – мы всегда звали её просто Райс. Она заняла место у дверей и теперь сидела, опустив взгляд на тонкие руки, в которых держала единственный пакет – весь её скромный багаж. Ей простительно – в отличие от меня она возвращалась домой. Я же стоял напротив и тайком смотрел на неё, по-прежнему уязвлённый словами «…он настолько классный, что его наушники никогда не путаются». Ещё на вокзале произнесла она это как бы между прочим в тот самый момент, когда я пытался справиться с очередным узлом на своих наушниках. Кто такой этот «он», я не знал и всю дорогу еле сдерживался, чтобы не додумывать.

– Почему ты стоишь? – спросила Райс.

– Мне же скоро выходить.

– Как? – подняв глаза, удивилась она. – Я уже маме сказала, что ты зайдёшь.

Я попытался как можно пронзительнее посмотреть на неё, но, провалившись в чёрную топь взгляда, потерпел неудачу. Однако тень огорчения в её голосе подогревала моё самолюбие, и я настоял на своём:

– Извини, мне надо подготовить дом. Там с лета никто не жил.

Райс вновь опустила голову, перебирая пальцами ручки пакета, и я почувствовал облегчение. Не знаю, правда ли она огорчилась из-за того, что я через несколько минут сойду и оставлю её одну. Я хотел верить, что правда.

На соседнем кресле кто-то сухо закашлял, и я только тогда обратил внимание, что кроме нас из города едет несколько местных. Видимо, торговали. Интересно, в это время года в лесах ещё попадаются грибы? Может, опята? Не знаю. Без приезжих дачников в салоне было непривычно пусто. За окном с трудом утекала дорога с голыми тополями посадочной полосы и брошенными то ли до следующего лета, то ли навсегда домами, пустыми фермами и остановками, мимо которых автобус проезжал, не сбавляя скорости. По спине пробежала дрожь. С детства я замышлял дерзкий бунт против положения городского мальчишки, для которого деревня – три летних месяца. Как будто девять других эти места и не знают вовсе, словно замирают, до онемения, и терпеливо ждут следующего лета. Ждут меня?.. И так случилось, что именно Райс, предложив поехать за компанию, стала поводом для свершения давно задуманного. Но возможность ли разгадать тайну детства я предвкушал теперь, стоя в сельском автобусе напротив неё, так опрометчиво легко одетый для мальчишеских бунтов и осеннего деревенского воздуха?

– Позже увидимся? – вместо прощания спросил я, выходя из автобуса прямо напротив моего дома.

– Нет, – с наигранной обидой крикнула она.

Скрип дверей фальшивя оборвал звук её голоса. Я поправил лямку рюкзака и пошёл к дому.

 

Мы договорились встретится вечером между нашими деревнями. Там на повороте к лесу стояла скамья.

Миновав последний дом, я вдруг осознал, что с трудом узнаю очертания деревни, а вся летняя гостеприимность её, привычная с рождения, сменилась холодной отчуждённостью. Окружающее выглядело знакомым, но как будто надломанным под тяжестью уставших облаков, а я оказался среди всего этого случайным гостем. Новые запахи, равнодушно увлекаемые потоками холодного воздуха, словно призраки, колыхали кусты ломкого вереска, создавая ощущение непрочности и обманчивости всего. Когда я познакомился с Райс, здесь стояла летняя жара с разнотравьем неухоженных полей, надоедливой мошкарой и хрустящей под ногами пылью дорог. Справа, за очередью берёз, спуск к реке, где стекло воды, взрываясь под прыжком друга, разбрасывает вокруг мелкие осколки, которые, оплавляясь лучами солнца, падают вниз и, ослабевшие, уносятся вслед за уже смутной фигурой водоворотом ко дну. А в паре метров – я, отгибая ногой бритвенные стебли осоки, подаю руку ещё не знакомой нам девушке с чёрными волосами и ещё более чёрными глазами. Мы никогда раньше не видели её, но, увлечённая нехитрым развлечением, она быстро стала своей.

– Ты армянка, да? – позже спросил мой друг, когда мы разговорились и осмелели.

Снова водяные искры рухнули на встревоженную гладь реки, а уже через несколько минут Райс выбиралась на другой берег, оставив нас без ответа и без прощания.

Я отвёл взгляд от склона, за которым текла река, хотя я бы не сильно удивился, если бы её там не оказалось, и улыбнулся, оттого что я до сих пор не знаю ответа на тот лишённый такта вопрос.

 

По пути я представлял, что Райс где-то впереди так же идёт совершенно одна мимо мутных окон домов, из которых, возможно, чей-то скучающий взгляд украдкой ляжет на неё и проводит до поворота. Конечно, ей не надо, как мне, тратить столько сил на то, чтобы освоиться в этом закулисье беззаботного лета, ей с детства знакомого. Потому, должно быть, Райс всё время думает о том, как мы наконец встретимся и о чём будем говорить, в какой момент она вновь наигранно прикусит нижнюю губу, зная, что я всё равно поверю.

Дорога казалась длиннее, чем на самом деле. Но мне это было только на руку – я почему-то хотел, чтобы наша встреча произошла как можно позже. Скоро я поравнялся с густым мелколесьем, в котором мы с Райс, смеясь и не обращая внимания на едкую вечернюю росу и колючие ветви, царапавшие её разгорячённое лицо, прячемся в ночи от каждого встречного автомобиля, опасаясь, что в одном из них будет её «просто друг». Райс соврала ему, что останется вечером дома без настроения. Среди мелких берёз, под плотной кроной которых нельзя разглядеть ни звезды, удивительно тихо, и только сбившееся дыхание раскатывается вязким эхом между деревьями и теряется в густой траве. Вот нарастающий гул мотора становится невыносим, и, разрезая плотный вечерний воздух, автомобиль проносится мимо, водитель которого даже не подозревает, как за ним наблюдают две пары азартных глаз. Секунда – и путь свободен, дальше можем идти спокойно. Теперь же, лишившись листьев, эти мелкие деревца казались хрупкими тростинками среди пожухлой травы, совершенно не способными утаить ничьих секретов, не способными удержать ничьё дыхание.

Дорога уходила в горизонт, потому я уже издали заметил её силуэт, который тягуче плавно, но неизбежно приближался. Вновь я ощутил смущение от странности происходящего – всё вокруг Райс было так неестественно, так расплывчато. Правда, может, это здешний воздух кислородом бьёт в голову. Я смотрел на неё только до тех пор, пока расстояние не позволяло различить в общем очертании взгляда. Но когда первые блики слетели с чёрных глаз, я сразу отвернулся в сторону, будто бы небрежно наблюдая, как лес сменяется песчаным карьером.

– Ты любишь мандарины? – она протянула один мне, когда мы поравнялись. – Эти очень сочные.

– Да, спасибо.

Мы сели на скамью. Я почувствовал исходящее от неё приятное тепло, хотя мы и не касались друг друга. На небе ближе к горизонту облака дали слабину, и сквозь них показался лиловый отсвет заката. Где-то под ним текла молодая Ока.

– Мама расстроилась, что ты не пришёл.

– Я завтра зайду.

Райс дала мне несколько долек, не обращая внимания, что в руке я держал нетронутый плод.

– Знаешь, на том берегу в каком-то из посёлков родился Жуковский, – сказал я.

– Да? М-м-м… – она забрала из моих рук мандарин, чтобы наконец очистить.

– Холодно здесь, может пойдём ко мне? – предложил я.

Она, улыбнувшись, без слов встала, и мы пошли.

– Надеюсь, нам не придётся прятаться в кустах? – пошутил я.

– В смысле? – недоумённо спросила Райс.

– Да это я так… ничего.

– Смешной ты.

Дом уже остыл, и я вновь растопил печь. Райс сидела на краю кровати и смотрела, как растёт огонь, с треском поглощая поленья. Не помню, о чём мы говорили и говорили ли вообще. Я не сразу обнаружил себя полулежащим на кровати, упёршимся затылком в стену. Незаметно для себя я положил кисть руки на шею Райс, пропуская пышные пряди её смоляных волос между пальцев, потому еле сдержался, чтобы от неожиданности не отдёрнуть руку. Наверное, мне стоило её поцеловать, но в тот вечер мне не пришло это в голову – хватало и того, что я дотронулся до её волос и кожи, которая казалась бархатной, а Райс не отстранилась. Как мне кажется, мы так и просидели до темноты, молча слушая треск огня. Я проводил её до дома и, вернувшись, не сразу уснул.

 

 

А через месяц выпал снег, ещё неуверенно мягкий. Мы вышли из корпуса факультета физической культуры, где Райс кого-то не дождалась. Или, может, она тянула время, чтобы мы провели его вместе, чтобы я не уехал домой сразу? Смелое предположение, но чем чёрт не шутит.

– Приходи в гости, – предложил я уже на остановке.

Райс улыбнулась.

– Хорошо, – после паузы ответила она, – ты любишь мандарины?

– Люблю.

– Я принесу.

Через неделю она и впрямь принесла целый пакет мандаринов, ведь в гости да с пустыми руками, говорят, не принято, и сразу же принялась их чистить. В городе она преображалась и казалась совсем взрослой. В её взгляде я видел лёгкую озабоченность неизвестными мне проблемами. Она будто жила уже той сознательной жизнью, на которую у меня не хватает сил даже сейчас. Наверное, поэтому она почти всегда еле уловимо улыбалась.

– Как мы назовём нашего ребёнка? – неожиданно спросила она, когда мы сидели за столом, слушая музыку.

– Что? – переспросил я, надеясь, что она не повторит вопрос, но моё сердце с силой ударило в грудь, и я испугался, как бы она этого не заметила.

Райс засмеялась, встала со стула и, пару раз покрутившись, упала спиной на кровать. Не знаю отчего, но ей всегда легко прощаешь киношные выходки – у неё над верхней губой сбоку даже была роковая родинка. Правда, несколько ниже, чем это требуется. Потому, видимо, и прощаешь. Звучала какая-то англоязычная композиция, которую выбрала она. Сильный женский голос пел что-то о воспоминаниях, но большего я понять не смог. Я лёг рядом с Райс, и некоторое время мы лежали совершенно неподвижно, пока я не почувствовал лёгкое прикосновение её руки к животу. Я уставился в потолок, но знал, что она повернула голову на бок и смотрит на меня, а её дыхание, плавно огибая мою шею, опять, как в том лесу, раскатывается по комнате, заглушая даже музыку. А потом удары пульса в висок. Что дальше? Уже и память подводит, столько лет прошло.

– Мне пора домой, – тихо сказала Райс, – сёстры будут волноваться.

Я проводил её до остановки. Мы говорили о незначительном, о делах, об учёбе. Подъехал автобус и стал выпускать пассажиров.

– Пока, – сказал я небрежно.

Она подняла глаза и неуверенно произнесла:

– Можно я тебя поцелую?

– Конечно… – выпалил я, но внутри меня что-то треснуло. Я вдруг понял, как давно она ждала от меня этого жеста, на который, видимо, от безысходности, решилась теперь сама. Она легко коснулась своими губами моих, на мгновение задержалась, и, отстранившись, запрыгнула на ступень автобуса. Почему же я сам не сделал этого там, когда мы лежали рядом? Боялся, что она не ответит взаимностью? Оттолкнёт меня, убрав руку с живота, и, забрав мандарины, хлопнет дверью? Или я боялся чего-то ещё? Теперь уже нечего говорить.

 

Мы ещё не раз виделись после и были уже смелее. А ещё позднее всё между нами кончилось.

 

Выслушав меня, жена недоверчиво улыбнулась и сказала:

– Ты же только на прошлой неделе узнал о Жуковском. И вереск у вас в деревне не растёт. Всё остальное тоже выдумал?

Я посмотрел на жену. Она сидела за столом спиной ко мне и вышивала крестиком. Я понял, что весь этот разговор с ней мне только привиделся, а она так и не прекращала вышивать и ничего у меня не спрашивала.

 

 

 

Пользовательский поиск

Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на g+  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

06.06: Игорь Литвиненко. Сделай добро и брось его в воду (эссе)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или Яндекс.Деньгами:


В данный момент ни на одно произведение не собрано средств.

Вы можете мгновенно изменить ситуацию кнопкой «Поддержать проект»




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2018 года

Купить все номера с 2015 года:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 



При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2018 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!